УДК 347.62
 
О.В. ФЕТИСОВА,
кандидат юридических наук, старший преподаватель кафедры семейного и ювенального права факультета юриспруденции и ювенальной юстиции Российского государственного социального университета
 
В статье проводится сравнительный анализ условий и порядка признания брака как недействительным, так и несостоявшимся. Определяются правовые последствия заключения таких браков. Обосновывается вывод, что институт несостоявшегося брака является самостоятельным семейно-правовым институтом, требующим четкого законодательного регулирования.
 
The author of this work conducts a comparative review of terms and procedural framework in matters of recognizing marriage as void and abortive. The book also pinpoints the legal consequences of contracting such marriages.
The author arrives at the conclusion that the institution of an abortive marriage is a full-fledged institution of the family law which requires clear-cut legal regulation.
Ключевые слова (keywords): недействительные брак (null and void marriage); несостоявшийся брак (abortive marriage); оспоримая сделка (impugnable transaction); ничтожная сделка (void transaction).
 
Проблема совершения браков вопреки установленным правилам и условиям существовала всегда. Для их обозначения были выработаны два понятия: первое — недействительный брак, второе — несостоявшийся брак.
Институт недействительности брака то появлялся, то исчезал с российского «правового горизонта»[1]. Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве РСФСР 1918 г.[2] впервые закрепил данный правовой институт, посвятив ему главу [3]. Был определен исчерпывающий перечень оснований, достаточных для признания заключенного брака недействительным. Среди них: совершение брака до достижения супругами или одним из них брачного возраста; заключение брака с душевнобольным или с лицом, находящимся в состоянии, при котором он не способен действовать рассудительно и не может понимать значение своих действий; нахождение одного из лиц на момент регистрации брака в другом зарегистрированном браке. В Кодексе законов о браке, семье и опеке РСФСР 1926 г.3 возможность признания брака недействительным прямо не упоминалась, хотя в ст. 6 перечислялись обстоятельства, препятствовавшие регистрации брака (одно из лиц, вступающих в брак, состоит в другом зарегистрированном или незарегистрированном браке; признание одного из брачующихся в установленном порядке слабоумным или душевнобольным; наличие между будущими супругами родственной связи по прямой восходящей и нисходящей линии). Заинтересованным лицам предоставлялась возможность в судебном порядке оспорить записи, внесенные в книгу записей актов гражданского состояния, что следовало из
ст. 116 указанного кодекса. Данное общее правило распространялось и на записи о заключении брака. Стабильный вариант законодательной редакции был закреплен в Кодексе о браке и семье РСФСР 1969 г.[4] и подтвержден, разумеется, с изменениями, продиктованными временем, действующим в настоящее время Семейным кодексом РФ[5]. Институт недействительности брака представляет собой самостоятельный семейно-правовой институт, регламентированный статьями 27—30 СК РФ. Весьма четко сформулированы основания, необходимые для признания брака недействительным, регламентирован порядок признания брака таковым, определены правовые последствия, вытекающие из факта признания брака недействительным.
Судьба института несостоявшегося брака не имеет столь обширной практики законодательного регулирования. Ни в нормативных актах советского периода, ни в последующих российских нормативных актах не упоминались и, к сожалению, не упоминаются условия, процедура и последствия признания брака несостоявшимся. И это несмотря на то, что как условия, так и порядок заключения брака регулируются императивными нормами. Более того, некоторые специалисты не рассматривают несостоявшийся брак как самостоятельное семейно-правовое явление, а выделяют лишь недействительный брак[6], подменяя тем самым понятия, что, по нашему мнению, противоречит прямому указанию закона.
К обстоятельствам, влекущим за собой недействительность брака в соответствии со ст. 27 СК РФ, относятся:
— отсутствие взаимного добровольного согласия будущих супругов на вступление в брак;
— заключение брака с несовершеннолетним лицом, при отсутствии у него разрешения на вступление в брак до достижения брачного возраста;
— заключение брака между лицами, из которых хотя бы одно лицо уже состоит в другом зарегистрированном браке;
— заключение брака между близкими родственниками;
— заключение брака между усыновителями и усыновленными;
— заключение брака между лицами, из которых хотя бы одно лицо признано недееспособным вследствие психического расстройства;
— сокрытие одним из лиц, вступающих в брак, наличия у него венерической болезни или ВИЧ-инфекции;
— фиктивный брак.
Как отмечается в п. 23 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», данный перечень является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию. Соответственно, можно признать недействительным только брак, который заключен с нарушением установленных СК РФ требований, перечисленных выше. Иными словами, поскольку брак есть волевой юридический акт, то условиями его действительности являются требования закона: во-первых, о необходимом уровне семейной правосубъектности будущих мужа и жены; во-вторых, о соответствии волеизъявления внутренней воле каждой из сторон грядущего брачного союза; в-третьих, о намерениях лиц, вступающих в брак, создать семью, породить взаимные супружеские личные и имущественные права и обязанности.
Федеральный закон РФ от 15.11.1997 № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» (далее — Закон об актах гражданского состояния) весьма точно и однозначно регламентирует порядок регистрации актов гражданского состояния, одним из которых является заключение брака. О нарушении процедурных правил регистрации брака можно говорить в следующих случаях:
— при производстве регистрации брака неуполномоченным на это лицом или органом (статьи 4, 5 Закона об актах гражданского состояния);
— при регистрации брака работником органа записи актов гражданского состояния, находящимся в родственной связи с одним из лиц, вступающих в брак (п. 6 ст. 6 Закона об актах гражданского состояния);
— при подаче заявления о заключении брака одним из будущих супругов от имени другого, либо подача аналогичного заявления третьим лицом (представителем) (п. 1 ст. 26 Закона об актах гражданского состояния);
— при регистрации брака до истечения месячного срока со дня подачи соответствующего заявления в орган записи актов гражданского состояния, если этот срок не был сокращен в установленном порядке (п. 1 ст. 11 СК РФ);
— при регистрации брака в отсутствии одного из будущих супругов, либо если в момент регистрации брака в качестве жениха или невесты присутствовало иное лицо, предъявив подложные документы (п. 4 ст. 27 Закона об актах гражданского состояния);
— при выдаче свидетельства о заключении брака без обязательных атрибутов (печати, подписи руководителя органа записи актов гражданского состояния) (статьи 8, 30 Закона об актах гражданского состояния).
Наличие подобных недочетов при оформлении брака не является основанием для признания его недействительным, на что особо обращается внимание в приведенном выше постановлении Пленума ВС РФ. В этой связи возникает вопрос, каким же образом должна разрешаться подобная дилемма?
Очевидно, основания для признания брака недействительным и несостоявшимся не имеют общих точек соприкосновения, поскольку характеризуют заключение брака с разных сторон. При этом сами основания, определяющие брак как несостоявшийся, имеют различную правовую окраску. В этой связи возможные нарушения при оформлении брачного союза могут быть устранимыми и неустранимыми. Неустранимые нарушения — существенные (грубые) изъяны установленной процедуры. Таковым можно считать, например, регистрацию брака в отсутствии одного из брачующихся в результате совершения противоправных действий другой стороной и (или) работником органа записи актов гражданского состояния. В этом случае, в отличие от иных ситуаций, наблюдается нарушение принципа одновременного личного общения вступающих в брак с компетентным представителем органа записи актов гражданского состояния[7]. Как правило, о регистрации брака «супруги» или один из них узнают лишь после того, как она была произведена[8]. Грубое нарушение — это и регистрация брака по предъявлении чужих документов, и совершение брака ненадлежащим лицом или органом (например, командиром воинской части). Брак в этих случаях считается незаключенным. Все иные нарушения являются менее серьезными, а значит, могут быть устранены, но при условии, что в момент регистрации брака присутствовали оба брачующиеся лица.
Отметим, что существует очевидная проблема в выявлении браков, совершенных с нарушением процедуры, о чем свидетельствует отсутствие какой-либо судебной практики. Рассмотрим вполне реальную ситуацию, при которой лица, желая сократить установленный для регистрации брака месячный срок, не имея на то веских, уважительных причин, путем подкупа работника органа записи актов гражданского состояния заключают брак в день обращения. При этом они сами могут не знать, да не узнать и никогда, что совершили неправомерное действие, влекущее отношение к их браку как к несостоявшемуся. Вполне вероятно, что впоследствии они вообще забудут о данном факте.
Существует мнение, что недействительные и несостоявшиеся браки можно сравнить с оспоримыми и ничтожными сделками в гражданском праве[9]. Подобное соотношение имеет значение, прежде всего, для установления различий в порядке и правовых последствиях совершения недействительного и несостоявшегося браков.
Ничтожными (или абсолютно недействительными) признаются сделки, недействительные в силу самого закона. Они являются таковыми уже с момента заключения и не порождают у сторон прав и обязанностей, независимо от того, будет или нет предъявлен в суд иск о признании их недействительными. Исковое заявление может быть подано любым заинтересованным лицом. Предмет иска — требование применить установленные законом последствия заключения такой сделки, а не признание ее недействительной. В отличие от ничтожных, оспоримые (относительно недействительные) сделки с момента заключения порождают у сторон взаимные права и обязанности (т. е. являются действительными), но вследствие оспаривания по основаниям, предусмотренным ГК РФ, могут быть признаны судом недействительными. Предмет же искового требования включает два элемента: признание сделки недействительной и применение последствий недействительности[10].
Проводя аналогию с оспоримой сделкой, можно заключить, что недействительный — это брак, который по внешним признакам представляется заключенным правильно, но ему присуща юридическая неполноценность, связанная с наличием пороков субъектного состава, воли и проч. Несостоявшийся же брак — тот, который никогда не возникал[11], так как его в юридическом смысле не было. При этом если основание недействительности брака может отпасть само по себе, например, суд может признать брак действительным, если к моменту рассмотрения дела о признании брака недействительным отпали те обстоятельства, которые в силу закона препятствовали его заключению (п. 1 ст. 29 СК РФ), то отсутствие брака
из-за несоблюдения процедурной формы его заключения есть факт сам по себе неустранимый[12].
Дела о признании браков недействительными рассматриваются судом по требованию заинтересованных лиц. Предмет иска складывается из двух частей: признание существующего брака недействительным и как следствие — аннулирование актовой записи о заключении брака.
В свою очередь, поскольку несостоявшийся брак, как отмечалось выше, изначально не существовал, то можно согласиться с мнением большинства авторов, считающих, что в данном случае следует обращаться в суд с исковым требованием об аннулировании актовой записи о заключении брака[13].
Разрешение вопроса о возможных правовых последствиях заключения недействительного и несостоявшегося браков имеет принципиальное значение. В ст. 30 СК РФ определены по-
следствия признания брака недействительным. Например, указывается, что такой брак не порождает супружеских прав и обязанностей; к имуществу, нажитому в таком браке, применяются положения ГК РФ о долевой собственности, брачный договор признается недействительным, действует презумпция отцовства и пр.
Вопрос о последствиях несостоявшегося брака не имеет однозначного ответа. По крайней мере, такой «брак» не порождает прав и обязанностей супругов, ребенок, рожденный в таком «браке», не приобретает по отношению к отцу обычных прав. Но в силу важности, этот вопрос, по нашему мнению, должен найти разрешение на законодательном уровне, поскольку и в данном случае должна действовать презумпция отцовства, а также должны быть защищены права и интересы добросовестного супруга, который не имел представления о регистрации с ним брака или об иных нарушениях.
В заключение хочется обратиться к опыту зарубежных стран. Так, согласно Германскому гражданскому уложению, брак может быть признан недействительным только на основании решения суда и прекращается с момента вступления его в законную силу. В перечне оснований, достаточных для признания брака недействительным, указаны: на момент заключения брака один из супругов не достиг совершеннолетия, состоит в другом законном браке, является недееспособным, был введен в заблуждение и вследствие этого вступил в брак; при непосредственной регистрации брака один из супругов находился в бессознательном со-
стоянии или в состоянии психического расстройства, не зная, что речь идет о заключении брака; одного из супругов противоправно заставили путем угроз вступить в брак; оба супруга при заключении брака не хотели брать на себя взаимные обязательства о ведении совместной брачной жизни и взаимной ответственности, а также наличие запрещенной законом родственной связи между будущими супругами. Данные обстоятельства, по сути дела, являются традиционными для семейного законодательства большинства государств, например, Венгрии, Италии, Польши, Франции, Швейцарии, Украины, Белоруссии. Однако далеко не везде упоминается о нарушении порядка заключения брака. Опять-таки в Германском гражданском уложении к указанным выше основаниям примыкает заключение брака в отсутствие обоих супругов[14]. В венгерском Законе о браке, семье и опеке помимо иных оснований признания брака недействительным указывается на несоблюдение формальных условий совершения брака (регистрация брака лицом, неуполномоченным на совершение данного юридически значимого действия, а также заключение брака на основании заявления, поданного в отсутствие брачующихся)[15]. В Кодексе о семье и опеке Польши список традиционных оснований признания брака недействительным дополняется нарушениями правил вступления в брак, а именно: совершение религиозной церемонии без последующей регистрации в органах записи актов гражданского состояния; нарушения, имеющие место при вступлении в брак через представителя (отсутствие разрешения суда на то, чтобы при оформлении брака заявление о вступлении в брак было сделано через представителя)[16]. Наконец, Французский Гражданский кодекс фиксирует, в том числе, нарушения основных правил о форме совершения брака (публичность совершения и компетенция должностного лица, ведущего акты гражданского состояния)[17].
Таким образом, можно констатировать, что на сегодняшний день институт несостоявшегося брака не имеет своего собственного «лица», что, на наш взгляд, не правильно. Данная тенденция характерна не только для России, но и для других государств. Несмотря на то, что в семейно-правовых актах некоторых стран упоминаются нарушения порядка регистрации брака, их допущение, однако, в любом случае влечет за собой признание брака недействительным.
 
Библиография
1 Тарусина Н.Н. Семейное право: Учеб. пособие. — М., 2001. С. 69.
2 Собрание уложений РСФСР. 1918. № 76—77. Ст. 818.
3 Собрание уложений РСФСР. 1926. № 82. Ст. 612.
4 Свод законов РСФСР. 1969. № 32. Ст. 1086.
5 См.: Тарусина Н.Н. Указ. раб. С. 69.
6 См.: Судебная защита семейных прав / Под ред. Н.М. Костровой. — М., 2008. С. 126.
7 См.: Оридорота М.Е. Брачное правоотношение. — Киев, 1971. С. 109.
8 См.: Шахматов В.П., Хаскельберг Б.Л. Новый кодекс о браке и семье РСФСР. — Томск, 1970. С. 125.
9 Там же. С. 126.
10 Гражданское право. Часть первая / Под общ. ред. Т.И. Илларионовой, Б.М. Гонгало, В.А. Плетнева. — М., 1998. С. 212.
11 См.: Рясенцев В.А. Семейное право. — М., 1971. С. 153—154.
12 Андреева Л.А., Медведев О.М. Недействительность брака по семейному праву Российской Федерации. — М., 1996. С. 47.
13 См., например: Шахматов В.П., Хаскельберг Б.Л. Указ. раб. С. 125; Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. И.М. Кузнецова. — М., 2002. С. 104; Судебная защита семейных прав. Указ. раб. С. 128.
14 Семейное право Российской Федерации и иностранных государств: Основные институты / Под ред. В.В. Залесского. — М., 2004. С. 146-147.
15 Там же. С. 145.
16 Там же. С. 149—150.
17 Там же. С. 153.