УДК 340.114.5

Страницы в журнале: 9-14

 

Е.В. Пономаренко,

кандидат юридических наук, доцент кафедры теории государства и права и международного права Института государства и права Тюменского государственного университета, соискатель кафедры теории государства и права Уральского государственного юридического университета Россия, Тюмень  ponomarenko_e1967@mail.ru

 

История развития науки теории права подтверждает заключение парадигмы о недопустимости априорного отбрасывания или игнорирования концепций, альтернативных господствующей, поскольку именно они являются сильнейшим раздражителем мысли, стимулируя прогресс юридического знания. Постепенно преодолевается подход к праву только как к продукту государственной власти. Каждый шаг по пути гуманизации правовой системы, обращение к вопросам рационально-правового холизма способны приблизить человечество к совершенно новому ценностному юридическому мировоззрению, способствующему духовно-нравственному возрождению человека и общества, их осмысленно-ценностному существованию в правовой действительности. 

Ключевые слова: рационально-правовой холизм, правовой интеллект, правовой интерес, правовой гуманизм, правосознание, правовые идеи освоения гуманизма человеком и обществом.

 

История развития науки теории права подтверждает заключение парадигмы о недопустимости априорного отбрасывания или игнорирования концепций, альтернативных господствующей, поскольку именно они являются сильнейшим раздражителем мысли, стимулируя прогресс юридического знания. Этот факт диктуется всем опытом развития культуры права человечества, обнаруживает ценность терпимого отношения к многообразию существующих взглядов не только в большой политике, но и в правовом гуманизме, правовой аксиологии, теории права [10, с. 94].

Являясь одним из видов общественного сознания, правосознание отдельных представителей концепций права, альтернативных существующей, оказывает влияние на происходящие в России социально-политические процессы: правотворчество, реализацию законов, функционирование механизма государства, принципов и методов деятельности органов власти. 

В этом смысле развитие современной науки теории права требует изменения подходов к изучению такой категории, как правосознание вообще и правосознание человека в частности. Эту категорию следует рассматривать не только как совокупность знаний, идей, чувств, эмоций, характеризующих оценку и отношение человека к фрагментам социальной действительности, праву и урегулированному правом поведению, но и как субстанцию, где формируется правовой интеллект, правовой интерес, интеллектуально-правовая воля и интеллектуально-волевое действие конкретной индивидуальности, человеческой оригинальности.

Такое философско-теоретическое исследование позволяет объединить широкий круг вопросов, касающихся большинства аспектов современной теории права, связать их с анализом проблем отчуждения личности от форм собственной деятельности и другими проблемами. Суть теории отчуждения, по мнению ее основателя С.С. Алексеева, заключается в том, что в ходе общественного развития из-под власти личности как бы вырываются и в этом смысле отчуждаются определенные формы ее деятельности: собственность, институты власти, право, институты культуры и т. д. [1, с. 25].

Современная теория права решает проблему отчуждения личности и рассматривает конкретную индивидуальность, человеческую оригинальность как возможное самоопределение, самоориентацию и признание собственной человеческой индивидуальности, способность к осознанию правового бытия (правовой интеллект), стремление к свободе воли как нравственной добродетели и обладание характером интеллектуально-волевого деятеля.

Традиционно в теории права личность сконструирована по принципу абстрактной всеобщности, и это уже доказано. Личность, овладевшая предоставленными ей теорией права качествами, превращается в бесконечного наблюдателя, трансцендентального субъекта. Чем больше она представляет общую субстанцию, тем больше принимает мистифицированную форму. Здесь проявляется природа самостоятельно действующей абстрактной всеобщности.

Для обоснования проблемы правосознания человека необходимо преодолеть абстрактную всеобщность личности. Современная философия права и теория права при рассмотрении проблемы личности как абстрактной всеобщности отходят от конструирования безличных субъектов типа Общество, Личность, Абсолют, Нация, Народность. Они обращаются к уникальной человеческой индивидуальности. Для реализации проблемы индивидуализации человека современная философия права и теория права вынужденно пересматривают традиционные представления не только о человеке, но об окружающем его мире [4, c. 18; 5, c. 25; 6, c. 93]].

В этом мире как предпосылке того, что человек стал возможен, он живет и мир осваивает, следует единственный вывод: человек является творцом фрагментов окружающего мира, социальной действительности, межчеловеческих взаимодействий.

Человеческий контекст идеи правосознания послужил основанием для изучения категории «правосознание человека как конкретного индивида» в теории права. Он позволил изменить представления теории права о правосознании в правовой системе, обосновать необходимость категории «правосознание человека» для преобразований на нравственных, гуманизационных началах российской правовой системы из постсоветской в правовую систему, центром которой является человек, его права и свободы. Он актуализировал человека в правовой системе, стал основой для изменения интереса человека в праве от потребности к формированию его в виде духовно-нравственных благ и ценностей и воплощению такого интереса человека в естественно-правовых началах российской правовой системы. Преобразование и усовершенствование подходов и взглядов к понятию «правосознание человека» обусловлено нравственными изменениями правовых идеалов и ценностей, обращением к правовым идеям освоения гуманизма человеком и обществом.

Необходимо рассматривать правосознание человека в современном значении: правовой интеллект, сформированный при помощи правового интереса и индуцирующий интеллектуально-правовую волю и интеллектуально-волевое действие. Таким образом, наиболее емким понятием в сравнении с правосознанием, отвечающим современным требованиям науки теории права, следует считать правовой интеллект.

Правовой интеллект в авторском определении понятия — это мыслеформы, мыслеобразы, сформированные сознанием конкретного индивида в виде правовых версий и направленные на формирование правового интереса, интеллектуально-правовой воли и интеллектуально-волевых действий. Формированию правового интеллекта способствует правовой интерес человека. Без правового интереса невозможно существование человека в праве, взаимодействие человека и общества. Правовой интерес в нашем понимании — это импульс, энергия, интеллектуальные представления человека о том, как использовать по назначению духовно-нравственные блага и ценности для себя и общества, интеллектуально определять назначение этих благ и ценностей.

Правовой интерес человека формируется в процессе познания права под воздействием различных фактов и фрагментов социальной действительности. Правовой интерес человека является его собственным, т. е. в процессе познания человек осознанно вырабатывает и осваивает свой собственный интерес. Человек не может формировать свой правовой интерес бессознательно, интерес  формируется на высоком интеллектуальном уровне, глубоко осознанно и объемно.

Индуцирование интеллектуально-правовой воли и интеллектуально-волевых действий в правосознании заключается в формировании интеллектуально-правовой воли и интеллектуально-волевых действий самим человеком, т. е. тем, кому они принадлежат. Человек вырабатывает интеллектуально-правовую волю и интеллектуально-волевое действие в правовом интересе с помощью правового интеллекта, так как правовой интерес содержится в правовом интеллекте.

Процесс формирования правового интереса затрагивает сферу и частного, и публичного права, т. е. правовой интерес формируется одновременно и как частноправовой, и как публично-правовой. Формирование этих правовых интересов необходимо рассматривать самостоятельно друг от друга. Частноправовой интерес необходим для обозначения, обоснования и обеспечения человека как центра права, правовой системы. Публично-правовой интерес необходим для формирования отношений человека и общества в праве. Частноправовой интерес человека формируется в соответствии с его представлениями о духовно-нравственных благах и ценностях как пользе [7, с. 146]. Другими словами, человек должен видеть и воспринимать саму пользу от духовно-нравственных благ и ценностей для себя и общества, использовать их по назначению, знать, для чего они предназначены.

Правовой интеллект возникает под воздействием правового интереса как импульса, кинетической энергии. Дав импульс к формированию правового интеллекта, правовой интерес остается и существует в правовом интеллекте.

Правовой интеллект человека бывает разным. Критерием определения уровня правового интеллекта следует считать интеллектуальную необходимость человека, его интеллектуальную ценность, интеллектуальную нуждаемость в праве и правовых явлениях. Человек обязан испытывать интеллектуальную необходимость в праве для себя и общества, интеллектуально использовать право. Потребность и нуждаемость человека в праве неосознанны, т. е. без интеллекта, вопреки интеллекту, все равно что потребность и нуждаемость права самого по себе без человека — это произвол по отношению к человеку, это правовой инстинкт. Если правовые идеи освоения гуманизма человеком и обществом заключаются в преобразовании и изменении соотношения понятий «право» и «человек», воплощении человека как центра правовой системы, то правовой интеллект человека позволяет ему обозначать, обосновывать и обеспечивать себя в этом самом качестве, в качестве центра правовой системы.

Однако сам по себе правовой интеллект человека никаких юридических последствий не вызывает и результатом юридических действий не вызывает. Правовой интеллект человека способен и должен активизировать, воссоздавать и воспроизводить интеллектуально-правовую волю и интеллектуально-волевое действие. Он индуцирует и вырабатывает интеллектуально-правовую волю и интеллектуально-волевое действие в правомочиях на собственные фактические, юридические действия, на самозащиту и правопритязания в мере необходимого, должного поведения. С помощью интеллектуально-правовой воли и интеллектуально-волевого действия правовой интеллект воздерживает человека от совершения запрещенных правом действий и позволяет совершать конкретные действия интеллектуально-волевого характера. 

 

В современной юридической литературе можно встретить высказывания некоторых авторов по поводу соотношения понятий правосознания, эмоций, чувств, воли, действий. В научном обороте используются такие понятия и категории, как «действительная воля» [2, с. 18], «волевое действие» [2, с. 18], «деятельностно-рациональное понимание свободы» [3, с. 74], «правочувствование» [3, с. 83], «эмоциональный опыт в сфере права» [10, с. 14—16], «комплекс представлений о праве и о себе как субъекте права, закрепляемый в памяти и порождающий правовые установки как особые шаблоны поведения» [10, с. 14—16].

На наш взгляд, понимать под психологическими проявлениями правосознания только эмоции, чувства, волю в сфере права исключительно недостаточно. Человеческие эмоции, чувства, воля могут быть различны: инстинктивны, импульсивны, осмысленны. Если под эмоциями понимать инстинктивные правочувствования, то для человека они являются правом инстинктов, правом потребностей. То есть формирование и воспроизводство правового интереса на уровне эмоций, импульсивных чувств, помимо правового интеллекта, вне логики и здравого смысла способны активизировать только псевдоволю и псевдодействие —правовые инстинкты. Если принять во внимание, что любая мысль формирует чувства, эмоции, то нельзя не признать, что это — право интеллекта.

Использование таких понятий и категорий, как «волевое действие», «деятельностно-рациональное понимание свободы», «правочувствование», «эмоциональный опыт в сфере права» можно считать в лучшем случае «пагубной самонадеянностью», отражающей устаревшие взгляды. Это — необъяснимая, непонятная самоуверенность разума исследователя относительно своего господства хотя бы в ограниченной области юридических знаний, что на самом деле является очередным проявлением ошибочных или даже ложных представлений как о правовой мысли в целом, так и о юридических знаниях в частности.

Каждое научное исследование в области права должно быть направлено на совершенствование и преобразование правовой системы, системы категорий современной теории права. В противном случае система современного права из оправданной, допустимой научной догмы превратится в псевдонаучную, ортодоксальную догматику. Понятия и категории «волевое действие», «деятельностно-рациональное понимание свободы», «правочувствование», «эмоциональный опыт в сфере права» для системы категорий теории права — обычная псевдонаучная ортодоксальная догматика, не имеющая ничего общего с совершенствованиями и преобразованиями современной правовой системы.

В контексте человеческой культуры мы предлагаем рассматривать интеллектуальность как свойство субъекта права — конкретного индивида, его интеллектуально-правовую волю и его интеллектуально-волевое действие. Интеллектуально-правовая воля — правовой интеллект, воплощающий и воспроизводящий правовую волю. Интеллектуально-волевое действие или интеллектуально-волевое бездействие есть правовой интеллект человека, воплощающий и воспроизводящий правовое действие или правовое бездействие.

Интеллектуально-правовая воля — это рационально-критические волевые правомочия человека, мера интеллектуально-возможного, интеллектуально-желаемого и интеллектуально-полезного поведения человека.

Интеллектуально-волевое действие — это  рационально-критическое деяние, создание и воспроизводство правовым интеллектом человека правомочий интеллектуального действия (правомочия интеллектуального действия по использованию есть правомочия интеллектуального пользования вещью, интеллектуального отказа от действий, интеллектуального воздержания).

Например, у человека существует правомочие на собственные фактические действия, но отсутствует  правовой интерес как интеллектуальные представления о духовно-нравственном благе. Он не желает пользоваться и распоряжаться собственной вещью. Иными словами, человек не нуждается в этом правомочии. Ему, собственнику вещи, сама вещь не нужна. Правовой интеллект, как говорится, «налицо», так как человек выяснил свой правовой интерес к вещи, подумал об этом интересе, не нашел в нем интеллектуальной пользы для себя и не пожелал его интеллектуально использовать. Если нет правовой воли в виде интеллектуального желания, нет правовых действий, направленных на интеллектуальное использование объекта, то правовой интеллект остается пассивен. Он не активизирует правомочие интеллектуального желания, правомочие интеллектуального пользования. В этом случае правовой интеллект человека не желает преобразовать правовой интерес в интеллектуально-правовую волю и интеллектуально-волевое действие.

Индуцирование, вырабатывание правового интереса как интеллектуального — это интеллектуально-волевой процесс преобразования, становления человека как деятеля в центре правовой системы. Этот интерес выражается в интеллектуальных правомочиях (правомочие интеллектуальной возможности, правомочие интеллектуального желания, правомочие интеллектуального действия) и в интеллектуально-волевом должном, интеллектуально-волевом необходимом действии, формировании автономного интеллектуально-правового равенства.

В современный период развития отечественной теории права правосознание все больше рассматривается сквозь призму рационально-критических, интеллектуальных преобразований и усовершенствований. И это справедливо. Постепенно преодолевается подход к восприятию и осознанию самого права только как к продукту государственной власти. Каждый шаг по пути рационально-критических интеллектуальных преобразований правосознания способен приблизить человечество к совершенно новому ценностному юридическому мировоззрению, способствующему духовно-нравственному возрождению человека и общества, их осмысленно-ценностному существованию в правовой действительности. Идеи рационально-критических интеллектуальных преобразований должны быть воплощены в категорию правосознания как правового возможного и осуществлены в качестве правового должного.

Наукой теории права установлено, что правовой интеллект вырабатывает мысли, мыслеформы, мыслеобразы в правовой сфере, т. е. правосознание человека в виде правовых версий, которые могут быть воплощены и в будущем поведении человека, и в его правовом статусе. Рационально-критическая активность человека, его рационально-правовой холизм способны преобразовать современную российскую правовую систему, обосновать необходимость ее изменений на нравственных, гуманизационных началах. 

Развитие идеи рационально-правового холизма состоит в поиске разнообразных возможностей «выразить невыразимое» в науке теории права, в правовой системе, в системе категорий теории права. Целостность Универсума не следует исчерпывать здесь-и-сейчас существующими инструментами правового разума. Человеческий разум способен нетривиальным образом выходить за свои пределы, сегодня схватывая то, что  еще вчера, казалось, не было выражено и познано правовым мышлением. Обоснование этого предположения активизирует определенную сферу рационального познания, которая отграничена от непознанного более или менее подвижной линией. Однако, поскольку область непознанного является загадкой или тайной, любой ответ здесь-и-сейчас относительно перспектив ее рационального исследования требует фундаментальных оснований.

Общий подход к социальному обоснованию рационального холизма обозначен в знаменитом сочинении Карла Поппера «Открытое общество и его враги», где он пишет: «Я обосновал, что рационально-критический метод может быть обобщен до уровня того,.. что один из наилучших смыслов “разума” или “разумности” — это открытость критицизму, то есть готовность быть подвергнутым критике,.. это критическое понимание разумности следовало бы распространить как можно шире» [8, с. 115—116].

Для обоснования проблемы рационально-правового холизма мы учитывали положения естествознания о том, что человеческое сознание влияет на реальность на квантовом уровне. На формирование рационально-правового холизма в современной теории права повлияли исследования таких представителей юридической мысли, как О.И. Цыбулевская [12], С.И. Архипов [3], О.А. Пучков [9], В.М. Шафиров  [13, с. 56]. Они создали новые научные импульсы исследования и привели доказательства необходимости рационально-правового холизма для теории права и ее системы категорий. Человеческий контекст идеи рационально-правового холизма послужил началом рассмотрения этой категории в теории права. Категория рационально-правового холизма получает самостоятельный характер и значение как рационально-критическая активность человека.

Рационально-критическую активность конкретного индивида следует рассматривать как элемент предметной, мыслительной, познавательной деятельности. Она является стороной рациональности, разумности и обладает познавательными, умственными навыками в правовой сфере. Рациональность — элемент разума субъекта, человеческого индивида, помимо него ни один субъект мыслить не может. Рациональность, разумность существуют в качестве начал действующего законодательства: п. 2 ст. 6 Гражданского кодекса РФ требует в осуществлении гражданских прав проявлять такое человеческое качество, как разумность.

Таким образом, рационально-правовой холизм способен изменить направления правовых исследований в области правосознания, обобщить и абстрагировать категорию правосознания на более высоком интеллектуальном уровне. Человеческий контекст рационально-правового холизма должен рассматривать самого субъекта права как конкретную индивидуальность, человеческую оригинальность, обладающую интеллектуально-волевым характером деятеля и обеспечивающую собственное существование в центре правовой системы.

Резюмируя, следует сказать: правосознание может быть осознанным в том случае, если человек будет не пешкой в чужой игре, а  сознающим собственную силу творцом, выражающим себя в таинственном квантовом поле правового бытия.

 

Список литературы

 

1. Алексеев С.С. Теория права. М.: БЕК, 1993. С. 25.

2. Архипов С.И. Субъект права (теоретическое исследование): автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2005. С. 18.

3. Архипов С.И. Субъект права: теоретическое исследование. СПб.: Юридический центр Пресс, 2004. С. 74, 83.

4. Батенин С.С. Человек в его истории. Л.: Изд-во ЛГУ, 1976. С. 18.

5. Караченцева Т.С. Человек как субъект освоения мира // Социально-философские проблемы освоения новых территорий: сб. науч. тр. Тюмень, 1988. С. 25.

6. Малинова И.П. Философия права и юридическая герменевтика: моногр. Екатеринбург: Изд. дом «Уральская государственная юридическая академия», 2013. С. 93.

7. Перевалов В.Д. Теория государства и права: учеб. М.: Высшее образование, 2005. С. 146.

8. Поппер К. Открытое общество и его враги: В 2-х тт. М., 1992. С. 115—116.

9. Пучков О.А. Юридическая антропология и развитие науки о государстве и праве (теоретические основы): автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2002.

10. Резников Е.В. Теоретические основы формирования и развития правовой идентичности личности: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2014. С. 14—16.

11. Тягло А.В. Рациональный холизм: сб. избр. работ  (1976—2003). Харьков: Центр образовательных инициатив, 2003. С. 94.

12.  Цыбулевская О.М. Нравственные основания современного российского права: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Саратов, 2004.

13. Шафиров В.М. Естественно-позитивное право (проблемы теории и практики): автореф. дис. … д-ра юрид. наук.  Н. Новгород, 2005. С. 56.