УДК 347.121.1:504.75

Страницы в журнале: 43-46

 

М.Д. Сорокина,

лаборант кафедры служебного и трудового права Поволжского института управления имени П.А. Столыпина Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ Россия, Саратов marusy57@mail.ru

Рассматриваются правовые аспекты защиты экологических прав коренных малочисленных народов Российской Федерации на базе современного российского законодательства; анализируется международная практика изучаемой проблемы, акцентируется внимание на наиболее значимых проблемах: во-первых, безвозмездного пользования земельными участками на территориях традиционного проживания, во-вторых, возмещения убытков, причиненных в результате нанесения ущерба исконной среде обитания; формулируется вывод о целесообразности применения канадской модели правового регулирования данного вопроса в Российской Федерации.

Ключевые слова: коренные малочисленные народы, экологические права, защита экологических прав в международном праве, государство, законодательство, проблема, правительство.

 

Одним из важнейших вопросов современного международного и внутригосударственного права является обеспечение прав человека. Декларация тысячелетия Организации Объединенных Наций [3] провозглашает уважение прав человека и основных свобод в качестве приоритетной цели сотрудничества государств. Однако как показывает опыт современных международных отношений, проблема сотрудничества в области защиты прав и свобод человека является одной из самых сложных и противоречивых. Особое место в системе прав человека занимают права представителей коренных народов, людей, подвергшихся истреблению в период колонизации и захвата их земель, к числу которых относятся североамериканские и южноамериканские индейцы, аборигены Австралии и Новой Зеландии, коренные малочисленные народы России и другие представители исчезающих этносов.

В настоящее время защита экологических прав человека и гражданина во всем мире является одной из приоритетных задач, не отстает от данной тенденции и Российская Федерация. Статья 42 Конституции РФ [4] гарантирует гражданам право на благоприятную окружающую среду, в том числе право на возмещение ущерба, причиненного экологическими правонарушениями, провозглашая таким образом экологические права гражданина.

Долгое время российское государство уважительно относилось к правам населяющих его сибирских и северных народов, но со временем Север, Сибирь и Дальний Восток стали рассматриваться как ресурсная база для экономического роста, что обусловило интенсивное освоение богатых полезными ископаемыми, но хрупких территорий. В последние десятилетия сырьевая составляющая в экономике России стала доминирующей, что повлекло дальнейшее обострение экологических проблем (загрязнение и деградацию земель, ухудшение состояния атмосферного воздуха, водных объектов, лесных массивов, уничтожение биологических ресурсов и среды обитания человека и животных и т. д.) на всей территории страны. В связи с этим возникает вопрос о возрождении и сохранении традиционного природопользования коренных малочисленных народов России как формы хозяйствования, в наименьшей степени способной породить экологические проблемы в ходе ее осуществления [8].

Проблема защиты экологических прав коренных малочисленных народов не является новой в российском законодательстве. Публикации последних лет свидетельствуют об актуальности обозначенной тематики. Так, научные исследования В.А. Кряжкова посвящены совершенствованию законодательства в сфере защиты прав коренных малочисленных народов [5]. Р.Р. Амирова и Э.Ф. Нигматуллина обосновывают необходимость корректировки вопросов природопользования с учетом этнокультурных особенностей многонационального Российского государства [1].

Таким образом, целями настоящего исследования являются: анализ национального и международного опыта защиты экологических прав коренных малочисленных народов, выявление наиболее существенных проблем в данной сфере; выработка предложений, связанных с оптимизацией нормативного регулирования защиты экологических прав коренных малочисленных народов.

В настоящее время в 28 субъектах Российской Федерации компактно проживают 40 малочисленных народов Севера. Согласно данным Всероссийской переписи населения 2002 года общая численность малочисленных народов Севера (включая также вновь выделенных переписью камчадалов, теленгитов, тубаларов, челканцев и чулымцев) составила 244 тыс. человек, причем численность отдельных народов колеблется от 41 тыс. человек (ненцы) до 240 человек (энцы) [15].

Для коренных малочисленных народов, образ жизни которых неразрывно связан с окружающей средой как основой их жизнедеятельности, защита экологических прав является первоочередной задачей Российского государства.

Подтверждением этому является ст. 69 Конституции РФ, гарантирующая права коренных малочисленных народов в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации.

На федеральном уровне права и интересы коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации в области традиционного природопользования и использования живых биологических ресурсов частично нашли свое закрепление в Земельном кодексе РФ [12], Водном кодексе РФ [13], Налоговом кодексе РФ [10], Лесном кодексе РФ [14], в 15 федеральных законах и в нескольких постановлениях Правительства РФ.

На региональном уровне за последние 10 лет по данной проблематике принято около 600 нормативных правовых актов.

Основным специальным законом, регулирующим экологические права коренных малочисленных народов, является Федеральный закон от 30.04.1999 № 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации» [11].

Одним из наиболее значимых экологических прав коренных малочисленных народов является право безвозмездного пользования земельными участками в пределах территорий традиционного природопользования. Необходимо отметить, что ЗК РФ уравнивает представителей коренных малочисленных народов и их общин в правах на земельные участки с другими экологопользователями. Следует также отметить, что в действующем земельном законодательстве право на приобретение в безвозмездное пользование земельных участков в границах территорий традиционного природопользования до сих пор не предусмотрено, что является, на наш взгляд, недостатком в обеспечении защиты традиционного права малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока.

Кроме того, не обеспечено должным образом право коренных малочисленных народов на возмещение убытков, причиненных им в результате нанесения ущерба исконной среде обитания хозяйственной деятельностью организаций всех форм собственности. Федеральное законодательство не предусматривает действенных мер для юридических лиц, оказывающих антропогенное воздействие и причиняющих вред традиционным местам обитания коренных малочисленных народов.

В Якутском парламенте 28 апреля 2015 г. состоялось обсуждение вопросов, связанных с проблемами взаимодействия коренных малочисленных народов Севера и компаний-недропользователей. В настоящее время для того, чтобы начать разработку участка недр, компании не требуется получение разрешения у коренных народов. «Внесение изменений привело к тому, что в настоящее время в России коренные народы лишены значительной части своих законных прав на собственность, использование или владение землей, на которой они живут, охотятся, ловят рыбу или пасут оленей. Частные компании, получив через тендер право на использование земли и ресурсов, по закону не обязаны получать согласия коренных малочисленных народов. Эти факты свидетельствуют о том, что в Российской Федерации в последние годы наблюдается тревожная ситуация с соблюдением конституционных прав коренных народов» [2].

Одним из недостатков следует считать отсутствие эффективной реализации компенсационных выплат за понесенный ущерб вследствие негативного воздействия на окружающую среду. Коренные малочисленные народы и их объединения вынуждены каждый раз доказывать правомерность своих требований о выплатах им компенсаций за экологический ущерб.

Подобная практика прослеживается и в международном законодательстве. Такого рода вопросы решаются по-разному. Так, в Канаде применяется процедура соглашений о разработке недр и добыче полезных ископаемых [9]. Иначе говоря, прежде чем начать подобного рода разработку, государство в лице представительных органов власти, а также добывающие компании согласовывают свою деятельность с народами, традиционно ведущими промысел и проживающими на данных территориях. Канадское законодательство в сфере защиты экологических прав коренных малочисленных народов отличает богатая нормативно-правовая база, в Российской Федерации этого не наблюдается.

В Колумбии правительство с участием аборигенов определяет территории проживания индейских племен — резерваций, которые неотчуждаемы, а равно являются коллективной собственностью. Управление резервациями осуществляют советы, которые сформированы и действуют на основе обычаев и традиций проживающих там сообществ. При этом эксплуатация природных ресурсов данных территорий не должна наносить ущерб культурной, социальной и экономической целостности. При принятии решений о такой эксплуатации Правительство Колумбии поощряет участие в этом представителей соответствующих сообществ.

В Соединенных Штатах Америки практика защиты экологических прав коренных малочисленных народов построена по принципу равноправия граждан. Тем не менее аборигенам — индейцам, эскимосам и алеутам — предоставлен особый юридический статус, определяющийся федеральным законодательством. По отношению к индейцам действует Закон 1975 года о содействии самоопределению индейских общин, в соответствии с которым индейцы, живущие компактно, имеют национально-территориальную автономию — земли-резервации. Устанавливается неотчуждаемость этих земель, их общинное (коллективное) владение и пользование, допускается разработка природных ископаемых только с санкции общинных органов самоуправления и под контролем федерального Бюро по делам индейцев; охота, рыболовство, природоохранные мероприятия осуществляются по правилам общины [7]. В такой модели компенсации коренному населению не предусматриваются, но при этом общинным органам самоуправления предоставляется широкий круг регулирующих полномочий.

В заключение необходимо отметить, что несмотря на позитивные тенденции в сфере защиты экологических прав коренных малочисленных народов, все еще остается значительный комплекс пробелов в нормативно-правовом регулировании данной сферы общественных отношений, а также проблем правоприменительного характера. Далеко не все из них представляется возможным скорректировать на современном этапе, что, однако, не отменяет необходимости их урегулирования и приведения в соответствие с общепризнанными принципами и нормами международного права в обозначенной области общественных отношений.

Например, в сфере земельных правоотношений с участием коренных народов международное право признает права собственности и владения на земли, традиционно занимаемые коренными народами. Российская Федерация в данном случае не может перенять такого рода опыт постольку, поскольку, как верно отмечают Р.Р. Амирова и Э.Ф. Нигматуллина, такое положение противоречит ст. 9 Конституции РФ, в которой закреплено, что земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории. Это не предполагает, что земля может быть разделена на основе права собственности, возникающего между различными народами, да и практически подобное невозможно сделать, особенно в многонациональном государстве [1].

Конвенция Международной организации труда № 169 «О коренных народах и народах, ведущих племенной образ жизни, в независимых странах» — это международный договор, который устанавливает основные стандарты, принципы и права коренных народов. По мнению Н.М. Малчинова, возможной ратификации данного документа Россией мешает признание права собственности коренных народов на занимаемые ими земли. В Гражданском кодексе РФ отсутствует понятие «собственность народов» [6, с. 355].

Таким образом, следует констатировать, что несмотря на имеющиеся положительные тенденции в сфере защиты экологических прав коренных малочисленных народов, рассчитывать на проведение реформ, носящих кардинальный характер, в данной области общественных отношений не представляется возможным.

Исходя из проведенного анализа и учитывая накопленный опыт зарубежных стран в решении вопросов, связанных с компенсациями коренным малочисленным народам, целесообразно ориентироваться на канадскую модель правовой защиты экологических прав коренных малочисленных народов, при этом необходимо учитывать экономические, социальные, природные, географические, ландшафтные и иные особенности, предусмотренные законодательством Российской Федерации.

Список литературы

 

1. Амирова Р.Р., Нигматуллина Э.Ф. Конституционно-правовая политика в сфере защиты экологических прав коренных малочисленных народов // Юридический мир. 2014. № 3. С. 61—65. 

2. В якутском парламенте обсудили вопросы взаимодействия коренных народов Севера и компаний-недропользователей. URL: http://yakutsk.bezformata.ru/listnews/korennih-narodov- severa-i-kompanij/32362137/

3. Декларация тысячелетия Организации Объединенных Наций: принята Генеральной Ассамблеей ООН 08.09.2000 (Резолюция № A/RES/52/2). URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/summitdecl.shtml

4. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) // Российская газета. 1993. 25 дек.

5. Кряжков В.А. Законодательство о коренных малочисленных народах Севера: современное состояние и пути совершенствования // Современное состояние и пути развития коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации /  под ред. В.А. Штырова.   М., 2012.

6. Малчинов Н.М. Коренные малочисленные народы: проблемы законодательства // Культура и традиции коренных народов Севера Алтая / отв. ред. А.В. Малинов. СПб.: Изд. дом С.-Петерб. гос. ун-та, 2008.

7. Право коренных народов на земли. URL: http://www.hrights.ru/text/b7/Chapter6.htm

8. Право на традиционное природопользование коренных малочисленных народов России в системе их экологических прав. URL:  http://www.dissercat.com/content/pravo-na-traditsionnoe-prirodopolzovanie-korennykh-malochislennykh-narodov-rossii-v-sisteme-#ixzz3GBGFThL4

9. Правовое положение и организации коренных народов Канады. URL: http://www.suri.ee/ muud/kama.html

10. Собрание законодательства РФ. 1998. № 31. Ст. 3824.

11. Собрание законодательства РФ. 1999. № 18. Ст. 2208.

12. Собрание законодательства РФ. 2001. № 44. Ст. 4147.

13. Собрание законодательства РФ. 2006. № 23. Ст. 2381.

14. Собрание законодательства РФ. 2006. № 50. Ст. 5278.

15. Собрание законодательства РФ. 2009. № 7. Ст. 876.