УДК 342.565

Страницы в журнале:  80-83

 

В.С. Алисултанов,

аспирант кафедры конституционного и муниципального права РГСУ, эксперт по правовым вопросам Фонда «Правовые технологии XXI века», судья тендерного арбитражно-третейского суда Россия, Москва vadim05001@gmail.com

 

Оптимизация деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов приобрела особую актуальность после образования в судебной системе России единого высшего судебного органа — Верховного Суда РФ. Роль судов общей юрисдикции и арбитражных судов в судебной системе определяется с учетом различий форм реализации судебной власти в уголовном, гражданском, арбитражном процессе или при рассмотрении дел об административных правонарушениях. При этом единство судебной системы подразумевает общую правовую основу, на которой базируется вся судебная деятельность.

Ключевые слова: деятельность, принцип, право, судебная власть, судебная система, суд общей юрисдикции, арбитражный суд, взаимодействие, судебная реформа.

 

Конституционные основы деятельности судебной власти в России регламентированы рядом положений Конституции РФ (статьи 10—11, 46, 118—128) и достаточно большим количеством федеральных конституционных законов, принятых в развитие конституционно-правовых норм (от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе» (далее — Закон № 1-ФКЗ), от 23.06.1999 № 1-ФКЗ «О военных судах», от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», от 07.02.2011 № 1-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации», от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации», от 05.02.2014 № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» (далее — Закон № 3-ФКЗ)).

Закон № 1-ФКЗ выделяет две подсистемы судов по административно-территориальному принципу: федеральные суды и суды субъектов федерации. При этом и суды общей юрисдикции, и арбитражные суды отнесены к подсистеме федеральных судов. Суды общей юрисдикции и арбитражные суды справедливо признаются в юридической литературе автономными частями (подсистемами) судебной системы России [1, с. 14]. До принятия в 2014 году поправок к ст. 126 Конституции РФ и Закона № 3-ФКЗ эта автономность подчеркивалась тем, что обе подсистемы возглавлялись разными органами — Верховным Судом РФ и Высшим Арбитражным Судом РФ. Кроме того, внутри каждой из них были варьированы принципы построения отдельных звеньев.

Для судов общей юрисдикции использовалась трехзвенная конструкция — районные (городские) суды, суды субъектов Российской Федерации, ВС РФ в лице соответствующих коллегий. Для арбитражных судов — четырехзвенная конструкция: арбитражные суды субъектов Российской Федерации, апелляционные арбитражные суды, арбитражные суды округов, ВАС РФ.

При этом на начальном этапе судебной реформы становление арбитражных судов происходило достаточно быстрыми темпами, а наряду с этим несколько раз (в 1995 и 2002 годах) коренным образом обновлялось и арбитражно-процессуальное законодательство, причем именно в направлении совершенствования инстанционности [13, с. 6—7]. По существу, до февраля 2014 года внутри российской судебной системы оформились два автономных компонента — федеральные суды общей юрисдикции и федеральные арбитражные суды. Мировая юстиция и органы судебного конституционного контроля как составные части судебной системы развивались собственным эволюционным путем, не относящимся к предмету нашего исследования.

Стабильность и единство судебной системы неслучайно рассматриваются в юридической литературе как своеобразные индикаторы ее работоспособности [8, с. 234]. Гарантией устойчивости судебной системы выступает, по мнению ряда авторов, утвержденная Конституцией РФ процедура принятия федеральных конституционных законов, требующая согласия квалифицированного большинства обеих палат Федерального Собрания (ч. 2 ст. 108 Конституции РФ) [6, с. 7]. Вместе с тем судебная система относится к динамическим системам, характеризующимся направленным движением и развитием. Условия для этого создает законотворческая деятельность, внесение законодателем изменений в установленный порядок правового регулирования. Так, по мнению А.Е. Козлова, конституционные нормы и принципы, регулирующие судебную систему, подразделяется на три группы:

1) принципы, определяющие взаимоотношения личности и судебной власти;

2) нормы организации судебной системы (осуществление правосудия только судом в соответствии с законом, единство судебной системы, сочетание профессиональных и непрофессиональных начал в осуществлении правосудия);

3) принципы функционирования судебной системы (независимость, несменяемость и неприкосновенность судей, гласность судопроизводства, состязательность и равноправие сторон в процессе) [5, с. 348—351].

Если конституционные положения, регламентирующие взаимоотношения личности и судебной власти, а также принципы функционирования судебной системы трансформации не подлежат, то нормы организации судебной системы могут изменяться. В первом случае речь идет о том, что в правовом государстве принципы судебной защиты остаются незыблемыми, так же как и правовой статус судей как носителей судебной власти. Во втором — об оптимизации деятельности органов, входящих в структуру судебной системы, которая необходима ввиду объективно сложившихся обстоятельств. Во-первых, в связи с данными о количестве дел, ежегодно разбираемых судами. В 2010 году суды общей юрисдикции рассмотрели по первой инстанции 1 073 519 уголовных дел, 14 102 286 гражданских дел и 5 326 878 дел об административных правонарушениях, а арбитражные суды — 1 197 103 дела. В 2013 году эти показатели для судов общей юрисдикции составили 943 939, 12 831 652 и 5 808 943 соответственно [14], для арбитражных судов — 1 247 863 [15]. Во-вторых, провозглашение в ст. 3 Закона № 1-ФКЗ ее единства подразумевает общую правовую основу, на которой базируется вся судебная деятельность. Для российских судов такой основой является Конституция РФ, федеральные конституционные законы и федеральные законы, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации, конституции (уставы) и законы субъектов Российской Федерации. Кроме того, все федеральные суды обязаны соблюдать установленные федеральными законами правила судопроизводства. Исходя из этого, объединение федеральных судов общей юрисдикции и федеральных арбитражных судов «под эгидой» ВС РФ выглядит логически обоснованным. Осуществляя судебный надзор за деятельностью судов, выступая в качестве апелляционной и кассационной инстанций, давая разъяснения по вопросам судебной практики, этот орган возглавит обе подсистемы и получит возможность координировать судебную деятельность.

За годы, прошедшие с момента начала судебной реформы, федеральные суды общей юрисдикции и федеральные арбитражные суды стали полноценными компонентами российской судебной системы. Одновременно они по существу обособились внутри нее, что произошло по причине различной подведомственности дел судам и породило множественные утверждения о существовании в России «нескольких систем правосудия» и недостатков в виде «слишком общей специализации судов общей юрисдикции» [2, с. 8]. В современных научных исследованиях обоснованы перспективы необходимости выделения административных судов, при этом становление и развитие административного судопроизводства связывается с созданием в судах субъектов Российской Федерации коллегий по административным делам, что свидетельствует об усилении влияния административного судопроизводства на построение и функционирование всей судебной системы [10, с. 33]. При этом, по мнению П.П. Серкова, например, дуализм правового регулирования административного судопроизводства исчерпал свои ресурсы, в связи с чем требуется законодательное решение относительно его специализированного регулирования. Исследователь, таким образом, склоняется к тому, что рассмотрение дел об административных правонарушениях не должно осуществляться и судами общей юрисдикции, и арбитражными судами, а необходимо учреждение еще одной структуры судебных органов в рамках действующей судебной системы [12, с. 8]. Альтернативным вариантом, как можно предположить, выступает передача полномочий по рассмотрению дел об административных правонарушениях одной из действующих подсистем — или судам общей юрисдикции, или арбитражным судам.

При этом юридические принципы осуществления правосудия для судов общей юрисдикции и арбитражных судов оставались идентичными, закрепленными в положениях Конституции РФ и Закона № 1-ФКЗ. Различия имели скорее формы реализации судебной власти в уголовном, гражданском, арбитражном процессе или при рассмотрении дел об административных правонарушениях, на что справедливо обращалось внимание в литературе [7, с. 22]. Так, А.Ф. Изварина утверждает, что формы судопроизводства выступают и формами реализации функций судебной власти [4, с. 26]. Ученые-процессуалисты, например, обращали внимание на то, что функция правосудия — стержневая для всей судебной системы — должна быть свойственна и каждому ее звену [11, с. 305]. Следует отметить: ч. 1 ст. 2 Закона РФ от 26.06.1992 № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» наделяет всех судей единым статусом и правовыми гарантиями. Если обращаться к иным функциям судебной власти, например, к осуществлению контроля, то различие в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов проводится также с учетом подведомственности дел и принадлежности заявителя к физическим или юридическим лицам. При этом полномочия в отношении конкретного нормоконтроля предоставлены и арбитражным судам, и судам общей юрисдикции [10, с. 4].

Следует отметить, что место и роль судов общей юрисдикции и арбитражных судов в судебной системе Российской Федерации могут быть рассмотрены с учетом положений Основных принципов независимости судебных органов, принятых резолюциями Генеральной Ассамблеи ООН от 29.11.1985 и 13.12.1985. Среди них можно выделить:

— государственные гарантии независимости судебных органов;

— общие принципы рассмотрения дел судами (беспристрастность, разрешение дела на основе фактов и в соответствии с законом, запрет оказания воздействия на судей);

— обязанность судьи обеспечить справедливое ведение судебного разбирательства.

В развитие этих положений Рекомендация 42 CM/Rec (2010)12 Комитета Министров Совета Европы предусматривает, что с целью содействия эффективному осуществлению правосудия и постепенному усовершенствованию его качества государства-члены должны вводить системы оценки судей органами судебной власти. Правила оценки должны затронуть все судебные органы независимо от их принадлежности к общей или специализированной юрисдикции.

Предоставляя право каждому на судебную защиту прав, свобод и законных интересов, ч. 1 ст. 46 Конституции РФ не конкретизирует особенностей или различий этой защиты в судах общей юрисдикции или арбитражных судах. Исходя из этого, роль судов общей юрисдикции и арбитражных судов в судебной системе России может быть определена следующим образом.

Во-первых, данное и иные конституционные положения, закрепленные в статьях 118 и 120 Конституции РФ, утверждают основное направление реализации судебной власти в виде осуществления правосудия и защиты прав и законных интересов субъектов.

Во-вторых, различие в подведомственности дел судам устанавливается в процессуальном законодательстве (уголовном, гражданском, арбитражном) и законодательстве об административных правонарушениях.

В-третьих, осуществляя правосудие и реализуя иные полномочия, предоставленные им как органам судебной власти, суды (и судьи как должностные лица — носители судебной власти) руководствуются одними и теми же принципами деятельности и пользуются равным объемом материально-правовых и процессуальных гарантий и гарантий независимости. Кроме того, справедливым является мнение ученых, предлагающих под правосудием по гражданским делам понимать деятельность судов общей и арбитражной юрисдикции по рассмотрению и разрешению отнесенных к их ведению гражданских дел, осуществляемую в соответствии с порядком, установленным гражданским и арбитражным процессуальным законодательством, и обеспечивающую защиту прав, свобод и законных интересов участников гражданского оборота [3, с. 42]. Данный подход обусловливает необходимость взаимодействия между судами общей юрисдикции и арбитражными судами.

 

 

Список литературы

 

1. Алехина О.М. Арбитражные суды в механизме современного российского государства: теоретико-правовой аспект: дис. … канд. юрид. наук. Тамбов, 2004.

2. Доклад о проблемах реформирования судебной системы Российской Федерации / под общ. ред. Б.Н. Пантелеева. М.: АНО «Агентство правовой информации “Человек и закон”», 2014.

3. Жилин Г.А. Правосудие по гражданским делам: актуальные вопросы: моногр. М.: Проспект, 2010.

4. Изварина А.Ф. Судебная система России (концептуальные основы организации, развития и совершенствования): моногр. М.: Проспект, 2014.

5. Козлов А.Е. Конституционное право. М.: БЕК, 1997.

6. Комментарий к Федеральному конституционному закону «О судебной системе Российской Федерации» / отв. ред. В.И. Радченко. М.: Норма, 2003.

7. Лазарева В.А. Особенности формы реализации судебной власти в уголовном процессе // Вестник Нижегородского государственного университета. 2001. № 2. С. 22—26.

8. Лебедев В.М. Становление и развитие судебной власти в Российской Федерации. М.: РАП, 2008.

9. Никитин С.В. Судебный контроль за нормативными правовыми актами в гражданском и арбитражном процессе: моногр. М.: РАП, 2010.

10. Пешкова Т.В. Административное судопроизводство в судах общей юрисдикции Российской Федерации: дис. … канд. юрид. наук. Воронеж, 2014.

11. Права человека: учеб. / под ред. Е.А. Лукашевой. М.: Норма, 2004.

12. Серков П.П. Административная юстиция в России: проблемы теории и практики // Российский судья. 2012. № 12. С. 8—10.

13. Яковлев В.Ф. Опыт создания арбитражных судов // Вестник ВАС РФ. 2012. № 1. С. 6—25.

14. Рассмотрение судами общей юрисдикции дел по первой инстанции за 2010—2013 годы. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=2439

15. Статистический отчет о работе арбитражных судов в Российской Федерации в 2013 году. URL: http://www.arbitr.ru/_upimg/BA56B64409E63370CC611FE1DCC99CB8_an_zap.pdf