УДК 340.12

Страницы в журнале: 5-11

 

О.С. Иванова,

кандидат юридических наук, зав. кафедрой теории государства и права и основ правоведения Сыктывкарского государственного университета имени П. Сорокина Россия, Сыктывкар dichter12@mail.ru

 

Анализируются основные подходы к понятию предмета теории государства и права, определяется его соотношение с объектом этой науки, выявляются субъективные и объективные факторы, оказывающие влияние на степень соответствия теоретических представлений объекту исследования. Предлагаемые в литературе определения предмета фактически отождествляют предмет и объект научного познания, что не позволяет составить объективное представление о структуре науки, особенностях научного исследования реальности. Обосновывается необходимость четкого разграничения предмета и объекта юридической науки. В качестве предмета теории государства и права предлагается рассматривать совокупность научных представлений о государстве и праве как о единых целостных системах, выраженных в теоретических понятиях, положениях и конструкциях, отражающих их природу, признаки и связи, закономерности их функционирования и развития, описывающих и объясняющих эти процессы. При этом предмет теории государства и права определяется спецификой объекта исследования, динамичен, конструируется субъектом в рамках объекта, но не произвольно, а под воздействием исторических и социокультурных факторов, зависит от уровня накопленных научных знаний, связан с историей и культурой соответствующего общества.

Ключевые слова: теория государства и права, объект юридической науки, предмет теории государства и права, факторы, определяющие содержание теоретических представлений о государстве и праве.

Выявление предмета общей теории государства и права позволяет более четко определить ее профиль, значение и место в системе общественных наук, соотношение с другими юридическими науками. В то же время в современной научной литературе встречаются существенные противоречия по этому вопросу.

В большинстве случаев предмет науки рассматривается как часть, сторона, аспект объекта, который подвергается исследованию с помощью методов данной науки. То есть предмет — это область интересов конкретной науки в рамках данного объекта, то, что различает науки, изучающие один и тот же объект. Такие определения без необходимых уточнений фактически отождествляют предмет и объект научного познания, провоцируют совпадение отдельных элементов объекта и предмета. Так, определяя объект общей теории государства и права как государство и право, Д.А. Керимов включает в структуру предмета науки государственно-правовые явления [3, c. 8, 21].

Такой подход не позволяет составить объективное представление о структуре науки, особенностях научного исследования реальности. Поэтому необходимо четкое разграничение предмета и объекта исследования.

Объект, его отдельные свойства, связи, объективные закономерности развития и функционирования находятся вне науки. Научное же знание существует в форме представлений, понятий, суждений, гипотез, теорий, относительно адекватно (истинно) отражающих сущность познаваемых объектов [12, c. 18], их свойств и связей. Таким образом, объективная реальность включается в систему научного познания, уже отраженная человеческим сознанием, в виде теорий, научных законов, фактов, понятий, предложений, описывающих реальный объект, его свойства, связи, отношения, законы развития и функционирования и др. [4, c. 11]. Так происходит теоретическое освоение тех или иных сегментов объекта [10, c. 21], формируется научное представление об объекте — предмет науки.

В свете вышеизложенного более объективными представляются суждения о предмете как о совокупности теоретических знаний, представлений об объекте, его свойствах и связях, сформированных с помощью методов данной науки и заданных специфическим ракурсом рассмотрения объекта, т.е. как об идеализированном объекте, его теоретической модели. Именно предмет науки в отличие от объекта является ее неотъемлемой частью. В полной мере это относится и к предмету теории государства и права.

В научной литературе отмечается, что научное познание, а следовательно, и природа предмета науки носит объективно-субъективный характер, поскольку является результатом взаимодействия субъекта и объекта познания [4, c. 27; 12, c. 129]. Этот аспект очень важен для понимания природы предмета юридических наук в целом и теории государства и права в частности. Любое знание существует в виде психических явлений, представлений и мыслей, т. е. по форме своего существования субъективно [12, c. 130—131]. Это связано с тем, что человек неоднозначно воспроизводит полученную информацию об окружающей действительности через свою сигнально-речевую систему, он интерпретирует ее иногда несущественно, иногда сильно видоизменяя. Это один из аспектов осмысления информации [2, c. 10, 25]. Поэтому реальные свойства объекта, объемы полученной, хранимой и воспроизводимой человеком информации о нем не находятся между собой в состоянии однозначного тождества, как это происходит при использовании технических средств. В процессе научного познания субъект осмысливает информацию, описывает объективную реальность, производит построение теоретических конструкций на основе уже имеющихся знаний, сложившихся представлений, его эмоционального, оценочного отношения к объекту, разделяемой системы ценностей, эмпирического опыта, в определенном социокультурном контексте, с использованием уже разработанного и признанного научным сообществом инструментария. В результате теоретические научные исследования не всегда тождественны исследуемой реальности, изучаемое явление, его отдельные элементы не воспроизводятся полностью, а многие свойства, как справедливо отмечается в научной литературе, могут казаться несущественными или быть неизвестными [4, c. 34; 13, c. 135—151].

Эти факторы обусловливают некоторую искаженность и научных представлений о государстве и праве, их свойствах. Данный факт отмечают многие российские правоведы. Например, И.В. Левакин указывает на то, что теоретико-правовые и государствоведческие исследования не стопроцентно отражают исследуемую реальность, они имманентно содержат погрешности, присущие всякой, а тем более общественной науке как способу исследования [5, c. 4—5].

Но в то же время, несмотря на субъективные характеристики, научное знание хоть и относительно, но объективно. Формирование психических образов, представлений, теоретических конструкций, составляющих научное знание, обусловлено воздействием объекта исследования, поэтому в большей или меньшей степени оно соответствует реальному содержанию, структуре и свойствам объекта [12, c. 131]. В результате в общем и целом теория государства и права, как и другие науки, соответствует исследуемому объекту и представляет целостную, хоть и относительно, но соответствующую действительности систему знания о государстве и праве.

Так же как и любое другое научное знание, теоретические представления о государстве и праве соответствуют основным критериям научности, таким как: доказательность, непротиворечивость, практическая проверяемость, воспроизводимость эмпирического материала, системность, однозначность терминологии [12, c. 270—271]. Так, теорию государства и права характеризуют логическая зависимость одних элементов от других, выводимость содержания теории из совокупности утверждений и понятий по определенным логико-методологическим принципам и правилам [5, c. 4].

В то же время, как и в большинстве социально-гуманитарных наук, функционирование части этих критериев в рамках юридических наук имеет свои особенности. Так, в частности, доказательность и практическая проверяемость положений не обеспечивается напрямую путем соотнесения с практическими результатами, а происходит в форме логической цепочки рассуждений, только отдельные звенья которой проверяются практической деятельностью [4, c. 12—13]. Воспроизводимость эмпирического материала при изучении государства и права также в полной мере невозможна. Дело в том, что государство и право как сложные социальные системы подвержены влиянию множества разнообразных изменчивых факторов, зависят от деятельности человека, их развитие по сравнению, например, с природными процессами менее предсказуемо [12, c. 271]. В результате редко удается повторно воспроизвести все условия, необходимые для проявления той или иной закономерности. Поэтому при изучении государства и права результат наблюдения или эксперимента в каждом отдельном случае может быть, а может и не быть, а выявленные закономерности, один из элементов предмета многих юридических наук, имеют характер тенденции [11, c. 52—53]. Учитывая это, для подтверждения теоретических положений как юридических, так и иных социально-гуманитарных наук часто используется не эксперимент, как в естественных науках, а анализ свидетельств многих источников — аналог большого числа наблюдений и экспериментов [12, c. 271].

В целях наибольшего приближения теоретических представлений о государстве и праве к сущности исследуемых явлений, их реальным связям и отношениям необходимо более детально проанализировать факторы объективного и субъективного порядка, определяющие содержание предмета теории государства и права.

Во-первых, предмет науки вообще и теории государства и права в частности определяется спецификой ее объекта, т. е. особенностями исследуемых явлений.

Объектом юридической науки являются государство и право как единые целостные, но тесно взаимосвязанные явления, которые представляют собой результат деятельности человека, обусловлены его сознанием и волей. Они не существуют сами по себе, можно наблюдать лишь их отдельные проявления в обществе, в качестве которых чаще всего выступают те или иные общественные отношения. Поэтому именно общественные отношения многие авторы определяют в качестве объектов конкретных научных исследований в сфере права. Закономерности возникновения и развития объекта, т. е. права и государства, правовой реальности, могут быть раскрыты и познаны лишь в составе социального целого — общества [4, c. 11], что задает пределы научного поиска при изучении государства и права. Государство, право и многие другие связанные с ними явления сложны, многогранны, изменчивы формы их проявления, что обусловливает неоднозначность их восприятия, развитие многочисленных теоретических подходов к пониманию их сущности, признаков, связей, закономерностей. На этой основе и формируются теоретические конструкции государства и права, наши представления о закономерностях их развития и функционирования, теоретические понятия, отражающие сущностные характеристики государственно-правовых явлений и другие элементы предмета теории государства и права.

Следует также обратить особое внимание на специфику такой составляющей объекта юридической науки, как право. Дело в том, что право — это не просто особый регулятор общественных отношений, а система знаний о мире, обществе, о системе общественных отношений, поскольку свое регулирующее воздействие оно способно оказывать только при условии познания и отражения им особенностей общественных отношений. Это механизм консервации общественных отношений, способ накопления социального опыта отношений и управления обществом [7, c. 32]. Кроме того, право «работает» не со всеми характеристиками регулируемых отношений, а только с теми, которые нуждаются в правовом регулировании, восприимчивы к правовому воздействию [2, c. 10, 25]. Знания, зафиксированные в нормах права, — не просто результат познания и обобщения опыта социальной действительности, они являются и продуктом идеологического осмысления социальных отношений в соответствии с целями, интересами, потребностями определенных социальных групп [4, c. 18]. Таким образом, одна система знаний (право) находит свое отражение, осмысление в другой (предмете той или иной юридической науки). Эти особенности предмета во многом определяют содержание предмета теории государства и права, других юридических наук.

Во-вторых, государственно-правовая действительность не является раз и навсегда установленным, статичным феноменом. Государство и право постоянно изменяются и развиваются в силу воздействия разнообразных исторических, географических, религиозных, культурных и других факторов. Кроме того, изменения происходят в самой методологии юридической науки. Поэтому в познании правовой реальности с самого начала присутствуют не просто характеристики объекта, а характеристики, взятые в определенных условиях места и времени, полученные с помощью определенных средств и методов познания. В результате, как справедливо отмечает И.В. Левакин, фрагмент государственно-правовой реальности, который исследователь выделил для изучения в момент t1, в момент t2, возможно, будет иным [5, c. 5].

Теоретические представления о государстве, праве, государственной власти, о многих других государственно-правовых явлениях развивались вместе с изменением форм существования этих явлений, отражая эти трансформации. Так, рассматривая проблему определения понятия государства, М.Н. Марченко отмечает, что представления о нем, его понятии, роли, назначении в обществе были обусловлены самим временем, в рамках которого они возникали и развивались, а соответственно, уровнем развития общества, сознания и мышления [9, с. 83].

В-третьих, предмет юридической науки зависит от уровня накопленных научных знаний, связан с историей и культурой соответствующего общества. Дело в том, что познание осуществляется не с чистого листа, а на основе уже имеющихся теоретических построений, конструкций, научного инструментария, знаний. Так, А.В. Козлов справедливо отмечает, что субъект познания осуществляет научную деятельность, пользуясь определенными методами, мировоззренческими принципами, основанными на достигнутом знании [4]. Таким образом, на формирование и развитие науки оказывают влияние специфические закономерности познания, которые обусловлены соотношением науки и практики, интеллектуальными традициями, господствующими социальными и научными представлениями, философско-методологической оснащенностью науки, социокультурными и другими факторами. Так, трактовка ряда государственных и правовых явлений во многом обусловливается социальным запросом на тот или иной вид интеллектуальной деятельности на конкретном историческом этапе, а также господствующей идеологией [6, c. 103—105]. Например, в советской юридической науке теоретико-методологические построения были возможны лишь на основе теории общественно-экономических формаций, поэтому любая типология государства и права, построенная на иных методологических критериях, осуществлялась лишь внутри отдельных исторических типов, а конструирование типологии происходило на основании каких-либо других концепций, например цивилизационного подхода [1, c. 734—735].

Раскрывая особенности влияния социокультурных факторов, И.Л. Честнов отмечает, что разные типы цивилизаций обусловливают различные образы правовой реальности и отличающиеся друг от друга правовые системы. В результате предмет юридической науки (как и ее существование) получает специфические именно для данной культуры характерные черты. Это обусловливается тем, что само научное познание является носителем специфических культурных особенностей соответствующего социума [13, c. 137—139]. Эти факторы, в частности, могут влиять на формирование определенных ценностей, которые детерминируют сам процесс познания права, определяют тип правопонимания, соотношение права и государства, выбор научного инструментария [4, c. 17] и др.

Так, одной из проблем современной российской теории государства и права, по мнению ряда авторов, является ориентированность ее в основном на романо-германскую правовую семью, в рамках которой исторически развивалась наша национальная правовая система, сложность, а иногда и невозможность применить разработанные в рамках российской теории государства и права теоретические конструкции к правовой семье англо-саксонского или мусульманского права [10, c. 22—23].

Г.В. Мальцев прослеживает изменение методологии познания правовых явлений от метафизический объяснений в период античности и средневековья, затем позитивистский методологических позиций и механистического подхода к трактовке правовых явлений в период Нового времени и бурного развития естественных наук до применения системного подхода и анализа, признания, что право  это открытая динамическая система, обладающая качествами единства и целостности, активно взаимодействующая с социальной и природной средой, на современном этапе. Таким образом, автор показывает зависимость методологии изучения права от господствующих течений в науке и культуре общества на соответствующих этапах развития  [8, c. 38—71].

Особое влияние на содержание предмета теории государства и права оказывают субъективные факторы.

В-четвертых, предмет юридической науки не является заданным, он конструируется субъектом [13, c. 140]. Дело в том, что, как уже указывалось, познавательная деятельность осуществляется человеком, который в процессе получения знаний руководствуется определенной мировоззренческой ориентацией, идеями, представлениями, своими мотивами, установками, ценностными ориентациями, собственным опытом [4, c. 16]. Однако для правильной оценки этого фактора необходимо учитывать влияние ранее рассмотренных социокультурных факторов. Так, характеризуя субъективный аспект предмета теории государства и права, И.Л. Честнов отмечает обусловленность деятельности в сфере научного познания социокультурной и исторической ситуацией, в которой находится субъект. В то же время эти факторы не предопределяют конкретные научные выводы и взгляды, использование субъектом конкретных методов, они лишь устанавливают рамки свободы индивида в сфере научного познания [13, c. 142]. Поэтому на деятельность субъекта познания влияют как социокультурные факторы — господствующие идеи и представления, ценностные ориентации, которые формируют индивидуальное правосознание, так и индивидуальные — результаты осмысления субъектом изменившейся правовой реальности, социального опыта, в том числе опыта участия в правовой жизни, сформировавшаяся система ценностей, установок, мотивация.

Следует также отметить динамизм, постоянное развитие предмета общей теории государства и права. Так, Д.А. Керимов полагает, что каждый более или менее существенный этап в развитии науки всегда сопряжен с необходимостью возвращения к рассмотрению ее предмета, поскольку само развитие не только влечет за собой количественное расширение и качественное изменение тех явлений, которые включаются в орбиту исследования, но представляет собой все более всестороннее и углубленное проникновение в эти явления, в их связи и отношения [3, c. 5]. Кроме того, многие аспекты правовой действительности не изучаются в рамках науки в силу того, что кажутся на данном этапе несущественными или вообще неизвестны. Однако со временем меняются, уточняются и развиваются представления общества о праве, отдельные его аспекты, ранее казавшиеся несущественными, актуализируются [4, c. 18] в силу их важности для общества на данном этапе. Эти процессы также обусловливают дальнейшее развитие предмета теории государства и права.

Итак, предметом теории государства и права является совокупность научных представлений о государстве и праве как о единых целостных системах, выраженных в теоретических понятиях, положениях и конструкциях, отражающих их природу, признаки и связи, закономерности их функционирования и развития, описывающих и объясняющих эти процессы. При этом предмет теории государства и права определяется спецификой объекта исследования, постоянно развивается, конструируется субъектом в рамках объекта с учетом уже сформировавшихся у него мировоззренческой ориентации, ценностных ориентаций и установок, собственного опыта, но не произвольно, а под воздействием исторических и социокультурных факторов, зависит от уровня накопленных научных знаний. Несмотря на влияние рассмотренных субъективных и объективных факторов на формирование теоретических представлений о государстве и праве, в целом они соответствуют исследуемому объекту и представляют целостную, хоть и относительно, но соответствующую действительности систему знания о государстве и праве.

 

 

Список литературы

 

1. Бекин А.В. К вопросу о типе государства и права в контексте традиционных и нетрадиционных критериев построения типологии государственно-правовых явлений // Право и политика. 2009. № 4. С. 734—747.

2. Войниканис Е.А., Якушев М.В. Информация. Собственность. Интернет: Традиция и новеллы в современном праве. М., 2004. С. 10, 25.

3. Керимов Д.А. Проблемы общей теории государства и права. М., 2000. Ñ. 5, 8, 21.

4. Козлов В.А. Проблемы предмета и методологии общей теории государства и права. Л.: Изд. ЛГУ, 1989. С. 11—13, 16—18, 27, 34.

5. Левакин И.В. Предмет теории государства и права: проблемы исследования государственно-правовых закономерностей // Вестник Московского университета. 2011. Сер. 26. № 1. С. 4—5.

6. Любашиц В.Я., Мордовцев А.Ю., Мамычев А.Ю. Теория государства и права: практикум. 2-е изд., доп. и перераб. Ростов н/Д., 2010. С. 103—105.

7. Малахов В.П. Общая теория государства и права: к проблеме правопонимания: учеб. пособие. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2013. С. 32.

8. Мальцев Г.В. Социальные основания права. М.: Норма, 2007. С. 38—71.

9. Проблемы теории государства и права: учеб. / под ред. М.Н. Марченко. М.: Норма, 2008. С. 83.

10. Ромашов Р.А, Пеньковский Е.В. Философия права и преступления. СПб.: Алетейя, 2015. С. 21—23.

11. Сырых В.М. Логические основания общей теории права: в 2 т. Т. 1: Элементный состав. 2-е изд. М.: Юридический дом Юстицинформ, 2001. С. 52—53.

12. Царегородцев Г.И., Шингаров Г.Х., Губанов Н.И. История и философия науки. М.: СГУ, 2011. С. 18, 129, 130—131, 270—271.

13. Честнов И.Л. Постклассическая теория права: моногр. СПб.: Издательский дом Алеф-Пресс, 2012. С. 135—151.