УДК 343.352 

Страницы в журнале: 87-95 

 

Л.А. Букалерова,

доктор юридических наук, профессор, зав. кафедрой уголовного права, уголовного процесса и криминалистики Юридического института Российского университета дружбы народов Россия, Москва L_A_Buka@mail.ru 

А.В. Полукаров,

кандидат юридических наук, судья Арбитражного суда города Москвы Россия, Москва polukarov@mail.com 

А.В. Куракин,

доктор юридических наук, профессор Финансового университета при Правительстве РФ Россия, Москва kurakinaleksey@gmail.com

 

 

Рассматриваются проблемы противодействия коррупции в социальной сфере. Особую тревогу вызывает коррупция именно в социальной сфере, так как она посягает на общественные отношения, охраняющие основы социального устройства общества, в частности на защиту граждан, в том числе попавших в трудную жизненную ситуацию, детей, инвалидов, охрану здоровья. Обосновывается необходимость усиливать всеми правовыми мерами противодействие коррупции в реализации приоритетных национальных проектов. Предлагается включить во все коррупционные составы правонарушений и преступлений дополнительный квалифицирующий признак: «То же деяние, совершенное в социальной сфере», что будет способствовать более эффективному противодействию коррупции в указанной области и усилит превентивную функцию законов.

Ключевые слова: коррупция, противодействие, социальная сфера, законодательство, совершенствование, государственные органы, взятка, штраф, уголовное наказание, ужесточение наказания. 

 

Национальный план противодействия коррупции на 2016—2017 годы (утв. указом Президента РФ от 01.04.2016 № 147) направлен, в частности, на решение следующих задач: совершенствование правовых основ и организационных механизмов предотвращения и выявления конфликта интересов в отношении лиц, замещающих должности, по которым установлена обязанность принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов; совершенствование механизмов контроля за расходами и обращения в доход государства имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, предусмотренных Федеральным законом от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»; повышение эффективности противодействия коррупции в федеральных органах исполнительной власти и государственных органах субъектов Российской Федерации; активизация деятельности подразделений федеральных государственных органов и органов субъектов Российской Федерации по профилактике коррупционных и иных правонарушений, а также комиссий по координации работы по противодействию коррупции в субъектах Российской Федерации; усиление влияния этических и нравственных норм на соблюдение лицами, замещающими государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов Российской Федерации, муниципальные должности, должности государственной и муниципальной службы, запретов, ограничений и требований, установленных в целях противодействия коррупции; повышение эффективности информационно-пропагандистских и просветительских мер, направленных на создание в обществе атмосферы нетерпимости к коррупционным проявлениям.

По некоторым данным, в коррупцию ежегодно вовлекаются 1,6 млрд человек — четверть населения Земли, это глобальная, общемировая проблема, один день в году — 9 декабря — признан Днем борьбы с коррупцией. Безусловно, ограничиваться одной датой нельзя, требуется ежедневная, системная, продуманная, скрупулезная работа на теоретическом, практическом уровне во всех сферах жизнедеятельности мирового сообщества.

Первоочередными задачами нашего государства считаем неукоснительное исполнение органами государственной власти и местного самоуправления, их должностными лицами федерального законодательства, обеспечение режима законности в деятельности всех властных субъектов, вовлеченных в правоотношения, соблюдение прав и свобод граждан, без которых невозможно как успешное развитие всей социальной сферы, так и воплощение в жизнь приоритетных национальных проектов: «Образование» и «Здоровье», «Доступное и комфортное жилье — гражданам России», «Развитие агропромышленного комплекса».

Безусловно, коррупция опасна для всех отраслей деятельности государства, однако особую тревогу она вызывает именно в социальной сфере, так как, во-первых, потерпевшим является неопределенный круг граждан, в том числе наименее защищенные (пенсионеры, студенты, дети-сироты, инвалиды). Во-вторых, в отличие от добровольной коррупции, когда лицо пытается получить что-то не совсем законное и дает взятку, коррупция в социальной сфере осуществляется зачастую волевым односторонним решением, например при злоупотреблении должностными полномочиями [10]. В-третьих, она имеет глубоко латентный характер1, потерпевшие даже могут не знать о наличии факта ущемления своих прав. В-четвертых, на социальную сферу выделяются значительные суммы бюджетных денег, которые бесконтрольно переходят в коррупционные схемы. В-пятых, такая коррупция — вынужденная, нередко у граждан есть один-единственный путь защитить свои права, который не оставляет выбора (при обращении к врачам, поступлении в вуз, школу, детский сад). В-шестых, она зачастую добровольная, и поэтому начался процесс ее оправдания и признания ее целесообразности (многие согласны оплатить качественную услугу или избавление от проблемы). В-седьмых, она массовая и повсеместно распространенная 2.

Действительно, крупные национальные проекты по-прежнему реализуются непрозрачно, их исполнители назначаются по неизвестным обществу принципам, а не выбираются в ходе открытого публичного конкурса.

Считаем необходимым усиливать всеми правовыми мерами — уголовными, административными — противодействие коррупции при реализации необходимых многим гражданам приоритетных национальных проектов.

На самом высоком государственном уровне проблема понятна и не раз обсуждалась. Так, еще 24 июня 2014 г. на заседании президиума Совета по противодействию коррупции было определено, что для повышения эффективности политико-правовых институтов, обеспечения исполнения законодательства необходимо решение, в частности, проблемы борьбы с коррупцией в государственных учреждениях, оказывающих социальные услуги населению [5].

Согласно данным Transparency International индекс восприятия коррупции в России за 2015 год составил 29 баллов — 119 место (как Азербайджан, Гайана и Сьерра-Леоне), за 2014 — 27 баллов — 136 место [6]. Сравнение индекса восприятия коррупции за 2012 год и доклада Организации Объединенных Наций с рейтингом стран мира по уровню жизни показало, что 10 наименее коррумпированных стран и 10 государств — лидеров по средней продолжительности жизни, уровню развития медицины, образования, правовой и социальной защищенности граждан совпадают на 90%, а в 2013 году совпадение наименее коррумпированных с наиболее «счастливыми» странами составило 80% [8]. Из другого доклада Transparency International следует, что наша страна пребывает в трети государств, наиболее пораженных коррупцией. Коррупционный рынок составляет до 80% легального выпуска продукции. В денежном исчислении это примерно 316 млрд долларов в год, мировой объем коррупции — 1 трлн долларов [13].

Не добавляет ясности отсутствие гласных решений по привлечению должностных лиц к дисциплинарной, административной, уголовной ответственности за невыполнение положений глобальных, остро необходимых практически каждому члену нашего общества социальных проблем, на решение которых напрямую направлены национальные проекты. Нам удалось найти только один пример: согласно постановлению заместителя руководителя Территориального управления Федеральной службы финансово-бюджетного надзора в Красноярском крае от 11.07.2012 главный врач КГБУЗ «Красноярская краевая больница №» К. был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 15.14 Кодекса РФ об административных правонарушениях в виде административного штрафа в размере 4 тыс. рублей за то, что он допустил нецелевое использование бюджетных средств, а именно за то, что за счет средств федерального бюджета, выделенных на реализацию приоритетного национального проекта «Здоровье», на выполнение государственного задания по оказанию высокотехнологичных видов медицинской помощи гражданам Российской Федерации, была выплачена заработная плата за сентябрь 2011 года работникам, не относящимся к медицинскому персоналу (экономистам, менеджеру, кассиру), а также удержаны налог, членские взносы, взносы во внебюджетные фонды в сумме 10 659 рублей 98 коп.

Еще 9 лет назад в распоряжении Правительства РФ от 17.11.2008 № 1662-р «О Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года» было указано, что начавшаяся реализация национальных проектов в образовании, здравоохранении, жилищном строительстве и сельском хозяйстве позволила значительно модернизировать эти сферы, устранить или смягчить часть имеющихся диспропорций и главные цели национальных проектов в основном достигнуты: экономический рост приобрел устойчивый характер, заложены основы масштабных структурных и институциональных изменений [19]. Однако социологические опросы, проведенные после очередного витка экономического кризиса, статистические данные о коррупционных преступлениях, громкие дела свидетельствуют об обратном. По опросам Левада-Центра, относительное большинство россиян (42%) не верит в то, что высокопоставленные чиновники говорят правду, в том числе Президенту РФ, описывая положение дел в экономике, здравоохранении, борьбе с преступностью и других сферах государственного управления; по мнению 14%, правду от Президента РФ вообще скрывают. Официальная статистика у россиян вызывает чуть большее доверие, чем сообщаемая чиновниками информация: 23% верят в ее правдивость, 32% — нет, 41% — отчасти доверяют, отчасти нет.

Центр экономических и политических реформ провел исследование «Год санкций и дешевой нефти», оценив протестную активность россиян с сентября 2014 года по октябрь 2015 года. Исследователи выяснили, чем чаще всего недовольны митингующие, и составили рейтинг протестности регионов. Как оказалось, наиболее резонансные акции касались социально-экономических проблем. Однако в условиях усугубления экономической нестабильности у демонстрантов появляются политические лозунги и требования — как общего характера (против коррупции и произвола властей), так и конкретные (с требованием отставки тех или иных чиновников). Большая доля протестующих — это бюджетники и работники государственных предприятий, по которым больше всего бьет сокращение социальных расходов. Социальная напряженность внутри страны, помноженная на общемировые политический, экономический, миграционный кризисы, вызывает обоснованную тревогу граждан.

По данным сопредседателя Общероссийского народного фронта (далее — ОНФ) А. Бречалова, в 2014 году 80% указов и поручений Президента РФ остались не реализованными в полной мере, ОНФ проконтролировал качество исполнения 131 поручения:

40 из них касались майских указов, 41 — других важных решений, а 50 были даны по итогам встреч главы государства с активом ОНФ. Как оказалось, в 40% случаев поручения были выполнены частично, в 25% — не были выполнены, а в 6% — выполнены формально. В частности, из 38 экономических поручений были выполнены лишь 5. Между тем средства на эти цели выделяются немалые. В 2016 году объем бюджетных ассигнований на реализацию майских указов составил 676,1 млрд рублей, что на 2,2% больше затрат в 2015 году.

А в отчете о работе Счетной палаты РФ в 2014 году указаны следующие факты: по результатам проверки исполнения Правительством Нижегородской области и Правительством Самарской области обязательств по созданию технопарков в сфере высоких технологий установлены факты использования бюджетных средств на общую сумму как минимум 115,9 млн рублей на цели, не относящиеся к целям предоставления субсидий [20].

Вскрытие подобных ужасающих фактов коррупции и неуверенность населения в скорейшем и справедливом наказании виновных не способствуют нормализации психологического настроя граждан. Приведем еще два примера: в конце марта 2016 года официальный представитель Следственного комитета РФ

В. Маркин сообщил, что ректор Дальневосточного федерального университета С. Иванец был задержан по подозрению в злоупотреблении должностными полномочиями. В 2011 году университет заключил договор с ООО «Современный университет» на создание Информационно-технической системы на сумму более 647 млн рублей, работы должны были завершиться еще в 2013 году, но не были в полном объеме произведены, а в 2015 году проректоры А. Цхе и В. Атаманюк подписали акт выполнения работ [10]. В. Бурматов — первый заместитель председателя комитета Государственной Думы по образованию — справедливо отмечает, что одной из причин коррупции в вузах является отмена выборов ректоров, которые впоследствии не проверяются на эффективность и финансовую чистоплотность [3].

Другой пример — в августе 2013 года Абинский районный суд Краснодарского края вынес приговор в отношении бывших главы администрации Крымского района, главы города Крымска, главы Нижнебаканского сельского поселения и исполняющего обязанности руководителя Управления по предупреждению чрезвычайных ситуаций и гражданской защиты. Все они были признаны виновными в халатности за то, что, получив в июле

2012 года штормовое предупреждение, не приняли необходимых мер защиты и не оповестили об этом население. После выпадения большого количества осадков и разлива рек, затопления вследствие этого низменной части города Крымска, а также подтопления станиц Неберджаевской и Нижнебаканской чиновники вовремя не ввели режим чрезвычайной ситуации. Это привело к гибели 153 человек, исчезновению двух и причинению тяжкого вреда здоровью пяти местных жителей [29].

Значительные суммы, выделяемые из бюджета на реализацию проектов социальной сферы, должны быть полностью, без остатка освоены по целевому назначению, на это должны быть направлены силы всех правоохранительных органов. Так, Генеральный прокурор РФ Ю. Чайка пояснил, что в 2015 году совместно с Министерством внутренних дел РФ, Федеральной службой безопасности и Следственным комитетом РФ проделана значительная работа по противодействию «откатам» в сфере государственных закупок, пресечению фактов хищений, нецелевого использования денежных средств, выделенных на государственный оборонный заказ, а также на развитие жилищно-коммунального комплекса. Больше установлено лиц, совершивших коррупционные преступления. Осуждено почти 13 тыс. коррупционеров, в числе которых свыше 800 занимали должности в органах государственной власти и местного самоуправления [11].

По данным председателя Верховного Суда РФ В. Лебедева, в нашей стране 22% всех коррупционеров осуждается за получение взятки, каждый пятый — это работник здравоохранения [2]. По оценкам медиков Москвы, неофициальные платежи составляют от 10% до 85% в ежемесячном доходе врача, в других регионах этот показатель ниже. Так, заведующий одним из отделений республиканского наркологического диспансера Татарстана был задержан с поличным при получении взятки в сумме 11,5 тыс. рублей за госпитализацию в бесплатную палату [22].

Рассмотренная сумма не является показательной, так как с каждым годом в России катастрофически возрастают суммы взяток. Так, в 2015 году средний размер взятки в Российской Федерации возрос почти в 3 раза и составил 613,7 тыс. рублей, при этом в 2014 году он варьировался в пределах 218,4 тыс. рублей [27]. Другая проблема, что применяемые наказания за те же взятки не совсем эффективны, например в 2013 году реальные сроки получили только 8% взяточников [9], а из 15,5 млрд рублей, подлежащих взысканию по делам о коррупции, в 2014 году удалось вернуть только 588 млн рублей [32].

По данным фонда ИНДЕМ [31], суммы, полученные в виде взяток, тратятся следующим образом: получить бесплатную медицинскую помощь в поликлинике — 12,5% всех взяток, выплачиваемых гражданами (183,1 млн долларов США); попав в больницу, получить там полноценную бесплатную помощь и обслуживание —11,8% всех взяток, выплачиваемых гражданами (182,5 млн долларов США); найти место в больнице для бесплатной операции или лечения серьезного заболевания — 8,4% всех взяток, выплачиваемых гражданами (236,8 млн долларов США) [30, с. 180—182].

Спорным является мнение Н. Артеменко и Е. Тищенко о том, что незначительный размер получаемого вознаграждения, а также факт совершения преступления впервые свидетельствует скорее о недостаточной социальной защищенности медицинских работников, нежели о стойкой коррупционной составляющей линии в их поведении [1, с. 9—12]. Используя такое оправдание, избежать ответственности могут практически все известные взяткополучатели в России.

В этой связи укажем, что на заседании Совета при Президенте РФ по противодействию коррупции 26 января 2016 г. С. Иванов заметил, что статистически, согласно большинству приговоров, сумма взятки составляет менее 10 тыс. рублей (очень мелкий размер взяток), и предложил ввести состав преступления, устанавливающий ответственность за дачу или получение взятки в сумме до 10 тыс. рублей, и в качестве наказания — штрафы и исправительные работы [7]. Не можем согласиться с этим предложением: таким образом мы практически узаконим так называемые бытовые взятки, превентивная функция только штрафов и исправительных работ в сфере коррупции крайне низка.

На наш взгляд, общественная опасность коррупции независимо от размера взятки не уменьшается, она существенно подрывает авторитет власти, поэтому ни на какие уступки коррупционерам идти нецелесообразно.

В целом В. Иноземцев правильно отмечает, что значительная часть российских чиновников живет не по средствам, а отказ ратифицировать ст. 20 Конвенции ООН против коррупции 2003 года (далее — Конвенция) приводит к тому, что целые региональные правительства признаются чуть ли не организованными преступными группами. В России «представители власти хотят тратить без контроля и ограничений, как в африканской диктатуре, а выглядеть и быть воспринимаемыми так, как если бы все они были честными европейскими чиновниками, подотчетными народу» [7].

В указе Президента РФ от 31.12.2015 № 683 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» говорится, что силы и средства обеспечения национальной безопасности должны быть направлены на социальную сферу в целях повышения качества жизни российских граждан.

К сожалению, понятие «социальная сфера» является собирательным и не имеет легального толкования. Для выяснения его правовой природы обратимся к постановлению Правительства РФ от 23.11.2009 № 944 «Об утверждении перечня видов деятельности в сфере здравоохранения, сфере образования и социальной сфере, осуществляемых юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, в отношении которых плановые проверки проводятся с установленной периодичностью», согласно которому в перечень видов деятельности в социальной сфере включены: оказание амбулаторно-поликлинической медицинской помощи; оказание стационарной и санаторно-курортной медицинской помощи; оказание скорой медицинской помощи; розничная торговля лекарственными средствами и изготовление лекарственных средств в аптечных учреждениях; оптовая торговля лекарственными средствами; дошкольное и начальное общее образование; основное общее и среднее (полное) общее образование; деятельность детских лагерей на время каникул; предоставление социальных услуг с обеспечением проживания [15].

При этом в иных российских документах выделяются следующие подгруппы социальной сферы: социально-трудовая [14] и социально-культурная [16]. В приказе Федеральной службы государственной статистики от 24.07.2015 № 343 «Об утверждении статистического инструментария для организации федерального статистического наблюдения за состоянием экономики и социальной сферы муниципального образования» [18] названы следующие объекты социальной сферы: учреждения социального обслуживания населения, социальной защиты населения, общеобразовательные организации, организации здравоохранения, организации культуры. В приказе Росстата от 30.11.2015 № 594 «Об утверждении статистического инструментария для проведения федерального статистического наблюдения в сфере оплаты труда отдельных категорий работников социальной сферы и науки, в отношении которых предусмотрены мероприятия по повышению средней заработной платы в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 г. № 597 “О мероприятиях по реализации государственной социальной политики”»1 речь идет о работниках социальной сферы и науки, при этом к ним, помимо научных, отнесены работники образования, здравоохранения, социального обслуживания, культуры [18].

Ранее в приказе Министра обороны РФ от 01.03.2011 № 250 «Об утверждении Перечня государственных услуг (работ), оказываемых (выполняемых) находящимися в ведении Министерства обороны Российской Федерации федеральными государственными (бюджетными, автономными) учреждениями военно-социальной сферы в качестве основных видов деятельности» таковыми названы государственные услуги (работы) в области физической культуры и спорта, культуры и досуга, информационного обслуживания (газеты, журналы, видеоцентры и студии), общего и профессионального образования и подготовки военнослужащих, государственных гражданских служащих и членов их семей, медицинского обеспечения, санаторно-курортного обеспечения.

Также следует опираться на следующие распоряжения Правительства РФ: от 28.12.2012 № 2599-р «Об утверждении плана мероприятий (“дорожной карты”) “Изменения в отраслях социальной сферы, направленные на повышение эффективности здравоохранения”» [24]; от 28.12.2012 № 2606-р «Об утверждении плана мероприятий “Изменения в отраслях социальной сферы, направленные на повышение эффективности сферы культуры” (вместе с “Планом мероприятий (“дорожная карта”) “Изменения в отраслях социальной сферы, направленные на повышение эффективности сферы культуры”)» [25]; от 30.04.2014 № 722-р «Об утверждении плана мероприятий (“дорожной карты”) “Изменения в отраслях социальной сферы, направленные на повышение эффективности образования и науки”» [26].

Подытожить поиск понятия «социальная сфера» можно определением из постановления Правительства РФ от 08.10.2012 № 1028 «О Совете при Правительстве Российской Федерации по вопросам попечительства в социальной сфере». В нем социальная сфера определена как область социальной защиты граждан, попавших в трудную жизненную ситуацию, в том числе детей, оставшихся без попечения родителей, инвалидов и иных групп граждан, охраны здоровья граждан [23].

Таким образом, можно сделать вывод, что, с одной стороны, в социальной сфере трудятся одни из самых незащищенных, зачастую бюджетных работников, в том числе тех, кто подпадает под признаки субъектов получения взятки. С другой стороны, они напрямую представляют интересы государства в оказании наиболее жизненно значимых, всем необходимых категорий услуг, особенно сферы здравоохранения и образования. Взяткодателем потенциально может оказаться практически каждый житель страны, который нуждается в качественном лечении или образовании. При этом взяткодатели понимают, что эти услуги им должны оказываться бесплатно, они на них уплачивали налоги всю жизнь, однако обидеть врача или учителя не могут, чем зачастую пользуются недобросовестные сотрудники социальной сферы, создавая условия, в которых граждане вынуждены давать вознаграждение или подкуп. Каждый из нас в сложной ситуации необходимости оказания срочной медицинской помощи (операция, госпитализация) пойдет искать все возможные способы ее получить и будет готов осуществить незамедлительное материальное обеспечение решения вопроса.

Финансовые отношения между врачом и пациентом нередко строятся на неформальной основе, причем часто инициатором такой коммуникации выступают сами пациенты. Их убежденность в том, что для получения качественной медицинской помощи необходимо «отблагодарить» врача на фоне низких зарплат последних мотивирует медиков к участию в системе неофициальных платежей. Врач, принявший клятву Гиппократа, выбравший для себя эту профессию, не должен рассчитывать на легкие незаконные заработки, ведь это априори бюджетная специальность, в России недостаточно развита сфера платных медицинских услуг. При этом следует учитывать, что платные услуги многим не по карману, так что реально выбора у пациентов и их родственников нет.

Заинтересованность двух сторон в «платежах мимо кассы» приводит к возникновению самоорганизующейся системы неофициальных бизнес-отношений врача и пациента. Важным условием воспроизводства такого взаимодействия является традиция обращения к врачу по знакомству, в этом случае рекомендатель часто выступает в роли посредника, заранее оговаривая сумму оплаты медицинской услуги [12, с. 32].

Коррупция в социальной сфере посягает на общественные отношения, охраняющие основы социальной сферы общества, в частности на защиту граждан, попавших в трудную жизненную ситуацию, в том числе детей, оставшихся без попечения родителей, инвалидов и иных групп граждан, охрану здоровья граждан.

Считаем, что во все коррупционные составы правонарушений и преступлений должен быть включен дополнительный квалифицирующий признак: «То же деяние, совершенное в социальной сфере», что будет способствовать более эффективному противодействию коррупции в указанной области и усилит превентивную функцию законов.

Проблемой, на наш взгляд, является отсутствие государственного органа, уполномоченного формировать антикоррупционную политику, ее координацию и мониторинг, предписанную Конвенцией; существующее в Администрации Президента РФ Управление по противодействию коррупции не имеет таких функций и полномочий.

Следует согласиться с В. Номоконовым, что необходима системность в формировании и реализации антикоррупционной политики, включающей политические, организационные, правовые, экономические и идеологические меры; необходимо ликвидировать коррупциогенные дыры, и прежде всего в законодательстве, полностью привести его в соответствие требованиям Конвенции; необходимо осуществлять постоянный антикоррупционный мониторинг и повсеместно проводить специальные исследования с целью реальной оценки текущей коррупционной ситуации, общих и региональных особенностей причин коррупции, эффективности мер по противодействию коррупции; нужна регулярная антикоррупционная профилактика в виде аналитических, просветительских и других информационных материалов в средствах массовой информации, сети Интернет [12, с. 32].

Следует сделать вывод, что невнимание законодателя к коррупции в социальной сфере порождает низкую исполнительскую дисциплину отечественных чиновников, что негативным образом сказывается на качестве государственного управления в целом.

 

Список литературы

 

1. Артеменко Н., Тищенко Е. Назначение дополнительного наказания за получение взятки врачом // Уголовное право. 2010. № 1. С. 9—12.

2. Брилев С. Вячеслав Лебедев: в Российской Федерации 22 процента осуждается за получение взятки. URL: http://supcourt.ru/vscourt_ detale.php/ (дата обращения: 27.03.2016).

3. В Госдуме обвинили Минобрнауки в причастности к коррупции в ДВФУ. URL: http://www.crime.vl.ru/ (дата обращения: 27.03.2016).

4. Григорьев М.С., Гриб В.В., Вахнина Н.А. Коррупция в сфере медицинских услуг России. М., 2012.

5. Заседание президиума Совета по противодействию коррупции 24 июня 2014 г. URL: http://state.kremlin.ru/face/46150 (дата обращения: 27.03.2016).

6. Индекс восприятия коррупции. URL: http://transparency.org.ru/indeks-vospriiatiia-korruptcii/indeks-vospriiatiia-korruptcii-2015-rossiia-podnialas-na-119-mesto (дата обращения: 27.03.2016).

7. Иноземцев В. Путин, коррупция и иллюзия нормальности — Что происходит? URL: http://www.crime.vl.ru

8. Институт Земли: Рейтинг стран мира по уровню счастья населения в 2013 году. URL: http://gtmarket.ru/news/2013/09/11/6242 (дата обращения: 27.03.2016).

9. Как кризис меняет «восприятие коррупции» в России. URL: http://www.crime.vl.ru/ (дата обращения: 27.03.2016).

10. Маркин сообщил причину задержания ректора ДВФУ. URL: https://www.tvc.ru/news/show/id/88821 (дата обращения:  27.03.2016).

11. Материалы расширенного заседания коллегии Генеральной прокуратуры Российской Федерации, посвященного итогам работы в 2015 году и задачам по укреплению законности и правопорядка в 2016 году. URL: http://genproc.gov.ru/smi/news/genproc/news-1067532/ (дата обращения: 27.03.2016).

12. Номоконов В.А. Антикриминальная политика: от либерализации к радикализации? // Вестник Казанского юридического института МВД России. 2014. № 1 (15). С. 32—36.

13. Номоконов В. Противостоянию коррупции не хватает личного примера руководителей государства. URL: http://www.crime.vl.ru/ (дата обращения: 27.03.2016).

14. Об определении пообъектного состава федеральной собственности в социально-культурной сфере: постановление Правительства РФ от 08.05.1992 № 292 // Законодательство и экономика. 1992. № 10.

15. Об утверждении перечня видов деятельности в сфере здравоохранения, сфере образования и социальной сфере, осуществляемых юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, в отношении которых плановые проверки проводятся с установленной периодичностью: постановление Правительства РФ от 23.11.2009 № 944 // Собрание законодательства РФ. 2009. № 48. Ст. 5824.

16. Об утверждении Положения о всероссийском мониторинге социально-трудовой сферы: постановление Правительства РФ от 22.03.1995 № 291 // Собрание законодательства РФ. 1995. № 13. Ст. 1151.

17. Об утверждении статистического инструментария для организации федерального статистического наблюдения за состоянием экономики и социальной сферы муниципального образования: приказ Росстата от 24.07.2015 № 343 // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

18. Об утверждении статистического инструментария для проведения федерального статистического наблюдения в сфере оплаты труда отдельных категорий работников социальной сферы и науки, в отношении которых предусмотрены мероприятия по повышению средней заработной платы в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 г. № 597 «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики»: приказ Росстата от 30.11.2015 № 594 // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

Чтобы получить короткую ссылку на этот материал, скопируйте ее в адресной строке браузера и нажмите на кнопку: