УДК 347.9

Страницы в журнале: 90-97

 

М.Г. Цуцкова,

преподаватель кафедры гражданско-правовых дисциплин Института государственного управления, права и инновационных технологий Россия, Москва cuckova@yandex.ru

 

Исследуется один из актуальных вопросов гражданского процессуального права и судопроизводства, а именно институт судебных извещений и вызовов. Анализируется законодательная регламентация данного института; выявляются его недостатки в контексте практического применения судами общей и арбитражной юрисдикции. Формулируются выводы о том, что соблюдение процессуального порядка реализации института судебных извещений и вызовов способствует надлежащему осуществлению принципов состязательности, диспозитивности, транспарентности правосудия по гражданским делам.

Ключевые слова: извещение, вызов, суд, гражданское судопроизводство, принципы гражданского процесса, состязательность, диспозитивность, правовое регулирование, гарантии прав участников.

 

Институт судебных извещений и вызовов в гражданском судопроизводстве является неотъемлемой составной частью комплексного межотраслевого института извещений, играющего существенную роль в уголовном, административном, гражданском и арбитражном процессах. Институт судебных извещений и вызовов вряд ли возможно назвать достаточно освещенным в научной литературе [6].

Вместе с тем актуальность и значение исследуемого института существенны применительно к обеспечению соблюдения принципов законности, диспозитивности, состязательности и равноправия сторон [15, с. 10—11]. Надлежащее уведомление участника судопроизводства называют «одной из составляющих процессуального публичного порядка» [11, с. 287].

Эффективное функционирование института судебных извещений и вызовов благоприятно сказалось бы и на разумных сроках рассмотрения и разрешения гражданских дел, поскольку зачастую судебное разбирательство многократно откладывается именно вследствие неявки лица, участвующего в деле, в отношении которого отсутствуют сведения о его надлежащем уведомлении [1, с. 64]. Извещение участвующих в деле лиц характеризуют также как правообразующий юридический факт, т. е. как «условие, позволяющее суду совершать те или иные процессуальные действия» [7, с. 17].

Недостатки правового регулирования института ведут ко многим негативным последствиям. Среди таких недостатков называются дефицит краткости, ясности (нечеткость используемых законодателем формулировок), а также спутанность изложения (применение неадекватной терминологии) [16, с. 12]. Ученые отмечают в числе прочего назревший конфликт между уровнем развития общественных отношений и нормативной регламентацией вопросов уведомления лиц, участвующих в деле [4, с. 64]. Вместе с тем действующие правила гл. 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации 2002 года (далее — ГПК РФ) длительное время не модернизировались, с несущественными изменениями они заимствованы из гл. VII «Вызов в суд и другие извещения суда» ГПК РСФСР 1923 года.

В то же время от единообразного и правильного толкования, понимания и применения процессуального закона зависит соблюдение прав и законных интересов лиц, участвующих в деле, лиц, содействующих осуществлению правосудия, любых иных субъектов, тем или иным образом соприкасающихся с деятельностью судов. Ясность и четкость правовых норм per se является неотъемлемой составляющей принципа правовой определенности [12, с. 22]. Благодаря названному принципу субъекты отношений могут в разумных пределах предвидеть последствия того или иного варианта своего поведения [3, с. 104].

Следовательно, правильное понимание закона участниками и иными субъектами гражданского судопроизводства оказывает положительное влияние на все аспекты отправления правосудия, начиная от снятия напряженности в общении между работниками судов и сторонами и заканчивая соблюдением процессуальных сроков и принципа процессуальной экономии, если говорить предметно о соблюдении положений гл. 10 ГПК РФ.

Особо следует отметить, что исходя из необходимости обеспечения доступности правосудия и не всегда объективно существующей возможности оказания квалифицированной юридической помощи гражданам, обращающимся за судебной защитой нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, ясность процессуального закона видится насущным требованием.

Вместе с тем должен быть соблюден баланс между доступностью содержания процессуального законодательства и требованиями юридической техники, терминологии. Как верно отмечает Г.А. Жилин, доступность правосудия как института государственной власти в первую очередь обеспечивается оптимальностью правил общего характера, влияющих на эффективность судебной защиты в рамках национальной правовой системы [8, с. 136—137].

Правоприменительной практике последнего десятилетия известны случаи оспаривания нормативных правовых актов по причинам в том числе терминологических расхождений, некорректности их построения с точки зрения юридической техники, что в своей совокупности вызывало или могло вызвать неясный и двусмысленный характер их содержания.

Потребность в одновременном следовании законодательной технике и насколько это возможно определенном и понятном формулировании норм процессуального закона не порождает противоречия, поскольку второе вытекает и является обязательным требованием первого. Язык закона должен быть ясным, непротиворечивым, иметь точный смысл, исключать неоднозначность в процессе правоприменения. Для достижения определенности правовой нормы законодателю необходимо соблюдать законы логики, избегать расплывчатых, нечетко употребленных терминов [2]. Относительно уместности использования слов, отражающих правовые понятия, нельзя не согласиться с М.А. Викут: «разработчики любых законов должны стоять на страже чистоты юридической терминологии» [5, с. 151].

Применительно к информированию участников гражданского судопроизводства о движении дела, о совершении отдельных процессуальных действий или об иных обстоятельствах, о которых последние вправе знать, в действующем законодательстве, науке и практике гражданского процессуального права используются различные термины: извещение, вызов, уведомление. Их содержание не всегда очевидно, а в ряде случаев допускается их применение в качестве взаимозаменяемых (что следует, в частности, из анализа положений ст. 126, 161, 169, 222 ГПК РФ).

Слово «извещение» фигурирует в ст. 38 (применительно к сторонам и лицу, в интересах которого дело начато по заявлению лиц, обращающихся в суд за защитой прав, свобод и законных интересов других лиц); ч. 3 ст. 45 (извещение прокурора в случае его участия в деле посредством вступления в процесс для дачи заключения по таким делам, как дела о выселении, восстановлении на работе, возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, а равно в других случаях, прямо предусмотренных ГПК РФ и иными федеральными законами); ст. 58 (извещение лиц, участвующих в деле, об осмотре и исследовании доказательств по месту их хранения или месту их нахождения); ст. 63 (извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, в котором осуществляется выполнение судебного поручения); ст. 75 (осмотр и исследование вещественных доказательств, подвергающихся быстрой порче); ст. 106 (рассмотрение заявления о сложении или об уменьшении судебного штрафа); ст. 112 (извещение участвующих в деле лиц о судебном заседании по рассмотрению заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока); ст. 113, 128 (извещение должника о вынесении судебного приказа) и других статьях ГПК РФ.

Нормы о «вызове» участников гражданского судопроизводства закреплены, например, в ст. 13, 58, 69—70, 85, 95, 96, 113 ГПК РФ; об «уведомлении» — в ст. 66, 417, 421, 426 ГПК РФ.

Как следует из анализа перечисленных положений процессуального закона, «извещение» в основном используется применительно к лицам, участвующим в деле, что связано с предоставленным им правом самостоятельно решать вопрос об участии в заседании суда или в отдельном процессуальном действии. «Вызов» органа правосудия адресован субъектам, оказывающим содействие осуществлению правосудия (к ним относятся свидетели, эксперты, специалисты, переводчики), для которых явка в суд является процессуальной обязанностью [9, с. 231].

Предложенное деление в науке гражданского процесса длительное время считается общепринятым. Тем не менее до настоящего времени не устранена отмеченная В.Н. Корниловым определенная непоследовательность в употреблении исследуемых терминов [10, с. 137]. Размытость содержания понятий «извещение» и «вызов» усугубляется наличием предусмотренного процессуальным законодательством такого способа доведения информации до субъектов гражданского судопроизводства, как «уведомление». Следовательно, целесообразно попытаться определить понятия «извещение», «уведомление», «вызов».

Положения ч. 1 ст. 113 ГПК РФ не дают ответа на вопрос, кому должны быть адресованы вызовы, кому — извещения, поскольку слова «извещаются» и «вызываются» в тексте нормы объединены соединительным союзом «или». Часть 3 ст. 113 ГПК РФ допускает и извещение, и вызов участвующих в деле лиц. Частью 2 ст. 126 ГПК РФ установлено, что судебный приказ выносится не только без судебного разбирательства, но и без вызова сторон для заслушивания их объяснений. Возможность вызова лиц, поименованных в ст. 34 ГПК РФ, косвенно подтверждается ч. 1 ст. 161 ГПК РФ (секретарь судебного заседания докладывает суду, кто из вызванных по гражданскому делу лиц явился) и ч. 2 ст. 169 ГПК РФ (назначается дата нового судебного заседания с учетом времени, необходимого для вызова участников процесса).

В числе иных оснований для оставления заявления без рассмотрения абзацами 7—8 ст. 222 ГПК РФ названы неявка в суд сторон или истца по вторичному вызову.

В свете практики Европейского суда по правам человека, а также Постановления Конституционного Суда РФ от 27.02.2009 № 4-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 37, 52, 135, 222, 284, 286 и 379.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и части четвертой статьи 28 Закона Российской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» в связи с жалобами граждан Ю.К. Гудковой, П.В. Штукатурова и М.А. Яшиной», фактически уравнявшего в процессуальных правах с иными категориями участвующих в деле лиц гражданина, в отношении которого рассматривается дело о признании его недееспособным, выглядит не соответствующим конституционно-правовому смыслу нормы ч. 1 ст. 284 ГПК РФ использование термина «вызов» в отношении такого гражданина.

Наиболее удачно сконструированной видится ст. 153 ГПК РФ, согласно которой признав дело подготовленным, судья выносит определение о назначении его к разбирательству в судебном заседании, извещает стороны, других лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения дела, вызывает других участников процесса. Аналогичная ясная и понятная формулировка, однозначно соотносящая термин «извещение» с участвующими в деле лицами, термин «вызовы» — с иными, помимо них, участниками гражданского судопроизводства, видится необходимой ко включению в ст. 113 ГПК РФ как посвященную наиболее общим положениям об исследуемом институте гражданского процессуального права.

Усугубляют терминологическую путаницу случаи использования слова «уведомление» вместо «извещение» или «вызов», что имеет место в ч. 2 ст. 66 ГПК РФ (протоколы и все собранные в порядке обеспечения доказательств материалы передаются в суд, рассматривающий дело, с уведомлением об этом лиц, участвующих в деле); в абзаце 3 п. 1 ч. 1 ст. 417 ГПК РФ (сторона, против которой принято решение, не была должным образом уведомлена о назначении арбитра или об арбитражном разбирательстве); в п. 2 ч. 2 ст. 421 ГПК РФ (сторона не была уведомлена должным образом об избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте заседания третейского суда); в п. 2 ч. 1 ст. 426 ГПК РФ (сторона не была уведомлена должным образом об избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте заседания третейского суда).

Не вызывает сомнений, что под «уведомлением» законодателем понимаются действия органа правосудия по передаче той или иной информации участникам судопроизводства, но каким образом — путем извещения или вызова — не вполне очевидно, в связи с чем подлежит разрешению вопрос об объеме понятия «уведомление» и его теоретической и практической значимости.

В ведомственных актах системы судов общей юрисдикции имеют место случаи произвольного, подчас с противоположным смыслом («извещение» вместо «вызов» или наоборот) употребления исследуемых терминов. Например, в соответствии с абзацем 5 п. 6.2 Инструкции по судебному делопроизводству в районном суде (утв. Приказом Генерального директора Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 29.04.2003 № 36) согласно определению о назначении дела к судебному разбирательству направляются повестки о вызове в судебное заседание истцам, ответчикам, третьим лицам, экспертам, переводчикам, одновременно извещаются о дате и времени рассмотрения дела прокурор, адвокат, представители государственных органов и другие лица.

В соответствии с абзацем 5 п. 9.1 Инструкции по судебному делопроизводству в верховных судах республик, краевых и областных судах, судах городов федерального значения, судах автономной области и автономных округов по гражданским делам, назначенным к рассмотрению в судебном заседании первой инстанции (утв. Приказом Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 15.12.2004 № 161), вызову в суд подлежат лица, указанные в определении судьи о назначении дела к рассмотрению. Абзац 2 п. 9.2 этого документа содержит формулировку «извещение о вызове в суд».

Вряд ли возможно сформулировать дефиницию того или иного понятия, не ознакомившись с изначальным смыслом, вкладываемым в слово, это понятие обозначающее. Толковый словарь русского языка предлагает перечисленные далее значения исследуемых существительных. Извещение (сообщение, уведомление) — сообщение кому-нибудь чего-нибудь, доведение чего-нибудь до чьего-нибудь сведения [13, с. 238]. Уведомление является синонимом извещения [13, с. 822].

В отличие от извещения и уведомления вызов изначально предусматривает возможность включения в свое содержание наряду с информационной составляющей элемента принудительности, отношений власти и подчинения. Вызов — это не только приглашение, предложение (позвать откуда-либо куда-нибудь), но и требование явиться куда-нибудь [13, с. 122].

Слова «извещение», «уведомление», «вызов» могут использоваться в двух смыслах. В первом это действие, процесс по передаче информации от одного субъекта другому. Во втором — официальный документ, предназначенный для соответствующих целей — сообщить кому-либо что-нибудь, поставить в известность кого-нибудь о чем-либо.

В зависимости от процессуального статуса лица, которому адресован вызов, неисполнение последнего способно повлечь различные последствия, направленные на обеспечение нормального отправления правосудия.

Не явившиеся в судебное заседание свидетели, эксперты, специалисты, переводчики могут быть подвергнуты судебному штрафу (ст. 105, ч. 4 ст. 162, ч. 2 ст. 168 ГПК РФ). Наложение штрафа оставлено законодателем на усмотрение суда в зависимости от конкретных обстоятельств дела. Условием применения названной меры ответственности является признание органом правосудия причин неявки неуважительными. Процессуальный закон не ограничивает суд в возможности наложить судебный штраф повторно, предупреждение о чем обычно включается в определение о наложении штрафа.

Дополнительной мерой ответственности, применение которой допустимо в отношении свидетеля, выступает возможность принудительного привода последнего (ч. 2 ст. 168 ГПК РФ), осуществляемого силами судебных приставов по обеспечению установленного порядка деятельности судов.

Однако вызов в суд порождает и иные последствия, не связанные с применением мер ответственности. Свидетели, эксперты, специалисты и переводчики как лица, содействующие осуществлению правосудия, не имеют самостоятельного процессуального или материального интереса в исходе дела, но обязаны тем не менее подчиниться требованию суда о явке и принять участие в рассмотрении гражданского дела. Выполнение перечисленных обязанностей влечет или может повлечь для них расходы на проезд и наем жилого помещения, дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства, затраты времени на исполнение процессуальных обязанностей. Поэтому одним из последствий вызова в суд в качестве лица, содействующего осуществлению правосудия, может быть названо возникновение права на получение возмещения расходов на проезд, расходов на наем жилого помещения и дополнительных расходов, связанных с проживанием вне места постоянного жительства (суточных), как это установлено ст. 95 ГПК РФ.

Вопрос о денежной компенсации временных затрат решается неодинаково применительно к свидетелям и экспертам, специалистам, переводчикам, поскольку участие первых в гражданском судопроизводстве не оплачивается, а вторые априори и по общему правилу получают за выполненную ими по поручению суда работу вознаграждение, окончательный размер которого определяется судом (ч. 3 ст. 95 ГПК РФ). То есть предполагается, что время, потраченное экспертом, специалистом, переводчиком на выполнение процессуальных обязанностей, учитывается при определении размера его вознаграждения, в связи с чем выплата денежной компенсации не требуется.

Право свидетеля на возмещение расходов, связанных с вызовом в суд, и на получение денежной компенсации в связи с потерей времени прямо закреплено ч. 3 ст. 70 ГПК РФ. Дополнительная гарантия получения свидетелем причитающихся ему денежных сумм установлена ч. 1 ст. 97 ГПК РФ, согласно которой выплаты свидетелю производятся по выполнении им своих обязанностей независимо от сроков фактического поступления от сторон судебных расходов на счета, именуемые обычно депозитными счетами судов (ч. 1 ст. 96 ГПК РФ).

Для свидетелей — работающих граждан размер компенсации определяется исходя из фактических затрат времени на исполнение обязанностей свидетеля и их среднего заработка. Для свидетелей — неработающих граждан — из фактических затрат времени на исполнение обязанностей свидетеля и установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Проведенный анализ позволяет придти к следующим выводам.

Извещение есть передача органом правосудия лицам, участвующим в деле, любой процессуальной информации, в том числе о движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, не связанная с возложением на таких лиц процессуальных обязанностей (по явке в суд, предоставлению документов, сведений), совершаемая в форме, обеспечивающей достоверную фиксацию переданной информации и факта ее получения адресатом.

Вызов представляет собой обязательное для исполнения, под угрозой применения принудительных мер или мер ответственности, требование органа правосудия о явке в суд или предоставлении документов или сведений, совершаемое в форме, обеспечивающей достоверную фиксацию переданного требования и факта его получения адресатом.

Термин «уведомление» в процессуальном законе предлагается заменить извещением, поскольку первый в настоящее время не имеет самостоятельного содержания (смысла), является дублирующим, т. е. одно и то же понятие обозначается в процессуальном законе двумя различными словами, что не отвечает требованиям законодательной (юридической) техники. Применительно к учебной, научной литературе и правоприменительной практике уведомление может использоваться как более широкое понятие, охватывающее собой и извещение, и вызов, т. е. любые способы информирования участников гражданского судопроизводства о наличии гражданского дела, судебном заседании или совершении отдельных процессуальных действий.

Могут быть также выделены характерные черты извещения и вызова, позволяющие разграничить эти понятия.

По субъективному признаку: извещение направляется лицам, участвующим в деле, круг которых определяется согласно ст. 34 ГПК РФ. Вызов может быть адресован лицам, содействующим правосудию: свидетелям (а с учетом положений ч. 1 ст. 179 ГПК РФ и родителям, усыновителям, опекунам или попечителям несовершеннолетнего свидетеля), экспертам, специалистам, переводчикам.

Извещение и вызов влекут различные правовые последствия для лиц, которым они предназначены.

Извещение по своей природе носит информативный характер и не накладывает на своего адресата обязанностей по совершению тех или иных действий. В большинстве норм гражданского процессуального права рядом с упоминанием необходимости известить о чем-либо лиц, участвующих в деле, соседствует оговорка о том, что неявка надлежащим образом извещенных лиц не препятствует дальнейшему производству по гражданскому делу.

Извещая участвующее в деле лицо, орган правосудия обеспечивает такого участника гражданского судопроизводства достоверными и своевременными сведениями о судебном заседании, совершении отдельного процессуального действия или движении дела, что является одной из гарантий соблюдения права каждого на справедливое судебное разбирательство. Отсутствие извещения лишает лицо, участвующее в деле, возможности воспользоваться принадлежащими ему процессуальными правами. Его наличие в силу действия принципа диспозитивности, означающего приоритет волеизъявления лиц, участвующих в деле, по распоряжению своими правами и средствами процессуальной защиты [14, с. 17], оставляет объем реализуемых правомочий на усмотрение соответствующего субъекта. Неявка в суд по извещению влечет главным образом последствия процессуального характера (например, отсутствие возможности привести дополнительные доводы, угроза разрешения спора по имеющимся в деле доказательствам и т. п.). Наличие иных последствий прямо противоречило бы названному принципу, поскольку ограничило бы свободу выбора того или иного варианта поведения.

Можно утверждать, что правовая природа извещения многоаспектна и обусловлена процессуальным положением лиц, участвующих в деле, в том числе наличием у них как материальных, так и процессуальных интересов, действием принципов диспозитивности, состязательности и равноправия сторон, непосредственности. Извещение в гражданском процессе должно служить одной из реально действующих гарантий права каждого на справедливое судебное разбирательство.

Вызов в отличие от извещения может быть назван требованием, снабженным санкцией и (или) возможностью принудительного исполнения [10, с. 137—139]. Не случайно вызов упомянут в числе обязательных и подлежащих неукоснительному исполнению на территории Российской Федерации волеизъявлений суда (ч. 2 ст. 13 ГПК РФ).

Таким образом, правовая и фактическая природа всей совокупности судебных извещений и вызовов заключается в том, что они представляют собой передачу информации от судьи (суда) остальным участникам гражданского судопроизводства, а, следовательно, в самом общем виде они могут именоваться судебными уведомлениями. С теоретико-практической точки зрения целесообразно выделять три самостоятельные разновидности судебных уведомлений: извещение, вызов и уведомление о гражданском деле.

Различие между извещением и вызовом обусловлено характером транслируемых значимых сведений и процессуально-правовым положением адресата. В первом случае — это сведения, указывающие на возможность реализации лицом, участвующим в деле, комплекса принадлежащих ему прав, связанных с его вовлеченностью в гражданское судопроизводство. Получение стороной, заявителем, заинтересованным лицом, третьим лицом извещения представляет собой необходимое условие приведения в действие потенциально существующего объема правомочий субъекта гражданских процессуальных правоотношений (уведомление о праве). Во втором случае имеет место властное волеизъявление органа судебной власти, обязывающее лицо, содействующее осуществлению правосудия, совершить определенные установленные законом действия в интересах разбирательства конкретного гражданского дела (уведомление об обязанности).

 

 

Список литературы

 

1. Александров В.А., Величко М.Г. Потенциал правового регулирования судебных извещений // Законодательство. 2007. № 5.

2. Бондарь Н.С. Судебный конституционализм в России в свете конституционного правосудия. — М., 2011.

3. Варламова Н. Принцип правовой определенности в практике Европейского суда по правам человека // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 2002. № 4 (41).

4. Венедиктов А.А. Проблемы установления юридического факта надлежащего извещения граждан и юридических лиц // Законодательство. 2010. № 6.

5. Викут М.А. О юридической терминологии в гражданском процессуальном праве // М.А. Викут — 60 лет научно-педагогической деятельности. — Саратов, 2007.

6. Осокина Г.Л. Гражданский процесс. Общая часть. — М., 2003.

7. Дергачев С.А. Юридический и фактический адрес юридического лица: проблемы надлежащего извещения // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2008. № 3 (184).

8. Жилин Г.А. Правосудие по гражданским делам: актуальные вопросы: монография. — М., 2010.

9. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный, научно-практический) / под ред. М.А. Викут. — М., 2003 (автор главы — Захаров В.Н.).

10. Корнилов В.Н. К вопросу об употреблении терминов «извещение» и «вызов» в законодательстве и литературе // Основы гражданского судопроизводства и развитие гражданского процессуального законодательства и теории: сб. науч. тр. — М., 1982.

11. Крохалев С.В. Категория публичного порядка в международном гражданском процессе. — СПб., 2006.

12. Масаладжиу Р. Принцип правовой определенности в науке, практике ЕСПЧ и его влияние на доступность правосудия на стадии надзорного производства в гражданском и арбитражном процессе // Арбитражный и гражданский процесс. 2009. № 7.

13. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений. 4-е изд., доп. — М., 1999.

14. Полянская Н.Ю. Реализация принципа диспозитивности в механизме гражданского процессуального регулирования: автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Саратов, 2005.

15. Спицин И.Н. Проблемы транспарентности в гражданском и арбитражном процессе: автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Екатеринбург, 2011.

 

16. Шаманаев В.И. Судебные извещения: взгляд сквозь призму реалий практики // Администратор суда. 2009. № 1. 

Чтобы получить короткую ссылку на этот материал, скопируйте ее в адресной строке браузера и нажмите на кнопку: