УДК 347.98 (477)

Страницы в журнале:  146-152

 

Е.В. Яценко,

соискатель кафедры уголовного процесса и криминалистики Академии адвокатуры Украины Украина, Киев maksimka88@ukr.net

 

Исследуются различные научные взгляды относительно определения понятия «судейское усмотрение», формулируется авторский подход к этому юридическому явлению. С учетом отсутствия единой позиции к изучению исследуемого понятия автор обращается к его известным доктринальным определениям, на основании анализа которых предлагается собственная дефиниция судейского усмотрения.

Ключевые слова: суд, судья, судейское усмотрение, дискреция, правотворчество, юридическая обязанность.

 

Направленность украинской внутренней национальной политики на развитие правового и социального государства, формирование гражданского общества, активное инициирование евроинтеграционных процессов обусловливают коренные изменения в правовой и управленческой сферах государства. С развитием независимой демократической Украины в указанных сферах возникают новые общественные отношения, которые требуют правового урегулирования, происходят нетривиальные юридические события, что в целом требует от государства и его институтов своевременной и адекватной реакции. В процессе такой реакции все субъекты этих отношений сталкиваются с проблемой реализации права и его применения, а следовательно, эффективности функционирования правовой системы.

С учетом этого на первый план выходят вопросы, связанные с процессами правоприменения, и прежде всего судебного, как авангардного и ключевого в системе правоприменения в целом.

Правоприменение как одно из ключевых понятий данного исследования, опираясь на последние научные изыскания по этому вопросу, следует определять как юридически целостную активную творческую совокупность действий по реализации права, которая осуществляется четко регламентированными полномочными органами (должностными лицами) государственной власти в рамках формально закрепленных процедурно-процессуальных форм и направлена на оформление, квалифицирование и решение конкретных жизненных случаев в общественных правоотношениях, подлежащих правовому регулированию и отнесенных законом к компетенции таких органов [6].

Заметим, что правовая гармония украинской правоприменительной действительности в полной мере возможна лишь при наличии ряда условий: оперативности и обоснованности правоприменения; правотворчества, адекватного действительности; системности законодательства; «умной», способной «на отзыв» правовой системы, причем среди всего перечисленного в процессе правоприменения играет определяющую роль объективное и беспристрастное усмотрение его субъектов.

Учитывая, что правоприменение — наиболее гибкая и эффективная часть механизма обеспечения правореализации, которая позволяет не только оперативно изучать общественные потребности, но и формировать их в виде, приемлемом для законодателя, вопросы усмотрения вообще и судебного в частности всегда вызывали и будут вызывать интерес со стороны специалистов различных направлений юридической науки.

Проблема судейского усмотрения (дискреционных полномочий суда) долгое время обозначалась как объект научного интереса и дискуссий. В частности, соответствующий институт исследовался такими представителями зарубежной и отечественной теоретической и отраслевой юридической школы, как Д. Абушенко, С. Алексеев, В. Антропов, А. Барак, И. Бентам, А. Боннер, Е. Васьковский, М. Галантер, Г. Гегель, Д. Галлиган, Ю. Грошевый, Р. Двойкин, К. Дэвис, Дж. Джоуэл, В. Дубовицкий, И. Дюрягин, О. Лейст, И. Кант, В. Канцир, А. Копыленко, К. Комиссаров, О. Коренев, О. Костенко, М. Козюбра, В. Лазарев, П. Люблинский, М. Маликов, Б. Малышев, В. Марчук, О. Мережко, Ш. Монтескье, П. Недбайло, В. Нерсесянц, О. Папкова, Л. Петражицкий, А. Пиголкин, И. Покровский, Д. Притыка, Ю. Притыка, П. Рабинович, А. Рарог, М. Рисный, Ю. Соловей, В. Туманов, М. Фролова, Д. Чечот, М. Шаргородский, Г. Шмелева и др.

В то же время, несмотря на исключительную важность исследуемого института права в процессе преодоления негативных явлений правоприменения (коллизии, пробелы и т.д.), действующее законодательство не содержит нормативного определения судейского усмотрения. Такое положение вещей не может удовлетворить с принципиальных позиций, ведь подобного рода неурегулированность способствует неправильному пониманию сущности, юридической природы и, что является наиболее значимым, границ применения дискреционных полномочий суда.

Вышесказанное, а также отсутствие устойчивого, унифицированного доктринального подхода к определению понятия судейского усмотрения обусловливают очевидную актуальность выбранного предмета исследования.

Понятие усмотрения имеет исторические корни, его отпечатки можно найти как в произведениях античной эпохи, так и в работах римских юристов, которые уже тогда сформировали принцип Discretio est scire per legem quid sit justum («Усмотрение — это знание того, что с точки зрения права является справедливым»). На первых этапах своего становления как правового явления усмотрение все же больше формировалось в рамках теории процесса управления и оптимизации государственного аппарата («административное усмотрение») и только потом вошло в оборот как термин права, имеющий отношение к судопроизводству [4, с. 22]. В наше время проявление усмотрения в праве возможно как на уровне правотворчества (усмотрение законодателя), так и на уровне правоприменения (административное усмотрение, судебное усмотрение и т.п.).

Как и любой правовой феномен, усмотрение имеет присущие ему объективные предпосылки возникновения и существования.

1. Разнообразие явлений объективной реальности, специфичность и неповторимость многих из них, которые не в состоянии урегулировать законодатель посредством принятия исключительно определенных и постоянных норм права, продуцирует появление усмотрения в правоприменении как правового явления.

2. Учитывая многообразие и сложность все тех же явлений, которые иногда становятся юридическими фактами, законодателю не всегда удается выписать соответствующую норму права таким образом, чтобы она была прозрачной, простой и понятной в применении, и именно это заставляет правоприменителя использовать в своей деятельности элемент усмотрения.

3. Довольно часто возникают ситуации, когда формулировать в законе исключительно абсолютные нормы является не всегда правильным и целесообразным. Это можно с успехом проследить на примере установления пределов уголовной ответственности, когда законодатель дает возможность судье определить конкретный вид и срок наказания в рамках «от» нижней и «до» верхней границы, предоставляя ему возможность принять решение в рамках закона, но наиболее адекватно сложившейся ситуации [5, с. 54].

Кроме указанных причин, в Украине феномен правоприменительного усмотрения как такового на сегодня объясняется и тем, что одной из широко признанных современных закономерностей правового регулирования в нашем государстве является его деформализация. Она заключается в том, что, во-первых, в законодательстве повышается удельный вес юридических норм с относительно определенным содержанием, в частности оценочных, а во-вторых, как следствие, расширяется сфера рассудительного правоприменения. Это дает возможность полнее и точнее учитывать потребности и интересы субъектов в процессе правоприменительной деятельности, а следовательно, двигаться в сторону ее гуманизации [14, с. 3].

Определяющую роль в процессе формирования понимания усмотрения вообще и судебного усмотрения в частности сыграли правовые системы разных стран, продуктом развития которых стали полярные подходы к определению и использованию усмотрения в праве и правоприменительной деятельности.

Строгая иерархия нормативных актов, их модифицируемость и нивелирование значения правоприменительной практики как инструментария правового регулирования в системе романо-германского права обусловили постоянное развитие правоприменительного усмотрения в качестве второстепенного и дополнительного элемента процесса правоприменения. И наоборот, прецедентный характер англосаксонской правовой системы, предоставление общему праву определяющего значения обусловили первостепенное значение правоприменительного усмотрения как основного элемента правоприменения [4, с. 35].

Анализ ряда полярных позиций понимания изучаемого явления указывает на наличие древней и ожесточенной дискуссии по поводу сущности и рамок существования усмотрения в правоприменительной судебной деятельности. Не вдаваясь в данном исследовании в подробности научных баталий по этому поводу, отметим, что сущность данных дискуссий в основном сводится не к определению возможности или необходимости существования правового феномена усмотрения, а, скорее, к определению границ этого явления в правоприменительной деятельности соответствующих субъектов.

Усмотрение как правовой феномен вызвало интерес у исследователей англосаксонской правовой семьи, где оно выступало действенным механизмом правоприменения. Большое внимание уделено и нашими современниками — отечественными и зарубежными специалистами. И прежде всего, речь идет о последних нескольких десятилетиях. Объясняется это тем, что в условиях мирового сближения правовых систем, как следствие, появляется и интерес к экстраполяции определенных юридических принципов, существующих в зарубежных странах, на отечественные правовые сферы.

Традиционно в украинском правоведении для обозначения судейской дискреции применяется термин «усмотрение». И в большинстве процессуальных кодексов и нормах законодательства многих стран, определяющих систему правосудия, применяется именно этот термин [9, с. 14].

Как уже отмечалось, сущность усмотрения как отечественные, так и зарубежные ученые пытались определить всегда. Причем диапазон инструментария исследований был достаточно широк. Ученые рассматривали феномен усмотрения (дискреции) в разных ракурсах: через логико-семантическую, философскую, правовую призмы.

Так, с лингвистической точки зрения, дискреция как усмотрение в украинском языке является однокоренным словом с дефинициями «суд», «правосудие». Такое сходство и генеалогическое родство дефиниций в языковой среде встречается довольно редко. Так, в русском языке применяется термин «усмотрение», который не является однокоренным со словом «суд»; в английском языке применяется латинское заимствование discretion, которое также не является однокоренным с определением суда — court; и в самой латыни discretiа не имеет общего филологического корня с определением суда — judicia. Правда, в близком к украинскому польском языке понятие усмотрения звучит как wgląd (вгльонд). Это в значительной степени проясняет позицию некоторых ученых, которые определяют усмотрение в украинской транслитерации как «угляд», что, по нашему мнению, исходя из польского варианта, является диалектизмом. В рамках этого исследования мы будем использовать термин «усмотрение» как наиболее адекватный, по нашему мнению, учитывая качественную составляющую правоприменительного усмотрения как такового.

Подавляющее большинство зарубежных и отечественных ученых признают факт существования усмотрения при правоприменении. Но выделяют, кроме правового, также и психологический аспект усмотрения, к которому мы, кстати, вернемся чуть позже, хотя и видят зависимость усмотрения не столько от субъективных явлений психологической действительности отдельного индивида, сколько от объективно существующих особенностей закона и правоприменительной практики. Основной причиной существования этого явления они называют объективную невозможность достаточно конкретного нормативно-правового урегулирования всех ситуаций, которые в нем нуждаются [3]. Именно такой подход позволяет осуществить научно обоснованный анализ понятия правоприменительного усмотрения, сферы его возникновения, существования, детерминантов и т.п. [14, с. 19].

С точки зрения классика советской юриспруденции В.М. Дубовицкого, следует различать широкое и узкое понимание понятия «усмотрение». В широком, общесоциальном смысле усмотрение — это решение, мнение, вывод вообще. При таком подходе исследователь считает, что право связано, очерчено, ограниченно усмотрением. В узком смысле, наоборот, уже усмотрение имеет четкие рамки благодаря праву, которое их и выставляет [7, с. 49].

Выдающийся русский ученый начала XX века П.И. Люблинский считал, что усмотрение имеет две стороны — положительную и отрицательную: отрицательная виделась  ему в том, что усмотрение выступает в качестве свободной от законодательного регулирования деятельности государственного органа. Положительная же заключается в том, что усмотрение выступает правом свободной целесообразной оценки в правоприменении на указанных в законе основаниях и в рамках предоставленных этому органу прав [10, с. 3—4].

Английский правовед Д.П. Флетчер вообще ставит под сомнение возможность формулирования единого, универсального определения понятия усмотрения. Он считает, что такие попытки не только бессмысленны, но и вредны, поскольку «затемняют полностью релевантные различия и позволяют достаточно легко сделать утверждение по поводу усмотрения в едином смысле, а затем спокойно и возможно невольно перейти к параллельному утверждению относительно усмотрения в совершенно другом смысле» [2, с. 147].

Заслуживает внимания мнение одного из первопроходцев проблематики усмотрения на отечественных просторах М.И. Малинина (конец XIX века), который отмечал, что любая модель судебного процесса всегда представляет собой определенное сочетание свободы процессуальных действий и свободы действий суда, а также рядом с пониманием усмотрения применял такое понятие, как «свободное убеждение судьи» [11, с. 8—14].

По мнению В.В. Меньшикова, под усмотрением следует понимать самостоятельность субъекта правоприменения в выборе средств и способов для решения юридических вопросов, границы которой устанавливаются законом [12, с. 19].

Достаточно интересным представляется позиция А.А. Папковой, поскольку она одной из первых попыталась обобщить сущностные признаки судебного усмотрения. Так, исследователь определяет судебное усмотрение как урегулированный правовыми нормами, осуществляемый в процессуальной форме специфический вид правоприменительной деятельности, чья сущность заключается в предоставлении суду в определенных случаях правомочия решать спорный вопрос, исходя из целей, которые ставит перед собой законодатель, принципов права и других общих положений закона, конкретных обстоятельств дела, а также начал разумности, добросовестности, справедливости и основ морали [13, с. 107].

По мнению В.С. Канцира, усмотрение является разрешенной законом интеллектуальной деятельностью суда, содержанием которой является проведение оценки тех или иных явлений и выбора одного из нескольких допустимых вариантов решения для обеспечения законности, справедливости, целесообразности и эффективности правового регулирования [8, с. 61]. Как отмечает польский исследователь З. Дуниевська, усмотрение — это возможность свободной в определенных пределах оценки при принятии решения или выбор достойнейшего, справедливейшего и благоприятнейшего решения из числа вариантов, разрешенных правовой нормой [1, с. 39]. Кроме того, по мнению А.Б. Степина, судебное усмотрение, в частности, рассматривается как один из способов решения существующих проблем, связанных с правовыми пределами принятия решений по сложным категориям дел [15, с. 25].

Подводя итог проведенному анализу различных точек зрения относительно изучаемого в статье явления, перед попыткой формирования авторской позиции необходимо в первую очередь определить идиому «судейское усмотрение». В этой связи отметим, что в отечественных источниках вообще встречается только категория «усмотрение суда», о чем было сказано выше.

С учетом того, что дискреция является интеллектуальной и волевой деятельностью субъекта правоприменения (судьи как физического должностного, служебного лица, суда как органа государственной власти), которая осуществляется по внутреннему убеждению, то действительно, кроме юридической составляющей, в основу дискреции заложен значительный психологический аспект. В этом случае речь может идти именно о «судейском усмотрении», т. е. данная категория субъективируется только относительно персоны судьи и возложенной на него обязанности решить правовой конфликт. Таким образом, дальнейшая работа над определением судейского усмотрения будет проводиться именно в такой, внешней форме выражения.

Как известно, любое определение понятия с точки зрения логики представляет собой совокупность специфических признаков явления, отличающих его от рода ему подобных и расположенных в иерархической последовательности в направлении от важнейших к несущественным. Такое положение вещей обусловливает необходимость определения тех особых черт судейского усмотрения, которые, по нашему мнению, являются наиболее весомыми. В этом смысле следует отметить, что рассудительная (дискреционная) деятельность суда имеет ярко выраженный творческий характер. То есть в первую очередь судейское усмотрение представляет собой умственную, осознанную, предполагаемую деятельность суда, результатом которой является что-то новое, оригинальное, неповторимое, ведь любое судебное решение, постановление, определение или приговор содержит признаки творчества.

Кроме того, рассматривая сущность изучаемого явления, необходимо также обратить внимание на его природу. В своей основе судейское усмотрение является разновидностью усмотрения вообще и, таким образом, представляет собой логическую конструкцию, согласно которой субъект приобретает возможность выбора линии поведения в процессе принятия решения. Это максимально приближает усмотрение в целом к категории субъективного права как меры возможного поведения управомоченного субъекта, но в случае судейского усмотрения такая свобода имеет четко определенный ограниченный характер. Иначе говоря, судейское усмотрение представляет собой обязанность суда избирать линию поведения.

В этом смысле следует обратить внимание на то, что ограниченный характер имеет не только свобода применения (применять усмотрение или нет), но и сами границы, рамки возможного направления дискреционной деятельности. Законодатель устанавливает четкие требования к процессуальным решениям суда, которые в целом сводятся к двум: а) законности; б) обоснованности. То есть, применяя судейское усмотрение, соответствующее должностное лицо не может реализовывать его, исходя из собственного желания, ведь последнее может формироваться под влиянием факторов, которые не имеют отношения ни к формам мышления, ни к требованиям законодателя. Само по себе отсутствие нормы права, регулирующей конкретное общественное отношение, выступающее объектом судейского усмотрения, не является основанием для отказа в судебной помощи (услуге). За отдельными исключениями (например, отрасль уголовного права), в подобной ситуации суд должен решить спорный вопрос, исходя из таких общих принципов законодательства, как справедливость, добросовестность, разумность.

Таким образом, подводя итог исследованию, необходимо сделать предположение о том, что судейское усмотрение — это творческая обязанность суда выбрать линию поведения в процессе рассмотрения конкретного дела, которая осуществляется в рамках законности, обоснованности, а также общих принципов регулирования общественных отношений.

 

Список литературы

 

1. Duniewska Z. Istota i granice dyskrecjonalnej wladzy administracyjnej w swietle standardow europejskich // Studia Prawno-Ekonomiczne. 1999. S. 39.

2. Fletcher G.P. Some unwise reflections about Discretion // Law and Contemporary problems. 1984. № 4. S. 147.

3. Nowacki J. Dwa rozumenia swobodnego uznania administracyjnego: Zeszyty naukowe universytetu Lodzkiego // Nauki humanistygzno-spolegzne. Seria 1, zeszyt 95. — Lodz, 1973.

4. Антропов В.Г. Правоприменительное усмотрение: понятие и формирование (логико-семантический аспект): дис. … канд. юрид. наук. — Волгоград, 1995. С. 4—35.

5. Берг Л.Н. Судебное усмотрение и его пределы: общетеоретический аспект: дис. … канд. юрид. наук. — Екатеринбург, 2008. С. 54.

6. Бобрешов Є.Г. Судове правозастосування в Україні: проблеми теорії та практики: автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Київ, 2011.

7. Дубовицкий В.Н. Законность и усмотрение в советском государственном управлении. — Минск, 1984. С. 49.

8. Канцір В.С. Поняття та основні ознаки судового угляду (розсуду) // Торгівля, комерція, підприємництво. Збірник наукових праць. Вип. 1. — Львів, 1998. С. 61.

9. Куфтирєв П.В. Суддівський розсуд у теорії права: дис. … канд. юрид. наук. — Київ, 2009. С. 14.

10. Люблинский П.И. Основания судейского усмотрения в уголовных делах. — СПб., 1904. С. 3—4.

11. Малинин М.И. Убеждение судьи в гражданском процессе: в производстве до судебного заседания. — Одесса: Тип. Ульриха и Шульце, 1873. С. 8—14. (репринт. издание).

12. Меньшиков В.В. Индивидуально-правовая регламентация общественных отношений // Сборник аспирантских работ. — Свердловск, 1969. Вып. 9. С. 19.

13. Папкова О.А. Понятие судейского усмотрения // Журнал российского права. 1997. № 12. С. 107.

14. Рісний М.Б. Правозастосувальний розсуд: загальнотеоретичні аспекти: автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Львів, 2006. С. 3—19.

 

15. Степин А.Б. Пределы судебного усмотрения при назначении наказания за терроризм // Право и безопасность. 2005. № 2 (15). С. 25.