УДК  343.139

Страницы в журнале: 92-95 

 

А.А. ВАСЯЕВ,

кандидат юридических наук, адвокат Адвокатской палаты г. Москвы

 

Судебное решение об избрании такой меры пресечения, как заключение под стражу, может быть вынесено только при условии подтверждения достаточными данными оснований ее применения при предоставлении сторонам возможности обосновать свою позицию перед судом, с тем чтобы суд мог разрешить вопрос о содержании под стражей, основываясь на собственной оценке обстоятельств дела, а не только на аргументах, изложенных в ходатайстве стороны обвинения или в ранее вынесенном постановлении судьи об избрании данной меры пресечения.

Ключевые слова: доказательство, достаточные данные, заключение под стражу, обвиняемый, судебное разбирательство, Верховный суд.

 

Authentic data in the settlement of question about confinement suspected, accused person under guard

 

Vasyaev A.

 

Judicial decision about selection of such preventive measure as the conclusion under the guard can be given only under condition of acknowledgement by sufficient data of the bases of its application by granting to the parties an opportunity to prove the position before court, so that court can solve a question about detention being based on own estimation of circumstances of case, and not just on the arguments stated in the petition of the party of charge or in earlier given decision of the judge about election of the given preventive punishment.

Keywords: proof, sufficient data, confinement under guard, accused, proceeding, Supreme court.

 

Участие в производстве по уголовным делам в качестве адвоката-защитника дает все основания утверждать, что при разрешении вопроса о заключении подозреваемого (обвиняемого) под стражу соответствующее ходатайство, представленное в суде, в 100% случаев удовлетворяется. Установленные УПК РФ гарантии защиты от огульного требования следственных органов о заключении под стражу  по-прежнему (как и действовавшие ранее нормы УПК РСФСР) не обеспечивают достоверность необходимости избрания данной меры пресечения.

Существующая процедура заключения лица под стражу своей формой убеждает в воплощении в ней всей совокупности установленных УПК РФ принципов, однако содержание выявляет профанацию.

Адвокат-защитник в существующей форме разрешения вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу принимает обязательно формальное участие.

Одной из причин складывающейся практики является предположительный, не основанный на доказательствах вывод следствия и суда о необходимости заключения подозреваемого (обвиняемого) под стражу.

29 октября 2009 г. Пленум Верховного суда РФ вынес постановление № 22 «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста» (далее — Постановление № 22), где акцентировал внимание на, казалось бы, очевидных положениях, установленных статьями 97 и 108 УПК РФ.

В п. 2 Постановления № 22 указано, что заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть избрано лишь при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения. Тем самым ВС РФ акцентирует исключительность избрания данной меры пресечения, наличие реальной, установленной в ходе судебного разбирательства необходимости заключения лица под стражу.

Для решения вопроса о возможности применения меры пресечения в виде заключения под стражу подозреваемого (обвиняемого) в совершении преступления, за которое уголовный закон предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок свыше 2 лет, суду надлежит в каждом конкретном случае проверять обоснованность подозрения в причастности лица к совершенному преступлению. При этом обоснованное подозрение предполагает наличие достаточных данных (в том числе указанных в ст. 91 УПК РФ) о том, что соответствующее лицо могло совершить это преступление.

Пунктом 3 Постановления № 22 закреплено, что при решении вопроса о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу необходимо учитывать основания, указанные в ст. 97 УПК РФ, а именно: данные о том, что подозреваемый (обвиняемый) может скрыться от органов дознания, предварительного следствия или суда, продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Указанные обстоятельства должны быть реальными, обоснованными, т. е. подтверждаться достоверными сведениями. Так, согласно ч. 3 ст. 11 УПК РФ только при наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности.

Решая вопрос о заключении под стражу, суду надлежит учитывать обстоятельства, указанные в ст. 99 УПК РФ, например, тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого (обвиняемого), его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и т. п.

Краеугольным вопросом Постановления № 22, да и всей проблемы, связанной с заключением под стражу, является наличие достоверных сведений, устанавливающих основания для данной меры пресечения, и их исследование в ходе судебного разбирательства. В Постановлении № 22 используется ряд терминов, на основе которых суд устанавливает основания для заключения под стражу, а именно: достаточные данные (п. 2), достоверные сведения (п. 3), доказательства (п. 4), данные (п. 5), дополнительные доказательства (п. 10), обстоятельства (п. 20), аргументы (п. 20). В УПК РФ используется такой термин, как фактические обстоятельства (ч. 1 ст. 108 УПК РФ).

Очевидно, что для установления оснований заключения под стражу следует доказательства, собранные и представленные следователем (дознавателем), исследовать в условиях судебного разбирательства. Однако ни в одном из изученных нами дел не представлены доказательства, есть лишь предположения о существовании оснований для заключения под стражу.

Для этого ВС РФ в своем разъяснении, приведенном в Постановлении № 22, указывает, что следует тщательно проверять обоснованность мотивов необходимости заключения под стражу (п. 6), убедиться в достаточности этих данных (п. 19), исследовать доказательства, обосновывающие основания для заключения под стражу (п. 21), обсуждать данный вопрос (п. 26).

Недопустимо, на наш взгляд, использование такого большого набора терминов познавательного процесса для разъяснения его существа. Это, в отличие от однозначной интерпретации, запутывает участников процесса, дает возможность отклониться от него.

Верховный cуд РФ преднамеренно игнорирует силлогические операции в разрастании вопроса об аресте: если следователь, дознаватель представили в суд доказательства наличия оснований для заключения под стражу, то суд в ходе судебного разбирательства, исследовав их, санкционирует арест. Если следователь, дознаватель не предъявили доказательства наличия оснований для заключения под стражу, то суд отказывает в выдаче санкции на арест.

Что происходит на практике? Указанная в ходатайстве следователя, дознавателя информация сводится лишь к следующему:

— подозреваемый (обвиняемый) обвиняется в совершении преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы;

— лицо не имеет постоянного источника дохода и работы[1];

— следствие считает, что, находясь на свободе, подозреваемый (обвиняемый) может скрыться от предварительного следствия, дознания, продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать потерпевшим и свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, воспрепятствовать установлению истины по делу.

Такие необоснованные сведения в 100% случаев встречаются как в ходатайствах следователей, дознавателей, так и в санкциях суда на арест. Часть 4 ст. 7 УПК РФ обязывает следователей, дознавателей, суд мотивировать любое принятое решение. Никакие конкретные обстоятельства (ч. 1 ст. 108 УПК РФ), которые указывали бы на необходимость содержания подозреваемого (обвиняемого) под стражей, не приводятся и не исследуются.

Статья 108 УПК РФ ориентирует следователя, дознавателя, суд на то, что действительными основаниями для предположения, что лицо скроется от следствия или суда, продолжит заниматься преступной деятельностью, станет угрожать свидетелям и потерпевшим и т. д., могут являться следующие сведения: наличие у такого лица в прошлом ряда судимостей, характерное поведение лица после совершения преступления (например, обвиняемый угрожал свидетелям и потерпевшим, уничтожал доказательства, приобретал билеты для выезда за границу, обналичивал денежные средства, до этого хранившиеся на счетах в банках).

По смыслу абзаца первого п. 4 постановления Пленума Верховного суда РФ от 05.03.2004 № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» тяжесть подозрения, которой следователи, дознаватели по существу обосновывают необходимость заключения под стражу, должна лишь учитываться при решении указанного вопроса и является второстепенной по сравнению с данными о том, что подозреваемый (обвиняемый) может скрыться от органов предварительного расследования или суда, фальсифицировать доказательства, оказать давление на потерпевшего, свидетелей. Согласно абзацу третьему п. 4 того же постановления такими данными являются сведения о личности подозреваемого (обвиняемого), справки о судимости, данные о возможности лица скрыться от следствия, об угрозах в адрес потерпевших, свидетелей и т. п. Подобных доказательств в материалах, представленных в суд, как правило, не содержится.

В соответствии с абзацем третьим п. 14 постановления Пленума Верховного суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» необходимым условием для законности ареста является наличие обоснованного подозрения в том, что заключенное под стражу лицо совершило преступление.

В ряде случаев до задержания лица (в соответствии с положениями ст. 91 УПК РФ) органы следствия не предпринимают никаких мер для того, чтобы вручением повестки вызвать лицо для явки по месту проведения следствия, а вероломно задерживают его.

Следователи, дознаватели при инициировании процедуры заключения под стражу недостаточно тщательно собирают сведения, относящиеся к личности подозреваемого (обвиняемого), собирают и исследуют характеризующий его материал.

Заключение человека под стражу не должно быть самоцелью органов следствия, это обеспечительная мера для скорого осуществления уголовного преследования, но когда данная мера не обоснована и не мотивирована — это нарушение прав и основных начал судопроизводства.

Для того чтобы вынесенное Пленумом ВС РФ постановление возымело действие, во-первых, следует отказаться от повсеместной установки на то, чтобы заключать обвиняемых (подозреваемых) под стражу; следует применять  иные меры пресечения. Тем более что сейчас уже вступил в силу Федеральный закон от 29.12.2009 № 383-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации», где в отношении подозреваемых (обвиняемых) в совершении преступлений, предусмотренных статьями 198—199.2 УК РФ (уклонение от уплаты налогов и (или) сборов; неисполнение обязанностей налогового агента; сокрытие денежных средств либо имущества, за счет которых должно производиться взыскание налогов и (или) сборов), не может применяться такая мера пресечения, как заключение под стражу.

Во-вторых, необходимо руководствоваться принципом доверия к гражданам, предоставляя им возможность своим поведением, а не предположением следователя, дознавателя, доказывать отсутствие оснований скрываться, оказывать давление на свидетелей и потерпевших и т. д.

Следует ввести в практику наложение на подозреваемого (обвиняемого) альтернативных аресту обязанностей по самоограничению, а именно:

— не покидать местность, в которой он проживает, кроме как в случаях, установленных следователем, дознавателем, судьей по уголовному делу;

— сообщать следователю, дознавателю, суду о любых изменениях места жительства;

— не посещать определенные места;

— являться в орган производства уголовного дела по каждому вызову;

— не вступать в контакт с определенными лицами;

— не управлять автотранспортными средствами, не осуществлять профессиональную деятельность, подобную той, которая использовалась им при совершении преступления.

Орган внутренних дел, на территории деятельности которого проживает подозреваемый (обвиняемый, подсудимый), может осуществлять контроль за исполнением этих обязанностей.

В-третьих, при заявлении перед судом ходатайства о заключении под стражу должны быть представлены доказательства, дающие основания для этого. При разрешении вопроса о необходимости применения соответствующей меры пресечения наряду с доказательствами, обосновывающими ее, следует учитывать относительно подозреваемого (обвиняемого, подсудимого):

— характер и степень вреда, причиненного вменяемым ему деянием;

— личностные характеристики;

— его возраст и состояние здоровья;

— род его занятий;

— его семейное положение и наличие иждивенцев;

— его имущественное положение;

— наличие у него постоянного места жительства;

— другие существенные обстоятельства.

В-четвертых, представленные доказательства необходимо непосредственно исследовать согласно условиям судебного разбирательства (гл. 35 УПК РФ). Так, ни в одном из изученных нами дел в судебном разбирательстве не допрашивались для установления оснований заключения под стражу свидетели и потерпевшие, хотя стороной защиты заявлялись ходатайства о допросе лиц в части исследования личности обвиняемого (подозреваемого).

В-пятых, необходимо отказаться от практики выступления государственных обвинителей с устным ходатайством о продлении срока содержания под стражей без представления доказательств, устанавливающих основания для данной меры.

В-шестых, во всех изученных нами случаях доводы защитников об отсутствии необходимости заключения подзащитного под стражу остаются проигнорированными судом. Для того чтобы противодействовать безразличию к приведенным стороной защиты доводам, на практике предлагается использовать письменную форму подачи возражений на заявленное перед судом ходатайство о заключении подозреваемого (обвиняемого) под стражу[2].

Однако участие в качестве адвоката-защитника в разрешении вопроса о заключении лица под стражу после принятия Постановления № 22 свидетельствует, что практика не изменилась, следователи по-прежнему выносят огульные ходатайства, суд, в свою очередь, игнорируя разъяснения ВС РФ, выносит предположительные решения о заключении подозреваемого (обвиняемого) под стражу (о продлении срока содержания под стражей). И даже ВС РФ при обжаловании решения о заключении под стражу занимает ту же позицию, что и до принятия Пленумом ВС РФ Постановления № 22.

 

Библиография

1 Отсутствие источника дохода и работы не относится к числу обстоятельств, служащих поводами для ареста, поскольку каждый сам может свободно распоряжаться своим правом на труд. Труд в России свободен, а безработица уже давно стала массовым явлением.

2 См.: Васяев А.А. Исследование доказательств при производстве по уголовным делам. — М., 2009. С. 25—29.