УДК 340.113

Страницы в журнале: 5-8

 

В.Ю. Туранин,

доктор юридических наук, профессор кафедры теории и истории государства и права Белгородского государственного национального исследовательского университета Россия, Белгород turanin@mail.ru

 

Предпринимается попытка исследования феномена названий в праве. Определяется, что название — это кодированная идея юридического текста, именно в названии концентрируется правовая мысль. Осуществляется группировка названий, использующихся в юридическом языке, исходя из общего вектора формирования ограничений в праве. Разрабатываются правила формулирования названий в юридическом  языке.

Ключевые слова: названия, текст, право, ограничения.

 

Название — это своеобразная кодированная идея любого текста, являющаяся его смысловым, психологическим и лингвистическим ядром. По мнению А.С. Шелеповой, «название /заголовок, являясь кодовой единицей текста, не равно а) предложению, так как оно не предполагает наличия стабильной структурной модели; б) словосочетанию, так как название/заголовок количественно многомерно; в) слову, так как название/заголовок выражает целостную идею произведения» [4, с. 7]. Название представляет собой основную мысль, которая может быть выражена и в одном слове, и в словосочетании, и в предложении.

Отметим, что названия правовых актов, их разделов, статей ставят рамки для последующего текста, они ограничивают его заданным смысловым вектором. Названия тесно связаны с процессом формирования ограничений в праве. Остановимся на данном аспекте несколько подробнее.

Ограничения наполняют все отрасли права, они играют важнейшую роль в формировании механизма правового регулирования. Без ограничений немыслимо перманентное развитие права: в праве, как и в природе, должен быть баланс, обеспечиваемый существованием дозволений и запретов, стимулов и ограничений. С точки зрения А.В. Малько, правовое ограничение — это «правовое сдерживание противозаконного деяния, создающее условия для удовлетворения интересов контрсубъекта и общественных интересов в охране и защите; это установленные в праве границы, в пределах которых субъекты должны действовать, исключение определенных возможностей в деятельности лиц» [3, с. 139]. И.Н. Ищук отмечает, что «ограничение права является самостоятельным правовым средством, выполняющим в механизме правового регулирования превентивно-профилактическую и гарантийно-обеспечительную функции, сущность которого состоит в установлении границ применения субъективного права одного лица в интересах другого лица, группы лиц, общества в целом в определенных правоотношениях, выражающемся в создании временных затруднений его реализации при сохранении объема полномочий, в нем содержащихся, их существа и содержания» [2, с. 9].

Полагаем, что ограничения в праве можно рассматривать с трех сторон: с одной стороны, это сдерживание противозаконных стремлений субъектов; с другой — это определение границ, рамок, в пределах которых субъекты должны существовать; с третьей — это исключение определенных возможностей в деятельности субъектов.

Попытаемся сгруппировать названия, использующиеся в юридическом языке, исходя из общего вектора формирования ограничений в праве.

Названия в контексте сдерживания противозаконных стремлений субъектов:

— Федеральный закон от 17.07.2009

№ 172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов»;

— постановление Правительства РФ от 30.08.2017 № 1042 «О дифференциации штрафных санкций за ненадлежащее исполнение контрактных обязательств при госзакупках»;

— ст. 53 «Ограничение свободы» Уголовного кодекса РФ;

— ст. 54 «Арест» УК РФ;

— ст. 3.11 «Дисквалификация» Кодекса РФ об административных правонарушениях;

— ст. 105.1 «Запрет определенных действий» Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Как мы видим, в данном случае в названиях в концентрированном виде отражается сущность ограничений в контексте сдерживания различных противозаконных стремлений субъектов, которая затем раскрывается в текстах соответствующих статей. Например, исходя из смысла ч. 1 ст. 53 УК РФ суд может установить осужденному определенные ограничения свободы его действий: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в определенное время суток, не посещать определенные места, расположенные в пределах территории соответствующего муниципального образования, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования и т. д. В части 1 ст. 54 УК РФ определено, что арест заключается в содержании осужденного в условиях строгой изоляции от общества. В части 1 ст. 3.11 КоАП РФ раскрывается сущность дисквалификации (лишение физического лица права замещать определенные должности или осуществлять какую-либо деятельность).

Названия в контексте определения границ, рамок, в пределах которых субъекты должны существовать:

— Федеральный закон от 28.03.1998 № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе»;

— Федеральный закон от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности»;

— Федеральный закон от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»;

— ст. 10 «Пределы осуществления гражданских прав» Гражданского кодекса РФ;

— ст. 188 «Прекращение доверенности» ГК РФ;

— ст. 279 «Изъятие земельного участка для государственных или муниципальных нужд» ГК РФ;

— ст. 3.8 «Лишение специального права» КоАП РФ;

— ст. 23 «Право ограниченного пользования чужим земельным участком (сервитут)» Земельного кодекса РФ.

Названия в контексте исключения определенных возможностей в деятельности субъектов:

— Федеральный закон от 06.04.2011

№ 64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы»;

— Федеральный закон от 08.12.2003 № 165-ФЗ «О специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мерах при импорте товаров»;

— ст. 47 «Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью» УК РФ.

Психолог Ю.Е. Гусева отмечает, что «разработка названия — креативная работа. Хорошее, оригинальное и запоминающееся имя может идти вразрез со всеми установленными правилами» [1]. Исследуя проблематику названий в предпринимательской деятельности (фирм, продукции), она конструирует ряд правил, которые являются небезынтересными и с точки зрения нашего исследования: «Важно, чтобы название хорошо и легко воспринималось; название должно быть оригинальным; название должно вызывать только позитивные ассоциации у потребителя; название не должно вызывать неподходящих ассоциаций у потребителя; название должно быть понятно большинству людей; название должно соответствовать месту, времени и концепции» [1].

Применительно к юридическому языку такие правила, с нашей точки зрения, необходимо несколько трансформировать.

Во-первых, в названии должна быть сконцентрирована основная идея юридического текста. Возьмем, к примеру, названия современных кодексов: Земельный кодекс РФ (кодифицированный законодательный акт, в котором сконцентрированы нормы, регулирующие земельные отношения в России); Трудовой кодекс РФ (кодифицированный законодательный акт, в котором сконцентрированы нормы, регулирующие трудовые отношения в России) и т. д. Иными словами, из названия пользователь должен сделать первичный вывод о том, что содержится в юридическом тексте, название должно подтолкнуть его к такому выводу, помочь в поиске необходимой правовой информации, если такой поиск ведется.

Во-вторых, название должно быть понятным. Речь идет о доступности восприятия названия для среднестатистического человека, не имеющего специального юридического образования. При этом, справедливости ради, следует заметить, что столь необходимое стремление к доступности юридического языка, существующее в теории, далеко не всегда реализуется на практике, чему есть многочисленные примеры [5, с. 53].

В-третьих, название должно соответствовать стилистическим особенностям юридического языка. Отметим, что роль права в общественной жизни крайне важна, и юридический язык наполнен языковыми средствами, которые имеют специфические характеристики. Юридический язык, созданный прежде всего для общения посредством официальных актов, не терпит словесной энтропии, для него характерна семантическая определенность в выражении понятий. В качестве примера мы можем привести стилистические характеристики языка законов, которые вполне могут быть применимы и к названиям, используемым в юридическом тексте:

— точность формулировок;

— максимальная ясность и простота в изложении текста;

— последовательность построения языковых конструкций;

— использование современной, но, одновременно, понятной терминологии, разумное ограничение употребления архаизмов и историзмов, а также терминов иноязычного происхождения;

— экспрессивная нейтральность изложения и безусловная ориентация на общепринятые стандарты русского языка;

— унифицированность используемых терминов.

Если проанализировать представленные выше названия исходя из выделенных нами правил их использования в юридическом языке, можно обнаружить некоторые проблемы.

Концентрация в названии основной идеи юридического текста. В данном случае необходимо акцентировать внимание на названии Федерального закона «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов». В статье 3 данного Закона закреплено, в частности, что антикоррупционная экспертиза нормативных правовых актов и их проектов проводится прокуратурой Российской Федерации; федеральным органом исполнительной власти в области юстиции; органами, организациями, их должностными лицами. При этом в ст. 5 говорится о возможности проведения независимой антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов) институтами гражданского общества и гражданами. Используемое противопоставление «зависимый — независимый» входит в определенный конфликт с названием данного Закона, в котором говорится лишь об антикоррупционной экспертизе (что вполне можно трактовать как экспертизу по смыслу ст. 3, и тогда теряется понимание независимой экспертизы в контексте ст. 5 исследуемого Закона). Для снятия ограничений в понимании сущности экспертной работы, в том числе в контексте проведения антикоррупционных экспертиз, скорее всего, необходимо освободиться от антитезы «зависимый — независимый». Ведь независимость, т. е. способность противопоставлять предубеждениям и массовому мнению свою точку зрения, — это в том числе и одно из основных качеств, которыми должен обладать любой эксперт, это основной принцип его работы.

Понятность названия. В данном контексте можно привести названия Федерального закона «О специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мерах при импорте товаров» и постановления Правительства РФ «О дифференциации штрафных санкций за ненадлежащее исполнение контрактных обязательств при госзакупках». Представляется, что они могут быть непонятны широкому кругу пользователей (прежде всего за счет употребления специальных заимствованных терминов). В этой связи полагаем, что в названиях, используемых в юридическом языке, целесообразно применять более понятные русскоязычные (или адаптированные) аналоги, эквивалентные по своему содержанию заимствованиям (например, «импорт» — «ввоз», «дифференциация» — «разграничение», «контрактный» — «договорный»).

Соответствие названия стилистическим особенностям юридического языка. Отметим, что в некоторых названиях можно обнаружить и стилистические ошибки: например, в названии ст. 47 «Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью» УК РФ налицо тавтология. При этом она легко устранима — достаточно в первом случае слово «определенные» заменить на «некоторые».

Стилистически названия, используемые в правовой сфере, должны отличаться от названий, встречающихся  в художественном тексте. В названиях художественных произведений может быть и некоторый элемент метафоричности (Ф. Саган «Здравствуй, грусть!», К. Кизи «Пролетая над гнездом кукушки»), который должен отсутствовать в юридическом тексте. Кроме того, в художественных произведениях часто заложены некоторые противоречия, которые порождают внутреннее несоответствие между материалом и формой. Для юридического текста это недопустимо.

В заключение заметим, что названия являются удобным языковым инструментом для обозначения содержательных контуров правовых явлений и процессов. Любое название — это кодированная идея юридического текста, именно в названии концентрируется правовая мысль. Следовательно, названия, используемые в юридическом языке, должны быть прежде всего понятны, стилистически нейтральны, характеризоваться четкостью и выдержанностью формулировок.

Список литературы

 

1. Гусева Ю.Е. Выбор названия: основные ошибки // Профессия — директор. 2009. № 2.

2. Ищук И.Н. Ограничения в праве (общетеоретический аспект): дис. … канд. юрид. наук. СПб., 2006.  С. 9.

3. Малько А.В. Стимулы и ограничения в праве. Теоретико-информационный аспект. Saarbrucken: LAP Lambert Academic Publishing, 2011. С. 139.

4. Шелепова А.С. Название как кодовая единица текста (на материале современного английского языка): автореф. дис. … канд. филол. наук. М., 2003.  С. 7.

5. Туранин В.Ю. Юридическая терминология в современном российском законодательстве (теоретико-правовое исследование): дис. … д-ра юрид. наук. Белгород, 2017. С. 53.

1 -  Статья подготовлена при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 18-411-310002 «Организационно-правовые механизмы систематизации юридической терминологии в условиях осуществления региональной законотворческой деятельности».