УДК 347.44

Страницы в журнале: 80-85

 

Е.Б. Абакумова,

кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права и процесса СИУ РАНХиГС,  доцент кафедры конституционного и административного права Новосибирского военного института внутренних войск им. генерала армии И.К. Яковлева МВД России, научный сотрудник сектора правовых исследований социально-экономических отношений Института философии и права СО РАН Россия, Новосибирск  sapa@ngs.ru

 

Обозначаются тенденции развития института корпоративного соглашения (договора) и его предметной классификации в российском гражданском, корпоративном и предпринимательском праве. На основе комплексного правового анализа регулирования корпоративных договорных конструкций как с нормативной, так и практической точки зрения определяются возможные перспективы применения данной договорной конструкции для обеспечения отдельных сфер корпоративных обязательственных правоотношений.

Ключевые слова: корпоративный договор (корпоративное соглашение), способы защиты прав, корпоративные отношения, корпоративные обязательства, эффективность гражданского законодательства. 

 

Договор об осуществлении прав участников хозяйственных обществ нашел свое закрепление в российском гражданском законодательстве под нормативным обозначением «корпоративный договор» (ст. 67.2, пп. 1 п. 3 ст. 307.1, п. 5 ст. 406.1, п. 4 ст. 431.2 и другие статьи Гражданского кодекса РФ)[2]. При этом нормативное обеспечение корпоративный договор в основном нашел в главе 4 ГК РФ, сами же корпоративные отношения в предмете гражданско-правового регулирования отделены от правовых основ положения участников гражданского оборота, а также от договоров и иных обязательств. Пунктом 3 ст. 307.1 ГК РФ предусмотрено, что общие положения об обязательствах применяются к требованиям, возникшим из корпоративных отношений, поскольку иное не установлено ГК РФ, иными законами или не вытекает из существа корпоративных отношений. Данная норма в ГК  РФ расположена после положений о договорных обязательствах (п. 1 ст. 307.1 ГК РФ), поэтому закономерным представляется вывод, что корпоративный договор не может рассматриваться как соглашение сторон, направленное на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей (п. 1 ст. 420 ГК РФ). Следовательно, корпоративные договоры обладают иными сущностными характеристиками, предметной составляющей и методологией правового обеспечения, чем остальные договорные конструкции, регламентированные подразделом 2 раздела III Общей части обязательственного права ГК РФ [4, с. 26—38].

Задача определить место корпоративного договора в системе гражданско-правовых договоров еще более актуализируется в аспекте сравнения по юридической силе и возможности юридической дефинизации правовых категорий «учредительные документы хозяйственного общества» и «корпоративные договоры хозяйственного общества». Толкование действующего гражданского законодательства позволяет охарактеризовать устав хозяйственного общества как локальный правообразующий акт общества и основание установления императивных начал правового статуса общества и его участников. Юридические свойства устава хозяйственного общества как локального источника регулирования корпоративных хозяйственных отношений внутри общества (между участниками общества и между участниками общества и самим обществом), представляется, служат основанием для вывода о том, что положения, закрепленные в уставе хозяйственного общества, обладают большей юридической силой по отношению к положениям иных  локальных актов данного юридического лица. Этот тезис поддерживается многими авторами, исследующими сферу правового обеспечения корпоративных отношений [8, с. 111—119].

Системный анализ основ и форм регламентации внутрикорпоративных отношений усложняется при попытке сопоставить по юридической силе устав хозяйственного общества как локальный акт и корпоративный договор. Большинство специалистов считает, что корпоративный договор, заключенный между участниками хозяйственного общества, в случае, в частности, противоречия его условий уставу общества подлежит исполнению надлежащим образом. Так, А.В. Асташкина замечает:  «Корпоративный договор не должен содержать положения, противоречащие уставу хозяйственного общества. Однако возникновение таких противоречий не влечет недействительность данного договора, что снижает значение устава как учредительного документа»[5, с. 4—6].

Обозначенная коллизия между уставом и корпоративным договором объясняется тем, что законодатель в п. 7 ст. 67.2 ГК РФ предусмотрел: «Стороны корпоративного договора не вправе ссылаться на его недействительность в связи с его противоречием положениям устава хозяйственного общества».

Корпоративный договор также обладает специфичностью ввиду внутренних и организационных особенностей корпоративных правоотношений, и поэтому  ряд ученых оправданно говорит о его двойственной юридической природе: корпоративно-правовой и обязательственно-правовой [10].

Считаем, что есть достаточно оснований с этим согласиться, поскольку возникающие из корпоративного договора отношения нельзя с уверенностью обозначать как обязательственные правоотношения без учета их корпоративной составляющей, задающей направленность волеизъявлению сторон — их участников. Иными словами, участие в корпорации является предпосылкой и необходимым условием   заключения корпоративного договора его сторонами с целью достижения определенного корпоративного результата. Отечественное законодательство не допускает достижения непосредственного корпоративного эффекта с помощью заключения корпоративного договора, но таковой может быть достигнут посредством соответствующих нормативно установленных корпоративных процедур, на осуществление которых направлено предшествующее им заключение договора.

В частности, согласно п. 2 ст. 67.2 ГК РФ корпоративным договором может быть установлена обязанность его сторон проголосовать на общем собрании за включение в устав общества положений, определяющих структуру органов управления и их компетенцию, если законом допускается изменение структуры органов общества и их компетенции уставом общества[1]. Следовательно, зафиксированное в договоре намерение сторон голосовать определенным образом после прохождения процедуры голосования на общем собрании акционеров приводит к тому корпоративному результату, к которому, собственно, и стремились стороны, заключая корпоративный договор. Таким образом, заключение корпоративного договора может привести к определенным правовым последствиям для системы корпоративных отношений, к их изменению.

Корпоративный элемент в соглашении участников хозяйственного общества усиливается возможностью зафиксировать в нем правила поведения, обязательные для всех участников и рассчитанные на неоднократное применение. Так, согласно п. 4 ст. 66.3 ГК РФ те положения о функционировании непубличного общества, которые не предусмотрены императивными нормами законодательства Российской Федерации как подлежащие обязательному включению в устав, могут быть обозначены в корпоративном договоре, заключенном между всеми участниками этого общества[2].

В настоящее время актуальность определения места корпоративного договора в системе гражданско-правовых договоров, а также форм и способов закрепления корпоративных прав и обязанностей хозяйственных обществ и их участников усиливается. По мнению В.Г. Бородкина, корпоративный договор в этом смысле отчасти близок к американским соглашениям о голосовании (voting agreements), предмет которых не охватывает вопросы структуры и компетенции органов управления корпорацией, а акцентируется на обязательстве голосовать определенным образом на общем собрании акционеров [6, с. 43].

Корпоративный договор как гражданско-правовая сделка, регулирующая взаимоотношения сторон в рамках корпоративных правоотношений, имеет следующие особенности:

— корпоративный договор может использоваться участниками только тех организационно-правовых форм, законодательство о которых прямо закрепляет такое право;

— одним из условий заключения корпоративного договора является информирование заинтересованных лиц о его заключении;

— участие в договоре является правом, а не обязанностью участника общества, поэтому его нельзя понудить к подписанию корпоративного договора;

— внутри одного общества может быть заключено и исполняться одновременно несколько корпоративных договоров;

— корпоративный договор обязателен только для его сторон;

— корпоративный договор заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами;

— сторона корпоративного договора не обязана участвовать в нем всем принадлежащим ей пакетом акций (полным размером принадлежащей ей доли);

— для внесения изменений в корпоративный договор требуется согласие всех участников (если иное не предусмотрено самим договором);

— в случае прекращения права на акции (доли) у одной из сторон автоматически прекращается и ее статус стороны договора, однако сам корпоративный договор остается в силе в отношении остальных его сторон (если иное не предусмотрено самим договором);

— в случае передачи акций (доли) участника договора третьему лицу обязательства по корпоративному договору переходят только с согласия приобретателя и других участников  договора;

— обязанности, принимаемые на себя участниками корпоративного договора, могут не быть равными и эквивалентными;

— корпоративный договор может устанавливать обязательство воздерживаться (отказаться) от осуществления прав участника общества;

— основание для прекращения действия договора может быть определено либо конкретным временным периодом, либо событием, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет, либо по другим предусмотренным в договоре основаниям (в том числе по причине отказа одной из сторон от исполнения обязательств);

— корпоративным договором могут быть предусмотрены способы обеспечения исполнения обязательств (возмещение убытков, неустойка, компенсация, возмещение потерь, банковская гарантия, безотзывная доверенность и др.) [3, с. 57—62].

В деле правовой квалификации корпоративного договора, определения его сущностных юридических характеристик практически полезным представляется проведение предметной классификации корпоративных договорных соглашений, что, считаем, усилит системность изучения сущности корпоративного договора и его динамики в российском правоприменении. В юридической литературе уже предпринимались попытки классификационного деления корпоративных договоров по основанию предмета соглашений[3].

Попытаемся провести собственное классификационное деление корпоративных договорных соглашений по основанию их предмета.

Считается, что наиболее широкий спектр договоренностей по актуальным вопросам регулирования отношений между участниками хозяйственного общества позволяет реализовать акционерное соглашение (shareholders’ agreement), структурированное по английскому законодательству[4].  Если попытаться провести объединение всего многообразия возможных вариантов соглашений по целевому назначению, можно выделить следующие группы условий, получивших наибольшее распространение в мировой практике.

Детальное определение условий создания или реорганизации общества, инвестирования  бизнеса. Варианты: закрепление взаимных обязательств в отношении управления создаваемым юридическим лицом до его официальной регистрации (joint venture agreement)[5]; размер и способ внесения вкладов акционеров, периодичность траншей и их условия; выбор регулирующего законодательства (choice of governing law); предполагаемые направления бизнеса компании; условия слияния или присоединения фирм (pooling agreements); условия и порядок эмиссии дополнительных акций; условия инвестирования при реализации крупных совместных проектов[6]; обязательство осуществить инвестиции в бизнес при определенных обстоятельствах (capital call); определение объема прав, предоставляемых акциями; условия инвестирования в общество без прямого участия в акционерном капитале, но с возможностью влияния на определенные управленческие решения[7].

Определение порядка голосования на общем собрании акционеров (voting agreements). Варианты: установление обязанности акционера голосовать определенным образом по обозначенным вопросам; обязанность голосовать в соответствии с указаниями другого акционера (quasi-partnerships); обязанность воздерживаться от права голоса в течение определенного времени (waiver); установление требования получения квалифицированного большинства голосов для принятия решений по отдельным вопросам (supermajority voting requirements); установление повышенного кворума для проведения заседаний органов управления обществом; определение процедуры предварительного согласования позиций акционеров перед голосованием[8]; распределение общего количества голосов поровну между участниками для принятия решения по определенным вопросам; требование единогласного принятия значимых решений; закрепление перечня вопросов, отнесенных к исключительной компетенции собрания акционеров (shareholders reserved matters).

Регулирование вопросов распоряжения акциями (restrictions on the transfer of share). Варианты:  запрет на продажу акций в течение определенного периода времени или до наступления определенного события (lock in, lock-up provisions)[9]; запрет продавать акции без согласия других участников акционерного соглашения; закрепление преимущественного права покупки акций за одним из участников акционерного соглашения (right of first refusal, pre-emption rights); запрет на увеличение процента принадлежащих конкретному акционеру акций общества путем их скупки у других акционеров; запрет на обременение акций с возникновением прав какой-либо третьей стороны (например, банка-кредитора); механизмы защиты пакета акций от «размывания» (full ratchet, weighted average); обязательства о присоединении к соглашению в случае передачи акций в собственность другому лицу (deed of adherence); обозначение обстоятельств, при которых осуществляется публичное размещение акций участника на продажу (demand rights); право продавца на часть прибыли от последующей перепродажи акций их приобретателем (catch-up clauses); условия продажи акций третьему лицу — право присоединиться к продаже (tag-along) или право потребовать продажи (drag-along)[10]

Разрешение или предотвращение «тупиковых ситуаций» (deadlock resolution)[11]. Варианты:  обязанность выхода одного из акционеров из общества в обозначенных случаях (call option)[12]; право выйти из общества (put option)  при определенных обстоятельствах[13]; урегулирование разногласий с привлечением посредников (третейского суда, независимого арбитра и др.); введение в совет директоров независимых директоров; ликвидация или реорганизация общества в форме выделения или разделения с передачей в реорганизованное общество части активов; внутренний аукцион по продаже акций (russian roulette[14], texas (mexican) shoot out[15], dutch auction[16]).

Установление особого порядка формирования органов управления общества (provision of control). Варианты: установка привилегий для одного или нескольких акционеров при назначении членов совета директоров или исполнительного органа общества; порядок выдвижения или избрания кандидатов в органы управления обществом[17]; определение структуры совета директоров, правления компании, порядка назначения и досрочного прекращения полномочий директоров компании; требование о сложении полномочий членами совета директоров в случае выхода «назначившего» их акционера из общества (change of control).

Регулирование вопросов хозяйственной деятельности общества. Варианты: управление финансовыми потоками, условия распределения прибыли и выплаты дивидендов (dividend policy), распоряжение значимыми активами, размеры и условия осуществления займов; правовой режим информации (определение условий конфиденциальности, доступа к информации и круга лиц, обладающих этим доступом); регламентация вопросов интеллектуальной собственности; утверждение стандартов финансовой отчетности компании и порядка подготовки бюджетов; определение круга аудиторов компании; регулирование взаимоотношений с дочерними компаниями; условия найма высшего менеджмента; страхование жизни ключевых лиц; условие о «неконкуренции» (non-competition) между участниками; условия по предотвращению переманивания сотрудников (non-solicitation).

Повышение защиты интересов миноритарных акционеров. Варианты: наделение миноритариев правом вето по определенным вопросам; улучшение положения всех миноритарных акционеров общества по сравнению с определенным законом минимумом для предотвращения злоупотреблений со стороны менеджмента и крупных акционеров[18]; выдача стороне акционерного соглашения доверенности на осуществление прав акционера и (или) прав на акции для консолидации голосов (voting trust agreement); создание блока миноритарных акционеров, придерживающихся единой политики при голосовании.

 

 

Список литературы

 

1. Гармаев А.Г. Акционерные соглашения: новации законодательства и арбитражной практики // Акционерное общество. 2015. № 7. С. 70—77.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая): федер. закон от 26.01.1996 № 14 // Собрание законодательства РФ. 1996. № 5. Ст. 410.

3. Абакумова Е.Б. Перспективы применения корпоративного договора в России // Современное право. 2016.  № 5.  С. 57—62.

4. Андреев В.К., Железнов Н.Ф. Понятие корпоративного договора // Российское правосудие. 2016.  № 9. С. 26—38.

5. Асташкина А.В. Особенности корпоративного договора // Юрист. 2015.  № 9. С. 4—6.

6. Бородкин В.Г. Гражданско-правовое регулирование корпоративного договора: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2016. С. 43.

7. Романова Ю.В. Защита прав миноритарных акционеров в российском и зарубежном гражданском праве // Журнал российского права. 2004. № 10. С. 116–125.

8. Горковенко А.Я. Юридические противоречия между уставом общества с ограниченной ответственностью и корпоративным договором // Ленинградский юридический журнал. 2016.  № 1. С. 111—119.

9. Федоров В.А. Виды корпоративного договора в российском законодательстве // Отечественная юриспруденция. 2016.  № 6 (8). С. 29—34.

10. Шиткина И.С. Соглашения акционеров (договоры об осуществлении прав участников) как источник регламентации корпоративных отношений // Хозяйство и право. 2011. № 2. С. 36—47.

Библиография

1 Корпоративный договор не может напрямую обязывать его участников определять структуру органов общества и их компетенцию.

2  Дополнительным ориентиром здесь могут выступать положения статей 1214 и 1202 ГК РФ. Они содержат перечень вопросов, которые не могут быть урегулированы в соглашении об осуществлении прав участников в соответствии с правом, отличным от права страны учреждения. Заметим, что закрепление отдельных положений именно в корпоративном договоре (или дублирование в нем положений устава) может принести определенную пользу обществу, поскольку при нарушении договора можно предусмотреть гражданско-правовую ответственность и применить способы обеспечения исполнения обязательства.

3 Например, В.А. Федоров по предметному основанию корпоративные договоры делит на договоры о согласовании определенным образом; договоры о согласованном голосовании; договоры о согласованной продаже (покупке) долей участия; договоры об осуществлении согласованных действий, связанных с управлением обществом, с созданием, деятельностью, реорганизацией и ликвидацией общества  [7, с. 29—34].  

4  Наибольшей популярностью у российского бизнеса в последние годы пользовалось именно английское право, которое стало классическим выбором для регулирования отношений по акционерному соглашению. При этом договаривающиеся стороны исходили из допущения, что английский суд будет стремиться к исполнению  договоренностей, а не признанию их недействительными [1, с. 70—77].

5  Например, можно указать количество независимых руководителей или управляющих, которые исполняют представительские функции от лица тех или иных членов общества.

6 Пример —  соглашение между АО «Холдинговая компания Элинар» и Ассоциацией американских птицеводов (1999 год). Оно было заключено всеми акционерами в отношении закрытого акционерного общества «Элинар-бройлер» и предполагало, что на период возврата инвестиций американскому партнеру, осуществляемого путем выплаты дивидендов по акциям определенного класса, российский акционер отказывается от ряда прав в сфере управления, например права выдвигать кандидата на должность директора. Стороны предусмотрели определенный порядок образования совета директоров и ревизионной комиссии.

7 Например, внесение изменений и дополнений в устав и внутренние регламенты общества, ограничения по распределению прибыли общества.

8 Например, не голосовать за реорганизацию общества или его ликвидацию при отсутствии предварительного согласия всех сторон акционерного соглашения.

9 Пример: для минимизации рисков при проведении публичного размещения акций (IPO) акционерами АФК «Система» (основной акционер ОАО «МТС») было заключено соглашение с DeutscheTelekom (владелец 10,15% акций ОАО «МТС»), согласно которому DeutscheTelekom в обмен на гарантию двух мест в совете директоров обязалась в течение 6 месяцев после размещения акций не продавать принадлежавшие ей акции ОАО «МТС».

10 В первом случае речь идет о ситуации, когда одна из сторон акционерного соглашения продает свои акции третьему лицу, а другие стороны могут потребовать, чтобы третье лицо купило и их акции в дополнение к акциям продающего акционера на тех же условиях (актуально в первую очередь для миноритариев). Во втором — об аналогичной ситуации с той разницей, что продающий акционер вправе потребовать от других сторон акционерного соглашения, чтобы они продали их акции третьему лицу вместе с продающим акционером.

11 Ситуация, в которой не представляется возможным достигнуть соглашения сторон по какому-либо вопросу.

12 Подразумевается обязанность участников отчуждать акции по заранее определенной цене (формуле расчета цены) при наступлении определенных обстоятельств (trigger). Например, выкуп по номинальной, «символической» цене в случае, если наступление соответствующего события напрямую вызвано противоправными умышленными действиями самого участника. Или же выкуп по справедливой рыночной стоимости, например, в связи с завершением некой стадии проекта.

13 Например, недостижение обществом нужного финансового результата, нарушение обязательств по акционерному соглашению и т. п. При этом, как правило, в формулу расчета цены продажи акций включается премия.

14 «Русская рулетка» — когда  одна сторона уведомляет другую сторону о желании выкупить ее акции по определенной цене, а получатель имеет право продать акции по предложенной цене либо выкупить «интерес» предлагающей стороны за более высокую цену. Предложивший наиболее высокую цену получает право выкупа.

15 «Техасская (мексиканская) перестрелка» — когда каждая из сторон направляет независимому медиатору запечатанное предложение цены, по которой она готова приобрести долю другой стороны. Конверты вскрываются одновременно, после чего выигрывает заявка с наибольшей ценой. Лицо, подавшее такую заявку, обязано купить, а другая сторона — продать свои акции по указанной цене.

16 «Голландский аукцион» — вариант «техасской перестрелки». Стороны в предложениях указывают минимальную цену, за которую они готовы продать свою долю в компании. Сторона, предложившая большую цену, получает право выкупить долю другой стороны по цене, указанной в ее предложении.

17 Пример: акционерное соглашение 2001 года, заключенное крупными акционерами ОАО «ВымпелКом» (торговая марка «Билайн») — Telenor и Altimo (группа компаний «Альфа-Групп»), согласно которому каждый из акционеров может выдвинуть в совет директоров сотового оператора по четыре человека, при этом один из четырех от каждой стороны должен быть независимым директором, еще один может выдвигаться Telenor только с согласия Altimo.

18 Например, соглашение, в силу которого у мажоритарных акционеров возникает обязательство приобрести акции, принадлежащие миноритарным акционерам, по требованию последних в определенных случаях, как то: недостаточная прибыль, изменение структуры акционерного капитала не в интересах миноритариев и др. Обычно общество является стороной такого соглашения и контролирует аккуратность исполнения его участниками своих обязательств [7, с. 116—125]. В российской практике примером приверженности контролирующей группы соблюдению прав миноритарных акционеров выступает акционерное соглашение участников ОАО «Вимм-Билль-Данн Продукты Питания», предусматривающее наличие независимого большинства в Совете директоров компании. URL: http://rating.rbc.ru/article.shtml?2005/05/12/1025248