О.В.ПАРШИНА,

кандидат юридических наук, доцент

 

Отсутствие в российском законодательстве четкого  определения терминов «военные действия», «гражданская война», «народные волнения» порождает в правоприменительной практике ряд проблем, связанных с  ответственностью страховщика при наступлении страхового случая в результате таких действий.

 

Absence in the Russian legislation of clear  definitions "military operations", "civil war", "civil commotions" are generated in  practice by the row of problems, related to  responsibility of insurer at the offensive of accident insured as a result of such actions.

 

Российское законодательство не содержит определения военных действий. Тем не менее, в учебниках по международному праву имеется ряд определений, связанных с этим понятием. Например, «средства ведения военных действий — это оружие и иная военная техника, применяемые вооруженными силами воюющих для уничтожения живой силы и материальных сил противника, подавления его сил и способности к сопротивлению[1]. Или еще: «методы ведения военных действий — это порядок, всевозможные способы использования средств ведения войны в указанных целях[2]. Названы формы прекращения военных действий (перемирие, капитуляция) и др.[3] При этом понятия «война», «вооруженный конфликт», «военные действия», как правило, употребляются со знаком равенства. Так, в Юридическом энциклопедическом словаре имеется определение войны: «…вооруженное столкновение между государствами либо народами, признается агрессивной в том случае, если в ходе ее можно выделить все признаки агрессии». Как видим, в нем нет ни слова о военных действиях, тем не менее, в конце определения читаем: «Мир может быть восстановлен путем прекращения военных действий на основе соглашения о перемирии»[4]. Другими словами, авторы считают слова «война» и «военные действия» синонимами.

Считаем, что такое вольное трактование указанной категории не на пользу правоприменительной практике. Например, ст. 964 ГК РФ «Основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения и страховой суммы» предусматривается, что страховщик освобождается от ответственности за нарушение договора, обусловленное воздействием ядерного взрыва, радиации или радиоактивного заражения, военными действиями, а также маневрами или иными военными мероприятиями, гражданской войной, народными волнениями всякого рода или забастовками, и кроме того, за убытки, возникшие вследствие изъятия, конфискации, реквизиции, ареста или уничтожения имущества по распоряжению государственных органов.

Все указанные основания оправданы, но следует отметить, что требуются операциональные определения таких понятий, как «военные действия», «военные мероприятия», «гражданская война», «народные волнения».

Проблема в сфере выездного туризма осложняется тем, что в различных юрисдикциях и доктринах соответствующие понятия могут определяться по-разному. Российское законодательство понятие «военные действия» не определяет. Имеющиеся законодательные ак-ты, регулирующие оборону и безопасность государства, также не содержат легальных определений. этих понятий. Например, Федеральный закон от 12.02. 1998 г. № 28-ФЗ «О гражданской обороне»[5] активно использует терминологию «военные действия», но не дает им определения. Поэтому одним из самых спорных является вопрос о наличии факта военных действий при использовании вооруженных сил внутри страны.

Конституция РФ применения вооруженных сил внутри страны не предусматривает. В то же время мы все являлись свидетелями применения подразделений Российской Армии и иных силовых структур в республиках Северного Кавказа. Можно ли квалифицировать эти события как военные действия, освобождающие страховщика от обязанности по страховой выплате?

Отсутствует точность определений данного понятия и в доктрине. Р.Т. Юлдашев понимает под военными действиями «всякое действие, связанное с проявлениями враждебности и конфликтов, которое стало причиной утраты или ущерба»[6]. Нетрудно заметить, что такое определение не раскрывает особенностей собственно военных действий, потому что проявления враждебности и конфликтов мы имеем при любой ссоре, а тем более при драке или совершении преступления, связанного с насилием, но совершенно очевидно, что их нельзя характеризовать как военные действия.

А.И. Худяков отмечает: «Для признания действий военными необходимо, чтобы они осуществлялись частями и подразделениями, входящими либо в состав Вооруженных сил России, либо в состав вооруженных сил противника. При этом не обязательно, чтобы эти действия были признаны таковыми как следствия объявления войны, военного или чрезвычайного положения, — достаточно фактического проведения воинских операций с применением оружия или военной техники»[7]. Он подчеркивает следующие признаки, свойственные таким действиям: организованность и массовость действий военнослужащих, подчинение их приказу воинских начальников, действие во исполнение своего воинского долга. «Совершение действий, послуживших причиной страхового случая, отдельными военнослужащими (даже при исполнении обязанностей воинской службы), — пишет он, — в качестве военных действий или военных мероприятий рассматриваться не могут (например, часовой причиняет вред нарушителю охранной зоны или территории поста, военный грузовик совершает наезд на пешехода, солдат, находящийся в самовольной отлучке, грабит прохожего и т.п.)»[8].

С подобным подходом в целом можно согласиться. Правда,  мы считаем, следует уточнить, что и причинение вреда действиями одного военнослужащего или небольшой группы, выполняющей  боевой приказ, надо рассматривать как нанесение убытков в результате военных действий. Такие действия могут вестись только вооруженными силами и обязательно с применением оружия.

Следует согласиться и с мнением С.В. Дедикова, что любое применение вооруженных сил по их прямому назначению с использованием оружия следует квалифицировать как военные действия, независимо от наличия формальных признаков военных действий в виде официального подтверждения такого их статуса органами власти[9].

Схожие проблемы возникают с применением термина «военные мероприятия». К военным мероприятиям следует отнести учения, стрельбы, испытания, полеты, а также мобилизацию, введение режима военного положения и т.п.[10] Полагаем, что это должны быть официальные, то есть проводимые по решению или с разрешения компетентных военачальников, мероприятия с участием военнослужащих. В таком же ключе высказывается В.А. Рахмилович: «...страхованием не возмещаются убытки от военных действий и мероприятий любого рода и от любых последствий, прямых или косвенных...»[11].

Не меньше сложностей с тем, что считать гражданской войной — военные столкновения между гражданами страны на всей ее территории или локальные столкновения тоже? Можно ли рассматривать как народные волнения массовые проявления позитивного характера, например массовые гуляния по случаю того или иного праздника, победы спортивной команды и т.д.? Надо ли квалифицировать как народные волнения демонстрации, митинги, массовые пикеты, в том числе официально разрешенные, или лишь массовые беспорядки, массовое неповиновение властям и иные массовые нарушения правопорядка? Должны ли приниматься во внимание только официально разрешенные забастовки, или в том числе и забастовки, проводимые с нарушением установленного законом порядка?

А.В. Собакинских считает, что основным признаком, характеризующим рассматриваемые события, является стихийное движение народных масс, направленное против властей или работодателей[12]. Иначе говоря, он имеет в виду только протестные движения масс, но ведь убытки могут быть причинены и в случае демонстраций в поддержку власти. Возможно, причинение убытков и в ходе хорошо организованных протестных движений, например, если организаторы демонстрации ставят перед собой цель спровоцировать обострение политической ситуации и т.д. А.Н. Гуев же основной акцент делает на несанкционированность массовых выступлений, зачастую связанных с тем, что парализуется движение транспорта, работа средств связи и т.п.[13].

По нашему мнению, учитывая имеющуюся трактовку ст. 964 ГК РФ «… народных волнений всякого рода…», к случаям так называемых народных волнений следует относить стихийное движение народных масс, как направленное, так и не направленное против власти, но в обоих случаях несанкционированное органами власти, так как в случае дачи разрешения на проведение массовых мероприятий, где предполагается скопление большого количества людей, само государство обязано принять конкретные меры по налаживанию и поддержанию определенного порядка. В случае причинения вреда в результате таких мероприятий появляется конкретное лицо (само государство), которое будет обязано нести ответственность, что приведет к освобождению страховщика от обязанности по страховой выплате.

А.И. Худяков отмечает, что «под гражданской войной понимаются вооруженные столкновения противоборствующих слоев общества с целью борьбы за власть»[14]. Схожее определение дается в энциклопедиях: «Гражданская война — организованная вооруженная борьба за государственную власть между классами, социальными группами...»[15].

К сожалению, и такие определения оставляют множество из приведенных выше вопросов без ответа. Ясно одно — гражданская война относится к вооруженным конфликтам немеждународного характера.

Международное гуманитарное право признает две категории вооруженных конфликтов. Различительным признаком здесь служит государственная граница: война между двумя или большим числом государств считается международным вооруженным конфликтом, а вооруженные столкновения, происходящие в пределах территории одного государства, — немеждународными (внутренними) вооруженными конфликтами (обычно их называют гражданскими войнами)[16].

Мнение С.В. Дедикова мы считаем наиболее правильным: он предлагает квалифицировать гражданскую войну как происходящии на протяжение достаточно длительного времени вооруженные столкновения граждан, в том числе с участием вооруженных сил страны, на всей ее территории или обособленной части территории с целью завоевания политической власти как в целом в государстве, так и в отдельном регионе[17].

А.И. Худяков считает, что «народные волнения связаны со стихийным или организованным движением народных масс, выражающих протест против властей, порядка управления, а также организации обслуживания, торговли, снабжения, уровня цен и иных условий проживания (например, выступления против торговцев, владельцев лавок и магазинов, завышающих цены), сопровождаемые погромами, бесчинствами, избиениями, уличными беспорядками и т.п.»[18].

Однако, по нашему мнению, таких критериев все-таки недостаточно для того, чтобы четко описать ситуации, исключающие ответственность страховщика. В частности, подпадают ли под подобные определения случаи групповых хулиганских проявлений на националистической почве, или просто групповые хулиганские проявления? Ведь они не направлены против власти, а тот факт, что чаще всего нападениям подвергаются торговцы на розничных рынках, еще не говорит о том, что эти выступления носят протестный характер против организации торговли. К тому же остается не проясненным вопрос о том, какие выступления множества людей можно отнести к разряду народных волнений, а какие — к групповым противоправным действиям. Для страховых правоотношений, как нам представляется, значение имеют не направленность соответствующих проявлений, а только их материальные последствия.

Под народными волнениями, на наш взгляд, следует понимать события, характеризующиеся:

· массовостью, то есть числом участвующих не менее нескольких сотен или тысяч человек. Иначе, как мы считаем, еще нельзя говорить о народных волнениях;

· действиями, сопровождающимися актами порчи, повреждения, уничтожения или похищения чужого имущества;

· событиями любой направленности — как протестными, так и в поддержку чего-либо либо просто связанными с массовыми проявлениями горя или радости. С точки зрения защиты финансовой устойчивости страховщиков от проявлений обстоятельств непреодолимой силы все ограничения по характеру и направленности массовых проявлений значения не имеют. Забастовками, как известно, считаются выступления против работодателей, связанные с недовольством работников условиями труда, его оплаты, с увольнением тех или иных сотрудников или произошедшим либо предполагаемым сокращением штатов и т.д. Ответственность страховщика, по нашему мнению, должна исключаться при любых забастовках — как разрешенных, так и не разрешенных или запрещенных. Такую же точку зрения высказывает и А.И. Худяков[19]. Подобный подход также полностью укладывается в общую логику таких исключений ответственности страховщиков.

Таким образом, считаем, что законодателю Российской Федерации целесообразно рассмотреть вопрос о внесении соответствующих изменений в Гражданский кодекс РФ, не ожидая шквала судебных исков[20].

В случае детализации и формального закрепления указанного института такое положение явится действенным гарантом для всех сторон гражданского процесса в случае нарушения норм закона и послужит надежным механизмом защиты прав и законных интересов страхователей как потребителей услуг.

 

Библиография

1 См. Международное право: Учебник./  Отв. ред. Ю.М.Колосов, В.И.Кузнецов. — М.: Международные отношения. 1998. С. 357; Международное право: Учебник / Под ред. А.А.Ковалева, С.В.Черниченко. — М.: Омега-Л, 2008. С. 802.

2 Там-же.  С .358-С. 359.

3 Леншин С.И. Правовой режим вооруженных конфликтов и международное гуманитарное право. — М.: «За права военнослужащих»,  2009. С. 80.

4 Юридический энциклопедический словарь /М.О.Буянова и др.; отв. ред. М.Н.Марченко. — М.: Проспект, 2009.

5 СЗ РФ.1998. № 7. Ст. 799.

6 Юлдашев Р.Т. Страховой бизнес: Словарь-справочник. — М., 2005. С. 102.

7 Худяков А.И. Страховое право. — СПб., 2004. С. 647.

8 Там же.

9 Дедиков С.В. Комментарий законодательства, регулирующего договоры страхования ответственности туроператоров  // Нормативное регулирование страховой деятельности. Документы и комментарии. 2008. № 3. (Комментарий к ст. 17.6) // Правовая система «Гарант».

10 Гуев А.Н. Постатейный комментарий к части второй Гражданского кодекса Российской Федерации. — М.: Инфра-М, 2001. С. 593.

11 Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Отв. ред. О.Н. Садиков. —М., 2003. С. 662.

12 Там же.  С. 555.

13 Гуев А.Н. Указ. соч.

14 Худяков А.И. Указ. соч. С. 647.

15 Советский энциклопедический словарь. С. 337.

16 Леншин С.И. Правовой режим вооруженных конфликтов и международное гуманитарное право: Монография. «За права военнослужащих», 2009. С.28.

17 См. Дедиков С.В. Указ. соч. Комментарий к ст. 17.6.

18 Худяков А.И. Указ. соч. С. 647 — 648.

19 Худяков А.И. Указ. соч. С. 648.

20 Год от года растет количество судебных споров, связанных со страхованием, особенно имеющим предметом иска отказ страховщиков от выплаты страхового возмещения и страховой суммы при наступлении страхового случая (см. обзор судебной практики, содержащейся в базе данных справочно-правовой системы «Гарант»  за 2006-2009 гг.).