УДК 342.565

 

Конституционно-правовые основы деятельности Верховного Суда Российской Федерации как субъекта взаимодействия судов общей юрисдикции и арбитражных судов

 

В.С. Алисултанов,

аспирант кафедры конституционного и международного права  Российского государственного социального университета, судья Арбитражного суда Центрального федерального округа Россия, Москва vadim05001@gmail.com

 

Рассматриваются проведенные в 2014 году конституционные преобразования, затронувшие высшие органы судебной власти, такие как Верховный Суд РФ и Высший Арбитражный Суд РФ, и приведшие к образованию единого высшего органа судебной власти, компетенция которого (в частности, надзорные полномочия) распространяется как на суды общей юрисдикции, так и на арбитражные суды. Автор делает вывод о том, что с образованием Верховного Суда РФ открывается ряд дополнительных возможностей по установлению единообразного применения законов и иных нормативных правовых актов. При этом взаимодействие судов общей юрисдикции и арбитражных судов в контексте деятельности Верховного Суда РФ приведет к упорядоченности и структурированности правотворческой деятельности.

Ключевые слова: судебная власть, судебная система, Верховный Суд РФ, суд общей юрисдикции, арбитражный суд, взаимодействие.

 

Как известно, конституционные основы деятельности судебной власти в России регламентированы как рядом положений Основного закона (статьи 10—11, 46, 118—128), так и достаточно большим количеством принятых в развитие конституционно-правовых норм федеральных конституционных законов: от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» (далее — Закон № 1-ФКЗ), от 23.06.1999 № 1-ФКЗ «О военных судах Российской Федерации», от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», от 07.02.2011 № 1-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации», от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации», от 05.02.2014 № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» (далее — Закон № 3-ФКЗ). Только один из них — Федеральный конституционный закон от 09.11.2009 № 4-ФКЗ «О Дисциплинарном судебном присутствии» [10] — в настоящее время утратил силу, а все остальные сохранили свое действие, хотя и подверглись ряду существенных изменений.

 

Отчасти вопросы деятельности органов судебной власти регламентированы и положениями федеральных законов от 08.01.1998 № 7-ФЗ «О Судебном департаменте при Верховном Суде Российской Федерации», от 17.12.1998 № 188-ФЗ «О мировых судьях в  Российской Федерации», от 14.03.2002 № 30-ФЗ «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации», а также Законом РФ от 26.06.1992 № 3132-I «О статусе судей в Российской Федерации». На установление конституционно-правовых основ деятельности судебной власти оказали влияние и общепризнанные принципы и нормы международного права, признающиеся в соответствии со ст. 15 Конституции РФ частью российской правовой системы.

Основные конституционные принципы функционирования органов судебной власти достаточно подробно изучены и освещены в юридической литературе:  осуществление правосудия только судом, независимость судей и их подчинение только Конституции РФ и федеральному закону, осуществление правосудия на основе состязательности и равноправия сторон, порядок назначения судей федеральных судов, равенство всех перед законом и судом [6, с. 4]. Конституционно-правовые проблемы организации судебных органов, в свою очередь, выступали предметом научного интереса ряда советских [1] и российских [5] юристов.

Усиление элементов взаимодействия в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов в современный период обусловлено в том числе проведенными в 2014 году конституционными преобразованиями, затронувшими высшие органы судебной власти, такие как Верховный Суд РФ и Высший Арбитражный Суд РФ, и приведшие к образованию единого высшего органа судебной власти, компетенция которого (в частности, и надзорные полномочия) распространяется как на суды общей юрисдикции, так и на арбитражные суды. Необходимость проведения этих преобразований, несмотря на то, что законодательные решения в данной сфере уже приняты, не до конца уяснена как правоприменителями, так и научным сообществом. Некоторые авторы отмечают, например, что Россия как современное правовое государство находится в условиях развития политических, экономических, социальных и культурных отношений, и судебная система, призванная эффективно разрешать конфликты, возникающие в обществе, должна реагировать на развитие данных отношений [15, с. 5]. В то же время ряд юристов, в том числе В.В. Дорошков, имеющий значительный опыт практической деятельности в качестве судьи Верховного Суда РФ, рассуждают о том, что «после принятия политического решения о слиянии Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ реально встает вопрос о путях реформирования организационной структуры объединенного суда и его полномочиях, уточнении роли Пленума как наиболее демократичного органа судебной власти» [4, с. 14—19].

Совет судей РФ в постановлении от 19.12.2012  обоснованно отмечал, что система судебных органов обеспечивает незыблемость основ конституционного строя, единство экономического и правового пространства, имущественные и неимущественные права граждан и юридических лиц, а также гарантирует свободу экономической деятельности [14].

Определяя пути развития судебной систе-

мы — унификацию или дифференциацию судебных органов, входящих в ее состав, — некоторые авторы приходят к выводу о том, что создание объединенного ВС РФ демонстрирует приверженность законодателя к унификации [3, с. 20—22]. Другие ученые ставят необходимость таковой под сомнение, мотивируя это, в частности, тем, что единство судебной практики будет обеспечивать «мегасуд со сверхобширной компетенцией, в котором окажутся соединенными не только все процессы, но и все стадии: первая, апелляционная, кассационная, надзорная и пересмотр по новым и вновь открывшимся обстоятельствам» [2, с. 42—44].

В целом законодательное решение по учреждению единого ВС РФ следует оценить положительно именно в контексте перспективного создания единой судебной практики, а также формирования своеобразной единой судебной политики. Под последней мы понимаем следующее. Созданные в начале 2000-х годов органы судейского сообщества уделяли внимание трехстороннему взаимодействию на уровне высших органов судебной власти с законодательной властью. Так, VII Всероссийский съезд судей посчитал целесообразным законодательно установить порядок, при котором проекты законов о внесении изменений в законодательные акты по вопросам ведения высших судов страны могли бы быть внесены в Государственную Думу только при наличии официальных отзывов соответственно КС РФ, ВС РФ, ВАС РФ и заключения Совета судей РФ [13].

Указом Президента РФ от 11.08.2003 № 961 был создан Совет при Президенте РФ по вопросам совершенствования правосудия — консультативный орган, задачей которого выступала подготовка предложений о приоритетных направлениях проводимой в стране судебной реформы, расширении взаимодействия федеральных органов судебной власти, органов судейского сообщества, организаций и учреждений, осуществляющих деятельность в области права [12]. Это был уже второй опыт создания такого консультативного органа — первый Совет был учрежден  указом Президента РФ от 14.10.1997 № 1115 [11].

С созданием объединенного ВС РФ взаимодействие судебной власти с двумя другими ветвями государственной власти будет упрощено, и этот орган сможет разрабатывать предложения по реализации отдельных направлений судебной реформы или по совершенствованию действующего законодательства с учетом позиций как судов общей юрисдикции, так и арбитражных судов.

Сейчас можно выделить следующие положения законодательства, составляющие конституционно-правовые основы деятельности ВС РФ:

— положения главы 7 Конституции РФ, в том числе ст. 118 об осуществлении правосудия только судом, ст. 126 — о правовом статусе ВС РФ, ст. 128 — о порядке назначения судей. Следует отметить, что, в сравнении с КС РФ, законодатель не стал устанавливать применительно к ВС РФ подробного перечня его полномочий;

— положения Закона № 1-ФКЗ (ч. 3 ст. 4 — об отнесении ВС РФ к федеральным судам, ст. 19 — об основных полномочиях и положении ВС РФ в судебной системе);

— положения Закона № 3-ФКЗ, который на данный момент является единственным нормативным правовым актом, регламентирующим порядок осуществления полномочий ВС РФ.

Взаимодействие судов общей юрисдикции и арбитражных судов в данный момент во многом осталось за рамками работы законодателя. Вместе с тем конституционно-правовые основы деятельности ВС РФ позволяют выделить ряд направлений по установлению такого взаимодействия.

Во-первых, в соответствии со ст. 126 Конституции РФ и ч. 1 ст. 2 Закона № 3-ФКЗ он провозглашен высшим судебным органом по всем делам, подсудным судам общей юрисдикции и арбитражным судам. В такой ситуации появляются организационные возможности по развитию взаимодействия, а также упрощается возможное начало взаимодействия: и суд общей юрисдикции, и арбитражный суд в будущем смогут инициировать процедуры взаимодействия при посредничестве надзорного органа, единого для всех его участников.

Во-вторых, закрепление в федеральном конституционном законе исключительных полномочий ВС РФ позволяет четко отграничить его судебные функции (суд первой, апелляционной, кассационной, надзорной инстанций), не предполагающие организации взаимодействия, а осуществляемые с использованием руководящего положения в судебной системе в отношении как судов общей юрисдикции, так и арбитражных судов, от функций организационных, в том числе развивающих взаимодействие между судами различных уровней и разных юрисдикций  (ст. 2 Закона № 3-ФКЗ). Главным условием развития взаимодействия между судами общей юрисдикции и арбитражными судами станет, как представляется, положение, закрепленное в п. 1 ч. 7 ст. 2 Закона № 3-ФКЗ, предоставляющее ВС РФ полномочия по обеспечению единообразного применения законодательства посредством дачи судам разъяснений по вопросам судебной практики.

В-третьих, создание в структуре ВС РФ Пленума, Президиума и семи коллегий (ст. 3 Закона № 3-ФКЗ). При этом на Президиум ВС РФ возложено обеспечение единства судебной практики и законности путем процессуальной проверки судебных актов, вступивших в законную силу (в порядке надзора или по новым либо вновь открывшимся обстоятельствам). Пленум ВС РФ, в свою очередь, обеспечивает единство судебной практики посредством аналитической, а не процессуальной деятельности. На Председателя ВС РФ п. 1 ч. 3 ст. 12 Закона № 3-ФКЗ возложено обеспечение решения относящихся к его компетенции вопросов организации деятельности как ВС РФ, так и системы судов общей юрисдикции и системы арбитражных судов. Для подготовки научно обоснованных рекомендаций по проблемным вопросам судебной практики ст. 19 Закона № 3-ФКЗ предусматривает создание Научно-консультативного совета, образуемого ВС РФ.

Таким образом, можно сделать промежуточный вывод о том, что объединенный ВС РФ будет ориентирован как на процессуальное, так и на организационное взаимодействие между судами общей юрисдикции и арбитражными судами. Прием, использованный российским законодателем, носит черты определенной оригинальности, и механизм взаимодействия выглядит недостаточно транспарентным. Для сравнения: в Германии с целью взаимодействия между верховными судами созывается Общий сенат верховных судов, состоящий из президентов пяти верховных судов, председательствующих судей и по одному члену от заинтересованных в данном вопросе сенатов (в составе подобного органа должно быть не менее девяти судей) [9, с. 32]. Другими словами, основные субъекты взаимодействия в немецком законодательстве — это не все суды, учрежденные в государстве, а высшие инстанции. Достаточно интересен в рассматриваемом контексте правовой опыт Франции: высший судебный орган — Кассационный суд — ограничивается ответами на вопросы, касающиеся законодательства и правильности его применения, а жалобы, представленные на его рассмотрение, приобретают форму «чрезвычайного обращения за помощью» (voie de recours dite «extraordinaire») [7, с. 3—6].

С образованием ВС РФ открывается ряд дополнительных возможностей по установлению единообразного применения законов и иных нормативных правовых актов. В данном случае следует критически оценить суждение о том, что формирование ВС РФ не разрешает проблемы обеспечения единства судебной практики в силу наличия системы арбитражных судов, функционирующих по особым правилам арбитражного судопроизводства [8, с. 9]. Во-первых, процессуальные особенности деятельности арбитражных судов и судов общей юрисдикции учтены при определении структуры ВС РФ. Во-вторых, как отмечалось еще в 2006 году в Концепции федеральной целевой программы «Развитие судебной системы России на 2007—2011 годы», повышению эффективности судебной системы будет способствовать повышение активной роли суда, усиление его влияния на правоприменение. При этом взаимодействие судов общей юрисдикции и арбитражных судов, законодательно разобщенных, но поднадзорных одному и тому же высшему органу судебной власти, может стать источником единообразного правоприменения.

Следует обратить внимание на то, что в свете учреждения ВС РФ имеются нерешенные проблемы организации взаимодействия судов общей юрисдикции и арбитражных судов. Во-первых, в Концепции федеральной целевой  программы «Развитие судебной системы России на 2013—2020 годы» предусмотрены разные направления развития информационно-коммуникационных технологий в судах общей юрисдикции и арбитражных судах, что представляется ошибочным, особенно в свете состоявшихся в 2014 году преобразований, связанных с появлением единого ВС РФ.

Во-вторых, до настоящего времени не получила законодательного воплощения Концепция федерального закона «О нормах нагрузки судей арбитражных судов, судов общей юрисдикции, мировых судей, работников аппаратов судов, государственных служащих Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации и его органов в субъектах Российской Федерации», разработанная после масштабного обновления в 2001—2003 годах процессуального законодательства и принятая постановлением Президиума Совета судей РФ 08.02.2005 № 72. Принятие этого закона способствовало бы оптимальному использованию штата судей и упростило бы распределение нагрузки между судами. Указанные позиции могли бы стать одним из направлений реализации организационно-управленческой деятельности ВС РФ как органа, стоящего во главе системы взаимодействия судов общей юрисдикции и арбитражных судов.

Анализ конституционно-правовых основ деятельности ВС РФ в условиях конституционного реформирования позволяет:

1) обосновать, что Конституция РФ, признавая властный и независимый характер деятельности каждого суда, входящего в судебную систему России, в целом не предполагает установления детальных различий в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов;

 

2) положительно оценить законодательное решение по учреждению единого ВС РФ в контексте перспективного создания единой судебной практики, а также формирования своеобразной единой судебной политики и усиления элементов взаимодействия судов общей юрисдикции и арбитражных судов;

3) обосновать, что с образованием ВС РФ открывается ряд дополнительных возможностей по установлению единообразного применения законов и иных нормативных правовых актов. При этом взаимодействие судов общей юрисдикции и арбитражных судов в контексте деятельности ВС РФ приведет к упорядоченности и структурированности правотворческой деятельности.

 

Список литературы

 

1. Алексеев С.С. Социальная ценность права в советском обществе. М.: Юрид. Лит-ра, 1971.

2. Громошина Н.А. К вопросу об объединении высших судов и Кодексе административного судопроизводства // Российская юстиция. 2014. № 1. С. 42—44.

3. Даниелян Д.Р. Объединение Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ: цели, задачи и перспективы // Мировой судья. 2013. № 10. С. 20—22.

4. Дорошков В.В. История и пути совершенствования Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ // Российский судья. 2013. № 12. С. 14—19.

5. Ершов В.В. Судебная власть в правовом государстве: дис. … д-ра юрид. наук. М., 1992.

6. Ильинская Н.Г. Конституционно-правовые основы судебной реформы: дис. … канд. юрид. наук. М., 2006.

7. Карпович Е.В., Цыганков Н.С. Аргументационная техника французского Кассационного суда: история и современность // Труды молодых исследователей по сравнительному праву. 2013. № 1—2. С. 3—6.

8. Лысов П.К. Конституционно-правовые основы судебной власти в Российской Федерации: тенденции и перспективы развития: автореф. дис. … канд. юрид. наук.  М., 2014. 

9. Малько А.В., Саломатин А.Ю., Терехин В.А. Судебный федерализм в условиях глобализации (сравнительный анализ) // Российская юстиция. 2013. № 7. С. 32.

10. О Дисциплинарном судебном присутствии: федер. конст. закон от 09.11.2009 № 4-ФКЗ (утратил силу) // Российская газета. 2009. 11 нояб.

11. О Совете при Президенте Российской Федерации по вопросам совершенствования правосудия: указ Президента РФ от 14.10.1997 № 1115 (утратил силу) // Собрание законодательства РФ. 1997. № 42.  Ст. 4760.

12. О Совете при Президенте Российской Федерации по вопросам совершенствования правосудия: указ Президента РФ от 11.08.2003 № 961 // Российская газета. 2003. 19 авг.

13. О состоянии судебной системы Российской Федерации и приоритетных направлениях ее развития и совершенствования: постановление VII Всероссийского съезда судей от 04.12.2008  // Судья. 2008. № 12.

14. О состоянии судебной системы Российской Федерации и основных направлениях ее развития: постановление Совета судей РФ от 19.12.2012 // Российское правосудие. 2013. № 2. С. 3—11.

15. Рябзин Р.А. Правовые основы деятельности судов общей юрисдикции в Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2009.

 

References

 

1. Alekseev S.S. Sotsial'naia tsennost' prava v sovetskom obshchestve. M.: Iurid. lit-ra, 1971.

2. Gromoshina N.A. K voprosu ob ob"edinenii vysshikh sudov i Kodekse administrativnogo sudoproizvodstva // Rossiiskaia iustitsiia. 2014. № 1. S. 42—44.

3. Danielian D.R. Ob"edinenie Verkhovnogo Suda RF i Vysshego Arbitrazhnogo Suda RF: tseli, zadachi i perspektivy // Mirovoi sud'ia. 2013. № 10. S. 20—22.

4. Doroshkov V.V. Istoriia i puti sovershenstvovaniia Plenumov Verkhovnogo Suda RF i Vysshego Arbitrazhnogo Suda RF // Rossiiskii sud'ia. 2013. № 12. S. 14—19.

5. Ershov V.V. Sudebnaia vlast' v pravovom gosudarstve: dis. … d-ra iurid. nauk. M., 1992.

6. Il'inskaia N.G. Konstitutsionno-pravovye osnovy sudebnoi reformy: dis. … kand. iurid. nauk. M., 2006.

7. Karpovich E.V., Tsygankov N.S. Argumentatsionnaia tekhnika frantsuzskogo Kassatsionnogo suda: istoriia i sovremennost' // Trudy molodykh issledovatelei po sravnitel'nomu pravu. 2013. № 1—2. S. 3—6.

8. Lysov P.K. Konstitutsionno-pravovye osnovy sudebnoi vlasti v Rossiiskoi Federatsii: tendentsii i perspektivy razvitiia: avtoref. dis. … kand. iurid. nauk.  M., 2014. 

9. Mal'ko A.V., Salomatin A.Iu., Terekhin V.A. Sudebnyi federalizm v usloviiakh globalizatsii (sravnitel'nyi analiz) // Rossiiskaia iustitsiia. 2013. № 7. S. 32.

10. O Distsiplinarnom sudebnom prisutstvii: feder. konst. zakon ot 09.11.2009 № 4-FKZ (utratil silu) // Rossiiskaia gazeta. 2009. 11 noiab.

11. O Sovete pri Prezidente Rossiiskoi Federatsii po voprosam sovershenstvovaniia pravosudiia: ukaz Prezidenta RF ot 14.10.1997 № 1115 (utratil silu) // Sobranie zakonodatel'stva RF. 1997. № 42.  St. 4760.

12. O Sovete pri Prezidente Rossiiskoi Federatsii po voprosam sovershenstvovaniia pravosudiia: ukaz Prezidenta RF ot 11.08.2003 № 961 // Rossiiskaia gazeta. 2003. 19 avg.

13. O sostoianii sudebnoi sistemy Rossiiskoi Federatsii i prioritetnykh napravleniiakh ee razvitiia i sovershenstvovaniia: postanovlenie VII Vserossiiskogo s"ezda sudei ot 04.12.2008  // Sud'ia. 2008. № 12.

14. O sostoianii sudebnoi sistemy Rossiiskoi Federatsii i osnovnykh napravleniiakh ee razvitiia: postanovlenie Soveta sudei RF ot 19.12.2012 // Rossiiskoe pravosudie. 2013. № 2. S. 3—11.

15. Riabzin R.A. Pravovye osnovy deiatel'nosti sudov obshchei iurisdiktsii v Rossiiskoi Federatsii: avtoref. dis. … kand. iurid. nauk. M., 2009.