Ads
Description

Факторы, влияющие на формирование правового порядка в стране


УДК 343.8:340.132

Страницы в журнале: 83-89

 

Н.И. Полищук,

доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры теории государства и права, международного и европейского права Академии ФСИН России, почетный работник высшего профессионального образования РФ Россия, Рязань nik-polishchuk@yandex.ru

 

Исследуются отдельные социально-значимые факторы, влияющие на формирование правового порядка в Российской Федерации.  Обосновывается мнение  о том, что без эффективного функционирования сферы исполнения  уголовных наказаний невозможно должным образом противодействовать преступности,  а значит обеспечить защиту прав и законных интересов граждан  и стабильный общественный порядок в стране. 

Ключевые слова: правовой порядок, правовая политика, правотворчество, юридическая ответственность, исполнение наказаний, правоприменение,  правовая определенность, согласованность правовых норм.

 

В  настоящее время в стране реализуется целый комплекс мероприятий, направленных на совершенствование и развитие национальной правовой системы. Считается, что современная правовая политика характеризуется научно обоснованной системно-последовательной деятельностью органов государственной власти по формированию эффективного механизма правового регулирования общественных отношений. Главенствующим признаком данной деятельности является наличие определенной системы целей, призванных реально отражать перспективу правовой, социальной, экономической, духовной, нравственной и иной жизни общества.

Вместе с тем, анализируя уровень правового порядка в стране, становится ясно, что это далеко не так. По данным Министерства внутренних дел РФ, с января по декабрь 2017 года в стране зарегистрировано 2 058,5 тыс. преступлений, из которых более половины (52,3%) — это хищения чужого имущества, совершенные путем кражи, мошенничества, грабежа, разбоя. Удельный вес особо тяжких преступлений по сравнению с аналогичным периодом 2016  года увеличился на 5,9%. Выявлено 208,7 тыс. преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, что на 3,7% больше, чем за аналогичный период 2016 года. Зарегистрировано 24,4 тыс. экологических преступлений, что на 2,9% больше, чем за аналогичный период 2016 года.

Только в январе — сентябре 2017 года в результате преступных посягательств погибло 22,4 тыс. человек (+1,1%), тяжкий вред здоровью причинен 40,3 тыс. человек (+19,8%). Ущерб от преступлений (по оконченным и приостановленным уголовным делам) составил 314,5 млрд рублей. Количество выявленных преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, по сравнению с аналогичным периодом 2016 года увеличилось на 3,3% и составило 22,7 тыс.

Анализ социально-криминологической характеристики преступности за 2017 год показывает, что более половины преступлений совершено лицами, ранее совершавшими преступления. Их удельный вес составляет 58,2% от всех предварительно расследованных преступлений в отчетном периоде. Каждое третье преступление (33,8%) совершено в состоянии алкогольного опьянения.

Высокий уровень преступности в стране прежде всего вызван наличием ряда криминогенных факторов, оказывающих негативное воздействие на состояние защищенности граждан от этого общественного недуга. Из приведенных статистических данных видно, что население страны обеспокоено ростом удельного веса тяжких и особо тяжких преступлений, в результате которых погибают люди, причиняется вред их здоровью и имуществу; расширением деятельности террористических, экстремистских и иных преступных организаций; ростом числа преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия и наркотиков; распространением коррупции в государственных, в том числе правоохранительных, органах.

Следует отметить, что в последние годы на федеральном, региональном, муниципальном уровне различными органами власти принимаются меры политико-правового и организационно-управленческого характера, направленные на стабилизацию и последующее снижение количества правонарушений в стране. К сожалению, приходится констатировать, что вся эта работа пока не дает желаемых результатов по ряду перечисленных ниже причин.

Во-первых, основная деятельность в данном направлении фокусируется на нормотворческом процессе, в котором законодатели различных уровней и рангов, пытаясь показать присущие им мудрость, опыт и знания в управлении государством, реализуют свое конституционное право выступать с различными законодательными инициативами, наивно полагая, что именно такой путь поможет повысить эффективность борьбы с правонарушениями. В результате этого регулярно принимаются новые нормативные правовые акты, вносятся изменения и дополнения в действующие, корректируются ими же принятые коллизионные акты, упраздняются неработающие, отменяются скомпрометировавшие себя акты и т. д. Однако даже поверхностный анализ этих документов позволяет говорить о том, что большинство из них носит чисто популистский, а не практико-ориентированный характер. В них отсутствуют конкретные, глубоко продуманные мероприятия, позволяющие вести реальную борьбу с наиболее злободневными общественно опасными явлениями, нет широкомасштабной научно обоснованной превентивной составляющей. В связи с этим их воплощение в жизнь имеет весьма низкую эффективность.

Подтверждением тому может служить Государственная программа «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности» [1], которая, несмотря на имевшиеся в ней амбициозные цели и задачи, так и осталась на бумаге, утратив силу. Аналогичный вывод можно сделать о Федеральном законе от 06.04.2011 № 64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы», в котором содержится множество декларативных норм, но отсутствует действенный механизм его реализации. В результате этого, по признанию самих же законодателей, как, впрочем, и практиков, его эффективность почти нулевая.

Пагубность данной ситуации заключается в том, что у населения страны заранее формируется устойчивое мнение: принятые разноуровневые нормативные правовые акты практически не будут исполняться, а если и будут, то весьма некачественно. Так, если уж вице-премьеры и министры не исполняют прямые поручения Президента РФ, облеченные в форму указов, то что говорить о чиновниках рангом пониже или простых гражданах.

Во-вторых, анализируя основные причины, объективно снижающие результативность превентивной работы, прежде всего необходимо отметить несоблюдение правоприменительными органами и должностными лицами базовых для этой сферы деятельности правовых принципов (равенство граждан перед законом, неотвратимость наказания, справедливость, соразмерность и др.). В результате происходит искажение общечеловеческих и правовых ценностей, возрастает правовой нигилизм, усиливается недоверие к органам государственной власти, наступает разочарование в идее человеколюбия.

В-третьих, в современном отечественном законодательстве прослеживается пагубная тенденция, согласно которой действие принципа гуманизма обращено в сторону лица, преступившего закон. Под влиянием свободных средств массовой информации, различного рода отечественных и зарубежных правозащитных организаций и находящихся рядом с ними сателлитов, а также других аналогичных субъектов на законодательном и правоприменительном уровне происходит подмена ценностных идей гуманизма. В итоге лица, совершившие всякого рода правонарушения, в том числе и преступления, избегают заслуженного наказания. Судебно-следственная статистика содержит множество фактов, когда излишняя гуманизация позволяет правоприменителям различного уровня, ссылаясь на мнение некоторых институтов гражданского общества, коллективов, групп лиц или свое личное убеждение, назначать наказание ниже низшего предела, условно, а то и вообще освобождать от юридической ответственности правонарушителей. 

Полагаем, что материализация принципа гуманизма на законодательном и правоприменительном уровне должна базироваться на идеях дуализма, т. е. не только смягчать юридическую ответственность виновной стороны, но и учитывать интересы пострадавшей стороны, желающей соразмерного возмездия за причиненный ей вред. Следовательно, ужесточение наказания, ограничение определенных прав, свобод, законных интересов, возложение дополнительных обязанностей по заглаживанию и возмещению причиненного вреда и другие варианты юридической ответственности, применяемые к виновным лицам, необходимо рассматривать как акт гуманизма по отношению к пострадавшим, с помощью которого государство защищает как их, так и само себя. Более того, часто в силу сложившихся правовых обстоятельств потерпевшая сторона страдает от преступления дважды: в первый раз — непосредственно в момент совершения общественно опасного деяния, а во второй раз — когда, будучи добросовестным налогоплательщиком, она в течение многих лет вынуждена содержать виновное в совершении преступления лицо в местах лишения свободы. Думается, что для достижения наибольшего эффекта современной отечественной правовой политики, непосредственно отражающейся в действующих нормативных правовых актах, необходимо максимально учитывать интересы всех субъектов правовых отношений.

В-четвертых, отсутствие разумной цензуры в средствах массовой информации способствует тому, что у некоторой части населения страны формируется устойчивое мнение, что принятые нормативные правовые акты исполнять не обязательно. Если раньше хамство, вседозволенность, насилие, убийства культивировали зарубежные печатные и мультимедийные источники информации, то сейчас в этом весьма преуспевают и наши отечественные, которые в погоне за наживой не чураются подобным грязным ремеслом. Если подсчитать количество убитых, изнасилованных, искалеченных, ограбленных людей во всех снятых в последние годы в стране фильмах и сериалах, то трудоспособное, морально здоровое население государства должно сократиться как минимум наполовину. Парадокс в том, что большинство из них снимаются при государственной поддержке или, еще хуже, за бюджетные деньги и призваны популяризировать работу сотрудников правоохранительных органов. Однако в этих фильмах что ни оперативный работник — то душегуб, что ни следователь — то взяточник, что ни судья или прокурор — то коррупционер и т. д. При этом руководители силовых структур, а также подчиненные им кадровые, воспитательные и иные службы молчат. И беда даже не в том, что на этом фоне у простого обывателя складывается превратное мнение, что это правда. Беда в том, что у определенной части населения, особенно у молодежи, формируется искаженное представление о добре и зле, создается устойчивое впечатление вседозволенности и безнаказанности правонарушений. В таких фильмах царит культ силы и денег. Все это приводит к снижению правовой культуры и правового сознания населения страны.

Более того, временами недобросовестные печатные и мультимедийные источники информации своими действиями провоцируют психологически неустойчивую часть населения страны на нарушение законодательства. Юридической практике известно множество случаев, когда лицо специально совершает правонарушение, снимает его на видео и выкладывает в социальные сети, чтобы самоутвердиться или доказать свою «крутизну». Так, в последние годы в средствах массовой информации активно муссируется вопрос о нарушениях правил дорожного движения  так называемой золотой молодежью, которые часто приводят к серьезным дорожно-транспортным происшествиям. Несмотря на многочисленные аварии, дети богатых родителей стремятся доказать свою исключительность, регулярно выкладывают на разных интернет-страницах фото и видео этих «подвигов» как свидетельство своей безнаказанности.

Немалой проблемой остается исполнительное производство, призванное правильно, эффективно и своевременно исполнять судебные решения, акты других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством случаях — иные документы в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.

Следует также отметить, что современная правовая политика государства в сфере исполнения уголовных наказаний характеризуется своеобразной неопределенностью, неупорядоченностью и бессистемностью. Особенно отчетливо это видно при анализе уголовно-правовой политики, неотъемлемой частью которой и является политика уголовно-исполнительная, поскольку именно с ее помощью достигаются цели и решаются задачи уголовного и уголовно-процессуального права. По сути ради нее создаются все уголовные и уголовно-процессуальные нормы, возбуждаются и расследуются дела, поддерживается государственное обвинение, вершится правосудие и т. д. Ведь вся уголовная и уголовно-процессуальная деятельность направлена на то, чтобы лицо, нарушившее запрет нормы уголовного права, т. е. совершившее преступление, понесло справедливое, заслуженное наказание — кару. В противном случае вся следственная, надзорная, судебная, апелляционная, кассационная и иная деятельность лишена здравого смысла. Следовательно, от качества уголовно-исполнительного производства зависит эффективность реализации норм уголовного и уголовно-процессуального права.

К сожалению, в последнее время данному виду государственной деятельности уделяется недостаточное внимание. Громко начавшееся реформирование уголовно-исполнительной системы, продекларированное в Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года [3], Государственной программе «Юстиция» [2], Концепции федеральной целевой программы «Развитие уголовно-исполнительной системы (2017—2025 годы)» [7], а также в других документах, среди целей которых — повышение эффективности всей работы учреждений и органов, исполняющих наказания, сокращение рецидива преступлений, гуманизация условий содержания лиц, заключенных под стражу и отбывающих наказание в виде лишения свободы, повышение гарантий соблюдения их прав, свобод и законных интересов, в силу объективных и субъективных причин так и осталось на бумаге.

Сегодня мы вынуждены констатировать, что материальная база следственных изоляторов и исправительных учреждений продолжает ветшать, многие здания и сооружения не соответствуют техническим и санитарно-гигиеническим требованиям. Для приведения условий содержания подозреваемых и обвиняемых в соответствие с законодательством Российской Федерации и международными стандартами необходимо строительство в целом по стране 10 новых следственных изоляторов на 9 850 мест, 14 новых режимных корпусов на 3 237 мест, реконструкция 4 режимных корпусов на 425 мест, строительство и реконструкция 109 объектов вспомогательного назначения в следственных изоляторах.

Сложившаяся система исправительных учреждений и их территориальное расположение не позволяют в полном объеме осуществить законодательно закрепленный принцип отбывания осужденными наказания в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены [3].

Строительство новых, отвечающих современным требованиям объектов практически не ведется, а если и ведется, то этот процесс растягивается на долгие десятилетия. Примером тому может служить строительство новых «Крестов» в Санкт-Петербурге. Вместе с тем для приведения условий отбывания наказания осужденными в соответствие с законодательством Российской Федерации необходимо дополнительно создать не менее 1 800 мест в исправительных колониях строгого режима, 1 800 мест в исправительных колониях особого режима, 700 мест в исправительных колониях особого режима для лиц, осужденных к пожизненному лишению свободы, 650 мест для осужденных женщин, 13 домов ребенка, 300 мест для осужденных мужчин в колониях общего режима, а также реконструировать и построить общежития на 2 485 мест взамен аварийных и непригодных для эксплуатации, построить и реконструировать 19 зданий с помещениями со строгими условиями содержания осужденных на 1 660 мест, 32 здания для помещений камерного типа, единых помещений камерного типа, штрафных изоляторов на 2 087 мест и 503 объекта вспомогательного назначения (комнаты для длительных свиданий, котельные, бани-санпропускники, медицинские части, инженерные сети, очистные сооружения, охранные сооружения, инженерные средства охраны и надзора и др.) в исправительных учреждениях [3].

В исправительных учреждениях остро стоит вопрос трудоустройства осужденных и, как следствие, невозможность реализации ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, обязывающей каждого осужденного к лишению свободы трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Недостаток рабочих мест приводит к отсутствию у осужденных денежных средств, необходимых для приобретения продуктов питания и предметов первой необходимости. Кроме того, упразднение производства в исправительных учреждениях породило проблемы в их общеобразовательном и профессиональном обучении, привело к сокращению школ и ПТУ, что негативно сказалось на социальной адаптации лиц, освобождаемых из мест лишения свободы.

Следует отметить, что большинство подозреваемых, обвиняемых и осужденных относится к социально уязвимым группам населения, а также страдает различными заболеваниями, прежде всего социально значимыми. Из поступающих в следственные изоляторы лиц от 3 до 9% являются ВИЧ-инфицированными, 4% страдают психическими заболеваниями, 2,7% больны алкоголизмом и наркоманией, 7,5% — туберкулезом легких, в том числе выявленным впервые в жизни. В учреждениях уголовно-исполнительной системы сконцентрировано более 23 тыс. лиц, больных активным туберкулезом, более 60 тыс. ВИЧ-инфицированных, более 6 тыс. лиц, инфицированных ВИЧ в сочетании с туберкулезом. Эти обстоятельства обусловливают необходимость поиска новых путей и подходов к исполнению наказания в отношении этой категории осужденных.

В своих публикациях [4; 5; 6] мы неоднократно отмечали, что сложившаяся в новейшей истории России социально-экономическая и политико-правовая ситуация  способствовала проведению неподготовленных правовых реформ, которые и создали существующий дисбаланс между законодательной, исполнительной и судебной ветвями власти. Попытки ликвидировать данную проблему путем непрерывного внесения изменений и дополнений в различные нормативные правовые акты, к сожалению, так и не увенчались успехом. Вместе с тем в последнее время вновь звучат призывы приступить к подготовке новых редакций Уголовного кодекса РФ, Уголовно-процессуального кодекса РФ, Уголовно-исполнительного кодекса РФ, подкорректировать принятые концепции и программы, отказаться от складывавшихся веками в этой сфере национальных идей, ценностей, традиций и т. д.

Однако прежде чем приступать к разработке и принятию новых нормативных правовых актов, необходимо выработать целостную национальную доктрину (концепцию) борьбы с преступностью, которая объединила бы все основные направления этой деятельности и стала основой уголовно-правовой политики России. В противном случае мы вновь будем иметь то, что уже имеем.

Правовая неопределенность и торопливость в принятии материальных и процессуальных норм уголовно-правовой сферы привела к тому, что кроме лишения свободы и штрафа все остальные основные виды уголовных наказаний, предусмотренные ч. 1 ст. 45 УК РФ, практически не исполняются. Особенно это касается ограничения свободы, обязательных, исправительных, а теперь и принудительных работ. Причин, препятствующих их качественному исполнению, можно назвать множество, однако основные имеют политико-правовые и социально-управленческие корни.

Суть политико-правовых недочетов состоит в том, что, принимая различные нормативные правовые акты, касающиеся данных видов уголовных наказаний, уполномоченные на то властные структуры особо не задумывались, каким образом и кем они будут качественно исполняться. О поспешности и непродуманности принятия данных правовых новелл свидетельствуют сами их названия. Так, использование в правовых нормах словосочетаний «обязательные работы», «исправительные работы» и «принудительные работы» противоречит Конституции РФ, а также общепризнанным принципам и нормам международного права. А ведь по сути речь в них идет об оплачиваемых и неоплачиваемых общественных работах, которые исполняются по месту жительства, основному месту работы или в специальных учреждениях.

Помимо недостатков в правовом регулировании уголовных наказаний, не связанных с изоляцией от общества, существуют и социально-управленческие, которые проявляются в низкой заинтересованности, а иногда и в безучастности местных органов исполнительной власти, а также органов местного самоуправления в реализации данных видов наказаний.  Отсутствие надлежащей государственной позиции в этом вопросе у чиновников различного уровня порождает множество проблем, с которыми постоянно сталкиваются сотрудники уголовно-исполнительных инспекций.

Особенно остро стоят вопросы трудоустройства лиц, осужденных к обязательным и исправительным работам на подведомственных им предприятиях, а также в организациях, расположенных на их территории. Часто именно безучастность органов исполнительной власти или местного самоуправления в предоставлении работы данной категории осужденных либо ее формальность приводит к бессмысленности данных видов уголовных наказаний.

Еще одна немаловажная проблема, которая оказывает непосредственное влияние на эффективность уголовно-исполнительного производства, связана с подбором, подготовкой и расстановкой кадров, поскольку именно от их качественного состава всецело зависит успех или неудача запланированной правовой политики государства. Несмотря на то что современная стратегия развития уголовно-исполнительной системы направлена на обновление и совершенствование кадрового потенциала с целью обеспечения учреждений и органов высококвалифицированными, профессиональными, морально зрелыми сотрудниками с высоким уровнем правовой культуры и правового сознания, в данной сфере деятельности имеется еще множество проблем, требующих быстрого решения.

К сожалению, аналитические материалы Федеральной службы исполнения наказаний свидетельствуют об увеличении числа вакантных должностей, в том числе за счет увольнения сотрудников по собственному желанию (26%), увольнения на первом году службы (4,6%), увольнения по выслуге срока службы, дающего право на пенсию (45%), роста числа сотрудников, имеющих право выхода на пенсию (35%). Указанные цифры свидетельствуют о том, что, несмотря расширение количества стимулов и льгот, престиж современной службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы остается весьма низким.

При исследовании вопросов организации правоохранительной и правоприменительной деятельности складывается такое впечатление, что никто не считает денег, которые на это тратит государство, а точнее, налогоплательщики, содержащие правоохранительные органы для защиты себя, своей семьи, имущества и т. д. Больше всего беспокоит низкая морально-нравственная составляющая субъектов, уполномоченных применять правовые нормы. Аморальное злоупотребление правом, сопряженное с превышением должностных полномочий, порождает негативные явления, в результате которых взимаются незаконные налоги, налагаются неоправданные штрафы, применяются неадекватные меры уголовно-процессуального пресечения и принуждения, назначаются несоразмерные виды уголовной, административной, гражданской или иной ответственности, ломаются человеческие судьбы, разрушаются семьи, банкротится бизнес.

На неправомерные действия со стороны некоторых представителей правоприменительных органов и должностных лиц неоднократно указывал Президент РФ. В своем Послании Федеральному Собранию 2017 года он, в частности, отмечал, что в результате таких действий часто разваливаются успешные компании, у людей отбирают собственность, вместе с тем каждый, кто честно живет и трудится, должен чувствовать, что государство, общество на его стороне. Злоупотребления в правоохранительных и судебных органах ощутимо подрывают доверие общества к власти1. Ведь каждый из незаконно привлеченных к юридической ответственности регулярно платил государству налоги, надеясь на то, что созданные им органы его защитят, а получается все наоборот — те органы, которые он содержит, его же и ущемляют в правах или делают виновным.

Более того, в данной ситуации никто не считает денег, которые теряет государство, возмещая материальный или моральный вред, компенсируя ущерб, нанесенный должностными лицами властных структур. Так, на выплаты компенсаций истцам, которые выиграли дела в Европейском суде по правам человека, Министерство финансов РФ заложило в федеральный бюджет на 2017 год 600 млн рублей.

Особого внимания и правовой оценки заслуживают невосполняемые финансовые потери государства, вызванные недобросовестным исполнением своих обязанностей сотрудниками следственных, надзорных и иных органов, в результате которых уголовные дела прекращаются на стадии судебного разбирательства или заканчиваются вынесением оправдательного приговора. Часто на расследование таких дел уходят многое месяцы и годы. При этом вышеперечисленные правоприменители регулярно получают заработную плату, премии, очередные звания, поднимаются по карьерной лестнице, пользуются иными общественными благами.

В контексте изложенного необходимо отметить, что недооценка важности уголовно-исполнительного производства не только негативно сказывается на деятельности правоприменительных органов и должностных лиц, но и порождает в обществе правовой нигилизм. Низкая эффективность уголовно-исполнительного производства препятствует достижению целей правового государства, является экономически ущербной, компрометирует законодательную, исполнительную и судебную ветви власти, причиняет неудобства и вред конкретному человеку, коллективу, обществу и государству в целом.

 

Список литературы

 

1. Государственная программа Российской Федерации «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности»: утв. распоряжением Правительства РФ от 06.03.2013 № 313-р. URL: http://legalacts.ru/doc/rasporjazhenie-pravitelstvarf-ot-06032013-n-313-r/ (дата обращения: 12.04.2018).

2. Государственная программа Российской Федерации «Юстиция»: утв. постановлением Правительства РФ от 15.04.2014 № 312. URL: http://minjust.ru/ru/node/104914 (дата обращения: 12.04.2018).

3. Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года: утв. распоряжением Правительства РФ 14.10.2010 № 1772-р // Российская газета. 2011. 8 марта.

4. Полищук Н.И. Мораторий на смертную казнь и его легитимность // Государство и право. 2015. № 7. С. 68—74.

5. Полищук Н.И. Тенденции современной уголовно-правовой политики государств // Вестник Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова: основной выпуск. 2015. № 1. С. 192—197.

6. Полищук Н.И. Функциональная ценность принципа правовой определенности в нормотворческой политике государства // Правовое государство: теория и практика. 2017. № 4. С. 115—121.

7. Развитие уголовно-исполнительной системы (2017—2025 годы): концепция федеральной целевой программы. URL: http://фсин.рф/fsin/status/ (дата обращения: 12.04.2018).


Поделитесь статьей с коллегами:


Чтобы получить короткую ссылку на этот материал, скопируйте ее в адресной строке браузера и нажмите на кнопку:


Rate
0 votes
Ads
Offer
Опубликуйте свою статью в нашем журнале
"СОВРЕМЕННОЕ ПРАВО"
(входит в перечень ВАК)
Ads
Similar articles
Рассматривается подзаконное правотворчество в России, определяются его признаки, приводится его классификацию по функциональному назначению.
Добавлено: 18.07.2019
Анализируются вопросы правопонимания и интерпретации текстов нормативных правовых актов, имеющих так называемый рамочный характер, с учетом фактической ситуации.
Добавлено: 15.07.2019
Обосновывается необходимость мониторинга права. Исследуются перспективы мониторинга права при использовании информационно-электронных систем.
Добавлено: 10.07.2019
The modern law

Есть вопросы? Задайте их на нашем форуме!

форум сайта

Similar articles

ООО Издательство "Новый индекс" © Юридический портал
В соответствии со ст. ГК РФ 1301 все материалы данного сайта являются объектами авторского права.
Использование статей (фрагментов статей) возможно только при наличии ссылки на источник.
Контакты:
Телефон редакции: +7 (499) 381-17-91  Email редакции: info@info-pravo.com
Телефон научной сети: +7 (916) 349-66-00  Служба поддержки: support@info-pravo.com

Мы в социальных сетях:
Twitter Facebook Вконтакте