УДК 341.9

СОВРЕМЕННОЕ ПРАВО №9 2011 Страницы в журнале: 116-120 

 

Е.А. ВОСТРИКОВА,

соискатель кафедры правового обеспечения рыночной экономики Российской академии государственной службы при Президенте РФ

 

Научный руководитель:

Т.Н. НЕШАТАЕВА,

доктор юридических наук, профессор

 

В статье впервые в отечественной научной литературе анализируется вопрос о природе и структуре нового правового явления — lex sportivа, которое возникло в связи с необходимостью разрешения спортивных споров. Являясь наднациональным регулятором международных частных спортивных отношений, lex sportivа сочетает в себе элементы мягкого и твердого права и представляет собой в определенной степени аналог lex mercatoria для спорта.

Ключевые слова: международные частные спортивные отношения, разрешение спортивных споров, lex sportivа, аналог lex mercatoria для спорта.

 

Lex sportivа — a nonnational regulator the international private sports relations

 

Vostrikova E.

 

In article for the first time in the domestic scientific literature the question on the nature and structure of the new legal phenomenon — lex sportivа which has arisen in connection with necessity of the permission of sports disputes is analyzed. Being a supranational regulator of the international private sports relations, lex sportivа combines elements of the soft and firm right and represents in certain degree analog lex mercatoria for sports.

Keywords: International private sport relations, solving sport disputes, lex sportivа,  analogue of lex mercatoria for sport.

 

В  рамках международного спортивного движения зародился особый способ регулирования международных частных спортивных отношений, который получил название lex sportivа.

На настоящий момент ни в зарубежной, ни в отечественной научной доктрине не сложилось единого мнения по вопросу дефиниции lex sportivа, ее структурных элементов и источников.

Как отмечает Т. Шульц, «…даже если это понятие широко используется теоретиками спортивного законодательства и иногда даже судебными инстанциями, гораздо реже можно встретить стоящие определения или заслуживающее внимания исследование, основанное на проверенном на практике теоретическом предположении»[1].

Термин lex sportivа возник в 90-х годах прошлого столетия. В настоящее время он широко используется Спортивным арбитражным судом в Лозанне (далее — САС), а также учеными, занимающимися проблемами спортивного права[2].

Устоявшегося определения lex sportivа в научной доктрине пока не выработано, что, видимо, является результатом неоднозначности самого явления. Как указывает М. Белофф, в центре lex sportivа лежит парадокс, так как одна из основных целей его — изолировать спорт от влияния права, создать некое автономное поле, в которое не смогут вмешаться даже апелляционные спортивные суды[3].

Болгарский ученый Б. Колев под lex sportivа понимает в том числе нормы международных спортивных организаций и описывает lex sportivа как транснациональное право, не одобренное суверенными государствами, как, например, право Европейского союза, для того чтобы  lex sportivа имело приоритет над национальными правопорядками.

Данной точки зрения (в части транснационального правового характера lex sportivа) придерживаются американский ученый А. Эрбсен и английский правовед К. Фостер. Последний считает, что термин lex sportivа может пониматься в узком и широком смысле. В первом случае — это общие правовые принципы, применяющиеся в спорте; во втором — это ряд гармонизированных стандартов, которые составляют транснациональный автономный порядок, созданный международными спортивными федерациями. Соответственно, он обособлен от национальных правовых систем и имеет иммунитет от исков в национальных судах. Законная сила данного порядка проистекает из добровольного согласия субъектов подчинить себя юрисдикции спортивных федераций. Глобальное спортивное право — это частная система управления со своим форумом и уникальным правом[4].

Греческий ученый Д. Панагиотополос определяет lex sportivа как особый вид международного права — независимую наднациональную структуру, регулирующую специфическую область международного права и аналогичную в этом отношении правопорядку европейского сообщества, которая располагается между национальными правовыми системами государств-членов и международным правопорядком[5]. Таким образом, понятие lex sportivа приравнивается к дефиниции наднационального спортивного права.

Д. Панагиотополос также утверждает: «Административные акты права, нормы спорта, принятые уполномоченными национальными и международными спортивными федерациями, образуют публичную регулятивную правовую систему, которая является частью lex sportivа»[6]. Иными словами, lex sportivа включает в себя нормы, содержащиеся в актах международных спортивных организаций.

Данную точку зрения поддерживает английский юрист Т. Керр. Он считает, что lex sportivа и спортивное право — это идентичные понятия, означающие уникальную отрасль права, относящуюся к спорту, имеющую международный характер и включающую принципы как частного, так и публичного права. Спортивное право, по его мнению, — это логичная совокупность норм международной правовой системы, регулирующих сферу спорта и разрешение спортивных споров, которая находится в начале своего развития; это отдельная отрасль права, в ее основу положены принципы права, общие для всех государств[7].

Американский профессор Дж. Нафзигер так определяет международное спортивное право: «…это совокупность норм, принципов и процедур, которые управляют политическими и социальными последствиями транснациональной спортивной деятельности»[8].

В отечественной доктрине определение lex sportivа дается С.В. Алексеевым: «…это система обязательных взаимосвязанных норм, характеризующихся общностью и специфичностью предмета правового регулирования — международной спортивной деятельностью, имеющей специальные методы, принципы и источники, устанавливающей ответственность за нарушение этих норм, а также обладающей определенной автономностью в системе общего международного права при условии, что выделение такой группы обусловлено заинтересованностью международного сообщества в более эффективном регулировании соответствующего комплекса международных отношений»[9].

Представляется, что приравнивание lex sportivа к термину «международное спортивное право» является вполне обоснованным, исходя из рассмотренных характеристик lex sportivа и их соотнесения с признаками международного спортивного права.

САС в течение всего периода своей деятельности развивал позицию в отношении определения понятия и природы lex sportivа. Первоначально САС ограничивал сферу lex sportivа неписаными правовыми принципами: «Спортивное право развивало и консолидировало в течение нескольких лет своей работы, особенно во время разрешения арбитражных споров, ряд неписаных правовых принципов — некий аналог lex mercatoria для спорта, так сказать, правила игры, которым должны подчиняться национальные и международные спортивные федерации независимо от наличия данных принципов в своих уставах и регламентах или применяемых национальных законах, если они не противоречат национальным положениям о публичном порядке»[10].

Таким образом, в интерпретации САС lex sportivа — это неписаные нормы права, выработанные в результате деятельности этого единственного в своем роде международного спортивного арбитража.

САС придерживается выбранной позиции в отношении определения lex sportivа и в более поздних по времени постановлениях. В решении по делу «Норвежский олимпийский комитет, Конфедерация видов спорта и другие против Международного олимпийского комитета»  САС определил: «Право САС в значительной степени усовершенствовало и способствовало развитию ряда принципов спортивного права, таких как: концепция безусловной ответственности (в допинговых делах) и концепция справедливости, которые можно считать частью развивающегося права lex sportiva. Так как право САС основывается в большей степени на разнообразных спортивных нормах, тот факт, что стороны основывают позицию своей защиты на прецедентах САС, равняется выбору этой специфической отрасли прецедентного права, охватывающей общие принципы, которые произошли из спортивных отношений и применяются к спортивным отношениям»[11].

Резюмируя, можно сказать, что в зарубежной литературе преобладает следующее мнение о lex sportivа: это автономная совокупность правил, имеющих вненациональный характер. Lex sportivа представляется единственной (уникальной) системой норм, которая стремится (и с большой долей успеха у нее это получается) вывести конкретную область отношений из-под юрисдикции национальных судов.

Необходимо отметить, что независимо от включения в состав lex sportivа тех или иных элементов его суть остается неизменной: lex sportivа направлено на урегулирование транснациональных отношений, складывающихся между частными лицами. Государства участвуют в этих отношениях опосредованно, через, например, национальные сборные команды, представляющие на международных соревнованиях соответствующую страну, или через национальные олимпийские комитеты.

Для понимания сущности lex sportivа необходимо сравнить его с lex mercatoria (торговым правом). Для раскрытия понятия lex mercatoria Дж. Нафзигер приводит слова лорда Мансфилда: «Это не право Рима или право Афин, не одно право сейчас, а другое в будущем, но одно и то же право для всех людей и на все времена»[12].

Проведем сравнение lex sportivа и lex mercatoria, чтобы выявить сходные черты (показать одинаковую природу данных правовых явлений), а также определить, в чем состоит их различие.

Цель функционирования lex sportivа и lex mercatoria одинакова — повышение эффективности регулирования определенной области частных международных отношений с помощью специальной нормативной системы (вненационального регулятора), так как при отсутствии таковой регламентирование осуществляется нормами национального права, не приспособленного для упорядочения частных отношений, возникающих в международной сфере.

Lex mercatoria имеет более глубокие исторические корни, чем lex sportivа, так как основывается на практике осуществления торговой деятельности, возникшей еще в XI—XII веках, и обладает четко определенными чертами в том числе и потому, что значительная часть lex mercatoria кодифицирована.

Lex sportivа начало развиваться гораздо позже, несколько десятков лет назад. Данный процесс связан с коммерциализацией спорта, возникновением большого количества спортивных споров в области международных частных спортивных отношений, а также с таким фактором, как появление в 1984 году организации, которой приписывают основную заслугу по созданию lex sportivа, — САС.

Lex sportivа и lex mercatoria сходны по способу создания. Торговое право формировалось непосредственно торговыми представителями и специализированными судами (не уполномоченными законодательными органами), т. е. внутри определенной частной сферы деятельности общества, и явилось ответом на возникшие потребности по урегулированию соответствующих отношений.

Lex sportivа также образовывается вне рамок официальной законодательной деятельности, создателями его выступают частные субъекты — участники спортивной деятельности: Международный олимпиский комитет (МОК), спортивные федерации, САС и пр. Lex sportivа действует в рамках особого социума — международного спортивного движения, которое и является нормотворческой силой для выработки общих правил поведения в сфере международного спорта.

О.В. Аблезгова называет причинами зарождения lex mercatoria как правового явления материально-правовую (постулат древнеримской юриспруденции — ubi societas, ubi jus, который характеризует право как результат деятельности общества, а не государства) и процессуальную, свидетельствующую о необходимости формирования более эффективных процедур осуществления судопроизводства применительно к спорным торговым правоотношениям[13].

Представляется, что эти мотивы характерны и для lex sportivа, созданного международным спортивным движением и обладающего собственным вненациональным судебным органом.

Lex mercatoria может применяться, во-первых, через национальное право, в которое lex mercatoria было инкорпорировано; во-вторых, через непосредственно lex mercatoria, если стороны не выбрали подлежащее приложению право и арбитры посчитали допустимым употребить lex mercatoria.

Таким образом, существование lex mercatoria возможно только при наличии вышеуказанных условий, которых не требуется для использования lex sportivа. Если смоделировать ситуацию, при которой национальная спортивная федерация, спортсмен или иной участник международных спортивных отношений заявят об отказе подписать какой-либо формуляр, подчиняющий их lex sportivа, то несогласие будет означать не автоматическое подчинение соответствующего субъекта национальному (или иному) правопорядку, а его исключение из участия во всех международных соревнованиях.

В силу специфики регулируемой области пока не наблюдается случаев, в которых стороны изначально согласовали бы применение lex sportivа (имеется в виду использование именно этого термина), видимо еще и потому, что пока нет единой позиции ни по предмету lex sportivа, ни по особенностям приложения.

В отношении условий реализации положений, вынесенных на основе правил lex sportivа, отмечается, что постановления САС как частной арбитражной системы подлежат добровольному исполнению в странах, которых данное решение касается. В случае принудительной имплементации применяются положения Нью-Йоркской конвенции «О признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений» 1958 года. При возникновении вопросов о соответствии данного решения публичному порядку и обязательным правилам определенного национального правопорядка они должны рассматриваться компетентным национальным судом. Аналогичная ситуация складывается в отношении lex mercatoria.

И та и другая система — автономные нормативные конструкции, правопорядки, которые не входят ни в структуру международного права, ни в какой-либо национальный правовой режим. Lex mercatoria — это «…система норм и общих принципов, которые устанавливают автономный правовой порядок, способный регулировать международные торговые отношения без отсылки к специальному национальному правопорядку»[14]. Сущность lex mercatoria четко определил Дж. Малинес: «…это право, одобренное авторитетом всех королевств и республик, а не право, установленное суверенитетом какого-либо государства»[15], это правовая структура, которая имеет юридическую силу во всех странах и во все времена независимо от воли национального законодателя. Данные утверждения вполне применимы и к lex sportivа.

Главные различия lex sportivа и lex mercatoria лежат в области источников этих нормативных систем и наличия элемента opinion juris, т. е. признака юридической обязательности.

Источниками lex mercatoria чаще всего среди прочего считают международные конвенции, рекомендации международных организаций, общие принципы права, обычаи (в виде кодификаций), обыкновения, типовые контракты, своды единообразных правил и арбитражные решения[16].

К источникам lex sportivа можно отнести все вышеперечисленное со следующими оговорками:

— объем международных договоров в сфере международного спортивного права невелик и ограничивается несколькими документами (Найробский договор об охране олимпийского символа 1981 года, Конвенция против применения допинга 1989 года и иные немногочисленные документы твердого права);

— такой структурный элемент lex mercatoria, как рекомендации международных организаций, в отношении lex sportivа заменяется на правила международных спортивных организаций, которые отличаются признаком юридической обязательности. Безусловно, рекомендательные нормы международного характера также существуют в сфере международного спортивного права. К ним можно отнести, например, Международную антидопинговую хартию 1988 года, Международную хартию физического воспитания и спорта 1978 года;

— каких-либо кодификаций lex sportivа и сводов единообразных правил на настоящий момент не составлено;

— в части типовых документов (контрактов, формуляров и пр.) можно отметить их большое разнообразие в сфере международных частных спортивных отношений. Спортсмены — участники Олимпийских игр, например, заполняют бланк-заявку, в соответствии с положениями которой они соглашаются в том числе на юрисдикцию САС при возникновении споров во время Олимпийских игр;

— согласно господствующему в зарубежной литературе мнению, начало формированию lex sportivа было положено именно постановлениями САС, чьи последующие решения испытывают сильное влияние прецедентов. Нормы, определенные САС, согласно мнению Дж. Нафзигера, и являются источником такой отрасли права (совокупности права), как lex sportivа[17].

По признаку юридической обязательности lex mercatoria существенно уступает lex sportivа. В частности, такие документы, являющиеся примерами lex mercatoria, как Принципы международных коммерческих договоров 1994 года (Принципы УНИДРУА) и Принципы европейского контрактного права 1995 года, могут использоваться только с согласия участников международных сделок, не говоря уже о каких-то неписаных принципах права. Данные документы носят рекомендательный характер и относятся к мягкому праву. В отличие от них, документы lex sportivа (в частности, правила МОК и спортивных федераций) и те же самые неписаные правовые принципы, о которых говорит САС, применяются к участникам международных спортивных соревнований независимо от их одобрения. Вернее, требуется отметить, что согласие субъектов международных спортивных отношений получается посредством визирования различных формуляров, образующих многоступенчатую структуру. Например, спортсмен подписывает с национальной федерацией документ, подтверждающий его подчинение правилам федерации. Национальная федерация, в свою очередь, обязуется следовать требованиям международной федерации по своему виду спорта. Всем международным спортивным федерациям предписано соблюдать, например, положения Олимпийской хартии Международного олимпийского комитета 2004 года, Всемирного антидопингового кодекса 2003 года и пр. Под угрозой недопуска к участию в Олимпийских играх субъекты международных спортивных отношений (включая государства) строго следуют правилам, установленным международными спортивными организациями.

В отношении lex mercatoria правоведы отмечают: «На сегодняшний день не существует lex mercatoria как автономной и завершенной системы правовых норм, которая может обеспечить упорядочение международных контрактных отношений взамен международного частного права. Разнообразные и разрозненные квазиправовые регуляторы, в большом количестве разрабатываемые международными организациями, не только не создают целостной иерархической структуры, но все чаще будут приходить в противоречие между собой…»2 В отношении же lex sportivа требуется признать наличие всех признаков, которых не хватает lex mercatoria: строгой иерархии норм, целостности системы, способности регулировать все виды международных спортивных отношений, а также обязательности норм международных спортивных организаций.

В заключение можно отметить, что такая новая форма регламентирования, как lex sportivа, является универсальным регулятором для международных частных спортивных отношений. Традиционные способы упорядочивания, такие как конвенционный и коллизионный, не могут играть роль эффективных стабилизаторов в сфере международного спорта.

 

Библиография

1 Schultz T. Lex sportive turns up at the Turin Olympics // www.weblaw.ch/jusletter/

2 См., например: Digest of CAS Awards, at xiv (2004) (statement of CAS President Keba Mbaye); McLaren R.H. The Court of Arbitration for sport: an independent arena for the “Sports disputes”. 35 VAL.U.L.Rev. 2001.

3 См.: Beloff M.J. Is there a Lex sportive // ISLR. 2005. Vol. 5:3. P. 53.

4 См.: Foster K. Lex Sportiva and Lex Ludica: The Court of Arbitration for sport s jurisprudence // The Court of Arbitration for sport. 1984—2004. The Hague, T.C.M. Asser Instituut. Asser International Sports Law Center / Ed. by I.S. Blackshaw, R.C.R. Siekmann and J. Soek. 2006. P. 421—422.

5 См.: Panagiotopoulos D., Xristofili T. International law and Lex sportive // ISLR Pandektis. 2005. Vol. 6:1—2. P. 12.

6  Panagiotopoulos D. Lex sportiva: sports institutions and rules of law // ISLR Pandektis. 2004. Vol. 5:3. P. 321.

7 См.: Kerr T. Disciplinary regulation of sport: a different strand of public law // The regulation of sport in the European Union / Ed. by B. Bogusz. — Cheltenham, 2007. P. 97—100.

8 Nafziger J.A. International sports law. — L., 1988. P. 1.

9 Алексеев С.В. Международное спортивное право. — М., 2008. С. 213.

10 AEK Athens v. UEFA. Digest of CAS Awards 1998—2000 / Ed. by M. Reeb. The Hague. P. 156.

11 Norwegian Olympic Committee and Confederation of Sports (NOCCS) & others v. IOC, CAS 2002/O/372.

12 Luke v. Lyde. 97 Eng. Rep. 787 (1759).

13 Аблезгова О.В. Доктринальные основы Lex mercatoria как вненационального регулятора международного коммерческого оборота: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2007. С. 38.

14 Цит. по: Panagiotopoulos D. Op. cit. Р. 317.

15 Lex mercatoria: of arbitrators and their awards (London, 1622) // Arbitration international. 1993. Vol. 9. № 3. P. 323.

16 Подробнее см.: Бахин С.В. Lex mercatoria и унификация международного частного права // Журнал международного частного права. 1999. № 4(26). С. 5.

17 См.: Nafziger J.A. Lex sportive // ISLJ. 2004. № 1—2. P. 3.

18 Бахин С.В. Указ. ст. С. 24.