А.А. СИРАЗУТДИНОВА,
адвокат (г. Екатеринбург)
 
На предварительном следствии эффективность осуществления защиты во многом зависит от сложившихся взаимоотношений защитника и следователя. Призванием адвоката является всесторонняя защита обвиняемого всеми не запрещенными законом средствами, призванием следователя — раскрытие и расследование преступлений способами, указанными в уголовно-процессуальном законе. 
 
По мнению Н.А. Громова и С.А. Курушина, взаимоотношения защитника и следователя во многом зависят от четкого правового регулирования их прав и обязанностей, наличия отработанного механизма, гарантирующего безусловное соблюдение прав одних участников уголовного судопроизводства и непреложное выполнение своих обязанностей другими участниками[1].
Под взаимодействием И.Ф. Герасимов понимает совместную, согласованную по целям, месту и времени, основанную на законе и подзаконных актах деятельность[2]. С этим мнением нельзя однозначно согласиться, так как деятельность следователя и защитника не всегда совпадает по целям, но в их взаимодействии всегда имеются положительные факторы, способствующие достижению целей уголовного процесса.
Во взаимоотношениях между следователем и защитником на предварительном следствии часто возникают конфликтные ситуации из-за неоднозначного толкования многих вопросов, касающихся как полномочий, так и разрешенных средств и способов, используемых при доказывании вины или осуществлении защиты, что, несомненно, отрицательно сказывается на эффективности защиты и качестве расследования. Еще Т.В. Варфоломеева указывала на то, что конфликтные ситуации возникают между следователем и защитником, поскольку защитник отстаивает интересы обвиняемого и связан избранной им правовой позицией[3]. О.Я. Баев   сущность конфликта между следователем и защитником видит в несовместимости способов достижения их общей цели — содействие в установлении истины[4].
Иногда складываются конфликтные ситуации во взаимоотношениях защитника и следователя, когда при неумышленных или, наоборот, умышленных (не противоречащих законодательству) действиях адвоката следователь  вынужден нарушить право обвиняемого на защиту. Так, защитники часто не являются для участия в производстве следственных действий, при проведении допросов подозреваемых и обвиняемых стараются ответить за своих подзащитных, задают последним вопросы, в которых сформулированы ответы, заявляют ходатайства о предоставлении перерыва в следственном действии для выработки совместной с подзащитным позиции.
Л.Я. Драпкин и Я.М. Злоченко отмечают, что на предварительном следствии часто имеют место так называемые мнимые конфликтные ситуации, т. е. ситуации ложного конфликта, которых можно было бы избежать при соблюдении уголовно-процессуального закона и криминалистической тактики. Восприятие следователем и защитником бесконфликтных ситуаций как конфликтных ведет к возникновению серьезных ошибок и негативных последствий[5]. Итог восприятия — бесконфликтные и даже доброжелательные отношения трансформируются во враждебное конфликтное взаимодействие. В результате будут недоступны важнейшие источники и каналы поступления необходимой информации.
Безразличное отношение следователя к подозреваемым или обвиняемым, грубость, допущенная по отношению к иным участникам уголовного процесса (свидетелям, специалистам), способны разрушить бесконфликтную ситуацию, психологический контакт. Нередко подозреваемый или обвиняемый, сообщая следователю ту или иную информацию, по разным мотивам не хочет, чтобы эти сведения были облечены в процессуальную форму. При определенной заинтересованности следователя и носителя информации эту мнимую конфликтную ситуацию можно устранить, выявив круг людей, которым известна эта информация.
Участие адвоката на стадии следствия предполагает построение взаимодействия со следователем по тактике защиты. На предварительном следствии защитник может избирать разные варианты взаимодействия со следователем, что зависит от следственной ситуации. При оборонительной тактике адвокат принимает версию следствия целиком, без каких-либо дополнений и поправок, наблюдая за деятельностью следователя, фиксируя его ошибки с целью использования слабых мест предварительного следствия для реализации линии защиты. Поскольку диапазон следственных ошибок довольно широк и разнообразен, есть место ошибкам и уголовно-процессуальным, и уголовно-правовым, тактическим, организационным, психологическим, следственно-экспертным и др. Такая адвокатская тактика, на первый взгляд кажущаяся пассивной, имеет потенциал и способна привести к положительному результату.
Р.С. Белкин считает, что «адвокаты в первую очередь озабочены поисками не истины, а упущений, пробелов, ошибок следствия, доказательством не истины, а того, что она не установлена обвинением», и потому называет защитников «санитарами леса»[6]. С этим мнением нельзя согласиться: такое поведение защитника и есть одно из средств защиты, используемых для оказания помощи подзащитным. Адвокаты не обязаны способствовать отстаиванию утверждений обвинения.
Нейтральная тактика защиты представляет собой взаимодействие адвоката со следователем в форме сотрудничества, при котором возможны взаимные компромиссы по принципу «у следователя своя работа, у адвоката — своя». В таком варианте конфликты и открытое противоборство отсутствуют, а реализация позиции защиты переносится на этап судебного следствия.
Защитник может и сам инициировать конфликтную ситуацию в зависимости от целей, преследуемых стороной защиты. Атакующая тактика предполагает навязывание следователю конфликтной ситуации с захватом инициативы, вынуждает проводить трудоемкие следственные действия в целях защиты, формирует систему сбалансированных предложений, направленных на разрушение обвинительной концепции следователя[7]. При избрании пути взаимодействия защитника и следователя нельзя не руководствоваться высказыванием Л.А. Зашляпина: «…деятельность обвинения и защиты на досудебной стадии объективно и функционально зависимы и на каком-то этапе потребуют интеграции знаний»[8].
Одни исследователи рекомендуют защитнику и следователю в ходе предварительного следствия находить компромиссные решения. Другие предлагают выделить в УК РФ нормы, допускающие компромисс в борьбе с преступностью, либо использовать некоторые уступки стороны защиты в интересах подзащитного без ущемления интересов стороны обвинения. Рекомендуются следующие уступки:
· имеющие уголовно-правовые последствия — исключение из обвинения отдельных эпизодов преступной деятельности; переквалификация содеянного на более мягкую статью (пункт, часть) УК РФ;
· процессуального характера — изменение меры пресечения; исключение из списка свидетелей отдельных граждан; обыск, выемка в квартире обвиняемого с участием понятых, указанных подследственным;
· непроцессуального характера — предоставление сверх лимита свидания; предоставление возможности позвонить и т. д.[9]
Эти уступки не противоречат законодательству. При соблюдении определенных правовых и этических требований они вполне допустимы. Безусловно, рассматривая вопрос о заключении со следователем компромисса, защитник должен исходить из того, оправданы ли такие действия в целях достижения задач защиты. Необходимо учитывать также определенные критерии допустимости таких мер — законность, этичность, открытость, добровольность.
Не стоит забывать о возможных ситуациях, осложняющих осуществление защиты. К ним можно отнести наличие конфликта между следователем и защитником. Для такого конфликта характерно столкновение противоположных целей и интересов, сопряженное с противостоянием, противодействием сторон. Задача адвоката состоит в том, чтобы выявить причины конфликта, принять меры к их устранению, сделать все возможное, чтобы на этической и законной основе разрядить конфликтную ситуацию, смягчить ее остроту и перевести взаимоотношения в нормальное русло взаимопонимания и конструктивного взаимодействия.
Тактика взаимодействия стороны обвинения и стороны защиты в виде заключения компромиссов — перспективный способ для эффективной и профессиональной защиты прав и интересов подзащитного.
 
Библиография
1 См.: Громов Н.А., Курушин С.А. Гарантии права на защиту обвиняемого в досудебных стадиях по УПК РФ: Учеб.-практ. пособие. — М., 2005. С. 70.
2 См.: Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений. — Свердловск, 1975. С. 125.
3 См.: Варфоломеева Т.В. Криминалистика и профессиональная деятельность защитника. — Киев, 1987. С. 42.
4 См.: Баев О.Я. Конфликты в деятельности следователя. — Воронеж, 1981. С. 160.
5 См.: Драпкин Л.Я., Злоченко Я.М. Следственные ситуации мнимого конфликта и тактика защиты // Профессиональная деятельность адвоката как объект криминалистического исследования. — Екатеринбург, 2002. С. 51.
6 Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня. — М., 2001. С. 195.
7 См.: Соркин Б.С. Стратегия и тактика защиты по уголовным делам. — Гродно, 1997. С. 13.
8 Зашляпин Л.А. Организация профессиональной защиты: отношение к объективной криминалистике, соотношение с иными понятиями // Профессиональная деятельность адвоката как объект криминалистического исследования. С. 175.
9 См.: Аликперов Х.Д., Зейналов М.А. Компромисс в борьбе с преступностью. — М., 1999. С. 66—70; Гармаев Ю.П., Подольный Н.А. Основы криминалистического обеспечения компромиссов между сторонами обвинения и защиты // Эволюция права и закона как фактор изменения криминалистики. — Екатеринбург, 2003. С. 31.