УДК 341.123.042:343.3/.7 

 Страницы в журнале: 135-139

 

Р.А. Брунер,

кандидат юридических наук, преподаватель кафедры административного права Московского университета МВД России им. В.Я.Кикотя Россия, Москва bruner@zakon-adv.ru

 

С.В. Борисов,

доктор юридических наук, доцент, профессор кафедры уголовного права Московского университета МВД России им. В.Я. Кикотя Россия, Москва svb8@yandex.ru

 

Рассматриваются положения резолюции ООН, осуждающей героизацию нацизма, имеющие значение для дальнейшего развития уголовной политики и уголовного законодательства Российской Федерации, проанализированы отдельные новеллы уголовного права, направленные на противодействие различным проявлениям нацизма.

Ключевые слова: нацизм, ксенофобия, преступления экстремистской направленности, расизм, резолюция ООН, экстремизм, экстремистская деятельность.

 

Делегаты Третьего комитета Генеральной Ассамблеи ООН  20.11.2014 г. 120 голосами «за» при 3 «против» и 57 «воздержавшихся» по инициативе Российской Федерации приняли резолюцию «Героизация нацизма: недопустимость определенных видов практики, которые способствуют эскалации современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости» [1, c. 42; 3].

Выступая по проекту данной резолюции, представитель Российской Федерации В.А. Небензя напомнил о войне, победа в которой стоила жизни миллионам невинных людей, погибших в том числе вследствие практической реализации различных теорий расового или этнического превосходства; напомнил о международных правовых актах, ставших прямым ответом на преступления нацизма и ужасы Второй мировой войны, а также обратил внимание на то, что сегодня мир все чаще сталкивается с ситуациями, когда в торжественной обстановке открываются памятники нацистам, дни освобождения от нацизма объявляются днями траура, а те, кто выступает против того, чтобы предавать забвению память о воевавших в годы войны с нацизмом, подвергаются арестам. Более того, как подчеркнул В.А. Небензя, тех, кто сражался против стран антигитлеровской коалиции или сотрудничал с нацистами, в некоторых странах упорно пытаются возвести в ранг национальных героев и героев национально-освободительного движения, что говорит вовсе не о политкорректности, а об откровенном цинизме и кощунстве по отношению к тем, кто освободил мир от ужасов национал-социализма. Также он отметил, что во многих европейских государствах, где запрещено отрицание холокоста, «позволяют воздвигать памятники тем, кто как раз совершал эти преступления и творил тот самый холокост», что следует признать недопустимым, поскольку в данном случае имеет место героизация тех, кто причастен к преступлениям нацизма, происходит «подпитка» современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости [8].

Анализ текста резолюции позволяет выделить положения, которые должны стать определяющими для дальнейшей уголовной политики государств, присоединившихся к данному документу.

Во-первых, в резолюции подчеркивается, что проявления расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости следует рассматривать через призму преступлений против мира и человечности, то есть с учетом Устава Международного военного трибунала в Нюрнберге и приговора трибунала, которыми, в частности, признаны преступными организация СС и все ее составные части, включая «Ваффен СС», в лице официальных членов СС, причастных к совершению или знавших о совершении военных преступлений. При этом делается ссылка и на другие международные нормативные правовые акты, направленные на противодействие указанным негативным явлениям и подлежащие обязательному соблюдению государствами-участниками.

Во-вторых, в данном документе выражены «встревоженность» и «глубокая обеспокоенность» по поводу распространения во многих частях мира различных экстремистских политических партий, движений и групп, включая группы неонацистов и «бритоголовых» и подобных им экстремистских идеологических движений; увеличения числа инцидентов расистского характера по всему миру, а также всплеска насилия на почве расизма и ксенофобии, жертвами которых становятся представители национальных, этнических, религиозных или языковых меньшинств; попыток использования коммерческой рекламы в целях спекуляции на страданиях жертв военных преступлений и преступлений против человечности, совершенных нацистским режимом во время Второй мировой войны.

В-третьих, в резолюции констатируется, что указанные выше и другие экстремистские действия оскорбляют память бесчисленных жертв преступлений против человечности, совершенных во время Второй мировой войны организацией СС и теми, кто боролся против антигитлеровской коалиции и сотрудничал с нацистским движением, оказывают негативное влияние на детей и молодежь, и что отсутствие эффективного противодействия государств этим деяниям несовместимо с обязательствами государств — членов ООН, закрепленными в ее Уставе, и с целями и принципами этой организации.

В-четвертых, рассматриваемый документ содержит призыв к государствам принимать дальнейшие меры для инструктирования сотрудников полиции и других правоохранительных органов по вопросам, касающимся идеологии экстремистских политических партий, движений и групп, пропаганда взглядов которых представляет собой подстрекательство к насилию на почве расизма и ксенофобии, и укреплять свой потенциал в деле борьбы с соответствующими преступлениями. Отметим, что в рассматриваемой резолюции неоднократно подчеркивается важность использования возможностей средств массовой информации и Интернета, образовательной деятельности и международного сотрудничества для осуществления эффективного противодействия экстремизму.

В-пятых, в резолюцию включено и напоминание о необходимости ввести во внутреннее уголовное законодательство норму, в соответствии с которой совершение преступления по мотивам или с целями, связанными с расизмом или ксенофобией, признается отягчающим обстоятельством. Также говорится о том, что всякое выступление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющее собой подстрекательство к дискриминации, вражде и насилию, должно быть запрещено законом, что всякое распространение идей, основанных на расовом превосходстве или ненависти, или подстрекательство к расовой дискриминации, а также все акты насилия или подстрекательство к совершению таких актов должны быть объявлены преступлениями, наказуемыми по закону в соответствии с международными обязательствами государств, и что запреты такого рода согласуются с правом на свободу мнений и их свободное выражение. При этом «выражается обеспокоенность» по поводу использования Интернета для пропаганды расизма, расовой ненависти, ксенофобии, расовой дискриминации и связанной с ними нетерпимости и в этой связи высказывается призыв к государствам — участникам Международного пакта о гражданских и политических правах в полном объеме выполнять его статьи 19 и 20, в которых гарантируется право на свободное выражение мнений и изложены основания, позволяющие ограничивать по закону осуществление этого права.

Отметим, что здесь изложены лишь некоторые положения рассматриваемой резолюции, напрямую касающиеся уголовной политики в сфере противодействия экстремизму. Полный анализ данного документа приводит к выводу, что его основное назначение — привлечение внимания мировой общественности к проблеме оправдания и героизации нацизма, предупреждение о повышенной общественной опасности преступлений, основанных на соответствующей идеологии, а также о необходимости консолидированного противодействия данному негативному явлению. Полагаем, что выделенные здесь положения резолюции должны быть учтены в уголовной политике государств-участников и найдут отражение в национальных законодательствах, прежде всего в уголовных кодексах этих государств.

Применительно к Российской Федерации данная резолюция органично вписывается в общую линию развития национального уголовного законодательства, включающего в себя совокупность норм, направленных на противодействие различным проявлениям нацизма, преимущественно рассматриваемым в контексте ответственности за преступления экстремистского характера, мотивы и цели которых направлены на разжигание ненависти и вражды в обществе. Данные мотивы в соответствии с п. «е» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса РФ признаны обстоятельством, отягчающим наказание, а также предусмотрены в качестве признаков ряда конкретных составов преступлений, как правило, выполняя при этом квалифицирующую роль (например, п. «л» ч. 2 ст. 105 «Убийство», п. «е» ч. 2 ст. 111 «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью» УК РФ). Кроме того, российский уголовный закон содержит самостоятельные статьи об ответственности за публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности (ст. 280 УК РФ), действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства (ст. 282 УК РФ), организацию экстремистского сообщества либо деятельности экстремистской организации, а равно участие в таковых (статьи 282.1 и 282.2 УК РФ), финансирование экстремистской деятельности (ст. 282.3 УК РФ).

Подчеркнем, что развитие уголовно-правовых норм об ответственности за преступления экстремистской направленности характеризуется тенденцией к повышению строгости наказания, что также согласуется с положениями резолюции, призывающими учитывать повышенную общественную опасность проявлений нацизма. Например, Федеральный закон от 03.02.2014 № 5-ФЗ  [6] внес существенные коррективы в санкции ст. 282 УК РФ об ответственности за возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства: в ч. 1 максимальный срок принудительных работ был увеличен до четырех лет (вместо двух лет в предыдущей редакции), соответственно увеличился и возможный срок лишения свободы; в ч. 2 был увеличен размер штрафа: если ранее его низший предел определялся в размере от ста тысяч рублей либо в размере заработной платы или иного дохода за период от одного года, то после изменений он достиг трехсот тысяч и двух лет соответственно. Вместе с тем в качестве критического замечания укажем на недостаточно продуманную дифференциацию ответственности за данное преступление, поскольку наиболее строгое наказание в виде лишения свободы в ч. 1 ст. 282 УК РФ установлено на срок от двух месяцев до четырех лет, а в ч. 2 этой же статьи — от двух месяцев до пяти лет, то есть совершение деяния при квалифицирующих признаках, например с применением насилия, существенно не отражается на потенциально возможном наказании, которое фактически может быть назначено даже в меньшем размере, чем за деяние без таких признаков [7].

Изложенные обстоятельства подтверждают, что Российская Федерация, выступившая с инициативой принятия рассматриваемой резолюции, отталкивалась при этом от уже сформированной законодательной базы в сфере противодействия экстремизму, в том числе и проявлениям нацизма. Соответствующие проблемы подчеркиваются и в стратегических документах. Так, в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года отмечается, что на обеспечение национальных интересов негативное влияние будет оказывать дальнейшее развитие националистических настроений, ксенофобии, сепаратизма, национального экстремизма, в том числе под лозунгами религиозного радикализма. В этом же документе указываются и стратегические цели обеспечения национальной безопасности, в том числе защита основ конституционного строя Российской Федерации и сохранение гражданского мира, политической и социальной стабильности в обществе за счет постоянного совершенствования правоохранительных мер по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию актов терроризма, экстремизма и других преступных посягательств [5]. В развитие данного документа разработана Стратегия по противодействию экстремизму в Российской Федерации до 2025 года, конкретизирующая цели и задачи в сфере предупреждения преступлений экстремистской направленности [4].

Также важно отметить, что Федеральным законом от 05.05.2014 № 128-ФЗ [7] глава 34 УК РФ «Преступления против мира и безопасности человечества» была дополнена ст. 354.1 «Реабилитация нацизма» — об ответственности за реабилитацию нацизма, совершенную публично. Анализ содержания данной уголовно-правовой нормы позволяет выделить запрещаемые ею действия: 1) отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси; 2) одобрение преступлений, установленных указанным приговором; 3) распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны; 4) распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы и памятных датах России, связанных с защитой Отечества; 5) осквернение символов воинской славы России.

Не отрицая общественной опасности указанных действий, тем не менее считаем, что уголовно-правовой запрет реабилитации нацизма нуждается в совершенствовании. В этой связи согласимся с А.П. Дмитренко в том, что название ст. 354.1 УК РФ не в полной мере соответствует ее диспозициям, изложенным в  частях 1 и 3, помимо этого не раскрывается понятие нацизма и не разъясняется, как реабилитация последнего сочетается с распространением заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, а состав преступления, приводимый в ч. 3 ст. 354.1 УК РФ, по своей сущности ближе к клевете или оскорблению и не соответствует критериям юридической техники [2, с. 1004].

Изложенные обстоятельства позволяют утверждать, что инициативная позиция Российской Федерации в сфере международно-правового сотрудничества, направленного на противодействие проявлениям современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости, влияет и на развитие внутреннего законодательства нашей страны и выступает существенным импульсом для генезиса ее уголовной политики. При этом индикатором оценки государством уровня общественной опасности данных явлений служит уголовное законодательство, находящееся в непрерывном развитии и нуждающееся в научном осмыслении и сопровождении, а равно в разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ.

 

 

Список литературы

 

1. Борисов С.В., Жеребченко А.В. Уголовная ответственность за возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства: моногр. М.: Юриспруденция, 2015.

2. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: научно-практический, постатейный / под ред. С.В. Дьякова, Н.Г. Кадникова. М.: Юриспруденция, 2015.

3. Официальный сайт ООН. URL: * 599/50/PDF/ N1259950.pdf?OpenElement (дата обращения: 28.11.2014).

4. Полетаев В. В полиции разработали стратегию борьбы с экстремизмом. URL: http:// www.rg.ru/2014/06/20/extremizm-site.html (дата обращения: 28.11.2014).

5. Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года, утвержденная Указом Президента Российской Федерации от 12.05.2009 № 537 // Российская газета. 2009. 19 мая.

6. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 31 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: федер. закон от 03.02.2014 № 5-ФЗ // Российская газета. 2014. 5 февраля.

7. О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации: федер. закон от 05.05.2014 № 128-ФЗ // СЗ РФ. 2014. № 19. Ст. 2333.

8. Центр новостей ООН. URL: *. org/russian/news/story.asp?NewsID=18672# VHgeXsIcTWM (дата обращения: 28.11.2014).