С.Ю. ГУСАКОВ,

начальник отдела организации исполнительного производства Управления ФССП России по Волгоградской области

Несмотря на то, что законодательство об исполнительном производстве и о судебных приставах возлагает на последних обязанность по принудительному исполнению судебных актов и актов иных уполномоченных органов, не все решения судов подлежат исполнению Федеральной службой судебных приставов.

Часть 3 ст. 1 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее — Закон об исполнительном производстве) предусматривает, что условия и порядок исполнения отдельных судебных актов, актов других органов и должностных лиц могут устанавливаться иными федеральными законами. Эти «иные» федеральные законы предусматривают не только специальные условия и порядок исполнения подобных судебных актов, но и иных субъектов, ответственных за реализацию требований исполнительного документа.

В правоприменительной практике остро встал вопрос о необходимости приема и последующего принудительного исполнения исполнительных документов, предусматривающих принудительную ликвидацию юридических лиц и возлагающих на учредителей (участников) юридического лица обязанности по проведению мероприятий, связанных с ликвидацией.

Данная проблема возникла в связи с неоднозначным правовым регулированием процедуры принудительной ликвидации юридических лиц, предусмотренной нормами Гражданского кодекса РФ, а также своеобразным толкованием указанных норм органами судебной власти.

Под ликвидацией юридического лица понимается такой способ прекращения его существования, который не сопровождается переходом прав и обязанностей в порядке универсального правопреемства к другим лицам[1].

Гражданское законодательство предусматривает добровольную и принудительную ликвидацию организации.

Ликвидация юридического лица в добровольном порядке производится по решению его учредителей (участников) или органа юридического лица, уполномоченного на то учредительным документом.

Принудительная ликвидация осуществляется на основании решения суда, которое принимается при наличии обстоятельств, предусмотренных п. 3 ст. 61 ГК РФ.

Исполнение решения суда о принудительной ликвидации предполагает возложение на учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительным документом, обязанности по осуществлению ликвидации юридического лица (п. 5 ст. 61 ГК РФ).

При этом неисполнение указанного решения суда является основанием для осуществления ликвидации юридического лица арбитражным управляющим за счет имущества юридического лица. При недостаточности у организации средств на расходы, необходимые для ее ликвидации, эти расходы возлагаются на учредителей (участников) юридического лица солидарно.

Из анализа приведенных положений ст. 61 ГК РФ следует, что участие в процедуре исполнения подобных судебных актов судебных приставов-исполнителей не требуется. Закон предусматривает два самостоятельных этапа исполнения данных судебных актов:

— добровольный, когда учредители (участники) ликвидируемой организации, получив судебный акт, самостоятельно осуществляют все необходимые ликвидационные процедуры;

— принудительный, который наступает в случае неисполнения решения суда в добровольном порядке.

В свою очередь, основным и единственным участником, реализующим принудительные процедуры, является арбитражный управляющий.

Вместе с тем некоторые правоприменительные органы, несмотря на определенный законодательством алгоритм принудительной ликвидации юридических лиц, считают необходимым участие в данной работе и должностных лиц Федеральной службы судебных приставов.

Так, Федеральная налоговая служба, являющаяся основным взыскателем по подобного рода судебным актам, указывает своим территориальным органам на необходимость обеспечения своевременного получения исполнительных листов, выданных во исполнение судебного акта о ликвидации юридического лица, и направления их в срок не позднее трех рабочих дней со дня поступления в соответствующие территориальные органы ФССП России[2].

Такой же позиции долгое время придерживались и органы судебной власти, проверяя законность действий должностных лиц ФССП России по жалобам сторон исполнительного производства.

Например, на исполнение в Кировский районный отдел судебных приставов   г. Волгограда УФССП России по Волгоградской области поступил исполнительный лист Арбитражного суда Волгоградской области о ликвидации ООО «ХимТрейд» и о возложении обязанности по ликвидации указанной организации на его учредителя.

На основании указанного исполнительного документа 20 ноября 2015 г. судебным  приставом-исполнителем Кировского районного отдела судебных приставов    г. Волгограда принято решение об отказе в возбуждении исполнительного производства по п. 8 ч. 1 ст. 31 Закона об исполнительном производстве.

Инспекция ФНС России по г. Волжскому, являющаяся взыскателем по исполнительному производству, обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с требованием о признании указанного постановления об отказе в возбуждении исполнительного производства незаконным.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 11.03.2016 по делу № А12-1097/2016[3] требования ИФНС России по г. Волжскому удовлетворены, постановление судебного пристава-исполнителя Кировского районного отдела судебных приставов г. Волгограда об отказе в возбуждении исполнительного производства признано незаконным.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что, поскольку исполнительный лист соответствует положениям ст. 13 Закона об исполнительном производстве, ст. 320 АПК РФ, то у службы судебных приставов отсутствовали основания для отказа в возбуждении исполнительного производства на основании п. 8 ч. 1 ст. 31 Закона об исполнительном производстве.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2016 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Арбитражный суд Поволжского округа, оставляя без изменения судебные акты нижестоящих инстанций, в постановлении от 28.07.2016 № Ф06-10720/2016 по делу № А12-1097/2016[4] подчеркнул, что для исполнения вступившего в законную силу судебного акта суд вправе как выдать исполнительный лист, так и избрать иной способ исполнения судебного акта (в том числе назначить иного ликвидатора общества, на чем настаивает заявитель кассационной жалобы). Однако выбор способа и порядка исполнения судебного акта является правом суда.

Определением Верховного Суда РФ от 03.11.2016 № 306-КГ16-14298 по делу № А12-1097/20163 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда РФ отказано.

Аналогичную позицию по подобным спорам можно найти и во множестве иных судебных актов (см., например, апелляционные определения Верховного суда Республики Марий Эл от 02.04.2013 по делу № 33-529, Ульяновского областного суда от 26.11.2013 по делу № 33-4206/2013, Астраханского областного суда от 13.01.2016 № 33-4780/2015 и т. д.).

Вместе с тем с подобным мнением правоприменительных органов трудно согласится по следующим основаниям.

Согласно п. 8 ч. 1 ст. 31 Закона об исполнительном производстве судебный пристав обязан принять решение об отказе в возбуждении исполнительного производства в случае, если исполнительный документ не подлежит исполнению Федеральной службой судебных приставов.

В соответствии с ч. 1 ст. 1 Закона об исполнительном производстве указанный нормативный правовой акт определяет условия и порядок принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц, которым при осуществлении установленных федеральным законом полномочий предоставлено право возлагать на иностранные государства, физических лиц, юридических лиц, Российскую Федерацию, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования обязанности по передаче другим гражданам, организациям или в соответствующие бюджеты денежных средств и иного имущества либо совершению в их пользу определенных действий или воздержанию от совершения определенных действий.

Вместе с тем в указанной статье предусмотрен ряд исключений.

В частности, согласно ч. 3 ст. 1 Закона об исполнительном производстве, условия и порядок исполнения отдельных судебных актов, актов других органов и должностных лиц могут устанавливаться иными федеральными законами.

В части исполнения судебных актов о ликвидации юридических лиц таким федеральным законом является ГК РФ, в ст. 61 которого предусмотрен особый (отличный от Закона об исполнительном производстве) порядок исполнения указанных судебных решений, а также определен перечень лиц, в функции которых входит исполнение судебного акта в случае его неисполнения учредителем (участником) добровольно.

Как уже отмечалось, согласно п. 5 ст. 61 ГК РФ решением суда о ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительным документом, могут быть возложены обязанности по осуществлению ликвидации юридического лица. Неисполнение решения суда является основанием для осуществления ликвидации юридического лица арбитражным управляющим за счет имущества юридического лица. При этом участие должностных лиц ФССП России в процедуре ликвидации и процедуре исполнения указанных судебных актов законодателем не предусмотрено.

Указанный вывод также следует из положений главы VII Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», не предусматривающих в качестве участника ликвидационных процедур юридического лица судебного пристава-исполнителя.

В соответствии с п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если решением суда о ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) либо уполномоченные его учредительными документами органы возложены обязанности по осуществлению ликвидации, однако в установленный срок ликвидация юридического лица не произведена, суд назначает ликвидатора и поручает ему осуществить ликвидацию юридического лица.

При решении вопросов, связанных с назначением ликвидатора, определением порядка ликвидации, суд применяет соответствующие положения законодательства о банкротстве, а не законодательства об исполнительном производстве.

В п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 № 84 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации» также разъясняется, что если учредители (участники) юридического лица либо орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительными документами, своевременно не представят в арбитражный суд утвержденный ими ликвидационный баланс или не завершат ликвидацию юридического лица, суд по ходатайству истца выносит в судебном заседании определение о назначении ликвидатора. При этом обязанность по совершению предусмотренных законом действий, связанных с ликвидацией юридического лица, возлагается на ликвидатора в силу закона с учетом обязательности вступивших в силу судебных актов; принятие дополнительных принудительных мер в виде выдачи исполнительного листа не требуется и законом не предусмотрено.

В постановлении от 16.11.2015 № Ф06-2232/2015 Арбитражный суд Поволжского округа, отказывая в выдаче исполнительного лица на принудительное исполнение требований о ликвидации организации указал, что «исполнение такого решения не носит принудительный характер и не требует совершения исполнительных действий»[5].

Между тем принятие подобных постановлений по конкретным делам ранее носило единичный характер.

В 2017—2018 гг. практика органов судебной власти по вопросу о субъекте, на которого возлагается обязанность по исполнению судебных актов о ликвидации юридических лиц, изменилась кардинальным образом. При этом мнение судов поменялось как по вопросу о возможности выдачи исполнительных листов подобной категории, так и по вопросу о необходимости возбуждения исполнительных производств по уже выданным исполнительным документам.

Например, решением Арбитражного суда Волгоградской области от 28.06.2016 ликвидировано юридическое лицо, на учредителей организации возложена обязанность по его ликвидации.

Взыскатель — Центральный банк РФ (Банк России) обратился в арбитражный суд с заявлением о направлении исполнительного листа для принудительного исполнения решения суда в службу судебных приставов по месту нахождения должника-организации, ссылаясь на неисполнение учредителями вступившего в законную силу судебного акта.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 20.01.2017, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2017 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 05.07.2017, в удовлетворении заявления Банка России отказано.

В свою очередь Верховный Суд РФ не нашел оснований для передачи дела для рассмотрения в суде кассационной инстанции. В определении от 12.02.2018 № 306-ЭС17-16297 по делу № А12-22616/2016[6] суд подчеркнул, что суды, принимая решения по существу спора, обоснованно исходили из того, что обязанность по совершению действий, связанных с ликвидацией юридического лица, возлагается на ликвидатора в силу закона и, учитывая обязательность вступившего в законную силу судебного акта, принятие дополнительных принудительных мер в виде выдачи исполнительного листа не требуется и не предусмотрено действующим законодательством; неисполнение учредителем возложенных на него решением суда обязанностей по осуществлению ликвидационных мероприятий может являться основанием для назначения судом нового ликвидатора, а не для выдачи исполнительного листа[7].

В последующем по тому же делу в Дзержинский районный отдел судебных приставов г. Волгограда УФССП России по Волгоградской области было предъявлено решение суда о ликвидации кредитной организации и возложении на учредителей указанной организации обязанности по проведению мероприятий, связанных с ликвидацией юридического лица.

 

Судебным приставом-исполнителем на основании п. 8 ч. 1 ст. 31 Закона об исполнительном производстве отказано в возбуждении исполнительного производства.

Взыскателем приняты меры по оспариванию указанного решения в органах судебной власти.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 16.02.2018 по делу № А12-48781/2017 в удовлетворении заявленных Банком России требований отказано.

Принимая данное решение, суд также обратил внимание на то, что уклонение учредителя (участника) юридического лица от исполнения решения суда о ликвидации организации является основанием для назначения судом ликвидатора, а не для выдачи исполнительного листа на принудительного исполнение решения суда.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2018 решение суда первой инстанции оставлено без изменения, а жалоба — без удовлетворения.

В целом следует отметить складывающуюся в последнее время судебную практику, исключающую судебных приставов-исполнителей из числа участников процедуры принудительной ликвидации юридических лиц, как положительную. Однако поскольку подобные судебные акты носят единичный характер, необходимо обратить внимание на последующее формирование аналогичной практики по рассматриваемым спорам.

Библиография

1 Гражданское право: учеб.: В 2 т. Т. 2. / под ред. Б.М. Гонгало. М.: Статут, 2016.

2 Об обеспечении единой правоприменительной практики налоговых органов при выявлении недостоверности сведений об адресе (месте нахождения) юридического лица: письмо ФНС России от 25.06.2014 № СА-4-14/12088 // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

3 URL: http://sudact.ru/arbitral/doc/Zzu3iErVWWUv/ (дата обращения: 20.05.2018).

4 URL: http://sudact.ru/vsrf/doc/7BuiDc8RYC6g/(дата обращения: 20.05.2018).

5 URL: http://kad.arbitr.ru/PdfDocument/f8344df6-f807-4e5f-828a-4a6716497b65/27be2f81-f605-48fd-ad70-fde3c282ce0f/A57-22511-2014_20151116_Postanovlenie_kassacionnoj_instancii.pdf (дата обращения: 12.04.2018).

6 URL: http://sudact.ru/vsrf/doc/huK3BYYwRjmP/ (дата обращения: 12.04.2018).

 

7 Следует подчеркнуть, что еще два года назад Верховный Суд РФ в определении от 03.11.2016 № 306-КГ16-14298 высказывал противоположную позицию.