Управление Федеральной службы судебных приставов по Волгоградской области

 

С.Ю. ГУСАКОВ,

начальник отдела организации исполнительного производства Управления ФССП России по Волгоградской области

 

Ранее на страницах журнала «Практика исполнительного производства» мы уже касались проблем, связанных с сокращением бюджетных затрат на финансирование деятельности федеральных органов исполнительной власти (в части расходов на почтовые отправления)[1].

Однако возможные пути оптимизации финансирования деятельности государственных органов власти, конечно же, не исчерпываются сокращением расходов на почтовые отправления. Существуют и иные внутренние резервы, использование которых позволит достигнуть желаемого результата.

Представляется, главным критерием оптимизации расходов федерального органа исполнительной власти является сохранение такого его материального обеспечения, которое позволило бы гарантировать успешное выполнение поставленных перед ним задач; при этом сокращение затрат не должно негативным образом отражаться на выполнении основных функций этого государственного органа.

Следует отметить, что не всегда использование процедур оптимизации имущественного обеспечения органа государственной власти связано с сокращением имущественного фонда. Во многих случаях подобного рода мероприятия, напротив, приводят к его увеличению без единой копейки вложения. Именно особенности тех полномочий, которыми наделена Федеральная служба судебных приставов, позволяют создавать и реализовывать такие механизмы.

Как известно, затраты на приобретение основных и оборотных средств составляют значительную долю в финансировании ФССП России и ее территориальных органов. При этом особенно актуальными задачами являются приобретение помещений для нужд Службы, обновление автопарка, электронно-вычислительной техники и т. д.

Возможно ли приобретение указанного имущества без затрат из федерального бюджета?

Для ответа на этот вопрос рассмотрим  те обязательные платежи, администратором которых является ФССП России и ее территориальные органы, а также на то, что происходит с исполнительными производствами по данной категории платежей.

Основными платежами (основной долей средств в общей структуре платежей), администрируемыми ФССП России, являются: исполнительский сбор; расходы по совершению исполнительных действий, финансируемые из бюджета; административные штрафы по статьям КоАП РФ, подведомственным должностным лицам ФССП России; штрафы, назначенные за преступления, уголовные дела по которым возбуждались органами дознания ФССП России.

Полагаем, не вызывает сомнений, что главной задачей ФССП России является фактическое взыскание суммы задолженности. Однако возможность фактического взыскания задолженности бывает не всегда, в том числе даже тогда, когда имеется имущество, на которое можно обратить взыскание, и стоимость этого имущества достаточна для погашения суммы долга.

Именно на этот момент и следует обратить особое внимание.

Процедура ареста и обращения взыскания на арестованное имущество, согласно статьям 87 и 87.1 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее — Закон), предполагает его самостоятельную или принудительную реализацию.

Но арестованное и реализуемое в ходе исполнительного производства имущество далеко не всегда находит своего покупателя. Если после снижения цены реализуемого имущества не найдется лицо, заинтересованное в его приобретении, судебный пристав-исполнитель обязан предложить это нереализованное имущество взыскателю (здесь речь идет о доходах, администрируемых соответствующим территориальным органом ФССП России).

Однако территориальный орган ФССП России не имеет возможности принять в счет погашения задолженности указанное имущество, поскольку в настоящее время нормативного документа, определяющего порядок его принятия, не существует. Законодательством не определены процедуры принятия Службой нереализованного в рамках исполнительного производства имущества, по которым она же является взыскателем; не установлены критерии, при которых Служба должна принимать нереализованное имущество и отказаться от его принятия; не предусмотрен порядок выплаты разницы между стоимостью принимаемого имущества, когда его стоимость выше суммы долга по исполнительному производству.

Другими словами, законодательство, детально регулирующее роль ФССП России как органа принудительного исполнения, фактически обошло стороной порядок реализации Службой ее же полномочий взыскателя в исполнительном производстве.

В силу ч. 13 ст. 87 Закона судебный пристав-исполнитель должен возвратить нереализованное имущество должнику, а исполнительное производство окончить по  п. 5 ч. 1 ст. 46, п. 3 ч. 1 ст. 47 Закона (в связи с отказом взыскателя оставить за собой имущество должника, не реализованное в принудительном порядке при исполнении исполнительного документа).

Складывается ситуация, при которой должник, будучи привлеченным к публично правовой ответственности за совершенное правонарушение путем наложения финансовых санкций (исполнительский сбор, административный или уголовный штраф и т. д.) и имеющий имущество, за счет изъятия которого можно обеспечить фактическое исполнение исполнительного документа, фактически освобождается от такой ответственности тем же органом, который и наложил финансовую санкцию.

При этом в доход федерального органа исполнительной власти зачастую не принимается ликвидное имущество, в том числе и то имущество, в котором данный федеральный орган нуждается для исполнения своих непосредственных функций, но не имеет возможности его приобретения (в общем порядке) ввиду недостаточности финансирования соответствующей статьи расхода из бюджета.

Представляется, что в отсутствие правового регулирования, предусматривающего порядок принятия ФССП России и ее территориальными органами нереализованного имущества по исполнительным производствам, по которым Служба является взыскателем, должник фактически освобождается от возврата долга, что является недопустимым.

Особенно этот вопрос актуален в настоящий момент, когда бюджетное финансирование приобретения имущества существенно сокращено, а Служба, имеющая как взыскатель полное право на оставление за собой нереализованного имущества по обязательствам в ее пользу, это право не реализует.

При этом количество исполнительных производств, по которым имеется необходимость решения вопроса о принятии нереализованного имущества ФССП России как взыскателем, гораздо больше, нежели исполнительных производств, возбужденных непосредственно на основании исполнительных документов о взыскании платежей, администрируемых Службой.

Рассмотрение вопроса об оставлении нереализованного имущества за ФССП России и ее территориальными органами должно осуществляться в рамках каждого исполнительного производства, по которому имущество не было реализовано и взыскатель по основному долгу отказался оставить имущество за собой.

Логика здесь проста. Согласно данным отчета по форме № 4-1 «Сведения об арестованном, переданном на реализацию и реализованном имуществе» за 2017 год судебными приставами-исполнителями возвращено должникам нереализованное имущество на сумму 5 423 669 тыс. руб.  При этом в каждом из указанных исполнительных производств имелись основания для предложения нереализованного имущества взыскателю — ФССП России или ее территориальному органу.

Это обусловлено тем, что принудительная реализация имущества является мерой принудительного исполнения (ч. 1 ст. 69 Закона); меры принудительного исполнения могут применяться исключительно в тех случаях, когда истек срок для добровольного исполнения (ч. 2 ст. 68 Закона); истечение срока для добровольного исполнения является безусловным основанием для взыскания с должника исполнительского сбора (ст. 112 Закона), администратором которого является ФССП России. До окончания основного исполнительного производства требования такого исполнительного документа, как постановление судебного пристава-исполнителя о взыскании исполнительского сбора, исполняются в рамках основного исполнительного производства без возбуждения по нему отдельного исполнительного производства (ч. 15 ст. 30 Закона). При этом ФССП России по данным исполнительным производствам пользуется всеми правами взыскателя, в том числе и правом на оставление за собой в счет погашения исполнительского сбора нереализованного имущества.

Таким образом, возврат должникам нереализованного имущества на сумму почти 5,5 млрд руб. означает, что им фактически прощена наложенная на них финансовая штрафная санкция за совершенное правонарушение (п. 78 Постановления Пленума ВС РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства») в виде исполнительского сбора, а в ряде случаев — и затраченные из федерального бюджета расходы по совершению исполнительных действий на оценку арестованного имущества, которое возвращено должникам.

Издание нормативного акта, определяющего порядок принятия Службой нереализованного имущества по исполнительным производствам, по которым она же и является взыскателем, позволит решить целый ряд проблем, не вкладывая никаких финансовых средств.

Прежде всего можно снять значительное число вопросов, связанных с материальным обеспечением Службы дорогостоящим имуществом (это помещения, автотранспорт, огргтехника, расходные материалы и т. д.), причем без каких-либо затрат из федерального бюджета.

Принятие нереализованного имущества в счет погашения задолженности по платежам, администрируемым ФССП России, фактически будет означать исполнение этих обязательств должником, только не в денежной, а в натуральной форме. При этом все положения законодательства об исполнительном производстве будут соблюдены.

Конечно, могут появиться предположения, что в таком случае судебные приставы-исполнители будут преднамеренно арестовывать именно то имущество, в котором они нуждаются, в ущерб должнику.

Да, именно такое имущество и будет арестовываться в первую очередь. И в этом нет ничего такого, что нарушало бы права и законные интересы должника. Любой здравомыслящий взыскатель по денежному обязательству заинтересован в получении денежных средств либо иного имущества, которое ему необходимо. Неликвидное имущество не нужно ни одному взыскателю, будь то государственный орган, физическое лицо или организация. При этом реализация и принятие в счет погашения задолженности нереализованного имущества осуществляются в рамках открытых процедур (торги, комиссионная продажа), участие в которых может принять каждый. Никаких прав и законных интересов изъятие у должника его имущества в счет  неисполненного им обязательства не ущемляет. Напротив, именно должник нарушает права взыскателя, не исполняя возникшее перед ним обязательство; именно должник причиняет имущественный ущерб взыскателю, незаконно удерживая причитающиеся взыскателю денежные средства, которые он как орган государственной власти должен направить на решение государственных задач. В конце концов должник в любо время вправе прекратить процедуру обращения взыскания на его имущество, исполнив в полном объеме денежные обязательства, возникшие по исполнительному производству. Никто не лишает его права просто оплатить тот долг, в связи с которым у него было изъято имущество, и получить последнее обратно.

Кроме того, издание акта, определяющего порядок принятия Службой нереализованного имущества по исполнительным производствам, позволит исключить случаи, когда должники, имеющие имущество для исполнения обязательств, фактически освобождаются от этих обязательств без каких-либо последствий для себя. При этом, как указано выше, основными средствами, администраируемыми ФССП России, являются именно финансовые санкции за совершенные правонарушения или преступления: исполнительский сбор, административные и уголовные штрафы. Непринятие нереализованного имущества превращает эти финансовые санкции в фикцию, создавая у должника иллюзию  неспособности государства довести до логического завершения исполнение им же наложенного на должника наказания.

Между тем согласно ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание за совершенное преступление применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Приведем пример. На исполнении в Межрайонном отделе судебных приставов по особым исполнительным производствам УФССП России по Волгоградской области находилось исполнительное производство от 03.12.2015 № 33649/15/34044-ИП о взыскании штрафа в размере 500 000,00 руб., назначенного в качестве наказания за преступление, совершенное  гражданкой К.

В рамках указанного исполнительного производства судебным приставом-исполнителем приняты меры по обращению взыскания на принадлежащее должнику имущество — автотранспортное средство. Для оценки данного транспортного средства был привлечен специалист-оценщик, услуги которого были оплачены из средств федерального бюджет. Однако арестованное имущество в установленном порядке реализовано не было. В связи с этим в адрес территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Волгоградской области, как органа, уполномоченного от имени Российской Федерации осуществлять права собственника федерального имущества, направлено предложение о принятии указанного имущества в собственность Российской Федерации в счет погашения штрафа по исполнительному производству.

Письмом от 18.01.2017 № 05/340 указанный государственный орган сообщил об отказе в принятии данного имущества в связи с тем, что взыскателем по исполнительному производству является УФССП России по Волгоградской области. Вместе с тем последний принять нереализованное имущество не имеет возможности по указанным выше причинам.

Таким образом, должник, будучи осужденным к выплате полумиллионного штрафа за уголовное преступление, фактически никакого наказания не понес, потому что государство, от имени которого он был осужден, само же и освободило его от этого наказания.

Можно ли говорить в таком случае, что цели уголовного наказания в виде восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, достигнуты. Напротив, достигнут как раз обратный результат: осужденный, совершивший преступление, не оплативший штраф, не лишен своего имущества, что с общественной точки зрения как раз является социальной несправедливостью.  Осужденный, осознав, что за совершенное преступление он наказан только на бумаге, будет продолжать совершать новые преступления.

Таким образом, решение вопроса о принятии Службой нереализованного имущества по исполнительным производствам, взыскателем по которым является ФССП России и ее территориальные органы, с учетом значительного сокращения финансирования деятельности Службы в настоящее время является не только актуальной задачей, но и тем методом, который позволит решить многие вопросы материального обеспечения в абсолютно прозрачной плоскости и без бюджетных затрат и сконцентрировать внимание Службы на исполнении исполнительных документов о взыскании фискальных платежей.

Библиография

1 См.: Гусаков С.Ю. О сокращении затрат федеральных органов исполнительной власти // Практика исполнительного производства. 2017. № 1. С. 12—14.