УДК 343.13:343.121

 Страницы в журнале: 119-123

 

С.М. Плешаков,

кандидат юридических наук, доцент, зав. кафедрой уголовно-правовых дисциплин Саранского кооперативного института (филиала) Российского университета кооперации Россия, Саранск PleshakovSM@mail.ru

В.Ю. Заварюхин,

кандидат исторических наук, доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин Саранского кооперативного института (филиала) Российского университета кооперации Россия, Саранск Zavaryuhin@mail.ru

И.Ю. Янина,

ассистент кафедры уголовно-правовых дисциплин Саранского кооперативного института (филиала) Российского университета кооперации Россия, Саранск  Iyanina@rucoop.ru

 

Доказывается, что со времени отнесения законодателем субъектов, наделенных полномочиями производства предварительного расследования, к стороне обвинения, в правосудии возник пробел в реализации гарантий государственной защиты законных прав и интересов личности в уголовном судопроизводстве. Решение данной проблемы авторами видится в пересмотре процессуального статуса следователей и дознавателей и отнесении их к лицам, обеспечивающим производство по уголовному делу.

Ключевые слова: государственная гарантия защиты законных прав и интересов личности, предварительное расследование, сторона обвинения, сторона защиты, квалификация преступлений, субъект квалификации.


Конституция Российской Федерации 1993 года (далее — Конституция РФ) закрепляет равенство граждан перед законом и судом. Независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина [1].

Казалось бы, содержание ряда статей Конституции РФ имеет непосредственное отношение к возможности судебной защиты прав и свобод человека и гражданина (см.: [4]). Однако следует признать, что суд осуществляет именно правосудие, а не защиту прав и свобод личности в их буквальном понимании.

В связи с этим рассмотрим вопрос государственной защиты прав и свобод личности в уголовном судопроизводстве на стадии предварительного расследования, где законы и иные нормативные правовые акты, в принципе, должны быть приведены в соответствие с Конституцией РФ.

Так, в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации 2001 года (далее — УПК РФ) предварительное расследование осуществляется в форме предварительного следствия и дознания. Соответственно, в деле участвуют сторона защиты и сторона обвинения. Возникает вопрос: кто будет выступать незаинтересованным в исходе дела лицом, осуществляющим механизм установления объективной истины по уголовному делу, т.е. гарантирующим соблюдение принципов уголовного судопроизводства? Следователь? Дознаватель? Ответ очевиден. Они, как и прокурор, согласно УПК РФ, выступают на стороне обвинения. Поэтому подозреваемый в совершении преступления изначально будет обречен на невозможность защиты своих законных прав. О беспристрастности следователя или дознавателя говорить не имеет смысла, поскольку обвинительный уклон при расследовании уголовного дела мешает, даже при наличии защитника, воспользоваться правами, прямо прописанными в законе. Следователь может отклонять ходатайства и сознательно идти на нарушения, а порой и на умышленное преступление. Это подтверждают статистические данные по уголовным делам, возбужденным по факту фальсификации доказательств следователями или дознавателями.  

Такой союз со стороны обвинения можно представить в качестве субъектов официальной квалификации преступлений, несомненно, накладывающих отпечаток на окончательную квалификацию деяния на последующих стадиях уголовного процесса (стадии судебного разбирательства в первой и последующих инстанциях). О чем, например, свидетельствует один процент вынесенных оправдательных приговоров.

Изменить предъявленное обвинение возможно в период от стадии возбуждения уголовного дела до момента вынесения обвинительного заключения (обвинительного акта). Некоторые процессуалисты считают, что правовой аспект квалификации преступлений состоит именно в государственной защите лица, совершившего преступление. Со временем это стало не так, поскольку тех пор, как органы предварительного расследования были поставлены законодателем на сторону обвинения, о государственной защите личности, а тем более лица, совершившего преступление, не может быть и речи.

Уголовно-процессуальный закон содержит ряд запретов на изменение квалификации в сторону, ухудшающую положение обвиняемого, на разных этапах производства по уголовному делу, т.е. срабатывает запрет поворота к худшему, но можно ли это назвать государственной защитой, вопрос сложный.

Так, идеальной ситуацией считается привлечение лица в качестве обвиняемого по той же статье, по которой возбуждается уголовное дело. Конституционный Суд РФ и УПК РФ запрещают выдвигать обвинение лицу в той части, по которой уголовное дело не было возбуждено, но нет необходимости повторно возбуждать уголовное дело с последующим соединением уголовного дела в одном производстве, если совершенное деяние охватывалось фабулой и квалификацией, по которой первоначально было возбуждено уголовное дело. Например, в случае возбуждения уголовного дела по ч. 1 ст. 183 УК РФ за изготовление в целях сбыта поддельных банковских билетов Центрального банка РФ отсутствует необходимость возбуждать уголовное дело по ст. 159.4 УК РФ за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности. Однако это едва ли можно назвать государственной гарантией защиты.

Разумеется, обвинение и квалификация, сформулированные в обвинительном заключении (обвинительном акте), не могут существенным образом отличаться (если только не в пользу обвиняемого) от аналогично сформулированного постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого. В подобных случаях возникает необходимость составления нового постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого. Только после такой процессуальной комбинации обвинение можно повторно отразить в обвинительном заключении (обвинительном акте). В противном случае будет констатировано нарушение права на защиту и прокурор может возвратить уголовное дело со своими письменными указаниями о производстве дополнительного расследования. Изложенное обвинение в новом постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого не должно отличаться от формулировки обвинения, содержащегося в обвинительном заключении (обвинительном акте). Чтобы не произошло нарушение права на защиту обвиняемого, следует предъявить обвинение заново. Но и эта процедура уголовного процесса вряд ли может считаться государственной гарантией защиты прав личности.

Нам близка точка зрения Х.М. Лукожева, считающего, что «участие следователя и дознавателя как государственных обвинителей недопустимо… Если бы следователь или дознаватель поддерживал обвинение, то от него нельзя было бы ожидать объективности, поскольку он прочно связан материалами предварительного расследования и отступить от них в суде, опереться на данные судебного следствия он фактически не в состоянии…» [2]. Созданный уголовно-процессуальным законом симбиоз стороны защиты влечет в процессе квалификации преступлений, осуществляемой на стадии предварительного расследования, нарушение права обвиняемого на защиту. Такая квалификация оказывает прямое влияние на вынесенные судебные приговоры по уголовным делам, 99% которых имеют обвинительный характер. Количество обвинительных приговоров свидетельствует не о прямой зависимости между квалификацией, проведенной на стадии предварительного расследования следователем или дознавателем, и окончательной квалификацией, производимой судьей, а об обвинительном уклоне и судебно-следственном произволе.

И все же, кто на деле осуществляет защиту прав личности по уголовным делам? Ответ прост — защитник (адвокат). Но он далеко не государственный «чиновник». В соответствии с Федеральным законом от 31.05.2002 № 63-ФЗ  «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатура является профессиональным сообществом адвокатов и как институт гражданского общества не входит в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления [5]. Таким образом, правовое положение адвокатуры очевидно и не нуждается в дополнительных комментариях.

Статья 50 УПК РФ предусматривает приглашение, назначение и замену защитника, оплату его труда. Защитник приглашается подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого. Могут быть приглашены и несколько защитников. Закон это не запрещает. А по просьбе подозреваемого, обвиняемого участие защитника обеспечивается дознавателем, следователем или судом. В случае если адвокат участвует в производстве предварительного расследования или судебном разбирательстве по назначению дознавателя, следователя или суда, расходы на оплату его труда компенсируются за счет средств федерального бюджета.

Следователи и дознаватели также призваны осуществлять право обвиняемого на защиту. Такую теорию в советский период развил М.С. Строгович, который отнес к функциям следователя и дознавателя защиту, обвинение и разрешение дела (см.: [3]). Действительно, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР  1960 года наделял следователей и дознавателей статусом лиц, обеспечивающих производство по уголовному делу, и, как следствие, последние де-юре и де-факто выполняли функцию государственной защиты обвиняемого. УПК РФ сохранил функции следователей и дознавателей. Тем не менее защита обвиняемого при первоначальной и предварительной квалификации преступлений со стороны последних не обеспечивается. Выход из сложившейся ситуации видится в пересмотре процессуального статуса следователей и дознавателей и отнесении их к лицам, обеспечивающим производство по уголовному делу.

 

Список литературы

 

1. Конституция Российской Федерации: [принята 12 декабря 1993 года] (ред. от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ , от 21.07.2014 № 11-ФКЗ). Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

2. Лукожев Х.М. Модель участия следователей и дознавателей в качестве обвинителей в суде // Российский судья. 2009. № 5. С. 32.

3. Строгович М.С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе. – М.: Академия наук СССР, 1951. С. 109.

4. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 №174-ФЗ (ред. от 21.07.2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 06.08.2014). Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

 

5. Федеральный закон от 31.05.2002 № 63-ФЗ (ред. от 02.07.2013) «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Доступ из СПС «КонсультантПлюс».