УДК 342.565.2:342.722

Страницы в журнале: 75-80

 

Т.А. Морозова,

аспирант кафедры государственно-правовых дисциплин Пензенского государственного  университета Россия, Пенза aliaeva@list.ru

 

Рассмотрены актуальные проблемы толкования Конституционным Судом РФ положений Конституции РФ в сфере защиты интеллектуальной собственности. Проанализированы характерные особенности правовых позиций Конституционного Суда РФ в данной сфере права на примере текстов его определений и постановлений.  Обосновывается необходимость непрерывного анализа правовых позиций Конституционного Суда РФ в сфере интеллектуальной собственности.

Ключевые слова: защита интеллектуальной собственности, Конституционный Суд РФ, патентное право, авторское право, товарные знаки.

 

Изучение и раскрытие конституционных основ таких правовых понятий, как «интеллектуальная собственность», «интеллектуальные права» и «защита интеллектуальной собственности», в правовой науке сегодня являются одними из важнейших вопросов, так как их решение позволит выработать единые для всех правоприменителей концепции в разрешении споров в одной из наиболее активно развивающихся сфер права. Однако произвести полный и всесторонний анализ этих понятий невозможно без обращения к судебной практике Конституционного Суда РФ и изучения правовых позиций, выработанных им в данной сфере. Именно поэтому целью данного исследования является изучение судебных актов КС РФ, разрешающих вопросы в сфере защиты интеллектуальной собственности, и анализ правовых позиций, изложенных в данных документах.

Понятие «правовые позиции КС РФ» неоднозначно по своей сущности и вызывает множество споров среди ученых и правоведов. Одни определяют их как «важные правовые выводы, идеи, представляющие собой выявленное судом кристаллизованное право, правовой принцип, пригодный для разрешения группы сходных юридических коллизий»[2, с. 82], другие — как «логико-правовое обоснование конечного вывода Суда, содержащегося в постановляющей части его решения, формулируемое в виде правовых умозаключений, установок, имеющих общеобязательное значение» [4, с. 109], третьи считают, что под правовыми позициями КС РФ следует понимать в первую очередь «результат государственно-властной деятельности органа государственного судебного контроля по толкованию Конституции РФ и выявлению конституционного смысла иных нормативных правовых актов, носящих обязательный и устойчивый характер» [3, с. 92], четвертые обозначают данную категорию как «наиболее общие выводы, сделанные судьями КС при рассмотрении конкретного дела, результат толкования конституционных норм, который служит образцом для решения подобных вопросов в будущем» [1, с. 14].

Несмотря на неоднозначность в определении рассматриваемого термина, все правоведы сходятся в том, что правовая позиция КС РФ и его решение не совпадают между собой ни по объему, ни по содержанию. Более того, решение — не единственный судебный акт, который может содержать в себе правовую позицию. Она может найти выражение и в определениях об отказе в принятии к рассмотрению заявления (жалобы), и в иных судебных актах КС РФ. Кроме того, любой судебный акт может содержать в себе не одну, а сразу несколько правовых позиций. Этим объясняется несовпадение их по объему. Таким образом, правовые позиции КС РФ содержат основные, ключевые выводы, сделанные судебным органом при рассмотрении и изучении основных спорных правовых вопросов и имеющие общеобязательное значение для разрешения подобных споров в будущем.

Право на защиту интеллектуальной собственности впервые было закреплено в ч. 1 ст. 44 Конституции РФ. Законодательство об интеллектуальных правах в нашей стране еще относительно молодое, однако уже сегодня существуют десятки решений КС РФ, в текстах которых можно обнаружить правовые позиции по применению и толкованию гражданско-правовых норм, в частности, касающихся сферы интеллектуальных прав. Условно их можно разделить на несколько категорий, а именно на правовые позиции в сфере:

— прав на товарные знаки и иные средства индивидуализации;

— авторского права;

— патентного права.

Сфера защиты прав на товарные знаки и иные средства индивидуализации — одна из наиболее активно развивающихся сегодня, поэтому с ней связано огромное количество сложных для разрешения, спорных вопросов. Часто возникает необходимость разъяснения конституционного смысла тех или иных правовых норм гражданского права, регулирующих правоотношения в сфере товарных знаков или иных средств индивидуализации. Правовые позиции КС РФ в данной сфере сегодня представлены довольно широко.

Так, в определении от 20.12.2001 № 287-О (далее — Определение № 287-О) КС РФ указал, что, в отличие от объектов иных видов интеллектуальной собственности, рыночная стоимость которых во многом предопределена их самостоятельной ценностью как результатов интеллектуальной творческой деятельности (объекты авторского и патентного права), рыночная стоимость приравненного к ним по предоставляемой защите товарного знака как средства индивидуализации продукции зависит в первую очередь от признания этой продукции потребителем [5].

Данная правовая позиция  получила свое развитие в судебной практике Высшего Арбитражного Суда РФ, который использовал ее также для разрешения вопроса об определении сходства и тождественности между товарными знаками в случае возникновения споров между их правообладателями. Данная концепция была сформулирована впервые в постановлении Президиума ВАС РФ от 18.07.2006 № 2979/06, согласно которому при оценке угрозы смешения товарных знаков следует учитывать три критерия, в числе которых — различительная способность знака с более ранним приоритетом [13].

При оценке данного критерия суды учитывают, в частности, «силу» товарного знака. Таким образом, перед лицом, считающим, что его права на товарный знак были нарушены, стоит задача в том, чтобы доказать, что его товарный знак не только зарегистрирован ранее, но и обладает различительной способностью для потребителя, является известным и узнаваемым, то есть данный товарный знак и продукция, обозначаемая им, являются признанными потребителем.

В рассматриваемом определении КС РФ выражена и еще одна важная правовая позиция, касающаяся конституционности отмены исключительных прав на зарегистрированные товарные знаки, в том числе на товарные знаки, представляющие собой широко применявшиеся ранее в коммерческом обороте наименования. На данный момент данная проблема получила широкое распространение и в правовой науке носит название «проблема советских товарных знаков». Возникла данная правовая коллизия в силу того, что до введения в действие в российском законодательстве права на государственную регистрацию за субъектами хозяйственной деятельности товарных знаков существовало большое количество так называемых советских товарных знаков, используемых многими производителями и широко известных потребителю. Когда в начале 1990-х годов возможность регистрировать товарные знаки появилась, то некоторые юридические лица воспользовались ею, в то время как другие не успели этого сделать. Именно вопрос о неконституционности такой регистрации и необходимости либо предоставить право на свободное использование подобных товарных знаков любым хозяйствующим субъектам, либо закрепить права на них за государством, разрешив заинтересованным лицам использовать их на основании срочного и возмездного лицензионного договора, стал предметом рассмотрения КС РФ в Определении № 287-О.

Правовая позиция КС РФ по данному вопросу была выражена в следующем: «Отмена исключительных прав на зарегистрированные товарные знаки, в том числе на товарные знаки, представляющие собой широко применявшиеся ранее в коммерческом обороте наименования, привела бы к свободному использованию — в смысле статьи 4 Закона (имеется в виду действовавший на тот момент Закон РФ от 23.09.1992 № 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» — Т.М.) — товарного знака любым хозяйствующим субъектом, без принятия им на себя соответствующих обязательств в отношении качества продукции. Это не только нарушило бы охраняемые в соответствии со статьей 44 (часть 1) Конституции РФ права владельца интеллектуальной собственности, но и повлекло бы за собой существенное ущемление прав потребителей такой продукции» [5].

Таким образом, Судом была подтверждена конституционность государственной регистрации за отдельными хозяйствующими субъектами прав на товарные знаки, являвшиеся ранее широко распространенными и применяемыми без ограничений различными производителями. Следует отметить, что проблема «советских товарных знаков» на данный момент окончательно не разрешена и остается одним из самых дискуссионных вопросов в сфере интеллектуальной собственности.

Предметом рассмотрения КС РФ являлся также вопрос о конституционности досрочного прекращения действия регистрации товарного знака на основании административного, а не судебного решения. Судебный орган прямо выразил свою позицию по данному вопросу в своих определениях от 02.10.2003 № 393-О [9] и от 15.05.2007 № 370-О-О [8], в которых указал, что прекращение действия регистрации товарного знака в силу его неиспользования на основании решения административного органа не является по сути своей неконституционным и нарушающим положения ст. 46 Конституции РФ, так как не лишает правообладателя товарного знака возможности обратиться за судебной защитой в случае его несогласия с данным решением.

Судебная практика КС РФ в сфере защиты авторского права является гораздо менее обширной, однако и здесь можно обнаружить несколько судебных актов, выражающих правовые позиции, имеющие большое значение для правоприменителей.

Обратимся к определению КС РФ от 20.12.2005 № 537-О [7], в котором Суд рассмотрел вопрос о том, каким образом распространяется авторское право на результаты научной деятельности лиц в тех случаях, когда они проводят какие-либо сходные по сути исследования одновременно. Суд определил, что «авторское право, обеспечивая охрану оригинального творческого результата, не охраняет результаты, которые могут быть достигнуты параллельно, т. е. лицами, работающими независимо друг от друга. Защита же прав лица, первым достигшего определенных результатов интеллектуальной деятельности, требует соблюдения особого порядка установления этого первенства, что обеспечивается средствами патентного, а не авторского права. Согласно пункту 2 статьи 3 Патентного закона РФ (в редакции Федерального закона от 02.03.2003 № 22-ФЗ) приоритет, авторство изобретения, полезной модели или промышленного образца и исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец удостоверяются патентом».

Согласно правовой позиции КС РФ, выраженной в рассматриваемом определении, защита прав авторов научных (научно-технических) результатов осуществляется государством посредством применения специального комплекса мер как в части защиты содержания этих результатов (средствами патентного права), так и в части защиты формы изложения этих результатов (средствами авторского права). В случаях же, если спорная ситуация возникает в момент, когда регистрация приоритета средствами патентного права не была осуществлена, могут применяться иные средства защиты, обеспеченные научным сообществом самостоятельно. К таким средствам защиты КС РФ отнес, к примеру, снятие с рассмотрения научным советом диссертации на любой стадии ее рассмотрения без права повторной защиты в случаях, когда соискателем был использован заимствованный материал без ссылки на автора и источник заимствования.

Важным с точки зрения проведения анализа правовых позиций КС РФ в сфере авторского права является также постановление от 28.03.2000 № 5-П (далее — Постановление № 5-П) [10]. Предметом рассмотрения КС РФ стал вопрос о том, является ли конституционным и обоснованным применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость в отношении вознаграждения, получаемого обладателем имущественных авторских прав на использование произведения от приобретателя данных прав по договору.

Данное постановление КС РФ содержит сразу несколько важных правовых позиций.

Во-первых, судебный орган установил, что «имущественные авторские права на использование произведения могут принадлежать не только непосредственно самому автору, но и другим лицам, в том числе юридическим, и могут передаваться ими по авторскому договору. Договорные отношения сторон по передаче и получению имущественных авторских прав на использование произведения представляют собой единый правовой процесс по реализации данного авторского права как имущественной ценности».

Во-вторых, КС РФ указал, что не противоречат Конституции РФ нормы ряда законов, согласно которым «от налога на добавленную стоимость освобождаются обороты, возникающие при получении имущественных прав на основе авторского договора, то есть обороты в виде сумм, полученных за передачу имущественных авторских прав на использование произведения по такому договору, и, следовательно, не подлежит обложению указанным налогом лицо, обладающее имущественными авторскими правами на использование произведения и передающее их по авторскому договору получателю».

Таким образом, КС РФ было определено, что от налога на добавленную стоимость освобождаются доходы от получения авторских прав (предполагается возможность применения налоговых вычетов в отношении денежных средств, являющихся вознаграждением, получаемым обладателем имущественных авторских прав на использование произведения от приобретателя данных прав по авторскому договору). Выявленный в Постановлении № 5-П конституционный смысл является общеобязательным и исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике.

Проверка конституционности правовых норм в сфере патентного законодательства также нередко становилась предметом рассмотрения КС РФ.

В частности, в определении от 04.12.2007 № 966-О-П [11] Суд исследовал вопрос о конституционности признания действующего патента недействительным в течение всего срока его действия, а также недействительности всех обязательств, возникших на его основе.

По результатам рассмотрения данного спора Судом не было установлено противоречий между Конституцией РФ и оспариваемыми положениями Патентного закона РФ, предполагающего, что патент может быть признан недействительным на протяжении всего срока его действия. Однако также он пришел к выводу, что не предполагается в случае признания патента недействительным и его аннулирования «возможность признания недействительными лицензионных договоров в той части, в какой они были исполнены к моменту вынесения решения о недействительности патента».

Данная правовая позиция направлена на достижение главной цели в сфере интеллектуальной собственности — баланса между частным и публичным интересом. Подобный же подход демонстрирует КС РФ и при разрешении вопроса о характере государственной пошлины за регистрацию патентных прав. В своих определениях от 10.12.2002 № 283-О [12], от 05.03.2014 № 501-О [6] КС РФ неоднократно отмечал, что уплата государственных пошлин за совершение каких-либо юридически значимых действий, связанных с патентом, также является предоставлением определенной свободы выбора: автор имеет право подать заявку на выдачу патента, что повлечет за собой необходимость уплатить определенные законом государственные пошлины, а может отказаться от данной возможности, а также от вытекающих из этого льгот и преимуществ.

Проведенный анализ правовых позиций КС РФ в сфере интеллектуальной собственности позволяет выявить несколько их основных особенностей.

Во-первых, они всегда направлены на выработку определенной позиции относительно наиболее спорных вопросов правового регулирования в сфере защиты интеллектуальных прав.

Во-вторых, они предполагают толкование гражданско-правовых норм в сфере интеллектуальных прав через призму норм конституционного и международного права.

В-третьих, правовые позиции КС РФ носят общеобязательный характер для всех правоприменителей. В отдельных случаях они могут подтверждать либо опровергать конституционность тех или иных норм права, а также признавать неконституционным толкование норм права, произведенное отдельными субъектами права.

В-четвертых, они содержат положения, направленные на обеспечение баланса публичных и частных интересов.

Таким образом, правовые позиции КС РФ в сфере интеллектуальных прав — это общеобязательные для всех правоприменителей выводы, выработанные КС РФ по наиболее спорным и актуальным вопросам правового регулирования в сфере интеллектуальных прав путем толкования правовых норм, регулирующих защиту интеллектуальной собственности, через призму конституционного и международного права.

Защита интеллектуальной собственности — одно из наиболее активно и стремительно развивающихся направлений правовой науки в настоящее время. Судебная практика, сфера применения правовых норм в данной сфере административными, налоговыми органами и иными правоприменителями многогранна и зачастую противоречива. Нередко возникают ситуации, когда неоднозначность толкования тех или иных норм приводит к принятию разных и даже противоречащих решений. Одним из путей преодоления подобных коллизий и является выработка КС РФ правовых позиций. Они имеют большое теоретическое и практическое значение, корректируя на основе конституционных принципов соответствующие материально-правовые институты права об интеллектуальной собственности.

Сегодня некоторые конституционные подходы в сфере защиты патентных прав, прав на товарные знаки и иные средства индивидуализации, авторские права КС РФ уже выработаны и применяются, на их основе в некоторых случаях уже сформировалась определенная судебная практика судов общей юрисдикции и арбитражных судов. Следует предположить, что по мере совершенствования законодательства в сфере защиты интеллектуальных прав роль правовых позиций КС РФ как источника права в данной сфере постепенно будет снижаться. Однако в ряде вопросов, таких как истолкование и конкретизация конституционных начал законодательства в сфере интеллектуальной собственности, защита конституционных принципов и конституционных прав авторов, патентообладателей и обладателей прав на товарные знаки и иные средства индивидуализации, а также определение оптимального баланса частных и публичных интересов в сфере интеллектуальной собственности, правовые позиции КС РФ всегда будут иметь определяющее значение и выступать в качестве ориентира как для формирования действующего законодательства, так и для правоприменительной практики.

 

Список литературы

 

1. Бастен И.С. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации. Понятие, виды, юридическая сила // Вестник Челябинского государственного университета. 2003. № 2.

2. Гаджиев Г.А. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права // Конституционное право: Восточно-европейское обозрение. 1999. № 3.

3. Горбачева С.В. Проблема классификации правовых позиций Конституционного суда РФ // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Общественные науки. 2009. № 1.

4. Кряжков В.А. Конституционное правосудие в субъектах Российской Федерации (правовые основы и практика). М., 1999.

5. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Бекижевой Ольги Николаевны и Федорюка Сергея Юрьевича на нарушение их конституционных прав статьями 2, 4, 6 и 7 Закона Российской Федерации «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»: определение КС РФ от 20.12.2001 № 287-О. URL:  http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision33859.pdf (дата обращения: 02.08.2015).

6. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Грефенштейна Анатолия Александровича, Чарушниковой Нины Васильевны и Шенфельда Владимира Иосифовича на нарушение их конституционных прав положениями пункта 2 статьи 1364 и статьи 1399 Гражданского кодекса Российской Федерации: определение КС РФ от 05.03.2014 № 501-О. URL: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision 157033.pdf (дата обращения: 28.01.2015).

7. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Хавкина Александра Яковлевича на нарушение его конституционных прав положениями статей 6 и 7 Закона Российской Федерации «Об авторском праве и смежных правах»: определение КС РФ от 20.12.2005 № 537-О. URL: http:// doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision33734.pdf (дата обращения: 08.08.2015).

8. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы закрытого акционерного общества «Эвалар» на нарушение конституционных прав и свобод положениями пунктов 2 и 3 статьи 10 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», подпункта 4 пункта 1 и абзаца четвертого пункта 3 статьи 28 Закона Российской Федерации «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»: определение КС РФ от 15.05.2007 № 370-О-О. URL: http://doc.ksrf.ru/ decision/KSRFDecision16439.pdf (дата обращения: 02.08.2015).

9. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Продюсерская фирма “Самый СМАК”» на нарушение конституционных прав и свобод положением пункта 3 статьи 22 Закона Российской Федерации «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»: определение КС РФ от 02.10.2003 № 393-О. URL: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision33827.pdf (дата обращения: 02.08.2015).

10. По делу о проверке конституционности подпункта «к» пункта 1 статьи 5 Закона Российской Федерации «О налоге на добавленную стоимость» в связи с жалобой закрытого акционерного общества «Конфетти» и гражданки И.В. Савченко: постановление КС РФ от 28.03.2000 № 5-П. URL: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision30319.pdf (дата обращения: 02.08.2015).

11. По жалобе гражданина Поспелова Александра Леонидовича на нарушение его конституционных прав отдельными положениями статьи 29 Патентного закона Российской Федерации: определение КС РФ от 04.12.2007 № 966-О-П. URL: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision16069.pdf (дата обращения: 02.08.2015).

12. По запросу Правительства Российской Федерации о проверке конституционности Постановления Правительства Российской Федерации от 14 января 2002 года № 8 «О внесении изменений и дополнений в Положение о пошлинах за патентование изобретений, полезных моделей, промышленных образцов, регистрацию товарных знаков, знаков обслуживания, наименований мест происхождения товаров, предоставление права пользования наименованиями мест происхождения товаров»: определение КС РФ от 10.12.2002 № 283-О. URL: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision31165.pdf (дата обращения: 04.08.2015).

13. Постановление Президиума ВАС РФ от 18.07.2006 № 2979/06 по делу № А40-63533/04-67-642 // Вестник ВАС РФ. 2006. № 11.