УДК 343.9

Страницы в журнале: 102-106

 

Е.О. Иванова,

соискатель кафедры уголовного права Военного университета Министерства обороны РФ Россия, Москва katyshka1008@yandex.ru

 

Рассматриваются основные методы выявления латентной преступности в воинском подразделении, анализируются их достоинства и недостатки. Выявляются особенности изучения латентной преступности военнослужащих по отношению к особенностям исследования латентности преступности как социального явления в целом.

Ключевые слова: латентная преступность, преступность военнослужащих, латентность преступности военнослужащих, изучение латентной преступности, методика изучения латентной преступности военнослужащих.

 

Достоверные результаты изучения латентной преступности, в том числе преступности среди военнослужащих, являются основой разработки эффективных мер по ее сокращению и предупреждению. Учитывая, что «основной вектор развития научного познания — совершенствование научных методик, углубление проникновения в сущность изучаемой реальности, минимизация погрешностей, расширение сфер практического применения результатов познания» [5, с. 43], особенно важным считаем правильный выбор способа изучения латентности преступности среди военнослужащих.

Изучение латентности преступности как социального явления в целом [1, с. 18—36; 4, с. 56—62] отличается от изучения латентной преступности военнослужащих по нескольким параметрам:

1) ее массив носит открытый характер, не имеет ограничения среды распространения, тогда как воинская преступность отражает негативные межличностные взаимоотношения в закрытой воинской среде;

2) ее показатели определяются с помощью косвенных критериев на основании «трех систем данных: официальной статистики; социологических данных; экспертных оценок» [2, с. 62—65; 6, с. 53—57; 9, с. 16; 10, с. 128—136], в то время как показатели латентности воинских преступлений имеется возможность определить более точно на основе, например, анонимного анкетирования всего контингента конкретной воинской части;

3) достоверность полученного результата при изучении латентной преступности как социального явления имеет приблизительный характер, а при изучении латентности воинских преступлений, как правило, более высокая;

4) сведения о латентности преступности вообще исходят от внешних наблюдателей, в то время как показатели латентности воинских преступлений полностью основаны на «свидетельских показаниях» лиц, знающих изучаемое негативное явление изнутри, поскольку в той или иной степени они причастны к их совершению;

5) степень проверяемости точности полученных результатов латентности преступности в целом значительно ниже, чем латентности воинских преступлений, поскольку она опирается на приблизительные данные, почерпнутые не только из статистический информации, но и из иных источников, тогда как латентность воинских преступлений определяется только на основе конкретных статистических показателей.

Наличие указанных, а также и других факторов, обусловливающих особенности изучения латентности воинских преступлений, в значительной степени предопределяет и выбор той или иной методики, наиболее подходящей для достижения избранной цели исследования. Получается, что, с одной стороны, методика изучения латентности воинских преступлений должна способствовать достижению поставленной цели, а с другой — отражать особенности, присущие изучению именно воинских правонарушений. Так, изучение скрытой преступности, например, в масштабах воинской части может быть организовано различным путем: 1) с помощью устного опроса военнослужащих; 2) путем открытого или анонимного анкетирования; 3) путем тестирования военнослужащих; 4) путем изучения информации, поступающей от военнослужащих и их родителей (жалобы, просьбы, сообщения о конкретных фактах нарушения уставных правил взаимоотношений между военнослужащими), а также изучения анонимных писем и телефонных звонков, изучения дисциплинарной практики в конкретных воинских подразделениях, проведения бесед с военнослужащими и их родителями и ò. ä. Все эти способы подходят для установления наличия самого факта латентной преступности. Однако если требуется установить ее масштабы, степень распространения, ее уровень, то следует избирать такую методику, которая позволяет получить правдивые результаты, объективно отражающие состояние поддержания правопорядка и дисциплины в конкретном воинском подразделении. Очевидно, что из перечисленных выше способов выявления латентной преступности в воинском подразделении наиболее подходящим является анонимное анкетирование военнослужащих, проходящих службу по призыву. С помощью такого анкетирования можно точно выявить уровень латентной преступности в подразделении, если произвести сравнение полученного результата с официальной статистикой правонарушений.

Кроме того, точность полученных результатов изучения латентности преступности военнослужащих можно проверить и в процессе анкетирования с помощью постановки дополнительных вопросов, ответы на которые отражали бы правдивость респондента. Такие дополнительные вопросы могут иметь общий характер, когда респондент уточняет свой основной ответ путем раскрытия источника его познания (например, он признается, что «видел лично», «слышал от товарища», «узнал из газеты, радио», «слышал разговор в курилке», «сам испытал», «сам участвовал» и т.п.), либо конкретный характер, когда ставится вопрос о преступлении, известном всему воинскому подразделению. Сравнивая ответы на вопросы, отражающие общий уровень их правдивости и ответы на вопросы по конкретному преступлению, о котором знают все респонденты, можно выявить степень точности определения уровня латентности преступности в конкретном воинском коллективе.

Если ответы в первом и во втором случае совпадают по уровню правдивости респондентов, то можно уверенно сказать, что полученный результат проведенного исследования латентности преступности военного подразделения достоверен и отражает действительный показатель уровня латентности преступности в данном подразделении. Наличие отклонения в ту или иную сторону будет свидетельствовать об отклонении в точности определения уровня латентности преступности в данной воинской среде. При этом указанное отклонение может быть обусловлено двумя причинами: 1) неточностью формулировок вопросов в анкете, которую заполняли респонденты, что не позволило понимать их однозначно, а приводило к различному их прочтению; 2) нежеланием отдельных респондентов давать правдивые ответы на поставленные вопросы. В первом случае необходимо отредактировать формулировки вопросов и ответов, поставленных в анкете. Во втором случае требуется изучение психологического климата в конкретном воинском подразделении. Это позволит уяснить причину уклонения респондентов от дачи правдивых ответов по вопросам анкеты и в дальнейшем на этой основе разработать меры предупреждения преступных проявлений в армейской среде.

По нашему мнению, психологическую характеристику личности военнослужащих наиболее полно и качественно можно получить именно в результате их письменного опроса (анкетирования). В юридической литературе называются и иные методы: наблюдение (командир лично наблюдает за проявлением психологических свойств личности подчиненных ему военнослужащих); психологическое тестирование (командир предлагает военнослужащим ответить на вопросы составленного психологом письменного теста) [8, с. 162—163].

Анкета, разработанная для изучения психологических свойств личности военнослужащего, должна включать в себя не только сведения о его психофизиологических (темперамент, способности, особенности мышления) и социально-психологических (убеждения, знания, взгляды, интересы, умения, навыки, привычки) качествах, но и о его отношении к тем или иным известным ему фактам правонарушений в воинском подразделении. Например, респондент, отвечая на вопрос о его отношении к факту избиения военнослужащего, может ответить по выбору следующим образом: «так ему и надо», «жаль товарища», «получил заслуженно — лентяй», «пусть уважает “дедов”, «получил хороший урок», «поддержал его морально», «помог адаптироваться к военной службе» и т.п. Такой подход не только ориентирует командира, как реагирует в целом его подразделение (рота, батальон, полк) на факты внеуставных взаимоотношений между военнослужащими, но и позволяет разработать мероприятия, направленные на их предупреждение: повышение дисциплины, организацию правовой пропаганды, вовлечение в занятие спортом, улучшение профессиональной подготовки, улучшение бытовых условий и  т.п.

При разработке вопросов и формализованных ответов анкеты следует иметь в виду, что ее будут заполнять респонденты различного служебного статуса, имеющие различный уровень адаптации к военной среде, различное положение в иерархии психологических связей между военнослужащими. Поэтому в анкете следует отразить виктимологический аспект латентности воинских преступлений, а также степень реализации факторов, способствующих совершению воинского преступления.

То есть по возможности изучить отношение будущей жертвы и потенциального преступника к совершаемым в воинском подразделении преступлениям. Как справедливо отметил Е.А. Моргуленко, для «более эффективной деятельности по организации профилактических мероприятий командиру следует в общих чертах представлять структуру личности преступника — нарушителя уставных правил взаимоотношений между военнослужащими и структуру личности жертвы подобных преступлений» [8, с. 189].

По мнению В.Е. Эминова и И.М. Мацкевича, на виктимные качества потенциальной жертвы указывают такие ее характеристики, как незавершенность становления личности и психики; слабое физическое и интеллектуальное развитие; замкнутость; неприспособленность к самостоятельной жизни; обладание темпераментом, который не совсем подходит для условий военной службы (например, меланхолик); наличие в поведении особенностей, воспринимаемых сослуживцами как отклонение от нормы, что вызывает негативную реакцию [11, с. 188].

Для нарушителя правил уставных взаимоотношений характерны такие качества, как скудность духовных интересов; пренебрежительное отношение к уставным требованиям и уголовно-правовым запретам; доминирование примитивно-бытовых побуждений извращенного характера; слабое предвидение последствий своих действий; эмоциональная неустойчивость; эгоизм и постоянная потребность в спиртном; явная или скрытая готовность к агрессивному поведению; полное отсутствие высоких человеческих устремлений; направленность на сиюминутное исполнение желаний; ориентация на физическую силу как средство самоутверждения [7, с. 175].

В основе мотивации поведения преступника лежат корыстно-эгоистические потребности: стремление доминировать, властвовать над другими военнослужащими и получать различные материальные и психологические преимущества вследствие обладания неформальной властью [3, с. 24—27].

С учетом этого при разработке анкеты необходимо предусматривать вопросы и формализованные ответы, по которым можно будет определить психологическую принадлежность респондента.

Представляется, что анкета должна условно содержать три группы вопросов: 1) по выявлению психологических особенностей респондента; 2) по его отношению к воинской службе; 3) по степени готовности совершить преступление или быть его жертвой. Первую группу вопросов нужно позаимствовать у психологов, изучающих психологию личности. Вторую и третью группу вопросов необходимо представить в нейтральной форме. Например, предложить оценить значение для человека понятия «служба в армии — это: 1) обязанность граждан защитить страну от врагов; 2) пустая трата времени и здоровья; 3) равносильно отбыванию наказания в тюрьме». Следует также выявить потенциальные психологические стремления военнослужащего к получению власти в военном коллективе. Вопрос и ответы к нему можно поставить так: «Быть командиром: 1) лучше, чем быть рядовым; 2) значит иметь одни обязанности и никаких прав; 3) я сам себе командир; 4) значит иметь лишние обязанности, мне этого не надо». Выявить военнослужащих, готовых к совершению противоправных антиуставных поступков, можно, поставив, например, следующие вопросы и формализованные ответы к ним:

1. «Выполнить приказ командира — это:

1) обязанность военнослужащего; 2) не обязательно; 3) и без меня его выполнят; 4) кто хочет тот и выполняет».

2. «Выполнять служебные обязанности — это: 1) честно исполнять все приказы начальников; 2) лучше найти способ уклонения от них; 3) любые обязанности можно исполнить с помощью других; 4) подобрать того, кто их за меня исполнит».

3. «Хорошо служится тому, кто: 1) добросовестно выполняет свои служебные обязанности; 2) нашел себе замену по их выполнению;

3) умеет постоять за себя и плюет в потолок;

4) умеет приспособиться и угодить начальству».

Анализ результатов анкетирования даст возможность определить психологическую атмосферу в подразделении. При наличии высокого процента военнослужащих, склонных к совершению антиуставных поступков, необходимо срочно предпринимать меры по снижению напряженности в данном воинском коллективе: проводить индивидуальные беседы, укреплять воинскую дисциплину и коллективизм, выявлять лиц, использующих противоуставные методы для самоутверждения, и т.п. Если количество лиц, склонных к совершению воинского правонарушения, превышает 20% от всех военнослужащих, то возникает опасность потери контроля над состоянием дисциплины в подразделении.

Однако в арсенале командира воинского подразделения особенно на уровне рот имеются эффективные методы выявления неуставных взаимоотношений между военнослужащими. К их числу относятся такие, как наблюдение; тестирование; индивидуальные беседы; анализ документов, характеризующих военнослужащего; анализ информации, поступающей из докладов командиров отделений и взводов; беседы с родителями военнослужащих и анализ информации, поступающей из их писем; беседы с активом подразделения, а также с медработниками; ежедневный осмотр личного состава; еженедельный осмотр личного состава в бане [8, с. 192].

Использование указанных методов выявления наличия латентной преступности в воинском подразделении позволяет устанавливать конкретные ее факты, но не дает возможности определить ее уровень, который можно установить только при сплошном опросе путем анонимного анкетирования военнослужащих.

В отличие от других методик анонимное анкетирование устраняет такие обстоятельства, искажающие истинную картину латентности преступлений в военной среде, как страх понести ответственность за совершение военного преступления (правонарушения) и страх быть подвергнутым избиению (или унижению иным способом), если опрошенный выдаст лиц, участвующих в совершении антиуставных действий. Анонимность изучения латентной преступности военнослужащих позволяет наиболее полно установить не только ее уровень, но и формы, в которых она протекает, причины, которыми она обусловлена, время и место ее проявления и т.п.

Вместе с тем, по нашему мнению, для выявления наличия латентной преступности в подразделениях военнослужащих следует использовать и такие методы, как: 1) учреждение в сети Интернет специального сайта для приема сообщений о фактах совершения преступлений в военных частях; 2) установление «телефона доверия» либо почтового ящика командира воинской части; 3) учет лиц, ранее отбывавших наказание в местах лишения свободы, и регулярное проведение с ними профилактических бесед, если имеются факты их негативного влияния на военнослужащих; 4) постоянный анализ состояния дисциплинарной практики во всех подразделениях воинской части с целью уяснения происходящих в них межличностных взаимоотношений.

Одним из эффективных методов не только выявления латентной преступности военнослужащих, но и выработки мер по ее предупреждению является открытый опрос (анкетирование) военнослужащих, когда респондент легально отвечает на вопросы и одновременно вносит предложения по устранению недостатков в организации военной службы. Недостаток этого метода — значительное снижение откровенности респондента. Поэтому использовать его лучше всего при работе с активом подразделения. Наличие взаимного доверия между командиром и лицами, входящими в актив подразделения, безусловно, повысит качество полученного результата.

 

Список литературы

 

1. Акатуев Р.М. Проблемы латентной преступности: учеб. пособ. Махачкала, 1998. С. 18—36.

2. Антонян Ю.М. Криминология: учеб. для академического бакалавриата. М., 2015. C. 62—65.

3. Данченко А.А. Криминалистическая характеристика преступлений против порядка подчиненности и воинской чести // Военно-юридический журнал. 2010. № 1. С. 24—27.

4. Евланова О.А., Коимшиди Г.Ф. Оценка искусственной части латентной преступности в Российской Федерации (некоторые результаты исследования) // Вестник Академии Генеральной прокуратуры РФ. 2015. № 1. С. 56—62.

5. Иншаков С.М. Принципы изучения латентной преступности // Уголовное, уголовно-процессуальное право, криминология и криминалистика. 2010. № 1. С. 43.

6. Криминология: учеб. для бакалавров / под ред. В.И. Авдийского. М., 2015. С. 53—57.

7. Лунеев В.В. Криминология. Причины, предупреждение и методы изучения преступлений в Вооруженных Силах СССР. М., 1986. С. 175.

8. Моргуленко Е.А. Неуставные взаимоотношения военнослужащих: теория и практика антикриминального воздействия / под ред. С.М. Иншакова. М., 2006. С. 162—163, 189, 192.

9. Поклад В.И. Методология и методика изучения латентной преступности. Луганск, 2007. С. 16.

10. Старков О.В. Криминология. Теория и практика: учеб. для вузов. М., 2015. С. 128—136.

11. Эминов В.Е., Мацкевич И.М. Преступность военнослужащих. Исторический, криминологический, социально-правовой анализ. М., 1999. С. 188.