УДК 347.214.1

Страницы в журнале:  73-79

 

Г.Н. Шевченко,

доктор юридических наук, профессор кафедры административного и таможенного права Владивостокского филиала Российской таможенной академии Россия, Владивосток sgn1959@mail.ru

 

Рассматривается правовое регулирование ценных бумаг в современном гражданском праве. 1 октября 2013 г. вступили в действие изменения в Гражданский кодекс Российской Федерации 1994 года, посвященные ценным бумагам. Анализируются новеллы законодательства о понятии и видах ценных бумаг, способах их передачи и защиты. Особое внимание уделяется исследованию бездокументарных ценных бумаг.

Ключевые слова: ценные бумаги, документарные ценные бумаги, бездокументарные ценные бумаги, передача ценных бумаг, защита прав владельцев ценных бумаг.

 

Ценные бумаги являются объектами гражданских прав, которые несмотря на достаточно подробное их регулирование в Гражданском кодексе Российской Федерации 1994 года (далее — ГК РФ), других законах, а также посвященную им обширную юридическую литературу все еще не получили должного теоретического осмысления и адекватного правового регулирования. В Концепции развития гражданского законодательства (одобрена Советом при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства 7 октября 2009 г.; далее — Концепция развития гражданского законодательства) были предусмотрены значительные изменения в правовом регулировании ценных бумаг, многие из которых получили законодательное закрепление в ГК РФ с принятием Федерального закона от 02.07.2014 № 142-ФЗ «О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — ГК РФ (в ред. 2014 года)). Новеллы гражданского законодательства о ценных бумагах нуждаются в теоретическом осмыслении, что и предпринято в данной статье.

ГК РФ (в ред. 2014 года) не содержит единого понятия ценных бумаг, а подразделяет их на два основных вида: документарные и бездокументарные. Даже структура главы 7 «Ценные бумаги» построена с учетом такого деления: параграф 1 называется «Общие положения», параграф 2 — «Документарные ценные бумаги», параграф 3 посвящен бездокументарным ценным бумагам. Подобную структуру главы, регулирующей ценные бумаги, следует признать оптимальной.

ГК РФ (в ред. 2014 года) определяет документарные ценные бумаги как документы, соответствующие установленным законом требованиям и удостоверяющие обязательственные и иные права, осуществление или передача которых возможны только при предъявлении таких документов (документарные ценные бумаги) (п. 1 ст. 142). ГК РФ содержал указание, что ценные бумаги удостоверяют имущественные права; ГК РФ (в ред. 2014 года) более точно регламентирует эти отношения, предусматривая, что ценная бумага удостоверяет обязательственные и иные права. Действительно, все ценные бумаги без исключения удостоверяют обязательственные права. Какие еще права могут удостоверяться ценными бумагами — этот вопрос законодатель оставил без ответа. Как известно, имущественные права могут быть обязательственными, вещными и исключительными.

Вопрос о том, могут ли ценные бумаги удостоверять вещные права, не получил однозначного ответа ни в законодательстве, ни в теории ценных бумаг. В юридической литературе по этому вопросу высказаны две различные точки зрения. Первая заключается в том, что вещные права могут быть закреплены в товарораспорядительных ценных бумагах, к которым следует отнести складские свидетельства, закладную, коносамент. При этом названные ценные бумаги воплощают в себе наряду с вещными правами также и обязательственные права. Бумаг, которые закрепляли бы только вещные права, в российском законодательстве не существует. На неизвестность советскому праву бумаг с исключительно вещно-правовым содержанием обращал внимание еще М.М. Агарков [1, c. 175].

Сторонники второй позиции считают: ценные бумаги не могут удостоверять вещные права. Д.В. Мурзин отмечает: права, удостоверенные ценной бумагой, признать вещными нельзя, потому что они не обладают абсолютным характером: по ценной бумаге устанавливается связь только между держателем бумаги и обязанным по бумаге лицом. Он считает, что товарораспорядительные бумаги (коносамент, складские свидетельства) удостоверяют лишь право собственника бумаги на получение товара от обязанного лица. «Абсолютное право собственности на вещь лежит за рамками права требования вещи, непосредственно выраженного в бумаге» [5, c. 32—33]. Аналогичного мнения придерживается А.В. Кириллова в своей монографии, специально посвященной юридической природе субъективных гражданских прав, удостоверяемых ценными бумагами [3, c. 118—121]. Что касается возможности удостоверения ценными бумагами исключительных прав, то здесь можно дать однозначный ответ: в настоящее время не существует ценных бумаг, которые бы удостоверяли такие права.

В юридической литературе неоднократно отмечалось: кроме имущественных прав ценные бумаги могут удостоверять и неимущественные права, но единственной ценной бумагой, которая удостоверяет и иные, неимущественные права, всегда называли только акцию. Каких-либо других ценных бумаг, кроме акций, которые удостоверяли бы неимущественные права, представить сложно. В настоящее время в связи с тем, что корпоративные права получили законодательное закрепление и включены в предмет гражданского права, можно определенно сказать: акция закрепляет обязательственные и корпоративные права. Корпоративные права по своей юридической природе являются весьма сложными и нуждаются в теоретическом исследовании, но то, что они отличны от неимущественных прав, содержащихся в гражданском законодательстве, очевидно. Однако поскольку акции могут выпускаться лишь в бездокументарной форме, то следует признать, что в настоящее время документарные ценные бумаги могут удостоверять только имущественные права.

Для документарных ценных бумаг законодатель сохранил такой признак, как начало презентации, эти ценные бумаги имеют материальный носитель — документ, который необходимо «презентовать», предъявлять для осуществления удостоверяемых ими прав или при их передаче.

В ч. 2 п. 1 ст. 142 ГК РФ (в ред. 2014 года) впервые в нашем законодательстве дано определение бездокументарных ценных бумаг, под которыми понимаются «обязательственные и иные права, которые закреплены в решении о выпуске или ином акте лица, выпустившего ценные бумаги в соответствии с требованиями закона, и осуществление и передача которых возможны только с соблюдением правил учета этих прав в соответствии со ст. 149 настоящего Кодекса (бездокументарные ценные бумаги)». Таким образом, длительный теоретический спор о том, что следует понимать под бездокументарными ценными бумагами, получил законодательное разрешение. Это обязательственные и иные права, закрепленные в решении о выпуске или ином акте лица, выпустившего ценные бумаги. Такое лицо, поскольку оно эмитировало ценные бумаги, является обязанным по ним и несет ответственность. Бездокументарные ценные бумаги могут удостоверять обязательственные права, а поскольку акции в российском законодательстве могут выпускаться только в бездокументарной форме, то они удостоверяют еще и корпоративные права.

ГК РФ (в ред. 2014 года) содержит открытый перечень видов ценных бумаг. Это акция, вексель, закладная, инвестиционный пай инвестиционного фонда, коносамент, облигация, чек и иные ценные бумаги, названные в таком качестве в законе или признанные таковыми в установленном законом порядке.

Таким образом, следует признать, что законодатель отказался от единой дефиниции ценных бумаг, в ГК РФ (в ред. 2014 года) теперь содержится два различных определения ценных бумаг: традиционное понимание документарных ценных бумаг как документа; новое определение бездокументарных ценных бумаг как обязательственных и иных прав, закрепленных в акте лица, выпустившего ценные бумаги, осуществление и передача которых возможны только с соблюдением правил учета этих прав.

Документарные ценные бумаги в соответствии с классификацией, построенной по способу легитимации управомоченного на них лица, подразделяются на предъявительские, именные и ордерные. В ранее действовавшем законодательстве в качестве классификационного критерия использовался способ передачи ценной бумаги, что неоднократно подвергалось справедливой критике, поскольку такая классификация не соответствовала основным положениям теории ценных бумаг: не содержала указания на то, кто же может требовать исполнения по соответствующим бумагам, т. е. не решался вопрос о формальной легитимации владельца ценной бумаги. В ГК РФ (в ред. 2014 года) эти проблемы получили адекватное разрешение.

Предъявительской является ценная бумага, по которой лицом, уполномоченным требовать исполнения по ней, признается ее владелец.

Ордерной является ценная бумага, по которой лицом, уполномоченным требовать исполнения по ней, признается ее владелец, если ценная бумага выдана на его имя или перешла к нему от первоначального владельца по непрерывному ряду индоссаментов.

Именной является документарная ценная бумага, по которой лицом, уполномоченным требовать исполнения по ней, признается одно из следующих указанных лиц:

1) владелец ценной бумаги, указанный в качестве правообладателя в учетных записях, которые ведутся обязанным лицом или действующим по его поручению и имеющим соответствующую лицензию лицом. Законом может быть предусмотрена обязанность передачи такого учета лицу, имеющему соответствующую лицензию;

2) владелец ценной бумаги, если ценная бумага была выдана на его имя или перешла к нему от первоначального владельца в порядке непрерывного ряда уступок требования (цессий) путем совершения на ней именных передаточных надписей или в иной форме в соответствии с правилами, установленными для уступки требования (цессии).

Такая регламентация перехода именных ценных бумаг обладает несомненным преимуществом перед ранее действовавшей, которая предусматривала, что права, удостоверяемые именными ценными бумагами, передаются в порядке, установленном для уступки требования (цессии). В юридической литературе неоднократно отмечалось, что следует различать именные ценные бумаги и обыкновенные именные ценные бумаги (ректа-бумаги) [4, c. 58]. Именные ценные бумаги не могут передаваться в порядке цессии, поскольку такая передача не согласуется ни с природой таких ценных бумаг, ни со спецификой прав, заключенных в таких ценных бумагах [7, c. 76—77]. Право на именные ценные бумаги переходит к приобретателю с момента внесения записи об этом в реестр обязанного лица, и такой переход получил название трансферта. Поэтому указание в ГК РФ (в ред. 2014 года) на то, что уполномоченным требовать исполнение по именной ценной бумаге является владелец, указанный в качестве правообладателя в учетных записях, а переход ценных бумаг должен отражаться в учетных записях, является ни чем иным, как законодательным закреплением трансферта.

Правила об именных документарных ценных бумагах, правообладатель которых определяется в соответствии с учетными записями, применяются к бездокументарным ценным бумагам, если иное не вытекает из особенностей фиксации прав на бездокументарные ценные бумаги.

Поскольку документарные ценные бумаги являются документами, они должны иметь обязательные реквизиты и отвечать требованиям к форме, иным требованиям, определенным законом или в установленном им порядке.

При несоответствии документарной ценной бумаги установленным требованиям она не является ценной бумагой, однако сохраняет значение письменного доказательства; так, документ, названный векселем и не содержащий установленные реквизиты, не может рассматриваться в качестве ценной бумаги, но может восприниматься как расписка.

Статья 146 ГК РФ (в ред. 2014 года) содержит классическое правило об одновременности перехода прав на бумагу и прав, удостоверяемых ценной бумагой: с переходом права на документарную ценную бумагу переходят все удостоверенные ею права в совокупности. Почти век назад М.М. Агарков отмечал, что «право на бумагу и права из бумаги формально имеют одну и ту же судьбу» [1, c. 178]. Права, удостоверенные предъявительской ценной бумагой, передаются приобретателю путем вручения ему ценной бумаги лицом, совершившим ее отчуждение. Права, удостоверенные ордерной ценной бумагой, передаются приобретателю путем совершения на ней передаточной надписи — индоссамента. ГК РФ и ГК РФ (в ред. 2014 года) не содержат развернутых положений о передаче ценных бумаг посредством индоссамента, однако такие нормы содержатся в вексельном законодательстве, в частности в Положении о переводном и простом векселе 1937 года. Воспроизведение таких правил в ГК РФ вряд ли было бы целесообразным и однозначно сделало бы главу 7 громоздкой, поэтому законодатель распространил действие вексельного законодательства, касающегося индоссамента, на иные ордерные бумаги и указал, что «если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или законом, к передаче ордерных ценных бумаг применяются установленные законом о переводном и простом векселе правила о передаче векселя» (п. 3 ст. 146 ГК РФ (в ред. 2014 года)). Права, удостоверенные именной документарной ценной бумагой, передаются приобретателю путем вручения ему ценной бумаги лицом, совершающим ее отчуждение, с совершением на ней именной передаточной надписи или в иной форме в соответствии с правилами, установленными для уступки требования (цессии).

До принятия последних изменений существовала проблема реализации прав лиц, формально не легитимированных, — наследников и лиц, приобретших ценные бумаги в результате их продажи с публичных торгов судебным приставом-исполнителем либо арбитражным управляющим в процедуре банкротства. Такой пробел в законодательстве восполнялся судебной практикой. В настоящее время эта проблема решена: в п. 8 ст. 146 ГК РФ (в ред. 2014 года) указывается, что переход прав на ордерные или именные ценные бумаги подтверждается:

1) «при наследовании — отметкой нотариуса на самой ценной бумаге, которая имеет силу индоссамента или передаточной надписи предшествующего правообладателя;

2) при реализации таких ценных бумаг в случае обращения на них взыскания — отметкой лица, уполномоченного на реализацию имущества владельца таких ценных бумаг;

3) в иных случаях — на основании решения суда отметкой лица, осуществляющего исполнение судебного решения».

Важной новеллой является правило о том, что при учете прав на именную документарную ценную бумагу права переходят к лицу, указанному в ценной бумаге, в момент внесения в учетные записи отметки о переходе права. Ранее такое правило содержалось в Федеральном законе от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее — Закон о рынке ценных бумаг) и применялось только к эмиссионным ценным бумагам. Теперь правила, относящиеся к трансферту, получили законодательное закрепление на уровне гражданского кодекса.

Истребование документарных ценных бумаг, которые признаются вещами, из чужого незаконного владения осуществляется на основании вещно-правового способа защиты — виндикационного иска. Однако ценные бумаги, хотя и перечислены в ст. 128 ГК РФ в качестве вещей, обладают многочисленными особенностями, поэтому их виндикация также весьма специфична. Правом на истребование ценных бумаг обладает лицо, которое на момент их выбытия из владения являлось их законным владельцем. Не могут быть истребованы от добросовестного приобретателя предъявительские ценные бумаги независимо от того, какое право они удостоверяют, а также ордерные и именные ценные бумаги, удостоверяющие денежное требование.

Правообладатель ценной бумаги, утративший ее в результате неправомерных действий, вправе потребовать от лица, которое приобрело ее у третьего лица, независимо от того, является ли такое третье лицо добросовестным или недобросовестным приобретателем, либо признается законным владельцем, возврата ценной бумаги или возмещения ее рыночной стоимости, если указанный приобретатель, от которого истребуется ценная бумага, своими обманными или другими незаконными действиями способствовал утрате прав законного владельца на ценную бумагу, либо в качестве предшествующего владельца знал или должен был знать о наличии прав иных лиц на ценную бумагу.

Несомненно, сложнейшей проблемой теории ценных бумаг является вопрос о юридической природе бездокументарных ценных бумаг, которые не имеют материальной формы документа. В Концепции развития гражданского законодательства был заложен здравый прагматичный подход, в соответствии с которым было признано нецелесообразным исключать такого рода права из круга ценных бумаг и рассматривать их как объекты иного рода, и предложено сохранить в качестве родового понятия «ценные бумаги», имея ввиду, что оно должно охватывать как классические ценные бумаги, так и права, зафиксированные посредством записей по счетам [6, c. 84—85]. Законодатель воспринял эти предложения, и действующее законодательство рассматривает бездокументарные ценные бумаги как вид ценных бумаг, указывая, что если иное не установлено настоящим кодексом, законом или не вытекает из особенностей фиксации прав на бездокументарные ценные бумаги, к таким ценным бумагам применяются правила об именных документарных ценных бумагах, правообладатель которых определяется в соответствии с учетными записями (п. 6 ст. 143 ГК РФ (в ред. 2014 года)). Возможно, с точки зрения чистой теории такой подход и неидеален, однако он позволяет регулировать отношения, связанные с бездокументарными ценными бумагами, не ломая складывавшихся десятилетиями отношений.

Обязанным лицом по бездокументарной ценной бумаге является прежде всего лицо, выпустившее ценную бумагу, а также лица, которые предоставили обеспечение соответствующего обязательства, что характерно для облигаций с обеспечением. Лица, ответственные за исполнение по бездокументарной ценной бумаге, должны быть указаны в решении о выпуске или в ином предусмотренном законом акте лица, выпустившего ценную бумагу.

Управомоченным по ценной бумаге лицом признается лицо, указанное в учетных записях в качестве правообладателя. Учет прав на бездокументарные ценные бумаги осуществляется путем внесения записей по счетам лицом, действующим по поручению лица, обязанного по ценной бумаге, либо лицом, действующим на основании договора с правообладателем или с иным лицом, которое в соответствии с законом осуществляет права по ценной бумаге. В настоящее время в качестве таких лиц выступают реестродержатели и депозитарии.

Деятельность по ведению записей по учету прав является лицензируемой. До 1 октября 2014 г. акционерные общества, которые в настоящее время ведут реестры своих акционеров, должны передать ведение реестров лицу, имеющему предусмотренную законом лицензию. Все сделки, связанные с распоряжением бездокументарными ценными бумагами, в том числе передача, залог, обременение другими способами, а также ограничения распоряжения ими могут осуществляться только при обращении к лицу, осуществляющему учет прав для внесения соответствующих записей. Именно с момента внесения таким лицом соответствующей записи по счету приобретателя к последнему переходят права по бездокументарной ценной бумаге. Поскольку бездокументарные ценные бумаги не имеют овеществленной формы, то реестры владельцев ценных бумаг, по существу, являются единственными документами, подтверждающим принадлежность тому или иному лицу определенного количества ценных бумаг, вследствие чего очень важно обеспечить сохранность и надлежащее ведение таких реестров.

Законом о рынке ценных бумаг деятельность по ведению реестра владельцев ценных бумаг относится к профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг, которой могут заниматься только юридические лица на основании лицензии, и регламентируются жесткие правила осуществления такой деятельности. ГК РФ (в ред. 2014 года) устанавливает солидарную ответственность перед правообладателем лиц, выпустивших ценные бумаги, и лиц, осуществляющих по его поручению учет прав на такие ценные бумаги, за причиненные убытки. При утрате учетных записей на бездокументарные ценные бумаги, т. е. реестра владельцев ценных бумаг, регистратор должен незамедлительно опубликовать информацию об этом в средствах массовой информации и обратиться в суд с заявлением о восстановлении данных учета в порядке, установленном процессуальным законодательством. Восстановление данных учета осуществляется в судебном порядке, и на основании решения суда вносятся данные учета прав. Передача именных бездокументарных ценных бумаг осуществляется посредством трансферта, который наконец-то получил законодательное закрепление на уровне ГК РФ (в ред. 2014 года). Статья 149.2 ГК РФ (в ред. 2014 года) содержит правило, в соответствии с которым передача прав на бездокументарные ценные бумаги приобретателю осуществляется посредством списания бездокументарных ценных бумаг со счета лица, совершившего их отчуждение, и зачисления их на счет приобретателя на основании распоряжения лица, совершившего их отчуждение. Еще М.М. Агарков в классическом труде «Учение о ценных бумагах» доказал, что моментом перехода права собственности считается не момент соглашения между отчуждателем и приобретателем, а момент совершения трансферта: «трансферт является актом, необходимым не только для легитимации приобретателя в отношении обязанного лица, но и для перехода права собственности на бумагу» [1, c. 315—316].

Таким образом, передача бездокументарных ценных бумаг осуществляется посредством трансферта на основании заявления отчуждателя. Заявление о списании ценных бумаг со счета лица, совершившего их отчуждение, и, соответственно, о зачислении на счет приобретателя по общему правилу может быть сделано только отчуждателем, поскольку «до момента возникновения права собственности на бумагу, а соответственно и права из бумаги приобретатель не может заявлять каких-либо требований обязанному по бумаге лицу» [2, c. 75]. Законом или договором правообладателя с лицом, осуществляющим учет прав, может быть предусмотрена возможность списания ценных бумаг со счета лица, совершившего отчуждение, без предоставления его распоряжения. Такие ситуации возможны в случае приобретения именной ценной бумаги в порядке универсального правопреемства, например, при наследовании, а также на основании решения суда.

Одной из сложнейших является проблема защиты нарушенных прав владельцев бездокументарных ценных бумаг, поскольку применение виндикационного иска вызывало многочисленные сложности, так как бездокументарные ценные бумаги нематериальны, а конструкция виндикационного иска основана на концепции владения вещью. Кроме того, при незаконном списании ценных бумаг требование предъявляется лицом, формально не являющимся владельцем ценных бумаг, не указанным в реестре владельцев ценных бумаг, т. е. нелегитимированным лицом, к лицу, легитимированному в установленном законом порядке, содержащемуся в реестре владельцев ценных бумаг.

Статья 149.3 ГК РФ (в ред. 2014 года) установила правила защиты нарушенных прав таких правообладателей. Правообладатель, со счета которого были неправомерно списаны бездокументарные ценные бумаги, вправе требовать от лица, на счет которого ценные бумаги были зачислены, возврата такого же количества соответствующих ценных бумаг. Бездокументарные ценные бумаги, удостоверяющие только денежное право требования, а также приобретенные на организованных торгах, независимо от вида удостоверяемого права не могут быть истребованы от добросовестного приобретателя. При этом бездокументарные ценные бумаги, безвозмездно приобретенные у лица, не имевшего права их отчуждать, могут быть истребованы во всех случаях. Если такие ценные бумаги были конвертированы, правообладатель вправе истребовать те ценные бумаги, в которые были конвертированы незаконно списанные ценные бумаги. Если существует возможность приобретения таких же ценных бумаг на организованных торгах, правообладателю предоставляется право выбора: потребовать от лиц, несущих перед ним ответственность, приобретения таких же ценных бумаг за их счет, либо возмещения всех необходимых для их приобретения расходов.

В особом порядке регулируются отношения, возникающие при незаконном списании корпоративной ценной бумаги — акции, которая дает право на управление делами акционерного общества. В случае реализации неуправомоченными лицами удостоверенных акцией прав на участие в управлении акционерным обществом или иного права на участие в принятии решения собрания правообладатель может оспорить решение собрания, нарушающее его права и охраняемые законом интересы, при наличии следующих двух условий. Во-первых, если акционерное общество или лица, волеизъявление которых имело значение при принятии решения собрания, знали или должны были знать о наличии спора о правах на бездокументарные ценные бумаги; во-вторых, голосование правообладателя могло повлиять на принятие решения. Но даже при наличии этих двух условий суд может оставить решение собрания в силе, если признание решения недействительным повлечет причинение несоразмерного ущерба кредиторам акционерного общества или иным третьим лицам. ГК РФ (в ред. 2014 года) устанавливает срок для оспаривания решения собрания: иск может быть предъявлен в течение трех месяцев со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о неправомерном списании ценных бумаг с его счета, но не позднее одного года со дня принятия соответствующего решения.

Таким образом, следует признать, что правовая регламентация ценных бумаг в ГК РФ претерпела существенные изменения, которые в целом должны благоприятно сказаться на их правовом регулировании. Сложные и ранее неурегулированные вопросы, например, о переходе именных ценных бумаг, о видах прав, удостоверяемых ценными бумагами, получили в ГК РФ (в ред. 2014 года) полноценную регламентацию.

В последнее время значительные изменения внесены и в Закон о рынке ценных бумаг, регулирующий обращение эмиссионных ценных бумаг. Представляется, что измененное российское законодательство о ценных бумагах в большей степени будет отвечать современным требованиям и способствовать включению Российской Федерации в мировой финансовый рынок.

 

 

Список литературы

 

1. Агарков М.М. Основы банковского права. Учение о ценных бумагах. — М., 1994.

2. Власова А.В. Способ передачи именных ценных бумаг // Очерки по торговому праву. Вып. 5. — Ярославль, 1998.

3. Кириллова А.В. Виды субъективных гражданских прав, удостоверяемых ценными бумагами. — Владивосток, 2012.

4. Крашенинников Е.А. Именная акция как ценная бумага // Очерки по торговому праву. Вып. 2. — Ярославль, 1995.

5. Мурзин Д.В. Ценные бумаги — бестелесные вещи. Правовые проблемы современной теории ценных бумаг. — М., 1998.

6. Проект Концепции развития законодательства о ценных бумагах и финансовых сделках // Вестник гражданского права. 2009. № 2.

 

7. Степанов Д. Вопросы теории и практики эмиссионных ценных бумаг // Хозяйство и право. 2002. № 4.