Е.П. ГРИШИНА,

кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права Российской таможенной академии,

С.А. САУШКИН,

кандидат юридических наук, доцент кафедры теории и истории государства и права Российской таможенной академии экономики и сервиса

 

Преступление — это всегда событие прошлого, и потому познать его можно только посредством изучения следов, отпечатков и отражений, которые остаются на различных объектах материального мира или в сознании людей.

«Полицейский открывает преступника по следам его шагов, — писал Томас Гексли, — таким же точно умственным процессом, каким Кювье восстановил образ исчезнувших животных Монмартра на основании одних только отпечатков от их костей»[1].

Установление обстоятельств совершенного преступления осуществляется не только в форме доказывания, т. е. посредством сугубо процессуальной деятельности, но и иными способами. Информация, добытая непроцессуальным путем, может быть использована в целях получения, проверки или оценки доказательств, а также легализована (внедрена в процесс). Аналогичные методы применяются и в отношении специальных познаний.

Одной из непроцессуальных форм использования познавательно-удостоверительного и прикладного потенциала лиц, компетентных в области борьбы с преступностью, является предварительное исследование объектов специалистом (реже — экспертом). Понятие «предварительное» означает производство исследования до возбуждения уголовного дела либо без вынесения постановления о назначении экспертизы (такое исследование иногда именуют экспресс-методом). Справедливости ради следует отметить, что не все исследования специалиста осуществляются вне рамок процесса: заключение специалиста может быть дано и в процессуальной форме. Специалист и в рамках следственного действия может проводить визуальный осмотр, измерение, поиск следов и вещественных доказательств, исследование обнаруженных материальных объектов, в том числе с использованием научно-технических средств.

Особенность предварительного исследования объектов заключается не только в его форме (без поручения, рассмотрения заключения следователем она в любом случае будет непроцессуальной), а прежде всего в том, что результатом исследовательских действий специалиста могут быть только очевидные, визуально воспринимаемые факты и события объективной действительности, имеющие общедоступный характер и понятные всем участникам следственного действия — следователю, дознавателю, прокурору, понятым. В противном случае эти лица не смогут засвидетельствовать факты, на которые специалист указал или которые исследовал экспресс-методом.

Мы категорически не согласны с мнением ученых, утверждающих, что специалист не проводит никаких исследований на месте происшествия в целях оказания помощи в проведении оперативно-розыскных мероприятий до возбуждения уголовного дела[2].

Предварительное исследование может оказать существенную помощь в выборе, разработке и обосновании оперативно-розыскных мероприятий. Оно способствует оптимизации процесса отбора, проверки для сравнительного или иного экспертного исследования предметов, документов.

Предварительное исследование — самостоятельный вид деятельности специалиста, который не следует путать с его участием в следственных действиях, например в осмотре места происшествия. Подобное исследование не производится сотрудниками экспертных учреждений Минюста России, однако оно широко применяется в деятельности экспертных учреждений МВД России. Нормативной базой служат соответствующие ведомственные приказы.

Предварительное исследование имеет два взаимосвязанных аспекта: правовой и практический. Первый предполагает наличие надлежащей нормативной базы, регламентирующей порядок приглашения сведущего лица для исследования и сам процесс исследовательской деятельности, оформления результатов и их последующей легализации. Второй определяется ситуативностью решения, в основе которого лежит признание необходимости привлечения сведущего лица для установления обстоятельств, способных обеспечить эффективность производства дальнейших следственных действий.

Для проведения предварительного исследования объектов сотрудники правоохранительных органов предпочитают приглашать эксперта-криминалиста, однако субъектом такого исследования целесообразно признавать специалиста.

На наш взгляд, предварительное исследование именуют экспертным в силу следующих обстоятельств:

· и эксперт, и специалист являются сведущими лицами, любое их участие вызвано необходимостью в прикладном применении специальных знаний, которыми они обладают;

· основанием для предварительного исследования объектов (не процессуальным, а организационным) является инициатива лица, проводящего оперативно-розыскные мероприятия. Однако эксперт и специалист — самостоятельные фигуры, с различным правовым статусом как на доследственных, так и на процессуальных стадиях, поэтому необходимо определиться с тем, кому из них целесообразнее проводить предварительное исследование и каким юридическим документом его оформлять.

Некоторые ученые-процессуалисты считают предварительное исследование объектов процессуальным действием, а ответы специалиста на поставленные вопросы при экспресс-исследовании — заключением специалиста (в процессуальном смысле)[3]. С подобным утверждением вряд ли можно согласиться, поскольку предварительное исследование объектов — непроцессуальная форма использования специальных познаний, а заключение специалиста — сугубо процессуальный документ.

Следует отметить, что наличие такой формы использования знаний сведущих лиц, как предварительное исследование, вносит определенную путаницу в уголовный процесс. Сложившаяся практика применения подобных исследований на начальном этапе производства по уголовному делу (при проверочных действиях) не отвечает требованиям законности. Полученные таким образом данные оформляются в виде справки эксперта, не являющейся доказательством в уголовном процессе. Производство подобного рода исследования регламентируется п. 5 ст. 6 Федерального закона от 12.08.1995  № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (в ред. от 02.12.2005).

Справка эксперта как результат экспресс-исследования оформляется в том случае, если объект исследования может быть утрачен, полностью или частично может видоизменить свойства либо вовсе лишиться их в течение короткого промежутка времени.

Согласно одной из точек зрения при получении справки эксперта можно применять уголовно-процессуальное законодательство по аналогии (например, считать эксперта специалистом)[4]. Однако работник экспертного учреждения, осуществляющий предварительное исследование в рамках доследственной проверки, не является специалистом в уголовно-процессуальном понимании, а представляет собой субъект оперативно-розыскной деятельности.

В соответствии с другой точкой зрения по статусу справка эксперта признается документом, который может войти в качестве самостоятельной части в содержание экспертного заключения[5]. Но при этом возникает другая неразрешимая проблема: сотрудник экспертного учреждения, проводящий экспресс-исследование, не предупреждается об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, а значит, отсутствуют необходимые гарантии достоверности и допустимости выводов, содержащихся в справке эксперта. К тому же эксперт как субъект оперативно-розыскной деятельности, как правило, лимитирован временем, что лишает его возможности провести исследование всесторонне полно и объективно.

Результаты предварительного исследования предписывается оформлять справкой и доводить до сведения следователя, лица, производящего дознание, и оперативного работника, а впоследствии фиксировать в журнале учета выездов на места происшествий. Любая информация, полученная подобным путем, может быть узаконена в процессуальном понимании этого слова, введена в материалы уголовного дела в виде вещественных доказательств и иных документов. Однако «...доказательственное значение будут иметь только сведения о фактах, изложенных в справке, но не выводы лица, проводившего исследование»[6].

На необходимость расширения общего количества случаев использования предварительного исследования объектов, особенно на стадии проверки информации о совершенном преступлении и в процессе осмотра места происшествия, указывали многие ученые-процессуалисты[7].

Полагаем, концептуальная и правовая конструкция «предварительное экспертное исследование объектов» является не совсем удачной. Эксперт не может проводить исследование и тем более оформлять свое заключение на месте происшествия. В данном случае правильнее вести речь об исследовании (специальном, но не экспертном), которое целесообразно поручить именно специалисту, а не эксперту. К тому же по действующему Уголовно-процессуальному кодексу РФ специалист привлекается к участию в процессуальных действиях для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов. Специалист может исследовать эти документы и дать заключение, которое не будет носить характер выводного знания в том понимании, которое приемлемо для экспертного заключения.

А.Ф. Абубакиров предлагает оформлять результаты предварительных исследований справкой за подписью лица, проводившего это исследование[8]. Предварительное исследование объектов (экспресс-метод) с составлением справки эксперта в ряде случаев приводит к необоснованным затратам времени, к утрате либо порче самих объектов, которые могут стать вещественными доказательствами по уголовному делу. «Как правило, в случае подтверждения выводами предварительного исследования объектов признаков состава преступления, после возбуждения уголовного дела назначаются экспертизы для исследования тех же самых обстоятельств»[9]. Эксперты выполняют двойную работу: вначале в виде предварительных исследований, затем в виде экспертных исследований. Заключение специалиста в рассматриваемом случае может стать самостоятельным доказательством.

Мы полагаем, что ч. 3 ст. 86 УПК РФ следует дополнить нормой о признании акта (справки) предварительного исследования объектов специалистом «иным документом»: после слов «которые обязаны представлять запрашиваемые документы или их копии» должна следовать фраза «а также истребования справки (акта) предварительного исследования объектов специалистом».

Аналогичной позиции придерживается Н.Н. Лысов, который считает, что приобщение к уголовному делу справки специалиста о результатах предварительного исследования в качестве «иного документа» дает основание признать за такими исследованиями доказательственное значение и не повторять подобные исследования путем проведения экспертизы, а обращаться к ней лишь в тех случаях, когда результаты специального исследования вещественных источников информации оспариваются[10].

По мнению Н.А. Кузнецовой, мотивированные выводы, изложенные в письменном виде в заключении специалиста, представляют собой документ, который может быть письменным доказательством[11].

Справка специалиста в ряде случаев может быть единственным документом, свидетельствующим о факте совершения преступления. Так, приказом Минздрава России от 29.04.1994 № 82 утверждено Положение о порядке проведения патологоанатомических вскрытий. В п. 8 раздела 2 данного документа указывается на обязанность патологоанатома, обнаружившего при вскрытии трупа лица, умершего в лечебном учреждении, признаки насильственной смерти или имеющего подозрения на нее, приостановить вскрытие, уведомить главного врача или его заместителя, принять меры к сохранению трупа, его органов и тканей и оформить проведенную часть вскрытия. Главный врач, его заместитель или дежурный врач обязаны сообщить об обнаруженных фактах в прокуратуру или милицию. Проведенная часть патологоанатомического исследования может быть оформлена справкой специалиста, приобщенной к материалам уголовного дела в качестве «иного документа».

Таким образом, придание справке специалиста о предварительном исследовании объектов статуса «иного документа» позволит существенно облегчить доказательственную деятельность, а в итоге — установление истины по уголовным делам.

 

Библиография

1  Цит. по: Розин М.М. Уголовное судопроизводство. — СПб., 1914. С. 35.

2 См.: Махов В. Отличие специалиста от эксперта // Социалистическая законность. 1973. № 3. С. 42.

3 См., например: Андрианова Т.П. Применение специальных криминалистических познаний при судебном разбирательстве уголовных дел: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — Мн., 1989. С. 11.

4 См. там же. С. 11.

5 Зайцева Е.А. Правовой институт судебной экспертизы в современных условиях. — Волгоград, 2003. С. 78—79.

6 Шейфер С.А. Использование непроцессуальных познавательных мероприятий в доказывании по уголовному делу // Государство и право. 1997. С. 59.

7 См., например: Волынский А. Почему слабо используются криминалистическая наука и техника // Социалистическая законность. 1988. № 10. С. 59.

8 См.: Абубакиров А.Ф. Теория и практика моделирования в криминалистической экспертизе: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — К., 1985. С. 23.

9 Зайцева Е.А. Указ. раб. С. 198.

10 См.: Лысов Н.Н. Криминалистическое учение о фиксации доказательственной информации в деятельности по выявлению и раскрытию преступлений: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 1995. С. 58.

11 См.: Кузнецова Н.А. Собирание и использование документов в качестве доказательств по уголовным делам: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — М., 1996. С. 14.