УДК 343.611+343.972

Страницы в журнале: 103-108

 

Д.А. Рябинин,

подполковник юстиции, старший следователь по особо важным делам Главного военного следственного управления Следственного комитета РФ Россия, Москва rda_1978@mail.ru

 

Освещается проблема взаимосвязи религии и преступности в целом; рассматриваются отдельные аспекты юридической природы преступлений, совершаемых тоталитарными сектами и деструктивными культами под видом проповедования религиозных вероучений и исполнения религиозных обрядов, сопряженных с посягательством на личность граждан; приводится их мотивация. Исследуются особенности уголовно-правовой характеристики убийств, совершаемых на почве религии, проводится их комплексный анализ. Формулируется понятие убийств, совершенных по религиозным мотивам; раскрывается их уголовно-правовая классификация, основанная на конкретных примерах из следственно-судебной практики, позволяющая отграничить их от других виновно совершенных общественно опасных деяний. Поднимается проблемный вопрос, связанный с необходимостью научной разработки уголовно-правовой характеристики убийств с религиозной мотивацией.

Ключевые слова: деструктивный культ, секта, убийство, мотив, убийство по религиозному мотиву, ритуальное убийство, религиозный обряд.

 

Рассмотрение проблем религиозной преступности неразрывно связано с изучением противоправной деятельности «новых», или «нетрадиционных», религиозных, оккультно-мистических и иных культов и тоталитарных сект, носящих деструктивный (от лат. destructivus — «нарушающий, разрушающий нормальную структуру чего-либо») характер, наиболее активная фаза деятельности которых на территории России началась в конце прошлого столетия и продолжается в настоящее время.

В связи с тем что многие деструктивные религиозные объединения и группы функционируют «подпольно» без соответствующей регистрации или тщательно скрывают от государственных органов и общественности факт своего существования, имеются лишь неофициальные данные о наличии в нашей стране около 2,5 тыс. подобных организаций, в которые вовлечены более 1 млн человек [14, с. 24].

Объектом пристального внимания на государственном уровне стала именно криминальная деятельность указанных организаций, связанная с совершением не только преступлений общеуголовной направленности, но и преступных деяний на религиозной почве.

Следует отметить, что механизм влияния религии и религиозных организаций на совершение правонарушений и противоправное поведение изучен недостаточно. Вместе с этим следует констатировать, что как история, так и современность свидетельствуют о неоднозначном отношении различных религиозных учений и их представителей к поведению, нарушающему сложившиеся в обществе социальные нормы.

Управляя общественным сознанием и поведением людей благодаря воздействию на их чувства и умонастроения, религия обладает значительным криминогенным потенциалом, именно под ее влиянием человек нередко совершает уголовно наказуемые деяния, мотивируя их совершение своей верой и убеждениями. Наиболее ярко это проявляется в деятельности религиозных сект и деструктивных культов.

Религия (от лат. relegere — «вновь воспроизводить», religari — «соединять себя») представляет одну из основных форм осознания мира, связывающую верующих и их объединения с объектом служения, поклонения (богом, иной сверхъестественной верховной сущностью, которая, по имеющимся представлениям, может исполнить то, что не под силу человеку) через единство вероучения, культовой практики, выполнение свода религиозных предписаний, моральных норм и стандартов поведения.

Характерные особенности религии состоят в том, что при помощи нее человек удовлетворяет потребность во всемогущем объекте поклонения, придающем смысл его существованию, приобретает надежду на лучшее будущее, находит выход из кажущегося безвыходным положения, достигает не только собственного благополучия, но и обретает высшую цель, ради которой он живет и ради достижения которой может умереть. В основе этой высшей цели лежат религиозные представления высшего порядка, касающиеся веры в бога, цели и смысла жизни человека.

Система представлений религии предлагает человеку совокупность идеалов, следуя которым он может не только понять смысл своего существования, но и направить свою жизнь к великой цели [13, с. 19].

Именно поэтому истинно верующий человек, будучи уверенным в том, что в случае неуклонного выполнения религиозных предписаний, носящих в том числе противоправный характер, достигнет жизненного благополучия и посмертного блаженства, свободно допускает возможность антиобщественного поведения и нарушения принятых в государстве правовых норм, выдавая их за божественные установления.

В наше время в связи с многочисленными нарушениями действующего законодательства, в том числе установленных уголовно-правовых норм, деятельность большинства сект и деструктивных культов, проводимая под видом проповедования религиозных вероучений и исполнения религиозных обрядов, сопряженная с посягательствами на личность и права граждан, стала объектом повышенного внимания со стороны правоохранительных органов, а в ряде случаев признана судами России носящей экстремистский характер (например, деятельность международной религиозной организации «Нурджулар», местной религиозной организации Свидетели Иеговы «Таганрог», религиозной группы «Благородный Орден Дьявола», религиозного объединения «Орда») и запрещена, а сами организации впоследствии ликвидированы [19].

В среде религиозных культов «нового времени» в числе совершаемых преступлений особую социальную значимость приобрели преступные посягательства, направленные против личности и мотивированные религиозными убеждениями, значительная сложность расследования которых обусловлена их спецификой, в том числе отсутствием связи «преступник—жертва».

Судебно-следственная практика свидетельствует о том, что посягательства на жизнь граждан под видом проповедования религиозных вероучений и выполнения обрядовых действий, в том числе убийства, регистрировались в таких деструктивных культах, существующих на территории нашей страны (как имеющих юридическое разрешение на свою деятельность, так и действующих нелегально), как «Международное Общество Сознания Кришны» (МОСК), «Свидетели Иеговы», «Сахаджа-йога», «Движение веры» (неопятидесятники), многочисленные сатанистские, неоязыческие группировки. По информации Российской ассоциации центров изучения религий и сект, только за период с 2007 по 2010 год в Российской Федерации зарегистрировано 26 убийств, фигурантами которых явились члены сатанистских сект и иных демонических культов [17, с. 45].

Уголовный кодекс РФ не содержит понятия убийства по религиозному мотиву, который нами понимается шире, нежели мотив религиозной ненависти или вражды, предусмотренный законодателем в п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Религиозные мотивы разнообразны и включают не только побуждения, основанные на негативном отношении к потерпевшему как представителю определенной религиозной организации (религии) либо носителю атеистических, антиклерикальных идей.

Ярким примером убийства, мотивом которого выступили побуждения его участников выполнить принятые в культе религиозные предписания, явились действия членов клана сатанистов «Несущие слово» О., Б., Ч., В., К. и М., которые во время проведения обряда, связанного с посвящением в его члены нового последователя и принесением в ритуальных целях для этого жертвы дьяволу (сатане), в соответствии с разработанным ритуалом при помощи ножей причинили телесные повреждения П. и Г., повлекшие смерть последних [9].

Наиболее типичными побуждениями, которыми может руководствоваться субъект при совершении анализируемых убийств, являются стремление последнего достичь собственного благополучия (например, избежать «страшного суда», остаться в числе избранных на земле после «Армагеддона»), совершить «богоугодное дело», «искупить совершенные грехи», заслужить одобрение единоверцев, желание стать «сподвижником бога на земле», «святым» и т. д. [11, с. 108— 109]. Сюда же следует отнести чувство религиозного страха, формируемого у людей в сектах, — это страх перед загробной жизнью, возможными муками в аду, карой в случае нарушения канонов, заповедей, предписаний, т. е. страх по отношению к иллюзорному миру или существам. Все эти мотивы обусловливаются религиозными убеждениями человека и вызывают у отдельных наиболее фанатичных верующих решимость совершить любое преступление.

Судебной практике прошлых лет известен, например, случай, когда член секты пятидесятников С. под влиянием религиозных проповедей, формирующих убежденность в необходимости при помощи различных жертв, в том числе человеческих, искупать свои грехи, доской убила 11-месячного внука [8].

Обобщая имеющиеся точки зрения на понятие религиозного мотива преступления [15, с. 75; 16, с. 89—94], его следует сформулировать как осознанные внутренние побуждения лица, обусловленные его духовными потребностями, состоящие в причинной связи с его религиозными или антирелигиозными взглядами, направленные на совершение преступления и оправдывающие его.

В связи с тем, что каждый вид преступления должен обладать рядом обязательных существенных признаков состава преступления, которые позволяют охарактеризовать его в качестве такового, а также отграничить от других виновно совершенных общественно опасных деяний, предлагается рассмотреть эти признаки, позволяющие классифицировать рассматриваемую категорию убийств.

Исходя из анализа научной литературы и имеющейся судебно-следственной практики, можно выделить следующие виды убийств, совершаемых по религиозным мотивам:

— ритуальные убийства;

— убийства по мотиву религиозной ненависти или вражды;

— культовые убийства;

— убийства, связанные с исполнением религиозного обряда;

— убийства в ходе ведения «Священной войны»;

— убийства с признаками ритуальных самоубийств.

В целях правильного понимания оснований для выделения представленных групп убийств рассмотрим вышеприведенную классификацию с примерами из следственной практики.

К убийствам, совершаемым по религиозным мотивам, в первую очередь в связи с их наибольшей распространенностью следует отнести так называемые ритуальные убийства, понятие которых отсутствует в отечественной юридической науке и является чисто криминалистическим.

При ритуальном убийстве основной и главной целью  выступает предварительное причинение жертве особых мучений и страданий, и только в конечном счете — смерти, а исполняемый при этом обряд (ритуал) выступает лишь методом и средством его достижения. При подобных обстоятельствах у виновного, как правило, безразличное отношение к вероисповеданию жертвы, более того, нередко жертвами становятся абсолютно незнакомые виновному люди.

Конечными и специальными целями ритуальных убийств выступают желания лица через совершение человеческого жертвоприношения приобрести для себя какие-либо духовные ценности в соответствии с его религиозными представлениями, например «завладеть душой» потерпевшего, войти в круг «посвященных», утвердить свое членство в группе, обрести «вечное существование» и т. п.

Так, в марте 2009 года Б., Д. и М., являясь приверженцами религиозно-мистического движения, поклоняющегося сатане, желая принести в жертву Х. и выполняя задуманное путем последовательных ритуальных действий, сбили последнего с ног, нанеся несколько ударов ногами и имеющимися ножами по телу потерпевшего, не менее четырех ударов черенком лопаты в область головы, после чего, осознавая, что причиняют потерпевшему особые страдания и мучения, М. вырезала ножом на спине потерпевшего религиозно-мистические символы, а Б., произнеся мистические слова, ударил потерпевшего ножом в область шеи, что повлекло его смерть [3].

При совершении указанного преступления виновный осознает общественную опасность своих действий, предвидит неизбежность наступления их вредных последствий и желает их наступления, т. е. налицо прямой умысел.

Убийство по мотиву религиозной ненависти или вражды (п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ) — единственный вид убийства по религиозным мотивам, прямо указанный в УК РФ в качестве квалифицирующего признака состава преступления. Специфика этого убийства заключается в субъективной стороне, поскольку совершается оно только с прямым умыслом и специальным мотивом.

Умысел при совершении рассматриваемых убийств направлен прежде всего на проявление религиозной ненависти или вражды, в том числе к конкретной религиозной группе, при этом причинение смерти потерпевшим является лишь способом такого проявления или средством достижения цели, что и отличает указанный вид убийства от других убийств рассматриваемых категорий, совершаемых на религиозной почве, где мотивами совершаемого преступления выступают стремление исполнить религиозный обряд, приобрести духовные ценности и т. д.

Примером подобного убийства являются действия К., который в 2006 году, исповедуя экстремистское религиозное мусульманское течение — ваххабизм — и испытывая ненависть к имаму г. Кисловодска К-ву в связи с осуществлением последним публичной антипропаганды ваххабизма, используя огнестрельное оружие, произвел в К-ва пять выстрелов, причинив телесные повреждения, повлекшие смерть потерпевшего на месте происшествия [7].

Культовые преступления, понятие которых также законодательно не закреплено и не содержится в специальной литературе, характеризуются тем, что при их совершении само деяние виновного, направленное на причинение смерти другому человеку, подчинено именно общей, пропагандируемой в религиозном культе идее и совершается в целях предотвращения реальных или мнимых событий или явлений путем принесения жертвы той или иной сверхъестественной сущности.

Четкий, церемониальный порядок действий со стороны виновного лица здесь зачастую отсутствует, но имеется определенная культовая идея, которой подчинены действия приверженцев культа.

В отличие от ритуальных убийств, целью которых является приобретение виновным благ для себя лично, при совершении культового преступления действия лица обусловлены побуждениями, проповедуемыми и господствующими внутри культа, связанными с одобрением или предписанием действовать именно таким определенным образом со стороны «высших сил», являющихся объектом служения, или руководства культа, представляющего эти «высшие силы», мнение которых для виновного является истинным, единственно правильным и оправдывающим его преступное поведение.

Примером совершения культового убийства являются действия М., которая в 1994 году, являясь членом религиозной организации «Сахаджа-Йога», руководствуясь проповедуемыми в культе убеждениями в том, что все люди, умершие до наступления «мирового апокалипсиса», приобретут вечное райское существование, и желая, чтобы ее дочь также незамедлительно попала в рай, попыталась руками удушить свою 3-летнюю дочь, но, видя, что последняя не умирает, нанесла ей имевшимся скальпелем не менее сорока шести ударов в область грудной клетки, причинив смерть [5].

В данном случае преступление также может быть совершено только с прямым умыслом.

Еще одной разновидностью убийств, совершаемых с религиозным мотивом, следует выделить убийства, связанные с исполнением религиозного обряда.

Целью таких убийств, в противоположность ритуальным и культовым убийствам, является совершение именно самого обряда и четкое выполнение при этом тех или иных предписываемых обрядовых действий, а причинение смерти представляет собой побочный, вторичный результат и может быть дополнением обряда, когда, например, смерть наступает из-за физических истязаний, чрезмерного поста, длительного лишения сектанта пищи, в связи со слишком суровыми условиями пребывания в секте и т. д.

Например, в феврале 1999 года члены неопятидесятнической религиозной группы «Церкви — общины Христиан Веры Евангельской» во время исполнения обряда, связанного с «искуплением греха», избили электрическим шнуром и выставили на мороз являющегося членом секты 10-летнего Д., который впоследствии скончался от побоев и переохлаждения [1].

Безусловно, что при совершении рассматриваемых преступных деяний виновный прекрасно осознает опасность своих действий, предвидит возможность наступления их последствий, не желает, но сознательно допускает их либо относится к ним безразлично, т. е. убийство совершается с косвенным умыслом.

В Аравии в ходе борьбы за независимость в XVIII веке сформировалось религиозно-политическое движение — ваххабизм, конечной целью которого является установление теократического исламского государства на территории мусульманских регионов России.

«Джихад» (от араб. jihad — «усилие») представляет собой понятие в исламе, означающее усердие на пути Аллаха — верховного божества в исламе. Военный джихад, или «священная война», как одно из направлений джихада подразумевает вооруженную борьбу мусульман против врагов веры — неверных, не повинующихся власти мусульман, отказывающихся от повиновения и уклоняющихся от уплаты податей, а также тех, кто сами начинают военные действия [18, с. 103— 107].

В джихаде целью убийства может служить как обряд, так и собственно причинение смерти, но в большинстве случаев убийство все же вторично. Как правило, главной целью джихада является распространение по всему миру религии — ислама (в конкретном его понимании), т. е. приоритетом является вера, а религиозные нормы ставятся выше законов государства. Убийство человека именно как кровавая жертва в исламе отсутствует.

Безусловно, к одной из разновидностей убийств, в основе совершения которых лежит религиозный мотив, следует отнести и так называемые убийства с признаками ритуальных самоубийств.

Рассматривая указанную разновидность убийств с религиозным мотивом, следует говорить о том, что в данном случае виновный путем внушения, определенных воздействий на психику или иных методов подавления личности потерпевшего и полной смены его убеждений, осознавая тот факт, что человек находится в жесткой психологической зависимости от него, склоняет потерпевшего к самопожертвованию, т. е. таким путем фактически лишает его жизни.

В этих случаях верующие под воздействием проповедей, с помощью применяемых к ним приемов внушения в сочетании с поучениями и устрашениями, а также вследствие использования наркотических средств принуждаются путем оказания психического давления, контроля сознания принести себя в жертву, доказав тем самым свою верность и приверженность культу или его лидеру. Отдание «приказа свыше» покончить жизнь самоубийством может происходить во имя иных целей культа, например «во искупление грехов», с целью достичь «вечной жизни», убить себя в подражание Христу, который принес себя в жертву, и т. д. [12, с. 17, 45].

Известен случай, когда в 1961 году член секты пятидесятников Н. на фоне изнурительных молений и внушения ей руководителями секты мысли о необходимости стремиться к «вечной жизни» и отказаться от всех земных благ, покончила жизнь самоубийством, положив голову на рельсы перед движущимся поездом [10, с. 8].

Принуждение самостоятельно лишить себя жизни практикуется среди активных последователей сатанистских сект, согласно проповедуемому учению которых считается, что тот, кто глубоко приобщился к тайнам культа, сам уже из секты выйти не может.

Примером рассматриваемой разновидности убийств служат и действия лиц по использованию в своих преступных религиозных целях так называемых террористов-смертников, которые под воздействием проповедуемого им учения в сочетании с оказываемым на них психологическим давлением и употреблением психотропных веществ совершают террористические акты, влекущие многочисленные человеческие жертвы, убивая при этом и самих себя. Важно отметить, что террористы-смертники в данном случае сами являются жертвами, приносимыми во имя веры, поскольку по вышеуказанным причинам не осознают фактический характер совершаемых действий, в том числе и по лишению себя жизни1.

Изложенная классификация дает основания сформулировать понятие убийства по религиозным мотивам, поскольку отечественное уголовное право его не раскрывает. Под таким убийством, по нашему мнению, следует понимать умышленное причинение смерти другому человеку лицом, придерживающимся определенного вероисповедания или исповедующим определенное вероучение, совершенное в соответствии с имеющимися религиозными (культовыми) представлениями высшего порядка и во исполнение требований и предписаний, диктуемых вероучением, в целях удовлетворения внутренних духовных потребностей, избавления от чувства религиозного страха перед сверхъестественными силами, приобретения духовных ценностей для себя, иных лиц или религиозной организации, которые представляются угодными объекту поклонения, либо демонстрации негативного отношения к иным религиям или вероисповеданиям.

На сегодняшний день в России обозначена и существует проблема, связанная с научной разработкой уголовно-правовой характеристики убийств с религиозной мотивацией. В науке до сих пор отсутствует четко построенная система сведений о признаках элементов состава рассматриваемых противоправных деяний, что не всегда позволяет детализировать сведения об элементах состава преступления, определить корреляционные связи между ними.

Имеющаяся судебная практика показывает, что суды нередко целенаправленно отказываются рассматривать и изучать религиозные мотивы совершенных убийств в связи с их нетрадиционностью и трудностями в доказывании, предпочитая относить невыясненные мотивы убийств к разряду хулиганских побуждений или личных неприязненных отношений, поскольку по ним наработана весьма обширная практика [2; 4; 6].

Вместе с этим изучение уголовно-правовой характеристики преступления позволяет юридически правильно квалифицировать совершенное деяние, что является важным условием соблюдения законности в работе правоохранительных органов.

 

Список литературы

 

1. Архив Алданского улусного народного суда Республики Саха (Якутия), дело № 1-187/99.

2. Архив Красноярского краевого суда, дело № 2-159/97.

3. Архив Красноярского краевого суда, дело № 2-64/2009.

4. Архив Нижегородского областного суда, дело № 2-62/2000.

5. Архив Новосибирского областного суда, дело № 2-130/1995.

6. Архив Самарского областного суда, дело № 10794/04.

7. Архив Ставропольского краевого суда, дело № 2-10п-07 г.

8. Архив Тверского (Калининского) областного суда, дело № 2-166-55.

9. Архив Ярославского областного суда, дело № 2-7/210.

10. Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1961. № 4. С. 8.

11. Галиакбаров Р.Р. Мотив и цель преступлений, совершаемых на почве религиозного изуверства // Вопросы государства и права. Материалы теоретической конференции по плановым работам, выполненным в 1963 году. Свердловск, 1964. С. 108—109.

12. Галиакбаров Р.Р. Уголовная ответственность за посягательства на личность и права граждан под видом исполнения религиозных обрядов: учеб. пособие. Омск: издание Омской высшей школы милиции МВД СССР, 1981. С. 17, 45, 80.

13.  Грановская Р.М. Психология веры. 2-е изд., перераб. СПб.: Питер, 2010. С. 19.

14. Егорцев А.Ю. Религиозные секты: свобода от совести. Статьи, документы, журналистские расследования деятельности нетрадиционных религиозных организаций в современной России. М.: Информационно-миссионерский центр «Сектор», Московское подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2004. С. 24.

15. Зырянов В.Н., Гунарис Р.Г. Криминогенная религиозная мотивация // Российский криминологический взгляд. 2006. № 1. С. 75.

16. Наумов А.В. Мотивы убийств: учеб. пособие. Волгоград: Высшая следственная школа МВД СССР, 1969. С. 89—94.

17. Сатанизм в России: факты, цифры и свидетельства. Уфа, 2010. С. 45.

18. Торнау Н.Е. Изложение начал мусульманского законоведения. Репринтное издание 1850 года. М.: Адир, 1991. С. 103—107.

19. URL: http://minjust.ru/nko/perechen.zapret

 

Перечисленные в статье секты и группировки запрещены на территории РФ.