УДК 346.34

Страницы в журнале: 65-68 

 

А.С. Федорященко,

кандидат юридических наук, доцент кафедры трудового и предпринимательского права Белгородского государственного национального исследовательского университета Россия, Белгород fedoryashenko@bsu.edu.ru

 

На основе анализа правовых норм Федерального закона «О соглашениях о разделе продукции» и Гражданского кодекса РФ осуществлен поиск решения некоторых вопросов правового регулирования и применения стабилизирующей («дедушкиной») оговорки по отношению к соглашениям о разделе продукции. Предлагается внести изменения и уточнения в ст. 451 ГК РФ и ст. 17 указанного закона.

Ключевые слова: стабилизирующая («дедушкина») оговорка, соглашение о разделе продукции, стабильность условий соглашения.

 

Стабильность  правоотношений  —  одна  из главных  составляющих  инвестиционной привлекательности как страны в целом, так и отрасли  хозяйства  в  частности,  поэтому  наличие стабилизирующей оговорки по отношению к конкретному виду договоров повышает заинтересованность инвесторов в этих договорах. Таким образом, вопросы четкого правового регулирования стабильности соглашений, в том  числе  о  разделе  продукции,  являются актуальными  и  значимыми,  однако  они  не нашли  достаточного  освещения  в  правовой

научной литературе.

Целью нашего исследования является вы- явление проблем стабилизирующей («дедушкиной») оговорки в соглашениях о разделе продукции и формулирование предложений по их устранению.

Соглашения о разделе продукции впервые были закреплены в российском законодательстве Федеральным законом от 30.12.1995

№ 225-ФЗ «О соглашениях о разделе продукции» (далее — Закон о соглашениях о разделе продукции) [4]. Данные соглашения должны были привлечь потенциальных инвесторов в одну из основных отраслей современного хозяйства — горнодобывающую промышленность. Являясь по сути инвестиционным до- говором, такое соглашение имеет соответствующие особенности и признаки. Это касается и наличия особого положения — так называемой стабилизирующей (или дедушки- ной) оговорки.

Статья 17 Закона о соглашениях о разделе продукции именуется «Стабильность условий соглашения», и в ней содержатся нормы, призванные обеспечить данную стабильность.

Пункт 1 ст. 17 данного закона предусматривает, что условия соглашения сохраняют свою силу в течение всего срока действия. Изменения в соглашении допускаются только по согласию сторон, а также по требованию одной  из  сторон  в  случае  существенного  изменения обстоятельств в соответствии с Гражданским кодексом РФ.

Изменения в условиях соглашений, вне- сенные по согласованию сторон, вводятся в действие в том же порядке, что и исходные соглашения.

В этом пункте Закон о соглашениях о разделе продукции ссылается на ст. 451 ГК РФ [3], которая регулирует изменение и расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств. При этом в п. 1 данной статьи изменение обстоятельств при- знается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Указанное понимание существенного изменения обстоятельств содержит как минимум два   достаточно   неопределенных   понятия:

«разумность» и «значительность», то есть понятие «существенное изменение обстоятельств», будучи само оценочным, определяется законодателем также с использованием оценочных понятий. Возможно ли в этом определении обойтись без них?

Прилагательное «разумный» означает «обладающий разумом»,  «толковый, рассудительный», «целесообразный» [7, с. 534]. Это понятие характеризует и внутреннюю субъективную составляющую личности (обладание разумом, толковость, рассудительность), и объективную составляющую поведения (поступков), которая подразумевает правильность действий, исходя из конкретных обстоятельств.

Под разумными действиями правовая доктрина понимает действия обычного здравомыслящего человека, который при определенной ситуации поступил так, как поступил бы при этом любой другой обычный человек, обладающий средним уровнем интеллекта, знаний и жизненного опыта [1].

То есть в правовом значении разумность относится только к поведению и измеряется только в сравнении с поступками обычного человека. Исходя из того, что обычный человек — явление ординарное, количество его возможных действий в определенных условиях подавляюще превышает количество действий неординарных людей, поведение которых отклоняется от нормы. Поэтому представляется, что в конечном итоге разумным будет такое поведение, которое соответствует среднестатистическому поведению.

Все приведенные размышления в какой-то степени проясняют категорию разумности в российском гражданском праве. Однако воз- можно поставить вопрос о целесообразности применения этой категории конкретно в п. 1 ст. 451 ГК РФ. Представляется, что ее присутствие в данной статье излишне, не несет смысловой нагрузки, загромождает правовое пред- писание и вносит неясность. Достаточно чет- кой была бы формулировка «… если бы стороны могли это предвидеть…» без указания на разумность предвидения.

Второе неоднозначное оценочное понятие, используемое в тексте п. 1 ст. 451 ГК РФ, —

«значительность».  Речь  идет  о  «значительно отличающихся условиях».

Толковый словарь дает три значения толкования слова «значительный». К нашему случаю подходит первое — «большой по размерам, силе» [7, с. 190].

Статья 451 ГК не содержит указаний на то, что считать значительным применительно к регулируемым правоотношениям. Однако при регламентации некоторых других правоотношений закон частично ориентирует правоприменителя на определенное понимание данного термина. Так, например, п. 1 ст. 959 ГК РФ гласит: «В период действия договора имущественного страхования страхователь (выгодоприобретатель) обязан незамедлительно сообщать страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска. Значительными во всяком случае признаются изменения, оговоренные в договоре страхования (страховом полисе) и в переданных страхователю правилах страхования» [2].

Подпункт 3 п. 1 ст. 12 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» указывает на право страховщика «при значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страхователем страховщику при заключении договора обязательного страхования, в том числе при увеличении вреда, который  может  быть  причинен  в  результате аварии на опасном объекте, и максимально возможного количества потерпевших, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска, требовать изменения условий договора обязательного страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению риска» [5].

Но, как видим, и в этих случаях законодатель не приводит универсальных критериев значительности, ограничиваясь отдельными примерами того, что считать значительным.

Поэтому понятие значительности, как при- веденное в ст. 451 ГК РФ, так и вообще используемое в гражданском законодательстве, в пол- ной мере относится к оценочным понятиям, которые уясняются правоприменителем в каждом конкретном случае (при этом, естественно, учитывается то, к какой категории дел относится спор). Следовательно, судебная практика играет решающую роль при формировании взглядов на содержание термина «значительный».

В частности, в п. 2 ст. 451, в п. 1 ст. 450 и некоторых других положениях ГК РФ присутствует формулировка «…для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора».

При рассмотрении спора о расторжении договора купли-продажи части доли в уставном капитале Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа посчитал значительным лишением для продавца неполучение стоимости доли [9].

При рассмотрении споров, связанных с арендой, значительными лишениями суды признают, к примеру, недоплату со стороны арендатора в общем размере не менее трехкратного размера месячной арендной платы [6].

К сожалению, судебной практики по вопросам изменения или расторжения соглашений о разделе продукции в связи с существенным изменением обстоятельств нет. Это обусловлено тем, что, несмотря на особую значимость и, можно сказать, масштабность соглашений о разделе продукции, на сегодняшний день заключено только три таких соглашения: «Саха- лин-1», «Сахалин-2» и «Харьяга». Поэтому проанализировать то, как суды в этом случае трактуют оценочные понятия ст. 451 ГК РФ и применяют всю статью в целом, невозможно.

Возвращаясь к рассматриваемому понятию существенности изменения обстоятельств, можно отметить, что определенный ориентир для правоприменителя при его определении содержит п. 2 ст. 451 ГК РФ.

Согласно условиям данного пункта, существенное изменение обстоятельств обладает совокупностью следующих признаков:

1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет;

2) изменение обстоятельств вызвано при- чинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота;

3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора;

4) из  обычаев  делового  оборота  или  существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона. Естественно, в договоре стороны могут пред- усмотреть иное правовое регулирование изменения  или  расторжения  договора,  чем  это предусмотрено ст. 451 ГК РФ.

В  соответствии   с   п.   1   ст.   17   Закона о соглашениях о разделе продукции изменения в условиях соглашений, внесенные по согласованию сторон, вводятся в действие в том же порядке, что и исходные соглашения.

Формулировка данного положения представляется недостаточно четкой. Во-первых, в нем употребляется формулировка «вводится в действие в том же порядке, что и исходные соглашения». Но по отношению к исходным соглашениям законодатель не устанавливает порядок введения  в  действие,  ст.  6  Закона о соглашениях о разделе продукции определяет порядок заключения соглашения. Видимо, термины «порядок введения в действие» и «порядок заключения» следует понимать как идентичные. Во-вторых, упомянутая ст. 6 содержит положения об аукционе. Возникает вопрос: как применять данные положения к случаю внесения изменений в соглашение? Пункт 1 ст. 21 закона, посвященный прекращению действия соглашения, к примеру, также указывает  на  то, что прекращение действия соглашения по согласованию сторон происходит в том же порядке, что и прекращение действия исходного соглашения, но при этом конкретизирует: «за исключением процедуры аукциона». Думается, что в п.  1 ст. 17 также имеет смысл указать, что процедура аукциона не применяется к случаю изменений в условиях соглашений, внесенных по согласованию сторон.

Пункт 2 ст. 17 Закона о соглашениях о разделе продукции гласит, что в случае если в течение срока действия соглашения законодательством Российской Федерации, законодательством субъектов Российской Федерации и правовыми актами органов местного само- управления будут установлены нормы, ухудшающие коммерческие результаты деятельности    инвестора    в    рамках    соглашения,    в соглашение вносятся изменения, обеспечивающие инвестору коммерческие результаты, которые могли быть им получены при применении действовавших на момент заключения соглашения законодательства Российской Федерации,  законодательства  субъектов Российской Федерации и правовых актов органов местного самоуправления. Порядок внесения таких изменений определяется соглашением.

Положения данного пункта позволяют защитить правовое положение инвестора в случаях, когда изменяются российские законы. Таким образом, предотвращается возможное косвенное ухудшение положения инвестора посредством внесения изменений в законодательство. Особенно актуальны на- званные положения  по  отношению к налоговому законодательству, которое меняется перманентно.

Конечно, при применении п. 2 ст. 17 Закона о соглашениях о разделе продукции на практике могут возникнуть определенные проблемы. Например, достаточно сложно определить те коммерческие результаты, которые могли быть получены при применении действовавшего на момент заключения соглашения законодательства.

Как отмечает Й. Рат, при этом принимаются во внимание расчеты, производимые на начальной стадии добычи. Особенно сложно определить коммерческие результаты в тех случаях, когда произведенная продукция, ее транспортировка или экспорт подвергаются измененному правовому регулированию, так как в данных случаях провести перекалькуляцию первоначально применяемых данных очень сложно [10].

Кроме того, следует помнить, что предусмотренная в п. 2 ст. 17 Закона о соглашениях о разделе продукции гарантия касается только интересов непосредственно инвестора, поскольку только инвестор является субъектом, правоотношения которого по реализации соглашения о разделе продукции входят в область регулирования данным федеральным законом. Указанная гарантия, основанная на необходимости обеспечения стабильности условий соглашения, в отношении лиц, привлекаемых инвестором для реализации проекта, законом не установлена. Об этом прямо говорит судебная практика [8].

Пункт 2 ст. 17 Закона о соглашениях о разделе продукции в то же время содержит и ограничение применения стабилизирующей оговорки: она не применяется, если законодательством Российской Федерации вносятся изменения в стандарты (нормы, правила) по безопасному ведению работ, охране недр, окружающей среды и здоровья населения.

Таким образом, как показал анализ, оценочные понятия, содержащиеся в ст. 451 ГК РФ, используемой для правового регулирования стабильности условий соглашения о разделе продукции, нуждаются в корректировке. Так, от термина «разумность» следует отказаться, а термин «значительность» должен пониматься дифференцированно в зависимости от вида того договора, который изменяется или расторгается по положениям вышеуказанной статьи. То есть если речь идет об изменении или расторжении соглашения о разделе продукции, то по отношению к этому договору должна сложиться собственная судебная практика, позволяющая ориентироваться в дальнейшем толковании  такого  оценочного  понятия,  как «значительно отличающиеся условия». Использовать для этого судебную практику по другим договорам не представляется возможным.

Нуждается в корректировке и п. 1 ст. 17 Закона о соглашениях о разделе продукции, в котором следует указать, что процедура аукциона не применяется к случаю изменений в условиях соглашений, внесенных по согласованию сторон.

Кроме того, следует помнить о том, что гарантия стабильности условий соглашения касается только инвестора, но не других лиц, привлекаемых инвестором для реализации проекта.

 

Список литературы

1. Андреев Ю.Н. Ограничения в гражданском праве России. СПб., 2011.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая): федер. закон от 26.01.1996 № 14-ФЗ // СЗ РФ. 1996. № 5. Ст. 410.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая): федер. закон от 30.11.1994 № 51-ФЗ // СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.

4. О соглашениях о разделе продукции: федер. закон от 30.12.1995 № 225-ФЗ (ред. от 19.07.2011) // СЗ РФ. 1996. № 1. Ст. 18.

5. Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте: федер. закон от 27.07.2010 № 225-ФЗ (ред. от 04.11.2014) // СЗ РФ. 2010. № 31. Ст. 4194.

6. Обзор практики разрешения споров, связан- ных с арендой: информ. письмо Президиума Высшего  Арбитражного  Суда  РФ  от  11.01.2002  №  66  // Вестник ВАС РФ. 2002. № 3.

7. Ожегов С.И. Словарь русского языка: Ок. 57000 слов / под ред. чл.-корр. АН СССР Н.Ю. Шве- довой. 20-е изд., стереотип. М., 1988.

8. Определение ВАС РФ от 21.06.2010 № ВАС- 1674/10 по делу № А59-1445/08-С15 // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

9. Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 18.01.2005 № Ф04-9518/2004(7744-А27-

11) // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

10. Рат Й. Соглашения о разделе продукции: анализ правового регулирования отношений в сфере реализации в Российской Федерации. М., 2008.