УДК 347.965(37)(091)

Страницы в журнале: 139-143 

 

М.Е. ПАНКРАТОВА,

кандидат юридических наук, доцент кафедры теории, истории права и государствоведения Международного института бизнес-образования pankratova.mayya@gmail.com

 

С.А. СОЛОВЬЕВ,

аспирант кафедры теории, истории права и государствоведения Международного института бизнес-образования, адвокат Мурманской областной коллегии адвокатов solovyov@gmx.com

 

Определяется период возникновения института адвокатуры в Древнем Риме. Для этого рассматривается появление в деятельности патронов элемента оказания юридической помощи, в том числе судебной защиты и правового консультирования.

Ключевые слова: Древний Рим, адвокатура, патронат, патрон, клиент.

 

The emergence of the Bar patronage of Ancient Rome

 

Pankratova M., Solovjev S.

 

The period of advocacy institution’s beginnings is identified in the article. Emergence of legal assistance’s element, including remedy and legal advice, in patrons’ activities is examined for that.

Keywords: Ancient Rome, advocacy, patronage, patron, client.

 

Исходя из распространенного в научной литературе мнения[1], формой юридической деятельности в Древнем Риме, которая непосредственно образовала институт адвокатуры, выступает патронат (для его обозначения отдельными авторами используется термин «патронат-клиентела» либо «клиентела»[2]).

Однако единого устоявшегося представления относительно причин и момента возникновения патроната не существует. Согласно версиям античных авторов — Плутарха (Plut., Romul., 13) и Дионисия Галикарнасского (Dionys., 2.10) —  описываемый институт был учрежден Ромулом, разделившим людей на две категории: патронов (patronus) и клиентов (cliens), т. е. покровителей и покровительствуемых. Так же рассуждает о происхождении патроната и Марк Туллий Цицерон (Cic., De rep., 2.15.16).

В соответствии с более поздними исследованиями патронат сформировался задолго до основания Рима, являясь институтом, характерным для всех европейских народов[3]; по другой версии, он мог возникнуть вследствие необходимости иностранцам, находящимся на территории Рима, быть под покровительством какого-либо гражданина и его рода[4].

Не оспаривая мнения относительно причины происхождения патроната ввиду выхода за рамки настоящего исследования, следует отметить следующее. Полагаем, на основании ряда свидетельств античных авторов (Dionys., 1.83.3; Fest., 335, Scelerata porta; Liv., 2.49—50; Ov., Fast., 2.196, 2.198, 2.204, 2.225, 2.240; Plut., Cam., 19; Sil. It., 6.637) следует согласиться с точкой зрения И.Л. Маяк[5] и признать факт существования отношений патроната-клиентелы в Древнем Риме уже в начале эпохи царей.

Однако для выявления периода возникновения в Древнем Риме адвокатуры недостаточно установить приблизительные временные рамки существования патроната, поскольку представления современных исследователей о характере деятельности патронов также разнятся. Более того, исходя из мнения ряда авторов, традиционная трактовка института патроната-клиентелы (в том числе как института оказания юридической помощи клиентам и, соответственно, первой формы адвокатуры) изжила себя[6].

Необходимо отметить, что практически устоявшимся мнением в научной литературе является суждение об осуществлении патронами юридической деятельности — судебной защиты клиентов и их правового консультирования, начиная с момента возникновения патроната[7]. Приведенная точка зрения обосновывается исследователями фрагментами из трудов Дионисия Галикарнасского (Dionys., 2.10) и Плутарха (Plut., Romul., 13).

В результате изложенного, исходя из указанной версии, момент возникновения института адвокатуры, сформировавшегося под видом патроната, следует датировать VIII веком до н. э., т. е. с момента возникновения Римского государства.

В противоположность этому в соответствии с рядом разработок недавних лет (таких авторов, как П. Брант[8] и Э. Драммонд[9]) традиционные представления о судебной защите, оказываемой патронами в периоды монархии и ранней республики, были подвергнуты серьезной критике. Указанные исследователи убедительно доказывают анахроничность описаний Дионисия Галикарнасского (Dionys., 2.9—11) и Феста (Fest., 253M, Patronus), предполагая их реконструкцией, основанной на более поздних общественных отношениях, сложившихся в период средней республики[10].

В этом случае момент возникновения института адвокатуры следует датировать иным временным отрезком, ввиду того что одной из основных форм оказания адвокатами юридической помощи выступает судебная защита, которая, исходя из второй версии, отсутствовала в полномочиях патронов монархии и ранней республики.

Поэтому далее будет рассмотрен вопрос, в какой период существования Древнего Рима патроны начали оказывать юридическую помощь.

В первую очередь необходимо указать, что патроны, не исполняющие одновременно должность жреца-понтифика, не могли обладать квалифицированным знанием законов по причине тайного хранения законов вплоть до III века до н. э. понтификами. Следовательно, если предположить, что патроны оказывали судебную защиту в периоды монархии и ранней республики (предшествующие падению монополии понтификов на юриспруденцию), то необходимо сделать вывод: профессиональный уровень и качество такой защиты не  соответствовали требованиям, предъявляемым к юридической и тем более к адвокатской деятельности. По этой причине патроны также не могли осуществлять и правовое консультирование, разъяснять законы. Следовательно, по уровню юридической квалификации и профессионализма такая судебная деятельность патронов до III века до н. э. была идентична аналогичной деятельности заступников (advocatus).

При этом если патрон одновременно замещал и должность понтифика, вследствие чего был осведомлен в праве, то на основании утверждений Помпония (Dig., 1.2.2.6) и Тита Ливия (Liv., 6.1, 9.46) о прямой обязанности понтификов хранить законодательство в тайне представляется, что такой патрон-понтифик не был уполномочен разглашать известные ему нормы права в ходе оказания судебной защиты. Следовательно, и в этом случае патрон не мог оказывать юридическую помощь.

Более того, правовая помощь в форме юридических консультаций впервые стала оказываться понтификами начиная с III века до н. э., т. е. в так называемый период средней республики[11].

Помимо вышеизложенного, исходя из упоминаемых античными авторами судебных процессов VIIIIII вв. до н. э. (App., Bc., 1.1.2; Dionys., 1.78, 3.22, 9.28—36, 10.5—6, 11.46; Flor., 17.24.2—3; Liv., 1.3—4, 1.26, 2.52, 3.12, 3.44—47, 3.56—58, 8.33, 26.3), следует, что защиту в данных делах оказывали заступники. Указаний на участие в судебных процессах патронов в качестве защитников не содержится. В противоположность этому в процессе по иску клиента Марка Клавдия о признании Виргилии рабыней (Flor., 17.24.2—3; Dionys., 9.28—36; Liv., 3.44—47) судебное разбирательство вел Аппий Клавдий, приходившийся Марку Клавдию патроном. Как следует из вышеприведенных источников, юридической помощи своему клиенту Аппий Клавдий в судебном процессе не оказывал, что также противоречит описываемым Дионисием Галикарнасским обязанностям патронов «вчинять иск за обиженных клиентов, если кто-нибудь нанесет им вред в связи с договорами; оказывать поддержку тем, кого призывают на суд» (Dionys., 2.10). Также факт ведения патроном дела, стороной в котором выступает его клиент, противоречит утверждению Дионисия Галикарнасского, что обеим сторонам (патронам и клиентам)[12] «не было дозволено и не приличествовало выступать в тяжбах, свидетельствовать или подавать голос перед народом друг против друга, а тем более выступать на стороне противников» (Dionys., 2.10.3).

Применительно к разбираемому процессу по иску Марка Клавдия это может означать либо грубое нарушение патроном своих обязательств, либо, что наиболее вероятно, отсутствие в периоды монархии и ранней республики отношений патрон — клиент в такой форме, как их описывают Дионисий Галикарнасский, Плутарх и Фест.

Вместе с тем в пользу традиционной версии следует привести доводы Л.Л. Кофанова, по мнению которого система судебной защиты и поручительства носила по Законам XII таблиц 451—450 гг. до н. э. название патроната, поэтому исследователем делается вывод, что важнейшим элементом древней клиентелы был судебный патронат[13]. В обоснование своей позиции автор ссылается на Дионисия Галикарнасского и Плутарха, а также на Дигесты Юстиниана (Dig., 26.4.3—5).

Однако следует отметить, что Ульпиан в Дигестах (Dig., 26.4.3—5) описывает не деятельность патронов по оказанию юридической помощи, а их полномочия и порядок действий в качестве законных опекунов. Ульпиан уточняет, что патрон становился опекуном в силу положения Законов XII таблиц, как следствие права патрона на наследование имущества его вольноотпущенника (Dig., 26.4.1—3; Lex XII tab. V. 8a). Тем не менее правовая природа осуществления судебной защиты и действия в интересах опекаемого разительно отличаются. Поэтому, по нашему мнению, приводить в подтверждение версии оказания юридической помощи патронами в периоды монархии и ранней республики их возможность выступать в качестве законных опекунов недостаточно обоснованно.

При этом высказывание Цицерона, что первым достоверным оратором считался Марк Корнелий Цетег (Cic., Brutus, 15.57), в совокупности с высказыванием Псевдо-Аскония в комментарии к речи Цицерона против Квинта Цецилия (Ps. Asconius, ad Cic. divin. in Caecil., en., 11) о том, что «тот, кто защищает другого в суде, называется патроном, если он оратор»[14], также позволяет сделать вывод: судебную защиту патроны стали осуществлять не ранее чем с III века до н. э. (этот период совпадает со временем жизни Марка Корнелия Цетега, исполнение которым обязанностей консула датируется 204 годом до н. э.[15]).

Дополнительно к этому из пьесы Тита Макция Плавта следует подтверждение фактов оказания патронами судебной защиты своим клиентам в начале II века до н. э.[16](Plaut., Men., 571—600).

Приведенные доводы также согласуются с мнением Г. Дебена и А. Морилло, что на протяжении первых пяти веков (т. е. VIIIIV вв. до н. э.) в Древнем Риме отсутствовало судебное красноречие. Оно начало развиваться только с середины III века до н. э.[17]

Одновременно с этим необходимо отметить, что до принятого в 204 году до н. э. закона Цинция[18] в Древнем Риме не существовало законодательной регламентации участия патронов в судебном производстве. При этом норма Законов XII таблиц (8.21), предусматривающая предание подземным богам патрона, который причиняет вред клиенту[19], не может приниматься за доказательство обратного ввиду ее полной абстрактности и непричастности к судопроизводству. По этим же основаниям нормы Законов XII таблиц (5.8а, 5.8б) о праве патронов на наследование имущества их вольноотпущенников[20] не могут выступать подтверждением осуществления ими судебной защиты.

Из вышеизложенного следует, что начало формирования нормативно-правовой базы, регламентирующей судебную деятельность патронов, положено только в конце III века до н. э., что также косвенно указывает на отсутствие такого рода полномочий у патронов в предшествующие периоды.

Таким образом, необходимо сделать вывод: в институт патроната, сформировавшийся в начале римской государственности, вплоть до III века до н. э. не входили общественные отношения по оказанию патронами юридической помощи клиентам, в том числе судебной защиты. Вместе с тем, начиная с указанного времени, патрон выступал судебным оратором, т. е. считался судебным защитником других лиц, уполномоченным при этом на защиту клиента в ходе судебных заседаний.

Изложенные факты в совокупности со свободным и неограниченным доступом к юридическим знаниям после падения понтификальной монополии на юриспруденцию в конце IV века до н. э. свидетельствуют об оказании патронами клиентам именно квалифицированной юридической помощи.

Однако дополнительно необходимо отметить, что, исходя из отдельных фрагментов пьес Тита Макция Плавта и Теренция, датируемых 190—188 гг. до н. э. и 160 годом до н. э., под патроном подразумевался лишь «покровитель», не осуществляющий юридическую защиту (Plaut., Capt., 445; Ter., Ad., 456). Как указывают вышеприведенные авторы, статусом патрона могли обладать даже вольноотпущенники и рабы, которые, очевидно, не обладали в какой-либо степени юридическими знаниями (Plaut., Asin., 650; Cas., 740; Rudens, 706, 1267).

Вышеизложенное в совокупности с упоминаемой возможностью патронов выступать в качестве законных опекунов, а также в соответствии с мнением ряда исследователей[21] позволяет сделать вывод, что институт патроната-клиентелы на всем протяжении периода своего существования включал в себя также иные общественные отношения, не связанные с адвокатской деятельностью.

Таким образом, целостностью статус патрона не обладал, состоял из отдельных элементов с отличающейся компетенцией и правовым положением его представителей.

В заключение необходимо отметить, что, по нашему мнению, адвокатура Древнего Рима возникла в рамках института патроната в III веке до н. э., т. е. с момента, когда деятельность патронов достигла соответствия всем признакам адвокатской деятельности.

 

Библиография

1 См., например: Васьковский Е.В. Организация адвокатуры: в 2 т. Т. 1:  Очерк всеобщей истории адвокатуры. — Спб., 1893. С. 40; Данилов Е.П. Настольная книга адвоката. 2-е изд., перераб. и доп. — М., 2005. С. 9; Деханов С.А. Адвокатура Древнего Востока, Греции и Рима (сравнительный анализ) // Адвокат. 2005. № 8. С. 87; Маккензи Т. Римское право сравнительно с законами Франции, Англии и Шотландии / пер. с англ. — М., 1864. С. 405—406; Стоянов А.Н. История адвокатуры [у древних народов]. Вып. 1. Древний мир: Египет, Индия, евреи, греки, римляне. — Харьков, 1869. C. 46—47; Grellet-Dumazeau M.Th. Le Barreau romain / 2nd ed. — Paris, 1858. P. 233.

2 См.: Ковалев С.И. История Рима / под ред. Э.Д. Фролова. — СПб., 2002. С. 91; Фюстель де Куланж Н.Д. Древний город. Религия, законы, институты Греции и Рима / пер. с англ. Л.А. Игоревского. — М., 2010. С. 115; Покровский И.А. История римского права. — СПб., 1998. С. 36.

3 См.: Фюстель де Куланж Н.Д. Указ. соч. С. 116; Немировский А.И. История раннего Рима и Италии. Возникновение классового общества и государства. — Воронеж, 1962. С. 146.

4 См.: Муромцев С.А. Гражданское право Древнего Рима. — М., 2003. С. 59.

5 См.: Маяк И.Л. Рим первых царей (Генезис римского полиса). — М., 1983. С. 156—157.

6 См.: Годкин Д.Я. Проблема патроната и клиентелы в политической жизни Римской республики в новом издании «Кембриджской Древней истории» // Вестн. древней истории. 2008. № 4. С. 248; Смышляев А.Л. Народ, власть, закон в позднереспубликанском Риме (по поводу концепции Ф. Миллара) // Там же. 2003. № 3. С. 46.

7 См.: Васьковский Е.В. Указ. соч. Т. 1. С. 42—43; Деханов С.А. Западноевропейская адвокатура: сравнительно-правовое исследование. — М., 2008. С. 36—37; Ивакин В.Н. Представительство адвокатов по гражданским делам: история развития. — М., 2008. С. 17—18; Короткова П.Е. Об адвокатуре и адвокатской тайне в древних государствах // Адвокатская практика. 2009. № 5 // СПС «КонсультантПлюс»; Синеокий О.В. Адвокатура как институт правовой помощи и защиты: проблемы становления и перспективы развития: моногр. — Запорожье, 2007. С. 31.

8 См.: Brunt P.A. The Fall of the Roman Republic and Related Essays. — N.Y., 1988. P. 382—442.

9 См.: Drummond A. Rome in the Fifth Century I: the Social and Economic Framework // The Cambridge Ancient History. Vol. 7. Pt. 2. The Rise of Rome to 220 B.C. / 2nd ed. — Cambridge, 2008. P. 113—171.

10 См.: Brunt P.A. Op. cit. P. 402, 405—406; Drummond A. Op. cit. P. 159.

11 См.: Смышляев А.Л. Народ, власть, закон в позднереспубликанском Риме (по поводу концепции Ф. Миллара) // Вестн. древней истории. 2003. № 3. С. 46—60. URL: http://ancientrome.ru/publik/article.htm?a=1305792348&v=print

12 См.: Дионисий Галикарнасский. Римские древности: в 3 т. Т. 1 / пер. с древнегр. / под ред. И.Л. Маяк. — М., 2005. С. 93.

13 См.: Кофанов Л.Л. Lex и ius: возникновение и развитие римского права в VIII—III вв. до н. э. — М., 2006. С. 134—135.

14 Pseudo-Asconius. In M. Tullii Ciceronis orationem in Q. Caecilium quae divinatio dicitur // M. Tulllii Ciceronis opera quae supersunt. Vol. 5, Ps. 2. Turici, 1833. P. 104; приводится по: Васьковский Е.В. Указ. соч. Т. 1. С. 48.

15 См.: The Cambridge Ancient History. 2nd ed. Vol. 8. Rome and Mediterranean to 133 B.C. — Cambridge, 2008. P. 527.

16 См.: Тит Макций Плавт. Комедии: в 2 т. Т. 1: пер. с лат. — М., 1987. С. 670.

17 См.: Дебен Г., Морилло А. Судебные ораторы в Древнем мире: пер. с фр. — Спб., 1895. С. 78—79.

18 См.: Бартошек М. Римское право: понятия, термины, определения: пер. с чешск. — М., 1989. С. 184; Тираспольский Г.И. Римские законы (предъюстинианская эпоха): словарь-справочник. — М., 2010. С. 34.

19 Законы XII таблиц // Хрестоматия по истории Древнего Рима / под ред. С.Л. Утченко. — М., 1962. С. 70.

20 Законы XII таблиц. С. 65.

 

21 См.: Пухта Г.Ф. История римского права / пер. В. Лицкой. — М., 1864. С. 224; Фюстель де Куланж Н.Д. История общественного строя в Древней Франции: пер. с фр.: в 6 т. Т. 5. — Спб., 1901—1916. С. 263—287; Stavely E.S. Rome and Italy in the Early Third Century // Cambridge Ancient History. Vol. 7. Pt. 2. The Rise of Rome to 220 B.C. 2nd ed. — Cambridge, 1989. С. 420—455.