УДК 343.115

Страницы в журнале: 104-108

 

М.А. Фетисова,

аспирант кафедры государственно-правовых дисциплин Пензенского государственного университета Россия, Пенза fetisowa.marina2010@yandex.ru

 

Проводится анализ суда присяжных в Российской Федерации как субъекта реализации конституционного права на участие в отправлении правосудия. Особое внимание уделяется двойному процессуальному механизму защиты прав и свобод человека и гражданина от незаконного и необоснованного обвинения и уголовного наказания.

Ключевые слова: суд присяжных, гражданское общество, вердикт, процессуальные механизмы защиты.

 

Введение. Одну из основ конституционного строя в РФ составляют права и свободы человека и гражданина. Конституция Российской Федерации 1993 года (далее — Конституция РФ) провозглашает: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства» (ст. 2) [5].

Право на участие в отправлении правосудия является не столько субъективным правом, входящим в систему политических прав и свобод, сколько основополагающим принципом взаимоотношений между демократическим государством и его гражданами. Особенность политических прав и свобод заключается в том, что с их помощью граждане реализуют конституционное право на участие в управлении государственными делами.

Уровень защищенности человека от произвола власти определяется наличием и функционированием правового механизма, обеспечивающего охрану и реализацию прав и свобод человека и гражданина в РФ.

Суд присяжных как особая форма реализации конституционного права на участие в отправлении правосудия. Конституция РФ устанавливает, что обвиняемый в совершении преступления имеет право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей в случаях, предусмотренных федеральным законом (ч. 2 ст. 47), причем исключительная мера наказания — смертная казнь — может быть назначена только при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей (ч. 2 ст. 20).

 

Из конституционной нормы ч. 2 ст. 20 в ее взаимосвязи со ст. 18 и ч. 1 ст. 46 Конституции РФ следует, что право обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей выступает особой уголовно-процессуальной гарантией судебной защиты права каждого на жизнь как основного, неотчуждаемого и принадлежащего каждому от рождения, прямо установленной самой Конституцией [4]. Аналогичное положение есть и в Декларации прав и свобод человека и гражданина 1991 года: «Смертная казнь впредь до ее отмены может применяться в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления только по приговору суда с участием присяжных» (ст. 7) [12].

Праву обвиняемого на рассмотрение его дела судом присяжных в предусмотренных законом случаях Конституция РФ придает настолько большое значение, что запрещает ограничивать его даже в условиях  чрезвычайного положения (ч. 3 ст. 56).

Законодательство о суде присяжных, предоставляющее право на участие в отправлении правосудия, есть самоограничение полномочия государства определять виновность гражданина в том или ином преступлении. Многие положения суда присяжных направлены именно на то, чтобы затруднить процесс обвинения, и преследуют они при этом одну единственную цель — не допустить осуждения невиновного.

Академик Б.Н. Топорнин рассматривает суд присяжных как «крайне важную гарантию объективности и беспристрастности в осуществлении правосудия, предотвращения ошибок, происходящих из субъективного, предвзятого отношения судьи, учета сложных и многообразных процессов жизни общества и отдельного человека. Суд присяжных призван определить наличие или отсутствие вины человека не столько на основе изучения судебных доказательств, сколько за счет интуиции, сопоставления разных оценок и оценок голоса народа» [1].

По мнению Н.В. Витрука и В.В. Копейчикова: «Реализация права граждан — регламентированный нормами права демократический по своему содержанию и формам осуществления процесс, обеспечивающий каждому гражданину те материальные и духовные блага, которые лежат в основе принадлежащих ему субъективных прав, а также защиту этих прав от любых посягательств» [2, с. 50].

Однако законодательное закрепление системы юридических гарантий само по себе еще не является свидетельством реальной обеспеченности прав и свобод человека и гражданина. Закон закрепляет в своих нормах лишь статические элементы механизма охраны. Динамика данного механизма сопряжена с организационной работой органов государственной власти и активностью населения, неотделима от правосознания и правовой культуры должностных лиц [14, c. 93].

В Италии на здании одного из дворцов правосудия можно увидеть мемориальную доску c надписью: «Recordatevi del povero fornaro» («Вспомните о несчастном мельнике»). Мельник случайно увидел истекающего кровью человека с ножом в груди. Надеясь облегчить его страдания, он вынул из раны нож, и в этот момент был застигнут людьми. Мельника схватили, и несмотря на все его заверения о непричастности к убийству, осудили и казнили. И только позже, когда был найден настоящий убийца, выяснилось, что произошла ошибка [3, с. 231].

Цена таких ошибок сейчас возрастает, поскольку Уголовный кодекс Российской Федерации 1996 года резко повысил верхние пределы наказания: по рассматриваемым в суде присяжных преступлениям, связанным с применением насилия, — с 15 до 20 лет, за особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь, предусмотрена смертная казнь, которая может быть заменена в порядке помилования пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок 25 лет (ст. 59), а по совокупности приговоров сроки лишения свободы могут достигать 30 лет (ст. 70) [16].

Суд присяжных как особая процессуальная гарантия судебной защиты обвиняемого. В суде присяжных права и свободы человека и гражданина более надежно защищены от незаконного и необоснованного обвинения, поскольку, согласно ч. 1 ст. 348 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации 2001 года (далее - УПК РФ), для председательствующего судьи обязателен только оправдательный вердикт, который влечет постановление им оправдательного приговора [15]. Ошибочно представлять данное положение суда присяжных как неоправдавшую себя причуду или прихоть законодателя, в результате чего на свободу выходит заведомый преступник. Законодатель, вводя эту норму, отдавал себе отчет, что тем самым представляет присяжным право в каких-то случаях оправдать подсудимого, нарушившего закон. Так, в праве присяжных оправдать подсудимого заложен потенциал диагностирования общества на предмет его социального здоровья. Законодатель понимал, что как нельзя придумать идеальный суд, так и нельзя написать идеальные законы на все случаи жизни. Присяжные судят не только по закону, но и по совести, исходя из нравственных критериев и житейской мудрости [3, с. 21]. Сложность конституционного права состоит в том, что почти каждый из конституционных принципов представляет собой единство противоположностей: человек имеет право на справедливый суд, но при этом желает и проявления милости! И эта противоречивость учитывается конституционным правом. Разве не показательно, что все три ветви власти в государстве вправе проявлять милость? Президент России осуществляет помилование (ст. 89 Конституции РФ),  Государственная Дума объявляет амнистию (ст. 103 Конституции РФ). Суд с участием присяжных заседателей также является организационно-правовой формой проявления милости со стороны государства [13]. Ведь еще Г. Гегель утверждал, что лучшей формой для получения уверенности (по Гегелю, уверенность есть субъективное убеждение, т.е. то, что он называет совестью) в виновности или невиновности подсудимого является суд присяжных (Цит. по: [11]).

В обычном суде принять законное решение судье мешает обвинительный уклон, психологическую подоплеку которого раскрывает высказывание председателя городского суда города Геленджика Г.В. Чурсиной: «Что греха таить: когда приходит “дело”, судья стоит в определенных рамках, действует по принципу: нет дыма без огня. В “традиционном суде” судья обычно не закрывает рта: от первого до последнего слова вся тяжесть доказательств — на нем. Судья не имеет возможности быть “весами” — все видеть, анализировать с различных сторон, абстрагировать — и невольно бросает лишнюю каплю на чашу обвинения» [6, c. 50].

Обвинительный вердикт коллегии присяжных заседателей не обязателен для председательствующего в двух случаях. Во-первых, если председательствующий признает, что обвинительный вердикт вынесен в отношении невиновного и имеются достаточные основания для постановления оправдательного приговора ввиду того, что не установлено событие преступления либо не доказано участие подсудимого в совершении преступления, то он выносит постановление о роспуске коллегии присяжных заседателей и направлении дела на новое рассмотрение иным составом суда со стадии предварительного слушания (ч. 5 ст. 348 УПК РФ). Во-вторых, обвинительный вердикт коллегии присяжных заседателей не препятствует постановлению оправдательного приговора, если председательствующий признает, что деяние подсудимого не содержит признаков преступления (ч. 4 ст. 348 УПК РФ).

В.В. Мельник отмечает, что суд присяжных предоставляет подсудимому, случайно оказавшемуся на скамье подсудимых, больше шансов на оправдание, более надежно, чем в обычном суде, защищает права и свободы человека и гражданина от незаконного и необоснованного обвинения [8].

Процессуальная форма суда присяжных содержит двойной процессуальный механизм защиты невиновного человека от ошибок, обвинительного уклона профессиональных и непрофессиональных судей. Благодаря этому механизму суд присяжных по своему правозащитному потенциалу не имеет себе равных [7]. Здесь уместно привести мудрое высказывание французского философа-просветителя Ш. Монтескье о значении сложной процессуальной формы для защиты прав, свобод и законных интересов людей: «Формализма оказывается слишком много для стороны, действующей недобросовестно, потому что он ее стесняет, и, наоборот, его слишком мало для честного человека, которого он защищает: его сложность, а также порождаемые им медлительность и издержки представляются ценою, за которую каждый покупает свою свободу и обеспечивает свое добро» [8, с. 386].

Значение конституционного права обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей в случаях, предусмотренных законом, заключается в том, что в обществе, наряду с обычными судами, ориентированными на «поточно-конвейерное» судопроизводство по простым, стандартным «оформительским» делам, должны существовать и особые суды — суды присяжных, рассчитанные на рассмотрение наиболее сложных уголовных дел о преступлениях, наказуемых длительными сроками лишения свободы, пожизненным лишением свободы или смертной казнью, и разрешение по ним вопросов о фактической стороне и виновности в нестандартных ситуациях, когда позиции сторон по этим вопросам существенно расходятся.  

Об этом значении суда присяжных, которое проявляется по конкретным уголовным делам, четко сказано в Концепции судебной реформы в РФ: «Известно, что за рубежом не более 3—7% дел проходит через суды присяжных, но они существуют как гарантированная для всех возможность. И в этом есть глубокий смысл. Суд присяжных, как и всякое человеческое установление, имеет собственную область применения, вне которой он в лучшем случае бесполезен. Это не инструмент рутинной юстиции, оперирующей удовлетворяющим всех шаблоном. Там, где стабильность важнее правды и законность уместнее справедливости, достаточно судей-профессионалов. Но если применение закона окажется большей жестокостью, чем содеянное преступление, если подсудимый верит в собственную невиновность, если общество не может, самоустранившись, доверить решение государству — тут поле деятельности присяжных.

Словом, суд присяжных выступает в качестве средства разрешения нестандартных ситуаций, где из-за тяжести возможных последствий опаснее погрешить против справедливости, нежели против веления абстрактной правовой нормы» [10, c. 24—25].

Суд присяжных, как антипод рутинной юстиции, выступает в качестве суда общественной совести для общества и высшего суда последней надежды для обвиняемого. В условиях современной судебной реформы требуется не только провозглашение в Конституции РФ права на участие в отправлении правосудия, но и его материализация — действительное получение гражданином того блага, которое составляет содержание данного права.

С одной стороны, реализацию конституционного права граждан на участие в отправлении правосудия нельзя рассматривать вне связи с функционированием правоохранительной системы и правосудия, которые как раз призваны обеспечивать его защиту. С другой — демократичный характер правосудия не может быть обусловлен действием одного конституционного права российских граждан на участие в отправлении правосудия, а выявляется только при действии единого механизма, всей совокупности конституционных прав граждан РФ, гарантирующих права личности в сфере отправления правосудия.

Суд с участием присяжных заседателей является одним из институтов гражданского общества, посредством которого граждане реализуют свое право на участие в отправлении правосудия и тем самым ставят под контроль  принятие решения судом, поскольку решение присяжных заседателей, оформленное в виде вердикта, является для судьи обязательным.

Выводы. Значение конституционного права обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей заключается в том, что процессуальная форма суда присяжных обеспечивает более надежную защиту прав и свобод человека и гражданина от незаконного и необоснованного обвинения и уголовного наказания, уменьшает риск судебной ошибки и произвольного осуждения подсудимого. Функционирование суда присяжных имеет важное общественно-политическое значение, заключающееся в предъявлении повышенных требований к качеству предварительного расследования и судебного разбирательства, профессионализму органов дознания, следователей, прокуроров, адвокатов и судей, соблюдению ими как своих профессиональных обязанностей, так и требований Конституции и уголовно-процессуального закона.

На современном этапе судебной реформы народное участие в правосудии является показателем восприятия государством демократических тенденций развития мирового сообщества, т.к. одной из основных идей демократического правосудия выступает закрепленная в законодательстве возможность граждан участвовать в процессе осуществления правосудия над равными себе гражданами, а также возможность каждого претендовать на судебное разбирательство его дела с участием равных себе граждан.

 

Список литературы

 

1. Вестник Верховного Суда СССР. 1991. № 6.

2. Витрук Н.В., Копейчиков В.В. Реализация прав и свобод личности как процесс // Реализация прав граждан в условиях развитого социализма. —М., 1983.

3. Золотых В.В., Мирошниченко К.М. Суд присяжных: факты и комментарии. — Ростов н/Д: ООО Терра; НПК «Гефест», 2002.

4. Комментарий к Конституции Российской Федерации / под ред. В.Д. Зорькина, Л.В. Лазарева. — М.: Эксмо, 2010. Доступ из СПС «Гарант».

5. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12.12.1993 года (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 №2-ФКЗ) // СЗ РФ. 2009. № 4. Ст. 445.

6. Максудов Р., Флемер М. Исследование постреформаторской ситуации судейского корпуса // Уголовное право. 1999. № 1.

7. Мельник В.В. Значение суда присяжных для защиты от незаконного и необоснованного обвинения. URL: http//www.lawmix.ru/comm/7258/ (дата обращения 10.01.2014).

8. Мельник В.В. Искусство защиты в суде присяжных: учебно-практическое пособие. — М.: Дело, 2003.

9. Нарутто С.В., Смирнова В.А. Присяжные и арбитражные заседатели: теория и практика. — М.: ТК Велби, Проспект, 2011. Доступ из СПС «Гарант».

10. Нормативные материалы о судьях и суде присяжных. — М.: Юрид. лит-ра, 1994.

11. Пионтковские А.А., А.А. и А.А. Смертная казнь в Европе. Учение Гегеля о праве и государстве и его уголовно-правовая теория. Публицистика на уголовно-политические темы / отв. ред. и автор предисловия В.А. Томсинов. — М.: Зерцало, 2013. Доступ из СПС «Гарант».

12. Постановление ВС РСФСР от 22.11.1991 № 1920-1 «О Декларации прав и свобод человека и гражданина» // Ведомости СНД РСФСР и ВС РСФСР. 1991. № 52. Ст. 1865.

13. Постановление Конституционного Суда РФ от 19.04.2010 № 8 «По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части второй статьи 30 и части второй статьи 325 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Р.Р. Зайнагутдинова, Р.В. Кудаева, Ф.Р. Файзулина, А.Д. Хасанова, А.И. Шаваева и запросом Свердловского областного суда» // Вестник Конституционного Суда РФ. 2010. № 3.

14. Сергевнин С.Л. Конституционные права и свободы граждан как основной контекст и смысл функционирования системы государственной власти // Научные труды Северо-Западной академии гос. службы. 2011. Т. 2. № 1.

15. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 03.02.2014, с изм. от 18.02.2014) (с изм. и доп., вступ. в силу 15.02.2014) // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.

 

16. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 03.02.2014) // СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.