Ю.В. НИКОЛАЕВА,

кандидат юридических наук, заведующая кафедрой уголовно-правовых дисциплин Московского института экономики, менеджмента и права

 

Как известно, на протяжении длительного периода истории ребенок выступал всецело объектом родительской власти, а его личные и имущественные интересы не получали должного закрепления в рамках правовой системы. Несомненно, в ходе эволюции правовых механизмов и институтов, смены концептуальных и идеологических основ государства, обозначенное положение претерпело значительные изменения.

Ключевые слова: имущество детей, права ребенка, члены семьи, недвижимое имущество, органы опеки и попечительства, злостное уклонение от уплаты алиментов, имущественные права несовершеннолетних, уголовно-правовая защита имущественных прав детей.

 

Whether protects the Criminal law property rights of minors?

Nikolaev Yu.V

The summary: As it is known, throughout the long period of history the child acted entirely as object of the parental power, and its personal and property interests did not receive due fastening within the limits of legal system. Undoubtedly, during evolution of legal mechanisms and institutes, change of conceptual and ideological bases of the state, the designated position has undergone considerable changes.

Keywords: property of children, the rights of the child, members of a family, real estate, guardianship and guardianship bodies, malicious evasion from payment of the alimony, property rights of minors, criminally-legal protection property rights of children.

 

Как известно, на протяжении длительного периода истории ребенок выступал всецело объектом родительской власти, а его личные и имущественные интересы не получали должного закрепления в рамках правовой системы. Несомненно, в ходе эволюции правовых механизмов и институтов, смены концептуальных и идеологических основ государства, обозначенное положение претерпело значительные изменения.

Однако, несмотря на явный прогресс, достигнутый в этой области, дети зачастую выступают в роли жертвы экономических, социальных реформ, несовершенства законодательства, а также совершаемых в отношении них преступлений[1].  При этом, несовершеннолетние, в силу присущих им психологических и возрастных особенностей обладают весьма ограниченными способностями к отстаиванию и защите собственных прав и интересов, что соответственно обуславливает необходимость в их повышенной защите со стороны общества и государства.

Международное законодательство, а также непосредственно российская правовая доктрина закрепляют целый комплекс прав и свобод детей, которые в свою очередь принято подразделять на личные и имущественные.

Как известно, особенностью личных прав является их неразрывная связь с субъектом, которому они принадлежат, а также невозможность передачи возможности их осуществления иному лицу. В свою очередь имущественное право — это такое право, которое предоставляет гражданину возможность иметь материальные блага, необходимые для удовлетворения своих материальных и культурных потребностей[2].

В перечень имущественных прав детей Семейный кодекс РФ включает, во-первых, право каждого ребенка на получение содержания от своих родителей и других членов семьи; во-вторых, право на получение причитающихся ему государственных платежей (пенсий, пособий). 

Кроме того, ребенку может принадлежать на праве собственности любое движимое и недвижимое имущество, не ограниченное и не изъятое из гражданского оборота. При этом следует учитывать, что в силу отсутствия у несовершеннолетних детей полной дееспособности большинство своих имущественных прав они могут осуществлять только через своих законных представителей. В этом состоит одна из особенностей реализации прав несовершеннолетних, а не особенность содержания субъективных прав детей, как утверждают некоторые авторы[3].

Возможность нарушения имущественных прав несовершеннолетних, обусловленную обозначенной проблемой, наглядно отражает следующий пример. Как известно, в последнее десятилетие одним из направлений деятельности органов опеки и попечительства стало решение вопросов о возможности совершения сделок с недвижимостью при участии несовершеннолетних детей. Довольно часто граждане обращаются с просьбой о получении разрешения на отчуждение дома или квартиры большей площади при условии приобретения другого жилого помещения, но меньшей площади. Поскольку в подобных случаях нарушение имущественных прав ребенка очевидно (его доля в праве собственности уменьшается), у органов опеки и попечительства есть все основания для отказа в совершении сделки[4].

Но многие российские граждане нашли выход из данной ситуации. В частности, на ребенка оформляется большая часть новой квартиры[5], а право пользования сохраняется у всех проживавших в старой квартире членов семьи. В этом случае доля ребенка в праве собственности не уменьшается, но интересы ребенка явно нарушены: в частности, до совершения сделки он мог занимать отдельную комнату, а после ее совершения ему приходится занимать комнату уже не одному, а с другими членами семьи[6].

Несомненно, что указанная и подобные ей ситуации позволяют лицам, целенаправленно нарушающим интересы ребенка избежать ответственности и наказания.

Исследователи отмечают, что в целом современное состояние правовых норм и практики их применения свидетельствует о низкой степени защищенности частных интересов уголовно-правовыми средствами[7]. Для несовершеннолетних указанная проблема приобретает особый характер. Как известно, реализация прав и интересов детей поставлена законодателем в значительную зависимость от воли и действий их законных представителей (которые на практике могут и не совпадать с интересами ребенка). Однако при этом уголовное законодательство предусматривает в основном защиту детей от таких преступлений, в которых их самостоятельная воля и интересы детей фактически не учитываются как существенное обстоятельство.

К деяниям, которые непосредственно попирают интересы ребенка, когда тот имел свою собственную волю и потребности, нарушенные действиями взрослого на настоящий момент относятся нормы ст. 157 УК РФ, злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей, ч. 2 ст. 202 УК РФ, предусматривающий злоупотребление полномочиями частными нотариусами и аудиторами, совершенное в отношении заведомо несовершеннолетнего, а также ряд преступлений против собственности (соответственно при условии, что собственником является несовершеннолетний).

Итак, проанализируем характерные для всех преступлений, связанных с нарушением интересов и имущественных прав несовершеннолетних, элементы их состава, а также существующие проблемы в закреплении и квалификации данных деяний и эффективности правовых санкций, предусмотренных за них.

Необходимо отметить, что определенные трудности в выявлении и квалификации данных преступлений обусловлены с одной стороны их высокой латентностью (связанной с сокрытием подобных деяний самим ребенком, либо его законными представителями, а также с часто встречающейся ситуацией нежелания вовлекать детей в процесс расследования), фактическим отсутствием у потерпевшего возможностей противостоять им, а с другой стороны спецификой объективной стороны, наличием в диспозициях статей оценочных понятий, значение которых вариативно оценивается на практике.

Прежде всего рассмотрим объективную сторону преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 157 УК РФ, которая состоит в  — злостном уклонении родителя от уплаты по решению суда средств на содержание несовершеннолетних детей, а равно нетрудоспособных детей, достигших восемнадцатилетнего возраста (алиментов).

Под уклонением, согласно Постановлению Верховного суда РФ, понимается не только прямой отказ от уплаты по решению суда алиментов на детей, но и сокрытие лицом своего действительного заработка, смену работы или места жительства с целью избежать удержаний по исполнительному листу.

Кроме того, уклонение с той же целью от работы или иные действия, свидетельствующие об уклонении от уплаты присужденных средств[8].  При этом в указанном постановлении до сих пор не устранены все недостатки, возникшие вследствие изменения российского законодательства. Например, в п. 6 закреплено, что уклонение с целью избежать удержаний по исполнительному листу от трудовой деятельности является основанием для привлечения лица к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 157 УК РФ, хотя еще в 1993 г. Конституция РФ провозгласила труд свободным[9]. 

В связи с этим, представляется, что на практике процесс доказывания умышленности подобных действий может вызвать определенные трудности, так как действующее законодательство не содержит каких-либо запретов на их совершение, ограничиваясь лишь требованием уведомления лица, получающего алименты и судебного исполнителя о перемене места жительства и работы.  Также в условиях массового сокрытия работодателями реального фонда заработной платы взыскание алиментов в их должной сумме становится фактически невозможным.

Важно заметить, что при определении вопроса о злостности уклонения, необходимо тщательно исследовать каждый конкретный случай с учетом продолжительности и причин неуплаты лицом алиментов и всех других обстоятельств дела. О злостности, как указал Пленум Верховного суда РФ, в частности, могут свидетельствовать повторность совершения аналогичного преступления, продолжение уклонения от уплаты алиментов, несмотря на соответствующие предупреждения, розыск лица, обязанного выплачивать алименты, ввиду сокрытия им своего места нахождения и т.д.[10]

Следует отметить, что по оценкам специалистов, эффективность применения нормы ч. 1 ст. 157 УК РФ весьма низка, а виды наказаний — не адекватны общественной опасности последних. Кроме того, закрепленное в ч.1 и ч.2 данной статьи наказание в виде ареста в настоящее время вообще не применяется.

Примечательно, что по данным ГУВД по городу Москве наблюдается устойчивое снижение зарегистрированных преступлений по признакам, предусмотренным ст. 157 УК РФ. Так, в 2002 году зарегистрировано 813 таких преступлений, в 2003 году — 721, в 2004 — 814