УДК 343.9

Страницы в журнале: 123-125

 

П.М. Дубовик,

аспирант кафедры уголовного права и процесса Сургутского государственного университета Россия, Сургут polinasan@yandex.ru

Целью настоящего исследования является изучение способов совершения преступления, предусмотренного ст. 159 Уголовного кодекса РФ. Раскрываются понятие и виды способов совершения мошенничества путем обмана и злоупотребления доверием. Поставленная цель достигнута посредством общенаучных (диалектический, анализ, синтез) и частнонаучных (формально-юридический, статистический) методов. Автор делает выводы о том, что при мошенничестве способ действий носит информационный характер либо строится на особых доверительных отношениях, сложившихся между преступником и потерпевшей стороной. Отличительной чертой мошенничества является то, что потерпевший сам передает виновному свое имущество или право на него, однако делает это все же недобровольно. Дефект его воли (волеизъявления) порождается влиянием заблуждения, вызванного обманом или злоупотреблением доверием.

Ключевые слова: мошенничество, корыстная преступность, противоправное поведение, обман, злоупотребление доверием.

 

Согласно ст. 159 Уголовного кодекса РФ мошенничество представляет собой хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием [8].

Законодатель делает особый акцент на способе совершения мошенничества: для его характеристики в диспозиции ст. 159 УК РФ используется словосочетание «путем обмана или злоупотребления доверием». Следовательно, способ является обязательным признаком состава данного преступления. Более того, обман и злоупотребление доверием как способы совершения мошенничества отличают данный вид хищения от иных видов преступлений против собственности.

Способ совершения преступления представляет собой определенный порядок, метод, совокупность и последовательность приемов и действий, применяемых лицом для реализации преступного замысла и осуществления общественно опасного посягательства.

Согласно п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» (далее —  Постановление Пленума ВС РФ), обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество, ответственность за которое предусмотрена ст. 159 УК РФ, может состоять в сознательном сообщении заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение [5].

Мошенник обманывает потерпевших, в ведении или владении которых находится имущество (предмет преступного посягательства), в результате чего введенные в заблуждение потерпевшие добровольно передают преступнику вышеуказанное имущество, полагая, что последний имеет право на его получение. Обман при этом представляет собой непосредственное воздействие на сознание потерпевшего и опосредованное воздействие на волю потерпевшего.

На наш взгляд, следует согласиться с мнением А.Г. Безверхова о том, что необходимо различать волеизъявление как видимое выражение воли и действительную (внутреннюю) волю человека. Лицо, находящееся под влиянием обмана, совершает действие (бездействие) вопреки своей действительной воле, так как его волеизъявление сформировалось под воздействием обстоятельств, искажающих истинную (внутреннюю) волю этого лица. Поэтому добровольность совершения какого-либо действия со стороны обманутого лица является только кажущейся, ибо обманутый действует на основе воли, подверженной воздействию обмана [2, с. 4—9]. Обман вызывает в сознании потерпевшего неверное представление о фактах окружающей действительности, что позволяет мошеннику реализовать преступное посягательство, всего лишь воздействуя на интеллектуальную и психоэмоциональную сферы потерпевшего лица.

Как справедливо отмечает А.Э. Жалинский, состояние обмана следует устанавливать в каждом конкретном случае совершения мошеннических действий, что необходимо для подтверждения того, что лицо, имущество которого является потенциальным предметом посягательства, должно осуществить имущественное распоряжение именно вследствие обмана, а не по другим причинам (например, из жалости, сострадания и т. д.), не связанным с обманом. Заблуждение потерпевшего следует рассматривать как расхождение между действительностью и возникшими под влиянием обманных действий представлениями, на основе которых лицо распоряжается имуществом [3, с. 472—473].

Нам близка точка зрения Д.О. Тепловой, которая считает, что обман всегда рассчитан на ответное поведение, т. е. обманывают главным образом не столько чтобы ввести в заблуждение, сколько для того, чтобы склонить обманываемого к определенному поведению [6, с. 20—23].

Согласно п. 3 Постановления Пленума ВС РФ, в отличие от обмана, злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам. Доверие может быть обусловлено различными обстоятельствами, например служебным положением лица либо личными или родственными отношениями лица с потерпевшим.

Злоупотребление доверием также имеет место в случаях принятия на себя лицом обязательств при заведомом отсутствии у него намерения их выполнить с целью безвозмездного обращения в свою пользу или в пользу третьих лиц чужого имущества или приобретения права на него (например, получение физическим лицом кредита, аванса за выполнение работ, услуг, предоплаты за поставку товара, если оно не намеревалось возвращать долг или иным образом исполнять свои обязательства) [5].

При злоупотреблении доверием имущество может находиться как у потерпевшего, так и у мошенника, которому оно передается на доверительной основе, например, в связи с личными отношениями (передача имущества во временное хранение, передача денежных средств в долг), в связи с гражданско-правовыми отношениями (передача имущества, денежных средств на основании договора).

В любом случае при выборе мошенником второго способа совершения преступления —злоупотребления доверием —  виновный будет использовать свои отношения с потерпевшим — собственником или иным владельцем имущества.

Доверие в таком случае может порождаться служебными, производственными, родственными отношениями, неопытностью потерпевшего, а также иными гражданско-правовыми отношениями, основанными на доверии сторон [4, с. 128—137].

Следовательно, доверительные отношения могут быть обусловлены как юридическими, так и фактическими обстоятельствами.

Как отмечает А.А. Бакрадзе, юридическое основание отношений доверия составляют правомочия по имуществу, вытекающие из закона, договора или служебного положения. В основании отношений доверия могут лежать любые фактические обстоятельства: знакомство потерпевшего с виновным, конкретная внешняя обстановка, особая доверчивость потерпевшего и т. д. [1, с. 10—12].

Резюмируя вышеизложенное, следует сделать вывод: при мошенничестве способ действий носит информационный характер либо строится на особых доверительных отношениях, сложившихся между преступником и потерпевшей стороной.

Вне зависимости от выбранного способа совершения преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, мошенник обращает чужое имущество в свою пользу (или пользу других лиц) без намерения вернуть данное имущество или возместить его стоимость.

Отличительной чертой мошенничества является то, что потерпевший сам передает виновному свое имущество или право на него, однако делает это все же недобровольно. Дефект его воли (волеизъявления) порождается влиянием заблуждения, вызванного обманом или злоупотреблением доверием. Добровольность на деле оказывается мнимой, недействительной, а передача имущества поэтому является неправомерной [7, с. 134].

 

Список литературы

 

1. Бакрадзе А.А. Злоупотребление доверием как способ совершения мошенничества // Российский следователь.  2008. № 24.

2. Безверхов А.Г. Некоторые вопросы квалификации мошенничества // Уголовное право.  2008.  № 2.

3. Жалинский А.Э. Учебно-практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. 2-е изд. М., 2006.

4. Кошаева Т.О. Судебная практика и вопросы квалификации по уголовным делам о мошенничестве // Комментарии судебной практики / под ред. К.Б. Ярошенко. М.: Контакт, Инфра-М, 2013.  Вып. 18.

5. О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 № 51 // Российская газета. 2008. 12 янв.

6. Теплова Д.О. Обман как способ совершения мошенничества: понятие и формы // Российский следователь. 2012. № 22.

7. Уголовное право. Особенная часть: учеб. / Ф.Р. Сундуров, М.В. Талан [и др.]; под общ. ред. Ф.Р. Сундурова, М.В. Талан. М.: Статут, 2012.

8. Уголовный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 13.07.2015) // Собрание законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.