УДК 343.8(091)

Страницы в журнале: 160-163

 

В.И. Алексеев,

кандидат исторических наук, доцент кафедры теории, истории государства и права и международного права Института государства и права Тюменского государственного университета Россия, Тюмень jsq13231255@yandex.ru

 

Рассматриваются правовые возможности нравственного и юридического исправления осужденных, их связь и взаимодействие. Одной из важнейших функций уголовно-пенитенциарного права является функция обеспечения организации исполнения наказания, которая направляет пенитенциарно-педагогическую деятельность к цели исправления осужденных. Такая интеграция уголовного наказания и исправительно-трудового воздействия на осужденных — главная цель уголовной репрессии. Исправление и перевоспитание преступников достигается путем воздействия на нравственное и правовое сознание лиц, подвергнутых уголовному наказанию.

Ключевые слова: пенитенциарная политика, наказание, нравственное и юридическое исправление, правотворческая и правоприменительная конкретизация, правовое регулирование.

 

В  пореформенный период, начавшийся с 1879 года, в действовавшем российском законодательстве пенитенциарно однородные нормы рассматриваются в иерархической связи и сочетании с уголовными наказаниями. Их соединение в различных комбинациях индивидуализирует наказание, свидетельствует о том, что этот принцип является неформальным требованием соответствия наказания содеянному.

В связи с формально-логической определенностью правовых норм всегда существовала проблема соотношения их абстрактности и правотворческой конкретизации. Под формальной определенностью правовых норм, по мнению С.В. Познышева, в уголовно-пенитенциарном праве следует понимать, что «наказания должны быть исправительными, то есть должны исправлять преступников юридически и нравственно»[4, с. 396]. Поэтому «усилия судей и правоведов тех времен были направлены на конкретизацию запретов и дифференциацию наказаний за разные виды преступлений и других правонарушений. Такая конкретизация всегда чрезвычайно важна для развития права» [2, с. 91].

Обеспечение организации исполнения наказания — одна из важнейших функций уголовно-пенитенциарного права, направляющая пенитенциарно-педагогическую деятельность к цели исправления осужденных. Данная правовая категория конкретизируется и обеспечивается закономерной связью, совокупностью отношений, существующих между элементами и нормами права, и является предпосылкой юридического и нравственного исправления осужденных. Изменение пенитенциарных возможностей при переходе тюремной системы в новую фазу функционирования — в период уголовно-политический — обеспечил законодателю простор для правотворчества. Струкура законодательства дополняется новыми нормами права, характер которых способствует единству наказания и мер трудового воздействия и обеспечению условий для юридического и нравственного исправления осужденных.

Понятие юридического исправления арестантов тесно связано с нравственным, предполагающим их возвращение в свободное общество, способное к честной трудовой жизни. Юридическое исправление состоит не в содержании наказания, а главным образом в сознании неизбежности связи преступления и наказания, при этом «положительное право возникает вследствие недостатка… самоуправления в душах людей» [1, с. 121]. Следовательно, правовое регулирование исполнения наказания есть могучий фактор в развитии правосознания.

В законе от 11.12.1879 «Об основных положениях, имеющих служить руководством при преобразовании тюремной части и при пересмотре Уложения о наказаниях» была введена новая лестница наказаний. Законодателем устанавливалась концепция «срочности» наказаний. Так, в местах лишения свободы правительственными комиссиями были спроектированы три отдельных вида тюрем: краткосрочный (тюремный), среднесрочный (исправительный дом) и долгосрочный (карательный) [ГАРФ. Ф. 122. Оп. 6. Д. 55. Л. 254 об.].

Для юридического исправления арестантов особое распространение получает тюремное заключение. Оно стало приобретать характер универсальной меры. Краткосрочное (тюремное) заключение является для наказываемого предостережением, оставляющим ему полную возможность возвратиться в общество. Интенсивность пенитенциарно-педагогических мер в совокупности со строгим тюремным режимом составляет основу юридического исправления. Для рассматриваемой ступени лишения свободы наилучшим было строгое одиночное заключение с работами.

В пенитенциарной политике Российского государства правотворчество законодателя направлено на обеспечение полноты внутренней структуры уголовно-пенитенциарного законодательства, специально-юридические функции которого обладают непрерывным пенитенциарным воздействием со стороны тюремной администрации. Одной из важнейших функций уголовно-пенитенциарного права является функция обеспечения организации исполнения наказания, которая направляет пенитенциарно-педагогическую деятельность к цели исправления осужденных.

Формально-логический анализ соотношения карательного и исправительного элементов уголовно-пенитенциарного законодательства показывает, что законодатель в прошлом в истории пенитенциарной политики отдавал предпочтение формированию только карательных мер. В последней трети XIX столетия в сфере снижения уголовно-правовой кары в правотворчестве происходят значительные изменения. Вместе с тем осуществление основной функции права как регулятора общественных отношений через регулятивные нормы немыслимо без существования охранительных юридических норм.

Историко-генетическая связь функций элементов тюремного режима наиболее ярко вскрывает логику исторического развития института лишения свободы. При тюремном режиме изоляция арестантов обеспечивает охранение господствующих общественных отношений, юридическое исправление является принудительной функцией в структуре уголовно-правовой кары закона. Однако функция изоляции арестантов в дореформенный период представляла собой зло — физическое или телесное страдание. И только во второй половине XIX столетия принципы пенитенциарной науки «классификация арестантов», «классификация тюрем», «арестантский труд» [3, с. 12, 19, 21] получили юридическое закрепление. Наказание для цели юридического исправления не должно быть жестоко и грубо. Наоборот, из идеи исправления вытекает отрицание жестоких и грубых карательных мер как оказывающих глубокое вредное воздействие на наказуемых.

Назначение одного и того же режима разным категориям осужденных делает весьма актуальным вопрос об их классификации с целью разделения содержания тех категорий лишенных свободы, совместное пребывание которых нежелательно. Что собой представляют требования тюремного режима после вступления в силу судебного приговора о лишении свободы? Уставами о содержащихся под стражей и о ссыльных с достаточной определенностью установлены порядок приема и размещения арестантов, их содержание (статьи 131, 172—182 Устава о содержащихся под стражей; статьи 285, 287, 295, 307 Устава о ссыльных).

В названных статьях раскрывается содержание такой меры, как обязательная изоляция осужденных. В частности, в ст. 266 Устава о содержащихся под стражей установлена система одиночного содержания арестантов, но не более 1,5 лет. При этой системе арестант изолируется от товарищей по неволе, но остается в более или менее живом общении с администрацией тюрьмы. Начинает осуществляться отраслевой принцип исправления арестантов. Он стал доминирующим и образует внутреннюю структуру уголовно-пенитенциарного права.

Статья 1.2 Устава о содержащихся под стражей «как меру исправления и наказания» [5, с. 132] устанавливает системообразующие связи юридического исправления между пенитенциарно однородными нормами права, создает условия для обеспечения регулятивной роли исполнения наказания. В ст. 345 этого закона отмечается, что все осужденные обязательно занимаются работами. Например, реализация пенитенциарной политики состоит в тесном единстве и связи элементов уголовного и пенитенциарного права. «Мало того, в них именно лежит центральная часть тюремной политики» [6, с. 361]. Иными словами, речь идет о тесной взаимосвязи элементов уголовно-правовой кары с нормами права института арестантского труда, духовно-нравственного воздействия и воспитания осужденных. Такое единство проявляется в том, что главная цель уголовной репрессии — исправление и перевоспитание преступников — достигается путем воздействия на нравственное и правовое сознание лиц, подвергнутых уголовному наказанию.

Так, в соотношении карательных и исправительных элементов в зависимости от совершенного деяния суд в различных индивидуально-правовых предписаниях назначает его осужденным. Особенность судебной реформы 1864 года состояла в том, что для мировой юстиции Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, был основным материальным нормативным правовым актом, определявшим наказания, подведомственные мировым судам. В нем нормативно определены все исправительные наказания.

Системно-логический анализ Уложения о наказаниях 1845 года и Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями 1864 года показал, что законодатель вновь устанавливает этот вид краткосрочного наказания. Если арест в дореформенный период был связан исключительно с телесными наказаниями, то после их отмены данное наказание стало самостоятельным. Функция уголовно-правовой кары выступает в качестве направляющей, руководящей силы правового воздействия. Из соотношения элементов формально-логического и догматического методов исследования вытекает, что если догма в начале XVIII в. была мерой выражения возмездия и устрашения, то в середине XIX в. она стала средством реализации не только карательной меры государства, но и средством обеспечения юридического исправления осужденных.

Рассматривая изложенные нормы права, можно говорить не только об их взаимосвязанности, но и о связи с другими нормами права, регулирующими охрану и надзор, которые в совокупности с разных сторон направлены на исправление осужденных. Обновленное уголовно-пенитенциарное законодательство, в частности Устав о содержащихся под стражей, во-первых, соединило функции карательного и исправительного принципов исполнения наказания. Во-вторых, системность пенитенциарного воздействия на арестантов получила свое развитие в правообеспечительной функции исправительного учреждения. В-третьих, суду в определении мер карательного воздействия была дана известная самостоятельность. Вместе с тем карательные меры должны быть по возможности индивидуальными. Итак, наказание должно исправлять юридически, нравственно и, таким образом, противодействовать возникновению или развитию у заключенных повторного стремления к преступности.

Субъектом, подкрепляющим нормативное предписание, является тот, кто своими действиями способствует исполнению санкционирующего воздействия. Наиболее логичным и распространенным средством служит подкрепление санкцией поведенческих стандартов, которые уже задолго до этого естественным образом вошли в пенитенциарную практику. Поэтому повторение стандартов нормирования в прошлом при обеспечении правопорядка в местах лишения свободы есть приоритетное направление в пенитенциарной политике. Они есть не что иное, как совокупность норм, устанавливающих порядок реагирования на наиболее опасные правонарушения — преступления в местах лишения свободы. Так, например, на арестантов налагаются штрафы: денежные, то есть вычет из заработка за испорченные казенные вещи, или заключение в светлый карцер с горячей пищей либо в темный карцер на хлеб и воду [ГАРФ. Ф. 122. Оп. 1. Д. 176. Л. 411].

В отчете курского губернского тюремного инспектора отмечается: арестанты недисциплинированны, срочные арестанты и следственные находятся в одной камере. Начальник тюрьмы Шафранов не обладает ни знанием дела, ни достаточной твердостью характера [ГАРФ. Ф. 122. Оп. 1. Д. 5741. Л. 12]. Отмечено особенно большое количество дисциплинарных взысканий, наложенных на надзирателей в Тобольской каторжной тюрьме за проступки по службе в 1913 году. К ним относятся: сон на посту, самовольная отлучка из тюрьмы, несвоевременная явка на службу, пьянство [ГАРФ. Ф. 122. Оп. 1. Д. 6080. Л. 70].

Правовым идеалом обеспечения исполнения наказания являются нормы и принципы уголовно-пенитенциарного права, которые охватывают большое количество понятий и категорий для моделирования системы исправительно-трудового и духовно-нравственного воздействия на осужденных. На исправительные учреждения возлагаются следующие задачи: 1) нравственное исправление осужденных; 2) обеспечение организации режима исполнения наказания; 3) применение духовно-нравственного и трудового воздействия к осужденным (ст. 67 Устава о содержащихся под стражей).

Таким образом, законодатель использует все разнообразие элементов исправительного воздействия, которое в новых исторических условиях способно индивидуализировать исполнение наказания, нравственное исправление осужденного. Следовательно, элемент, норма права имеют глубокий смысл регулятивного воздействия и определяют нацеленность права на нравственное исправление осужденных, на функционирование этого института.

«Исправление нравственности» (ст. 67.7 Устава о содержащихся под стражей) как условие непрерывного воспитательного воздействия на осужденных может быть успешным только при высоком уровне организованности и дисциплины в местах лишения свободы. «Тюремная дисциплина должна пользоваться сочувствием преступника. Разумеется, упорствующему преступнику как мера исправления временно вменяется срочное наказание, так как всякий преступник несет в себе нравственное осуждение, духовную кару. Арестант должен поставить свое поведение на определенную высоту, а мерами религиозного воздействия достичь действительного исправления преступника» [8, с. 15]. Переход в беседе от догматической стороны учения к нравственной всегда имеет практическую пользу, поскольку в ней раскрывается глубинное состояние психики человека. Нигде не уделяется столько внимания учению о душе человека, как в системе исполнения наказания в виде лишения свободы [7, с. 257]. «Религия, — по мнению И.А. Ильина, — по своему существу претендует на руководство во всех отношениях» [1, с. 277].

Вывод состоит в том, что законодатель охватывает все разнообразие элементов исправительного воздействия на арестантов, обеспечивающих духовно-нравственное воздействие, школьное, техническое обучение. Духовно-нравственное воздействие, несомненно, положительно влияет на арестантов, которым внушают правила поведения, необходимость соблюдать закон, быть в согласии с его предписаниями. В новых исторических условиях закон проводит четкую грань между арестантами по степени опасности деяния, индивидуализирует исполнение наказания, в том числе с использованием меры исправительно-трудового воздействия на них.

Таким образом, связь функции элементов исправительно-трудового, нравственного и юридического исправления находит соответствующее отражение в уголовно-пенитенциарном законодательстве. У большей части осужденных — участников социального взаимодействия в местах лишения свободы — формируется желание к исправлению, сходные поведенческие ориентиры, следуя которым они рассчитывают на изменение правового статуса в исправительном учреждении вплоть до условно-досрочного освобождения.

 

Список литературы

 

1. Ильин И.А. Соч.: в 2 т. Т.1. Философия права. Нравственная философия. М., 1993.

2. Лейст О.Э. Сущность права: проблемы теории и философии права. М., 2011.

3. Малинин Ф.Н. Постановления шести международных тюремных конгрессов. Спб., 1904.

4. Познышев С.В. Основные вопросы учения о наказании. М., 1904.

5. Познышев С.В. Очерки тюрьмоведения. 2-е изд., испр. и доп. М., 1915.

6. Свод законов Российской империи // Спб., 1890. Т. XIV.

7. Фойницкий И.Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением. Спб., 1889.

8. Bumke E. Deutsches Gefangniswesen. Berlin: Verlag von Franz Vahlen, 1928.