УДК 343.326

Страницы в журнале: 129-134

 

А.А. Арефьев,

сотрудник Антитеррористического центра государств-участников Содружества Независимых Государств Россия, Москва antonaarf@gmail.com

 

В последнее время страны мира столкнулись с резким ростом числа так называемых иностранных боевиков-террористов. По данным мониторинговых групп Организации Объединенных Наций, на территорию Сирии, Ирака, а также Афганистана, Йемена и Ливии выехало свыше 25 тысяч человек из более чем 100 государств-членов ООН для участия в террористических объединениях, что вызывает очевидную озабоченность и требует наращивания усилий со стороны как государственных структур, так и гражданского общества.

Поднимаются актуальные вопросы противодействия выезду граждан за рубеж для участия в вооруженных конфликтах в составе террористических организаций.

Ключевые слова: вербовка, джихад, «Исламское государство», иностранный боевик, иностранный боевик-террорист, наемник, стратегия.

 

Феномен наемничества в эволюции человечества имеет давнюю историю. Одними из первых наемников можно, наверное, считать викингов, которые нанимались в личную гвардию византийских императоров. Расцвет института наемничества пришелся на Средние века и был связан с тем, что иметь постоянную профессиональную армию, которую необходимо было содержать не только в военное, но и в мирное время, могли позволить себе только самые обеспеченные правители. Поэтому в XV—XVII вв. решающую роль в европейских войнах играли ландскнехты — самостоятельные отряды наемников из разных европейских стран.

После наступления эпохи призыва на военную службу в XIX веке наемничество в Европе практически исчезло, но сохранилось в других регионах мира. В XX веке произошел новый виток развития наемничества, когда началась деколонизация Африки, сопровождающаяся гражданскими войнами. Так, в гражданской войне в Конго решающую роль сыграли именно европейские наемники [5].

Советский Союз тоже имел опыт столкновения с институтом наемничества. В ходе войны в Демократической Республике Афганистан (1979—1989 годы) советским войскам приходилось воевать не только с афганскими моджахедами, но и с наемниками. Против советских войск в Афганистане был объявлен джихад. К войне присоединилось большое количество арабских наемников. В период 1980-х — начала 1990-х годов власти Саудовской Аравии согласились финансировать войну Центрального разведывательного управления Соединенных Штатов Америки в Афганистане против Советского Союза. Сотни молодых людей из Саудовской Аравии отправились в приграничные районы Пакистана, где они создали религиозные школы, тренировочные базы и начали вербовать людей [14]. Однако сегодня представители правоохранительных органов уже и некоторых стран Юго-Восточной Азии признают, что часть их граждан также выезжала на территорию Афганистана для участия в войне против советских войск [7].

В современном мире наемники превратились в элемент агрессивной политики. Несомненно, формирование и использование наемников неразрывно связанно с общим развитием общества, культуры, науки и техники. По этой причине тип наемника изменяется и начинает приспосабливаться к существующей действительности. Сегодня в силу ряда обстоятельств на международных площадках все чаще звучит термин «иностранный боевик», который де-факто подменил собой понятие наемника.

Реалии таковы, что вышеупомянутые лица, находящиеся под юрисдикцией одной страны, выезжают за ее пределы, с тем чтобы присоединиться к вооруженным группировкам и принять участие в насильственных конфронтациях, в том числе в составе террористических организаций. В результате в обращении появился термин «иностранный боевик-террорист», определение которому дано в резолюции Совета безопасности ООН 2178 (2014) [10]. Но по сути своей это все те же наемники, только привлекают их уже не государства и спецслужбы, а террористические организации. Таким образом, сегодня уместно говорить о таком явлении, как наемнический терроризм, проблематику которого поднимал Антитеррористический центр государств-участников Содружества Независимых Государств на XIII совещании руководителей специальных служб, органов безопасности и правоохранительных органов иностранных государств-партнеров Федеральной службы безопасности России, которое проводилось в г. Сочи в апреле 2014 года [1].

Наиболее актуальной проблемой безопасности для наших государств является вызов со стороны международной террористической организации «Исламское государство»1. При этом одним из источников пополнения ее рядов стали именно иностранные боевики-террористы. В свете расширения масштабов деятельности и зоны влияния этой террористической организации на территории Сирии и Ирака, ее устойчивого противостояния воинским подразделениям этих стран, перманентного пополнения рекрутами извне, иностранные боевики-террористы стали реальной проблемой не только для государств, на территории которых они участвуют в боевых действиях, но и для стран, гражданами которых они являются или на территории которых они преимущественно проживают. Все прекрасно понимают, что часть оставшихся в живых боевиков рано или поздно вернется на родину, при этом государственные органы осознают, какие последствия будет иметь это возвращение.

Уже сейчас прошедшие «обкатку» иностранные сторонники «Исламского государства» активно задействуются в вербовке новых членов, распространении джихадистской идеологии и пропаганде «Исламского государства». При этом широкое распространение получила вербовка через социальные сети. Это — нетривиальный и инновационный подход со стороны террористического сообщества, который ранее столь активно не применялся. Необходимо отметить, что сторонники «Исламского государства» не только развернули масштабные агитационные кампании через Интернет, но и научились обращаться к иностранной молодежной аудитории, используя близкие ей образы и темы. По мнению Дж. Фелтмана, сейчас насчитывается почти 50 тысяч аккаунтов в Твиттере, поддерживающих «Исламское государство» [18]. По данным Брукингского института в Вашингтоне, в Твиттере может насчитываться до 90 тысяч аккаунтов, которые так или иначе связаны с «Исламским государством» [16]. Каждый из них имеет в среднем по тысяче последователей. Террористы добиваются успеха, предоставляя молодым людям возможность общения со своими сверстниками, обеспечивая площадку, на которой они могут поделиться своими обидами, надеждами, стремлением к справедливости. По сообщению электронного издания Financial Times, с 2012 года «Исламское государство» издает ежегодные отчеты2, в которых отображаются численные и географические данные по его операциям — количество взрывов, политических убийств, захватов городов и даже «апостатов», обращенных в дело «Исламского государства» [17].

Средства массовой информации превратились в настоящий «театр военных действий», в котором «Исламское государство» играет активную роль. Специалисты уверены, что именно использование социальных информационных ресурсов стало одной из основных причин, по которым «Исламское государство» стало самой привлекательной террористической организацией для боевиков из зарубежных стран.

Стоит сказать, что многочисленные публикации СМИ, так или иначе освещающие деятельность «Исламского государства», демонстрирующие экзекуции, совершаемые его боевиками, без соответствующего комментария со стороны прогосударственных структур и религиозных деятелей традиционного толка только придают популярности этой организации и способствуют обширной пропаганде ее идеологии.

В связи с этим задача, стоящая перед государственными органами в сфере противодействия этому явлению, многопланова. Проблематика противодействия поднята на беспрецедентно высокий уровень. Так, в сентябре 2014 года Совет безопасности ООН единогласно принял резолюцию, согласно которой страны-участницы должны пресекать получение помощи боевиками «Исламского государства» [10]. Члены Совета безопасности ООН пришли к единому мнению, что необходимо остановить вербовку граждан в эту группировку, а также в другие террористические организации. В резолюции указано на необходимость:

— активизации обмена оперативной информацией о действиях или перемещениях террористов и террористических сетей, включая иностранных боевиков-террористов;

— привлечения к судебной ответственности лиц, принимающих участие в финансировании, планировании, подготовке или совершении террористических актов или в поддержке террористических актов;

— предотвращения въезда на территорию стран или транзит через нее любого лица, в отношении которого такие государства располагают достоверной информацией, дающей разумные основания полагать, что это лицо стремится въехать на их территорию или проследовать через нее транзитом для целей совершения террористических актов;

— возможного выделения Интерполом дополнительных ресурсов для поддержки и поощрения национальных, региональных и международных мер по контролю за перемещением иностранных боевиков-террористов.

Сегодня противодействие террористам-наемникам организуется на различных уровнях. Помимо ООН, в эту работу включены такие организации, как Совет Европы, Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), Межпарламентская Ассамблея СНГ.

В части, касающейся международных специализированных органов, необходимо отметить проводимую Интерполом работу по сбору в своей базе сведений о лицах, подозреваемых в участии, участвующих или планирующих выезд в Сирию и Ирак для участия в вооруженных конфликтах в составе террористических организаций. В этой связи с Интерполом активно взаимодействуют как государственные правоохранительные органы, так и международные центры, в том числе Антитеррористический центр государств-участников СНГ.

Хотелось бы подчеркнуть, что сейчас основной упор в области противодействия террористам-наемникам традиционно делается на мерах правоохранительного и законодательного характера. Среди них — пограничный контроль; предотвращение и пресечение оказания финансовой помощи иностранным боевикам-террористам; уголовное преследование за участие в террористических организациях, в том числе за рубежом; блокирование аккаунтов в социальных сетях, через которые происходит распространение радикальных идей и вербовка новых членов террористических организаций. В странах СНГ центральноазиатского региона также получила распространение регламентация выезда граждан за рубеж с целью получения религиозного образования. Такая система действует в Таджикистане, Узбекистане, Казахстане. Так, Ю. Щегловин в своей книге «Размышления о терроризме» высказывает мнение, что «отбор и направление на учебу в зарубежные исламские университеты должна осуществлять специальная комиссия, опять же за государственный счет в случае необходимости» [15, с. 87].

В докладе по вопросу об угрозе со стороны иностранных боевиков-террористов, подготовленном Группой по аналитической поддержке и наблюдению за санкциями во исполнение п. 23 резолюции 2178 (2014) Совета безопасности ООН, отмечается, что наиболее эффективной политикой в отношении иностранных боевиков-террористов является предупреждение их радикализации, вербовки и поездок. В числе мер предупредительного характера указывается разработка комплексных стратегий борьбы с насильственным экстремизмом на национальном уровне, которая необходима не только для противодействия радикализации и вербовке, большая часть которого связана с контрпропагандой, но и для надлежащей оценки, реабилитации и реинтеграции в гражданское общество возвращающихся иностранных боевиков-террористов [3].

Что касается разработки комплексных стратегий, хотелось бы привлечь внимание к статье независимого исследователя, кандидата исторических наук И. Панкратенко, в которой автор отмечает: «Своим главным лозунгом руководство ИГ сделало строительство на основе ислама государства социальной справедливости, отвергающее ценности западного “общества потребления”. И обрело массу сторонников во всем мире, поскольку сумело дать привлекательную идею» [8]. То есть для построения комплексной стратегии противодействия требуется кардинально переосмыслить происходящее. Мы сталкиваемся не просто с банальной террористической организацией, а с проектом, предлагающим идеологию «социального равенства», которое на самом деле является мнимым. Так, в своем интервью РИА Новости одна из женщин, вернувшихся с территории, контролируемой «Исламским государством», рассказывала, как подвергалась насилию и унижению со стороны боевиков: «Женщинам была отведена унизительная роль прислуги, которую могли передавать из рук в руки. Я видела, как одна девушка могла поочередно стать женой то одного, то другого боевика» [4]. То есть ни о каком равноправии и обретении семейного счастья речи в реальности не идет.

Недостаточно поставить пограничные заслоны и ужесточить национальное уголовное право. Надо понимать, что несмотря на неприкрытую жестокость «Исламского государства», в своих призывах, в частности, к гражданам стран СНГ, ехать в Сирию оно пользуется тем, что практически на всем постсоветском пространстве граждане наших стран сталкиваются с политическими, социальными и экономическими трудностями. То есть необходимо на государственном уровне формировать условия для равноправного доступа к социальным благам, образованию и реализации амбиций в соответствии с полученным образованием, навыками и умениями; создавать рабочие места.

Необходимо вести контрпропаганду, развенчивая миф о справедливом Халифате, давать возможность исламским религиозным деятелям разъяснять происходящее с точки зрения традиционного ислама. Так, в Азербайджанской Республике были предприняты соответствующие шаги со стороны как Управления мусульман Кавказа, так и Государственного комитета по работе с религиозными структурами: проводились мероприятия по разъяснению того, что война в Сирии не имеет никакого отношения к джихаду. В начале 2014 года Глава Управления мусульман Кавказа шейх-уль-ислам Аллахшукюр Пашазаде провел мероприятие по вопросу участия граждан Азербайджана в военных действиях в Сирии. В связи с тем, что граждан Азербайджана вывозят в Сирию для участия в боевых действиях под предлогом джихада и становления шахидом, чтобы попасть в рай, Глава Управления мусульман Кавказа заявил, что «религиозные деятели в своих проповедях должны раскрыть истинное понятие “шахид”, раскрыть верующим значение этого слова» [6].

Одновременно с проведением разъяснительной работы требуется приложить много усилий для повышения уровня образованности. Используя популистские лозунги, материальные трудности населения и собственные успехи в Ираке и Сирии, «Исламское государство» стало тем объектом, который привлекает к себе обездоленных и слабо образованных жителей. Так, согласно докладу экспертов Международной группы по предотвращению кризиса (International Crisis Group, ICG), 99% рекрутов «Исламского государства» в Кыргызстане, направляющихся в Сирию для джихада, не имеют образования [11]. При этом вербовка в ряды экстремистов происходит в мечетях и намазханах (молельных комнатах) по всему центральноазиатскому региону.

В этом плане примечательна первая международная исламская конференция, посвященная профилактике радикализации и терроризма, которая прошла в начале июня в Казани. На ней управляющий делами Духовного управления мусульман Москвы и Центрального региона «Московский Муфтият» Марат Салахов заявил: «Работать нужно с системой образования, чтобы понимание традиционных основ ислама распространялось среди разных категорий населения» [12].

Стоит отметить, что наряду с вербовкой необразованных или малообразованных людей «Исламское государство» активно привлекает в том числе граждан, имеющих хорошее образование. Это врачи, специалисты в области финансов, экономики, нефтедобычи и нефтепереработки. По мнению старшего научного сотрудника Института этнологии и антропологии РАН Ахмета Ярлыкапова, «вербуют не абы кого. Например, среди завербованных — хирурги, необходимые для “черной трансплантологии” и торговли органами, да и вообще для лечения раненых боевиков. Есть нефтяники — для обслуживания предприятий на контролируемых группировкой территориях» [13]. То есть налицо попытка этой террористической организации наладить управление захваченными территориями и построить нечто похожее на государство на собственных законах.

Все, о чем говорилось выше, требует реализации в ближнесрочной перспективе. На стратегическом уровне необходимо формирование государственной идеи, в которой бы содержалась определенная цель и которая давала бы гражданам понимание своего предназначения и места в обществе. В статье независимого эксперта Анастасии Гафаровой [2] имеется отсылка к труду немецкого социолога и философа Эриха Фромма «Бегство от свободы», где он исследовал ситуацию, в которой западный человек, член капиталистического, крайне индивидуализированного общества, сталкивается с острой проблемой одиночества и отсутствия причастности. С окончанием эры предопределенности, где социальное положение и жизненный уклад определялись происхождением, для любого человека оказались открыты все дороги, но при этом не обеспечено прохождение ни по одной из них. Он волен идти в любом направлении, но подсознательно чувствует, что ни в одной из конечных точек пути его никто не ждет, и на каждом жизненном этапе он должен доказывать свое право находиться там. А главное, часто отсутствует всякая цель и понимание своего назначения, что рождает сомнение, страх, гнев. Это и толкает людей, особенно молодых, ищущих свое предназначение и высокую цель, примкнуть к различным сообществам, предлагающим заполнить возникший вакуум. Гафарова высказывает мнение, что «иногда этот вакуум заполняется различными радикальными учениями, такими как джихадизм и исламизм, не имеющими практически ничего общего с исламом, исповедуемым большинством мусульман. И до тех пор, пока западное, а также российское общество, не предложат свою идею, оно рискует терять своих, порой, лучших представителей, в пользу ложных и опасных учений» [2].

В России необходимость формирования национальной идеи высказывается уже на протяжении не одного десятка лет. Эта мысль озвучивалась и участниками слушаний в Общественной палате РФ по вопросу противодействия «Исламскому государству» на территории Российской Федерации, состоявшихся 14 июля 2015 г. В ходе слушаний также было отмечено, что необходимо объединить все здоровые общественные, религиозные и политические силы Российской Федерации для предотвращения проникновения радикальных настроений псевдоисламского толка на территорию страны.

Людям требуется понимание большой цели своей жизни, вектора движения. Сегодня молодежь, которая наиболее подвержена влиянию радикальных идей, живет в обстановке недостаточности духовного и нравственного воспитания. В своем послании к Федеральному Собранию в 2012 году Президент РФ В.В. Путин заявил: «Российское общество испытывает явный дефицит духовных скреп», и государство должно действовать «не путем запретов и ограничений, а обязано укреплять прочную духовно-нравственную основу общества» [9].

Национальная идея должна быть альтернативой для идеи псевдосправедливого мира, которую муссируют сторонники «Исламского государства». Именно она должна стать жизнеспособной альтернативой террористической пропаганде.

В 1963 году Мартин Лютер Кинг3 сказал: «Если отвечать насилием на насилие, то насилие только преумножается, сгущая тьму ночи, в которой уже и так нет звезд». Противодействие террористической идеологии исключительно силовым способом не может принести плодов. С ней нужно бороться комплексно, ее нужно опровергать, развенчивать, выбивать почву из-под ее ног.

 

Список литературы

 

1. Выступление Руководителя Антитеррористического центра государств-участников СНГ А.П. Новикова на XIII совещании руководителей специальных служб, органов безопасности и правоохранительных органов иностранных государств-партнеров ФСБ (г. Сочи, апрель 2014 года). Текст доклада взят из Специализированного банка данных Антитеррористического Центра государств-участников Содружества Независимых Государств.

2. Гафарова А. Что привлекает молодых людей в «Исламском государстве» // ЖЖ. 2015. 15 июня. URL: http://rusfront2012.livejournal.com/307189. html (дата обращения: 05.07.2015).

3. Доклад S/2015/358 от 24.03.2015 Группы по аналитической поддержке и наблюдению за санкциями во исполнение п. 23 резолюции 2178 (2014) Совета Безопасности ООН. URL: http://www.un. org/en/sc/ctc/docs/2015/N1508459_RU.pdf

4. Женщины из Узбекистана, побывавшие в «Исламском государстве», рассказывают о насилии // РИА Новости. URL: http://ria.ru/world/ 20150807/1169073224.html (дата обращения: 12.08.2015).

5. Зайцев В. 10 самых знаменитых наемников // Огонек. 2011. № 11.

6. Мамедалиев В. Война в Сирии не джихад, и погибшие в ней — не шехиды // Независимое информационное агентство «Туран». 2014. 29 янв. URL: http://www.contact.az/docs/2014/Social/ 012800067098ru.htm#.VZZoghvtlBc

7. Материалы заседания рабочей группы ИНТЕРПОЛ по иностранным боевикам-террористам (10—12 декабря 2014 г., г. Маспаломас (Испания)).

8. Панкратенко И. ИГ: под флагом «справедливости» // Информационно-аналитическое издание «Столетие». 2015. 29 июня. URL: http://www.stoletie.ru/vzglyad/ig_pod_flagom_spravedlivosti_951.htm

9. Послание Президента РФ Федеральному Собранию от 12.12.2012. URL: http://kremlin.ru/ events/president/news/17118

10. Резолюция 2178 (2014) Совета Безопасности ООН от 24.09.2014. URL: http://www.un.org/ en/sc/ctc/docs/2015/N1454801_RU.pdf

11. Сирия зовет: радикализация в Центральной Азии. Брифинг Кризисной группы по Европе и Центральной Азии. № 72. 2015. 20 янв. URL: http://www.crisisgroup.org/~/media/Files/asia/central-asia/Russian%20translations/b072-syria-calling-radicalisation-in-central-asia-russian.ashx

12. Столкнулись на толковании // Портал «Деловой центр Республики Татарстан». 2015. 3 июня. URL: http://tatcenter.ru/print/147418/ (дата обращения: 08.07.2015).

13. Халатян А. «Исламское государство» вербует не абы кого // КАВПОЛИТ. 2015. 9 июня. URL: http://kavpolit.com/articles/islamskoe_gosudarstvo_verbuet_ne_aby_kogo-17339 (дата обращения: 11.08.2015).

14. Хаос и экстремизм — оружие США на Ближнем Востоке // Интернет газета «Вести». 2014. 21 июня. URL: http://www.vestifinance.ru/articles/44098 (дата обращения: 01.07.2015).

15. Щегловин Ю.Б. Размышления о борьбе с терроризмом. М.: Институт Ближнего Востока, 2015.

16. Berger J.M., Morgan J. The ISIS Twitter census: defining and describing the population of ISIS supporters on Twitter // The Brookings Institution. 2015. March. No. 20.

17. Khalaf R., Jones S. Selling terror: how ISIS details its brutality // Financial Times. 2014. 17 June. URL: http://www.ft.com/cms/s/2/69e70954-f639-11e3-a038-00144feabdc0.html#axzz3gXClx6Wp

18. Statement by Mr. Jeffrey Feltman, Under-Secretary-General for Political Affairs at the Special event entitled «Arab Media Forum: The Role of media to combat terrorism». 2015. 03 June. URL: http://webtv.un.org/watch/jeffrey-feltman-dpa-on-the-role-of-media-to-combat-terrorism/4272987757001