Ads
Post view

Преюдиция – гарантия защиты от злоупотребления правом кредитора

Автор рассматривает необычную ситуацию в кредитных правоотношениях. Речь идет о случае, когда задолженность по кредитному договору является погашенной, обязательства прекращенными, исполнительное производство по  взысканию задолженности по кредитному договору оконченным, но кредитор спустя определенное время подает иск о взыскании «искусственной» задолженности (например, процентов по кредитному договору). Суды не задумываясь удовлетворяют требования кредитора, допуская грубое нарушение процессуального законодательства РФ. Отдельно автор обращает внимание на наиболее уязвимую группу заемщиков в подобных ситуациях – пенсионеров.

 

Обратимся к следующей ситуации.

Имеется вступившее в законную силу решение суда о взыскании задолженности по кредитному договору об удовлетворении требований кредитора (задолженность по основному долгу и проценты по кредитному договору). На основании выданного судом исполнительного листа о взыскании задолженности по кредитному договору возбуждено исполнительное производство, которое окончено в связи с фактическим исполнением. Другими словами, заемщик полностью погасил задолженность по кредитному договору и обязательства прекратились.

Спустя определенное время кредитор подает иск в суд о взыскании с заемщика «искусственной» задолженности по кредитному договору (например, о взыскании процентов), предоставляя суду расчет задолженности и мотивируя, что заемщик не полностью погасил долг по кредитному договору.

Суды в таких случаях часто допускают классическую ошибку, удовлетворяя исковые требования кредитора и тем самым грубо нарушая процессуальное законодательство РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, статья 61 Гражданского процессуального кодекса РФ предусматривает, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, конкретизирует общие положения процессуального законодательства об обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений судов общей юрисдикции, направлена на обеспечение в условиях действия принципа состязательности законности выносимых судом постановлений.

В этом основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В соответствии с частью 2 статьи 61 ГПК РФ, с частью 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют данные лица (истец-кредитор и ответчик-заемщик).

Под судебным постановлением, указанным в части 2 статьи 61 ГПК РФ, понимается любое судебное постановление, которое согласно части 1 статьи 13 ГПК РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда).

Ранее вступившее в законную силу решение суда о взыскании задолженности имеет преюдициальное значение в силу ст. 61 ГПК РФ; решение суда, вступившее в силу, а также постановление об окончании исполнительного производства в отношении должника по кредитному договору позволяют заключить, доводы кредитора  о том, что задолженность по договору, заключенному с заемщиком, о не полностью погашенном долге являются несостоятельными.

Более того, согласно ч. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ (Апелляционное определение Самарского областного суда от 24.02.2016 № 33-2333/2016).

Повторимся, поскольку имеются вступившие в законную силу решения суда, которыми установлено исполнение заемщиком обязательств по договору в полном объеме и которые в силу ст. 61 ГПК РФ имеет преюдициальное значение для разрешения данного спора,  доводы кредитора являются несостоятельными (Апелляционное определение Красноярского краевого суда от 01.07.2015 по делу № 33-6929/2015).

Вступление в силу судебного акта и постановление об окончании исполнительного производства в силу ст. 61 ГПК РФ имеют преюдициальное значение по факту отсутствия кредитной задолженности у заемщика (Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 07.06.2017 по делу № 33-4166/2017).

Подобная «искусственная» задолженность может складываться по следующей причине.

Из содержания положений ст. 395, 811 ГК РФ, п. 15  Постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 13, Пленума ВАС РФ № 14 от 08.10.1998 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами», п. 133 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что проценты за пользование чужими денежными средствами, будучи одним из видов возмещения причиненных кредитору убытков, начисляются на сумму задолженности по неисполненному обязательству, но не на сумму процентов, начисленных в связи с неисполнением такого обязательства.

Более того, поскольку ранее судебным актом уже была взыскана сумма задолженности по кредитному договору, а также проценты за пользование чужими денежными средствами, следовательно, кредитору уже была компенсирована упущенная выгода, то есть те неполученные доходы, которые кредитор получил бы при обычных условиях гражданского оборота (Определение Верховного Суда РФ от 14.07.2017 № 305-ЭС17-9453 по делу № А40-209914/2015, пункт 11 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.05.2013), пункт 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7).

Кроме того, суд обязан учитывать позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в Постановлении от 23.02.1999 № 4-П, в которой особая роль в кредитных правоотношениях отводится гражданину, который является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость ограничить свободу договора для другой стороны.

В случае наличия спора между кредитором и заемщиком суд должен оценивать совокупность и взаимосвязь обстоятельств, исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ.

В заключение хотелось бы обратить внимание на следующее обстоятельство. Когда стороной в кредитных правоотношениях является наиболее уязвимая социальная группа – пенсионеры, решение суда в пользу кредитора может способствовать наступлению для таких граждан негативных последствий в виде возложения на них непосильных обязательств. В таких случаях судебным органам необходимо обратить внимание на показатель прожиточного минимума, которому Конституционным Судом РФ придан нормативный характер. (Определение Конституционного Суда РФ от 15.02.2005 № 17-О). Ведь у пенсионера основным (порой единственным) источником погашения кредитных обязательств является пенсия. Поэтому, согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, минимальный размер пенсии  в совокупности с иными видами социального обеспечения не может быть ниже величины прожиточного минимума пенсионера в субъекте Российской Федерации, где проживает соответствующий получатель пенсии.

В связи с этим при взыскании задолженности по кредитному договору судебный орган должен учитывать, что  в случае отсутствия иных объективных критериев социального вспомоществования, ориентирующих на гарантирование необходимого уровня нормальной жизнедеятельности лиц, достигших пенсионного возраста и являющихся при этом инвалидами II группы, ветеранами труда и тружениками тыла, такое взыскание задолженности должно расцениваться как нарушение законодателем требования, вытекающего из конституционного принципа уважения и охраны человеческого достоинства, призванного обеспечить каждому, кто в силу объективных обстоятельств утратил способность к достижению естественно обусловленного материального уровня, возможность получения минимально необходимого набора социальных благ, который в рамках действующего правового регулирования определяется нормативной категорией «прожиточный минимум в субъекте Российской Федерации».

 

Автор: Сергей Луценко 9 days ago Комментариев: 0 Просмотров: 74
Rate
1 votes
Share
Comments
Order by: 
Per page:
 
  • There are no comments yet
Ads
The modern law network

Есть вопросы? Задайте их на нашем форуме!

форум сайта

Ads
Similar articles

ООО Издательство "Новый индекс" © Юридический портал
В соответствии со ст. ГК РФ 1301 все материалы данного сайта являются объектами авторского права.
Использование статей (фрагментов статей) возможно только при наличии ссылки на источник.
Контакты:
Телефон редакции: +7 (499) 381-17-91  Email редакции: info@info-pravo.com
Телефон научной сети: +7 (916) 349-66-00  Служба поддержки: support@info-pravo.com

Мы в социальных сетях:
Twitter Facebook Вконтакте Google +