УДК 343.9(479.24) 

Страницы в журнале: 128-133

 

Н.Н. ТАГИЕВА,

диссертант отдела уголовного права и уголовного процесса Национальной академии наук Азербайджана

 

Рассматриваются особенности законодательной регламентации ответственности за посягательство на жизнь лиц, осуществляющих правосудие или предварительное расследование; вносятся отдельные предложения по ее совершенствованию.

Ключевые слова: посягательство; лицо, осуществляющее правосудие; близкие родственники; преступления против правосудия; потерпевший; объект преступления.

 

Questions of a regulation of responsibility for an encroachment on life of the persons who are carrying out justice or  preliminary investigation (under the Criminal code of the Azerbaijan Republic)

 

Tagieva N.

 

Features of a legislative regulation of responsibility for an encroachment on life of the persons who are carrying out justice or preliminary investigation are considered; separate offers on its perfection are made.

Keywords: an encroachment, the person who is carrying out justice, near relations, crimes against justice, the victim, object of a crime.

 

Законодатель в Уголовном кодексе Азербайджанской Республики 1999 года (далее — УК Азербайджана) впервые предусмотрел ответственность за посягательство на жизнь лиц, осуществляющих правосудие или предварительное расследование. Таким образом, УК Азербайджана содержит две специальные нормы, аналогичные по смыслу, различающиеся в основном по объекту преступления и потерпевшему от преступления: положения о посягательстве на жизнь государственного или общественного деятеля закреплены в ст. 277; на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование, — в ст. 287. В статье 287 говорится об ответственности за посягательство на жизнь указанных лиц, а равно их близких родственников в связи с рассмотрением дел или соответствующих материалов в суде, производством предварительного расследования, исполнением приговора или иного судебного акта в целях воспрепятствования их законной деятельности либо из мести за такую деятельность. Включение этой нормы в УК Азербайджана было вызвано стремлением усилить охрану работников органов правосудия от посягательств на их жизнь. 

В юридической литературе правосудие как объект преступлений, предусмотренных в главе 32 УК Азербайджана, рассматривается в двух аспектах — узком и широком. В узком аспекте правосудие представляет собой одну из форм государственной деятельности, состоящую в рассмотрении и разрешении судами общей юрисдикции дел в порядке гражданского, уголовного и административного судопроизводства. Согласно ст. 7 Конституции Азербайджанской Республики 1995 года в стране действует принцип разделения государственной власти на три самостоятельные ветви: законодательную, исполнительную и судебную. Судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, уголовного и административного судопроизводства.

В соответствии со ст. 125 Конституции Азербайджана судебную власть осуществляют посредством правосудия только суды: Конституционный суд, Верховный суд, апелляционные суды, общие и специализированные суды.

Вопрос отнесения деятельности Конституционного суда к осуществлению правосудия является дискуссионным. Специалисты в области конституционного и уголовно-процессуального права высказывают противоположные точки зрения. Считается, что Конституционный суд не вершит правосудие[1]. Конституционное правосудие имеет иное значение, чем правосудие, осуществляемое судами в процессе рассмотрения уголовных и гражданских дел[2].

Среди российских специалистов в области уголовного права в этом вопросе также нет единства мнений. Одни ученые полагают, что деятельность Конституционного суда заключается не только в отправлении правосудия применительно к объекту посягательств, предусмотренных главой 31 «Преступления против правосудия» УК РФ[3]. Другие утверждают: деятельность Конституционного суда охватывается понятием правосудия и должна включаться в объект уголовно-правовой охраны преступлений против правосудия[4].

Для осуществления правосудия помощь и содействие суду оказывают другие государственные органы: прокуратура; органы дознания и предварительного следствия; учреждения, исполняющие вступившие в законную силу приговоры, решения и иные судебные акты. Таким образом, деятельность всех органов и граждан, способствующих суду в отправлении правосудия, признается правосудием в широком аспекте. Нормами о преступлениях против правосудия охраняются не только суды, но и перечисленные органы, без которых выполнение судом функции правосудия было бы затруднительно или даже невозможно. Следовательно, родовым объектом рассматриваемых преступлений является правосудие в широком аспекте.

Уголовный закон охраняет не все виды деятельности этих органов. Только их специфические функции по решению задач правосудия, направленные на обнаружение, изобличение и наказание виновных в совершении преступлений лиц, разрешение гражданских и административных дел, исполнение судебных решений, находятся под охраной уголовно-правовых норм о преступлениях против правосудия.

Поскольку рассматриваемые преступления совершаются в специфической сфере государственной деятельности, правильнее, на наш взгляд, было бы назвать главу 32 УК Азербайджана «Преступления в сфере правосудия». Следовательно, преступлениями в сфере правосудия являются общественно опасные деяния, нарушающие нормальную деятельность судебных органов по правильному разрешению дел, органов предварительного расследования и дознания по всестороннему и объективному расследованию преступлений, а также уголовно-исполнительных органов по надлежащему исполнению приговоров и иных судебных актов.

В теории уголовного права высказано предложение, что с точки зрения использования процессуальных категорий для обозначения видового объекта этой группы преступлений более приемлемым следует признать понятие «судопроизводство». По содержанию оно шире дефиниции «правосудие» за счет того, что включает в себя как деятельность судов по рассмотрению и разрешению дел, отнесенных к их ведению (собственно правосудие), так и действия других субъектов, которые реализуют свои права и обязанности, вступая в процессуальные отношения с судом. Поэтому в качестве альтернативного названия возможно данную группу преступлений обозначить как «преступления в сфере судопроизводства»[5].

 В литературе существует мнение о том, что родовым объектом преступлений против правосудия являются общественные отношения, обеспечивающие нормальное функционирование органов правосудия[6]. Наряду с родовым в теории уголовного права выделяют также видовой объект преступления. Правильное установление видового объекта преступлений против правосудия имеет большое значение для дифференцирования этих преступлений от иных правонарушений, совершаемых должностными лицами органов суда, прокуратуры, дознания и следствия. Специфика видового объекта преступлений против правосудия позволяет отграничить их от преступлений против порядка управления, сопряженных с воздействием на физическую неприкосновенность должностных лиц.

Под видовым объектом преступлений в сфере правосудия следует понимать совокупность общественных отношений, обеспечивающих правильное функционирование судов, органов предварительного расследования, дознания, прокуратуры и органов, исполняющих судебные акты, по реализации целей и задач правосудия.

Непосредственным объектом преступлений против правосудия являются конкретные общественные отношения, способствующие реализации конституционных принципов правосудия в деятельности судов, органов прокуратуры или следствия, дознания или уголовно-исполнительных органов.

Большинство преступлений в сфере правосудия являются двуобъектными и многообъектными. Помимо отношений в сфере деятельности суда по нормальному осуществлению правосудия, дополнительным непосредственным объектом могут выступать и иные связанные с ними общественные отношения. К ним можно отнести общественные отношения, обеспечивающие соблюдение прав и законных интересов лиц, осуществляющих правосудие, и их близких, т. е. имущественные, трудовые, жилищные и иные права и интересы названных лиц[7]. Если в результате вмешательства в отправление правосудия будет принято незаконное судебное решение, оно может ущемить права и интересы причастных к судебному разбирательству лиц (например, потерпевшего или обвиняемого по уголовному делу, истца или ответчика по гражданскому делу). Права и интересы этих лиц также могут выступать в качестве дополнительного непосредственного объекта данных преступлений.

Преступления, предусмотренные ст. 287 УК Азербайджана, являются двуобъектными. В качестве дополнительного непосредственного объекта данного состава выступают жизнь и здоровье потерпевшего. Каждый из перечисленных объектов самостоятельно охраняется уголовным правом. Наличие дополнительного непосредственного объекта повышает общественную опасность рассматриваемых преступлений и влечет усиление уголовной ответственности за их совершение.

Особого внимания заслуживает вопрос о потерпевшем в преступлениях против правосудия. Потерпевший в посягательствах, соединенных с воздействием на жизнь, здоровье, честь, достоинство, имущественные и иные его права либо законные интересы, определяется по-разному. Например, в ст. 287 УК Азербайджана называются: судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, лицо, производящее дознание, защитник, эксперт, судебный надзиратель, судебный исполнитель, а равно близкие родственники. В статье 289 УК Азербайджана говорится об оскорблении участников судебного разбирательства.

В уголовно-процессуальном законодательстве и литературе наряду с понятием «участник процесса» широко используется термин «участник судопроизводства». Под судопроизводством понимается деятельность судов по рассмотрению и разрешению уголовных, гражданских и административных дел, а также деятельность иных субъектов, которые реализуют права и обязанности, вступают в процессуальные отношения с судом, органами прокуратуры, предварительного следствия и дознания[8]. Судопроизводство, таким образом, есть не только функция судов. Оно охватывает действия иных лиц, вступающих в процессуальные отношения с судебными органами, а также деятельность государственных органов по раскрытию преступления, изобличению виновного, необходимая для осуществления правосудия. Понимание лица, участвующего в отправлении правосудия, в научной литературе неоднозначно. А.И. Чучаев считает такими лицами общественных обвинителей и защитников, представителей организаций и трудовых коллективов[9], Л.В. Лобанова — арбитражных заседателей[10]. По нашему мнению, прав Н.И. Пикуров, который относит к лицам, участвующим в отправлении правосудия, всех тех лиц, чьи функциональные обязанности непосредственно связаны с принятием процессуального решения[11].

Анализ норм УПК РФ, ГПК РФ и АПК РФ показывает: термины «судопроизводство» и «процесс» имеют одинаковое значение, являясь синонимами. Следовательно, понятия «участник процесса» и «участник судопроизводства» совпадают. Таким образом, в ст. 287 УК Азербайджана, устанавливающей ответственность за посягательства на жизнь лиц, осуществляющих правосудие или предварительное расследование, под последними следует понимать участников уголовного судопроизводства.

Из диспозиции нормы о разглашении сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении работников суда и правоохранительных органов, а также положения, предусмотренного в ст. 316 главы 34 УК Азербайджана о преступлениях против порядка управления, делаем вывод о том, что участниками уголовного процесса могут быть потерпевший, его представители, подозреваемый, обвиняемый, их защитники и представители, гражданские истцы, гражданские ответчики по уголовному делу, их представители, свидетели, специалисты, переводчики, понятые. УПК РФ указывает: участниками уголовного процесса являются дознаватель, следователь, прокурор, а также потерпевший, частный обвинитель, гражданский истец и их законные представители, подозреваемый или обвиняемый, их законные представители, защитник, гражданский ответчик, его законный представитель. Таким образом, круг потерпевших, определенный в ст. 287 УК Азербайджана, является более узким и не охватывает всех участников уголовного судопроизводства (по сравнению с УПК РФ).

В целях единообразного понимания и применения закона полагаем возможным изменить редакцию ст. 287 УК Азербайджана и дать в примечании к ней исчерпывающий перечень лиц, участвующих в отправлении правосудия и могущих быть потерпевшими от посягательства.

Уголовно-процессуальный кодекс Азербайджанской Республики 2000 года (далее — УПК Азербайджана) называет в качестве потерпевшего не только судебного надзирателя, но и судебного исполнителя. Согласно ст. 310.4, на судебного надзирателя возлагается обеспечение порядка в судебном заседании. Судебный надзиратель осуществляет надзор за тем, чтобы отклонение от правил, указанных в статьях 310.2.1—310.2.9 УПК Азербайджана, допускалось только по разрешению председательствующего в судебном заседании, и предотвращает возможные нарушения.

Для уяснения конкретного содержания этих понятий обратимся к Указу Президента Азербайджанской Республики от 20.04.2011 № 409 «О внесении изменений и дополнений в Указ № 246 от 5 января 2000 года “О применении Закона Азербайджанской Республики “О судебных надзирателях и судебных исполнителях” ”», согласно которому функции указанных должностных лиц возложены на исполнительных чиновников. Полагаем, что возникшее с принятием указанного нормативного акта несовпадение терминов «судебный исполнитель» и «судебный надзиратель» в УК Азербайджана следует устранить, скорректировав в этой части статьи 287, 288.2, 301.1 УК Азербайджана и заменив понятие «судебный надзиратель» на термин «исполнительный чиновник».

Еще одной группой возможных потерпевших закон называет близких родственников лиц, определенных в диспозиции нормы. В юридической литературе преобладает точка зрения, что к близким лицам потерпевшего относятся родственники, друзья[12], «лица, судьба которых небезразлична для потерпевшего (в силу сложившихся личных отношений они приравниваются к близким родственникам)»[13]. Близкими лицами потерпевшего наряду с близкими родственниками являются и иные лица, состоящие с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений. К родственникам в соответствии с семейным законодательством относятся родственники по прямой восходящей и нисходящей линиям: родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, дедушки, бабушки, внуки. При этом усыновители, усыновленные и их потомки приравниваются в своих личных правах к родственникам по происхождению. Перечень близких родственников приведен и в ст. 7 УПК Азербайджана: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки.

В связи с тем что в УК Азербайджана наряду со статьями, в которых говорится о «близких лицах», есть статьи, где называются «близкие родственники», по нашему мнению, следует в примечании к ст. 287 указать, какие категории лиц следует понимать под близкими родственниками.

С учетом изложенного, по нашему мнению, ст. 287 УК Азербайджана нуждается в следующих изменениях и дополнениях:

— в целях приведения УК Азербайджана в соответствие Закону Азербайджанской Республики от 28.12.1999 № 782-IГ «О судебных надзирателях и судебных исполнителях» в диспозиции статьи слова «судебного надзирателя, судебного исполнителя» следует заменить словами «исполнительного чиновника»;

— словосочетание «лицо, производящее дознание» заменить словом «дознаватель» в целях снятия противоречий между нормами УК Азербайджана и положениями УПК Азербайджана;

— словосочетание «в целях воспрепятствования» заменить понятием «в целях прекращения», учитывая, что термин «воспрепятствовать» менее значителен по объему замысла по сравнению с термином «прекратить».

Под лицом, участвующим в отправлении правосудия, выступающим потерпевшим от преступления, предусмотренного ст. 287 УК Азербайджана, следует понимать наряду с экспертом и специалиста; под посягательством на жизнь — убийство и покушение на убийство.

С учетом изложенного предлагаем следующую редакцию примечаний к ст. 287 УК Азербайджана:

«Примечания.

1. Посягательством на жизнь в данной статье понимается убийство или покушение на убийство указанных в статье лиц.

2. Лицами, осуществляющими правосудие или предварительное расследование, являются: судьи, присяжные заседатели, прокурор, следователь или дознаватель, защитник, эксперт, специалист, исполнительный чиновник.

3. Близкими родственниками лиц, указанных в данной статье, признаются: дедушки, бабушки, родители (в том числе усыновители), супруги, дети (в том числе усыновленные), внуки, родные сестры и братья».

Законодательству ряда стран СНГ известны нормы, аналогичные положениям ст. 287 УК Азербайджана. По содержанию они близки, но имеют и некоторые отличия. Так, в ст. 295 УК РФ и в ст. 340 Уголовного кодекса Республики Казахстан 1997 года дан исчерпывающий перечень потерпевших. В то же время в УК Казахстана, в отличие от УК РФ, нет указания на присяжного заседателя и на иное лицо, участвующее в отправлении правосудия. В статье 287 УК Азербайджана сужен круг близких лиц и названы лишь их близкие родственники. В Уголовном кодексе Киргизской Республики 1997 года (ст. 319) и Уголовном кодексе Республики Таджикистан 1998 года (ст. 357) в числе потерпевших назван «заседатель», а не «присяжный заседатель», как в ст. 287 УК Азербайджана и 295 УК РФ, т. е. расширен круг потерпевших. В статье 305 Уголовного кодекса Республики Молдова 2002 года к числу потерпевших отнесено лицо, содействующее осуществлению правосудия. Уголовный кодекс Украины 2001 года в ст. 379 предусматривает ответственность за посягательство на жизнь только судьи, народного или присяжного заседателя либо их близких родственников в связи с их деятельностью, связанной с осуществлением правосудия. Таким образом, из сферы уголовно-правовой охраны выпали лица, осуществляющие предварительное расследование, что вряд ли можно признать правильным решением. Нет в этой норме также и указания на мотив и цель посягательства.

В европейском уголовном законодательстве есть нормы, аналогичные рассматриваемой. Например, в Уголовном кодексе Франции 1992 года предусмотрена ответственность за умышленное убийство магистрата[14], присяжного заседателя, адвоката, на которых возложена какая-либо обязанность по публичной службе, при исполнении или в связи с исполнением этих обязанностей, если статус потерпевшего очевиден или известен исполнителю (ст. 221.4). Как видно, в этой норме четко обозначено конкретное субъективное отношение лица к статусу потерпевшего. Наказывается такое убийство пожизненным тюремным заключением. В статье 464 Уголовного кодекса Испании 1995 года в главе VII «Об обструкции правосудию и нарушении профессионального долга» предусмотрена ответственность за действия, посягающие на жизнь, неприкосновенность, свободу, сексуальную свободу или имущество, в качестве мести таким лицам, как заявитель, сторона, обвиняемый, адвокат, прокурор, эксперт, переводчик, свидетель, за их деятельность в судебном процессе.

 

Библиография

1 См.: Шульженко Ю.Л. Конституционный контроль в России: Дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 1995. С. 8—9.

2 См.: Витрук Н.В. Конституционное правосудие: Судебное конституционное право и процесс. — М., 1998. С. 38.

3 См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. А.И. Бойко. — Ростов н/Д, 1996. С. 617; Уголовное право: Особенная часть / Под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамовой, Г.П. Новоселова. — М., 1999. С. 618 (автор главы Т.В. Кондрашова); Лобанова Л.В. Преступления против правосудия: теоретические проблемы классификации и законодательной регламентации. — Волгоград, 1999. С. 24—27; Друзин А.И. Воспрепятствование исполнению судебного акта. — Ульяновск, 2001. С. 44—45.

4 См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. — М., 1999. С. 770 (автор комментария В.П. Малков); Кулешов Ю.И. Правосудие как объект уголовно-правовой охраны // Правоведение. 1999. № 4. С. 88; Уголовное право Российской Федерации: Особенная часть: Сб. метод. материалов. — М., 1999. С. 41 (автор материала А.В. Кладков).

5 См.: Кулешов Ю.И. Преступления против правосудия: проблемы теории, законотворчества и правоприменения: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. — Владивосток, 2007. С. 9.

6 См.: Курс уголовного права: В 5 т. / Под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комиссарова. — М., 2002. Т. 5. С. 145 (автор главы М.Н. Голоднюк).

7 См.: Уголовное право: Особенная часть / Под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамовой, Г.П. Новоселова. С. 784.

8 См.: Судоустройство и правоохранительные органы в Российской Федерации. — М., 1996. С. 7.

9 См.: Чучаев А.И. Преступления против правосудия: Науч.-практ. комментарий. — Ульяновск, 1997. С. 13.

10 См.: Лобанова Л.В. Указ. раб. С. 215.

11 См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации с постатейными материалами и судебной практикой / Под общ. ред. С.И. Никулина. — М., 2000. С. 941.

12 См.: Курс уголовного права / Под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комиссарова. Т. 5. С. 159; Уголовное право Российской Федерации: Особенная часть / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. — М., 2006. С. 382.

13 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации... / Под общ. ред. С.И. Никулина. С. 295.

 

14 Имеется в виду как судья, так и прокурор.