УДК 340.114.3 

Страницы в журнале: 8-13

 

А.А. МАКСУРОВ,

кандидат юридических наук, доцент кафедры теории и истории государства и права Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова Maxurov78@yandex.ru

 

М.В. ТАЛАНОВА,

аспирант Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова

 

Рассматриваются различные виды классификации. Исследуются варианты классификации функций права.

Ключевые слова: право, классификация, признак, функция, основа.

 

On the classification functions mediation legal practice

 

Maksurov A., Talanova M.

 

Various types of classification. Explores options for classification of the functions of law.

Keywords: law, classification, feature, function, basis.

 

Классификация (лат. clasis — «разряд» и facere — «делать») — особый случай применения логической операции деления объема понятия[1]. ·Она представляет собой группировку данных по принципу подобия или различия. Это позволяет дать содержательную характеристику наиболее существенных классов той или иной системы, раскрывающих их взаимодействие, взаимопроникновение, субординацию и органичное составление ими единой исходной целостности. Правильность и полнота классификации зависят прежде всего от выбора ее основания, которым выступает наиболее существенный признак, определяющий все остальные признаки классифицируемого явления. При этом следует помнить, что всякая классификация есть результат огрубления действительных граней между видами, так как они всегда условны и относительны.

Науке известны различные виды классификаций. Так, в логике классификации принято делить на естественную и искусственную. Естественной считается классификация, в основе которой находится существенный признак, определяемый природой изучаемых предметов и явлений. Напротив, искусственная классификация базируется на произвольно взятом признаке, имеющем значение с практической точки зрения для цели производимого исследования той или иной работы. Существуют распространительные классификации, когда исходный класс объектов последовательно подразделяется на виды и подвиды по различным основаниям. Есть такие классификации, в соответствии с которыми исходный класс объектов делится по независимым, не связанным в строгую систему основаниям. В результате получается несколько рядом расположенных классификаций (соделений), раскрывающих с различных сторон структуру понятия класса объектов.

Следует упомянуть и о дихотомических классификациях. Это деление по наличию или отсутствию признака. С логической точки зрения дихотомические классификации обладают существенным недостатком — их отрицательное подразделение слишком неопределенно, требует дальнейшего раскрытия объема. Поэтому дихотомическое деление рассматривается в науке как материал для построения более совершенной классификации.

Широко используются приемы классификации и в праве. Например, «классификация в законодательстве — это один из уникальных, относительно самостоятельных, объективно существующих и реально функционирующих приемов законотворческой техники»[2]. Классификация — это «государственно-властная, нормативная дифференциация объектов правовой сферы, устанавливающая между ними императивно фиксированный характер взаимосвязи в виде должного, запрещаемого, возможного, поощряемого либо рекомендуемого варианта юридически значимой деятельности»[3].

На наш взгляд, классификация функций права, как и всякая классификация, служит средством систематизации, предпосылкой научного анализа изучаемого объекта. Разделяя объект на части, она позволяет изучить его в детализированном виде. Одновременно она призвана соединить разнообразные и порой противоречивые проявления объекта, связать их в единую цельную систему. Таким образом, выступая как средство научной систематизации, классификация выполняет свое главное предназначение.

Существует множество точек зрения отечественных авторов на проблему классификации функций права.

Так, Л.И. Петражицкий считал, что право выполняет две основные функции: распределительную и организационную[4]. Ф.Н. Фаткуллин выделил модально-информационную функцию права, которая, по его мнению, ориентирует правотворческие органы на доведение соответствующей правовой информации до участников общественных отношений; регулятивную функцию права, выражающуюся в закреплении, запрещении, ограничении и стимулировании общественных отношений, упорядочении взаимных прав и обязанностей соответствующих лиц; воспитательную (идеологическую) функцию права, воздействие которой «осуществляется путем информирования граждан об общеобязательных образцах поведения в тех или иных общественных отношениях, разъяснения мотивов и целей установления государством таких масштабов, убеждения в их необходимости, справедливости и социальной ценности», и оценочную функцию права, так как устанавливаемые нормами права образцы и правила поведения служат своеобразным определителем дозволенности и приемлемости действий субъектов права, их правомерности или неправомерности[5]. В.М. Горшенев выделял функции правового регулирования, подразделяя их на две позитивные функции (статическую и динамическую) и одну негативную. Каждая из этих функций выражает специальные цели правового воздействия[6]. Т.Н. Радько в своих ранних работах все функции права подразделял на две большие группы: общесоциальные и специально-юридические. К первым он относил экономическую, политическую и воспитательную функции. Специально-юридическими он считал регулятивную и охранительную функции права[7]. В более поздних своих работах Т.Н. Радько все функции права классифицирует на пять основных групп (подсистем). Он выделяет общеправовые, межотраслевые, отраслевые, функции правовых институтов и функции норм права[8]. Такую же систему функций права определяет и В.К. Бабаев[9].

К группе общеправовых относятся функции, которые свойственны всем отраслям права. Каждая отрасль права имеет свою систему функций, обусловленную спецификой предмета и метода правового регулирования соответствующей отрасли. Наличие комплексных отраслей права позволяет выделить межотраслевые функции, свойственные нескольким, но не всем отраслям права. Системы функций правовых институтов образуют функции соответствующих правовых образований. Здесь следует иметь в виду, что данные системы могут находиться как внутри одной системы функций конкретной отрасли, так и носить межотраслевой характер в том случае, когда речь идет о системе какого-либо комплексного института права.

Вопрос о соотношении функций права различных уровней имеет большое значение, так как структурным элементам системы права присущи функции, которые имеют известную специфику, определяемую предметом и методом правового регулирования данных элементов и их назначением в системе права. Та или иная общеправовая функция может в большей или меньшей степени конкретизироваться функциями более низкого уровня. Это зависит, во-первых, от характера общеправовой функции и, во-вторых, от назначения отрасли, института, нормы права. Например, функции уголовного права конкретизируют общеправовую охранительную функцию в большей степени, чем соответствующие функции семейного и земельного права.

Кроме того, общеправовые функции права не охватывают и не могут охватить всего многообразия конкретных форм и путей воздействия права на общественные отношения. Эта возможность представляется лишь наряду с анализом содержания иных групп функций права. Так, карательное воздействие осуществляется соответствующей функцией уголовного права и т. д.

В юридической литературе есть различные точки зрения по поводу критерия разграничения общеправовых (собственно юридических) функций права. Так, И.Е. Фарбер в качестве критерия разграничения общеправовых функций предлагает использовать способы воздействия норм права на поведение людей и на общественные отношения[10]. Несколько иначе к этому вопросу подходит С.С. Алексеев, который полагает, что разграничивать функции права следует с помощью двух критериев: специфики правового регулирования и назначения права[11]. Последователи С.С. Алексеева имеются и сегодня[12].

А.Я. Рыженков исходит из того, что классификация функций должна носить объективно-субъективный характер, полагая при этом, что объективность классификации вытекает из существа регулируемых правом общественных отношений. Особенности того или иного вида общественных отношений очерчивают границы существования различных функций права и тем самым определяют основания разграничения этих функций. Субъективность оснований заключается в отличии методов правового регулирования. Аргументируя свою позицию, А.Я. Рыженков отмечает: ни Т.Н. Радько, ни А.С. Пашков, которые также считают, что в основе классификации должны лежать только объективные критерии, не смогли обойтись без субъективного основания классификации[13].

Однако проблема состоит не столько в том, каким является критерий классификации — объективным или субъективным, сколько в том, чтобы критерий был единый. При этом «единый» отнюдь не говорит о том, что критерий классификации должен быть один. Небезупречна в этом плане и классификация функций права, избранная З. Петцольдом, которая проведена с учетом свойств права, в результате чего различаемые им объективная, общественная, политическая функции, функция регулирования поведения людей и функция обеспечения гражданам подлинной свободы и справедливости не имеют между собой необходимой системы связи[14].

Отсутствие единого критерия классификации может повлечь за собой произвольные группировки функций в зависимости от субъективного усмотрения того или иного автора, что, естественно, не будет способствовать ни их теоретическому осмыслению, ни реализации на практике.

Анализ юридической литературы показывает, что, несмотря на незначительные отличия, в вопросе выделения критерия (основания) для классификации общеправовых (собственно юридических) функций существует определенное единство. Можно вычленить две группы критериев, которые лежат в основе дифференциации общеправовых функций: внутренние (находящиеся в рамках самого права) и внешние (располагающиеся за его пределами). Внутренние критерии классификации функций права вытекают из системы права, способов его воздействия на поведение людей, особенностей форм реализации. К внутренним функциям относятся специально-юридические функции, а к внешним — общесоциальные. А.Я. Рыженков, в определенной степени конкретизируя эту позицию, указывает, что «способы воздействия на поведение людей и формы реализации права могут служить критериями разграничения основных функций права». По его мнению, дозволение и запрет как способы воздействия права на поведение людей составляют содержание соответственно регулятивной и охранительной функции. Однако А.Я. Рыженкова смущает то, что обязывающий способ воздействия остается без функции, поскольку, как он полагает, к нему не подходят ни регулятивная, ни охранительная функция. Обращаясь к формам реализации права, он приходит к выводу, что обязывающий способ воздействия права на общественные отношения существует в рамках исполнения юридических обязанностей, возникающих из неправомерных действий, и составляет содержание функции защиты права[15]. С.С. Алексеев, наоборот, с полным основанием относит обязывающий способ воздействия к регулятивной функции права. Он обращает внимание на формы правового воздействия и формы реализации права, а также подчеркивает неразрывную связь специально-юридических функций с различными видами норм права и типами правоотношений[16]. И.Ф. Казьмин полагает, что основаниями разграничения являются способы реализации функций и методы их осуществления[17]. Таким образом, все отличие заключается в степени детализации критериев (оснований) разграничения.

Следует отметить: деление функций права на общесоциальные и собственно правовые (специально-юридические) одним из первых предложил С.С. Алексеев. Первоначально функции права он подразделил на статическую, динамическую и охранительную[18], однако впоследствии, обратив внимание на то, что право способно выполнять точно такие же функции, что и государство, предложил различать общесоциальные и специально-юридические функции права[19]. Под общесоциальными функциями права С.С. Алексеев понимал направления правового воздействия, выражающие социальное содержание правового регулирования (отмечая, что функции права и государства в данной плоскости совпадают), а под специально-юридическими — курсы правового воздействия, выражающие своеобразие права, его юридическое назначение для опосредуемых отношений. При этом к общесоциальным функциям он относил экономическую, политическую, воспитательную и другие функции, которые аналогичны соответствующим функциям государства, а к собственно правовым (специально-юридическим) — регулятивную и охранительную функции[20]. Сегодня эта точка зрения является в каком-то смысле господствующей. Даже в последних работах, несмотря на обоснованную критику отдельных положений С.С. Алексеева, исследователи все же соглашаются, что в главном он прав и такого рода деление функций, которое предложил проф. Алексеев, будет основным как с точки зрения теоретической непротиворечивости, так и с позиций практической значимости[21].

В рамках регулятивной функции выделяют две ее разновидности (подфункции) — регулятивную статическую и регулятивную динамическую. Регулятивная статическая функция выражается в воздействии права на общественные отношения путем их закрепления в тех или иных правовых институтах. В этом состоит одна из основных задач правового регулирования.

Регулятивная динамическая функция выражается в воздействии права на общественные отношения путем оформления их движения (динамики). Она нацелена на развитие, изменение и совершенствование существующих, а также возникновение новых общественных отношений. Особенно наглядно данная функция получает выражение в нормах и институтах гражданского, административного, трудового, финансового, налогового и других отраслей права.

Характеристика регулятивной функции права предполагает выяснение важнейших путей ее осуществления, поскольку любой из них играет важную роль во всем процессе, проводимом правовой системой.

С учетом сказанного регулятивную функцию права можно определить как обусловленное его социальным назначением направление правового воздействия, выражающееся в установлении позитивных правил поведения, предоставлении субъективных прав и возложении юридических обязанностей на субъектов права.

Однако необходимо подчеркнуть и важность другой собственно правовой функции права — охранительной. Охранительная функция права — это обусловленное социальным назначением направление правового воздействия, нацеленное на охрану общезначимых, наиболее важных экономических, политических, национальных, личных отношений, вытеснение явлений, чуждых данному обществу.

Охранительную функцию не следует противопоставлять регулятивной в том смысле, что одна из них — негативная (поскольку включает в себя запреты, санкции, ответственность), а вторая позитивная, так как направлена на медиацию положительной деятельности субъектов права. Обе эти функции (каждая по-своему) выполняют важную задачу закрепления и охраны прав личности, содействия развитию и укреплению общественных отношений. Специфика охранительной функции состоит в том, что она характеризует право как особый способ воздействия на поведение людей, выражающийся во влиянии на их волю угрозой санкции, установлением запретов и реализацией юридической ответственности; служит носителем информации для субъектов общественных отношений о том, какие социальные ценности взяты под охрану посредством правовых предписаний; является показателем политического и культурного уровня общества, гуманных начал, содержащихся в праве.

Характерные черты охранительной функции права прослеживаются более четко, если ее сравнить с правоохранительной деятельностью государства. Общее назначение правоохранительной деятельности государства сводится к тому, чтобы обеспечить неуклонное выполнение субъектами права требований закона, т. е. обеспечить соблюдение режима законности. Достигается это выявлением правонарушений, их расследованием, привлечением к ответственности виновных, защитой прав граждан.

Таким образом, если охранительная функция права — это действие самого права, то правоохранительная деятельность государства, во-первых, является материальной гарантией соблюдения требований права, поскольку это действия специальных органов и учреждений (МВД, прокуратуры, суда) по охране права; во-вторых, это влияние не самого права, а внешнего по отношению к нему фактора — государства.

Рассматривая проблему воздействия права на общественные отношения, следует помнить, что право есть продукт этих общественных отношений и что оно существует постольку, поскольку складывающиеся общественные отношения требуют именно правового воздействия. Внешним объективным критерием классификации функций права являются различные типы общественных отношений, определяющие назначение права. Общество как сложное целое подразделяется на определенные сферы, типы общественных отношений. Можно выделить четыре основные сферы, или системы: экономическую, социальную, политическую и духовную.

В зарубежной юридической литературе также имеются самые разнообразные взгляды на классификацию функций права.

Например, К. Ллевелин и Е. Хобель рассматривают такие функции как «определение отношений, связи между членами общества, хотя бы минимальная интеграция индивидуальной и групповой активности в обществе, сдерживание грубого насилия, направление силы на поддержание порядка, то есть распределение авторитета, определение возможности привилегированного применения насилия и одновременно выбор наиболее эффективных физических форм, санкций, даваемых правом, пригодных для осуществления социальных целей»[22]. Т. Парсонс к главным функциям права и правовой системы общества относил интеграционную, контрольную и функцию поддержания правопорядка[23]. Ж. Карбонье вслед за Р. Мертоном считал необходимым выделять явные и латентные функции права. «Так, явными функциями уголовной репрессии в зависимости от эпохи или конкретной ситуации могут быть: удовлетворение чувства справедливости, устрашение (общее или индивидуальное), исправление. Но латентной функцией этой репрессии может стать то, что с ее помощью вырываются наружу садистские инстинкты, возможные в обществе»[24].

Основные функции права многие авторы подразделяют на подфункции.

Так, В.Н. Карташов пишет, что каждая функция права, синтезируя множество однопорядковых направлений, состоит из нескольких подфункций. Функция — это наиболее общее, основное направление воздействия, в котором выражается сущность, место, роль права в правовой системе общества. Подфункция показывает в рамках данного направления некоторые особые специфические стороны воздействия. В пределах правоохранительной функции, например, он выделяет правообеспечительную, правовосстановительную, превентивную, компенсационную и карательную подфункции права [25].

И.Ф. Казьмин различает пять подфункций в составе  охранительной функции права: профилактическую, контрольную, конфликтную, восстановительную и карательную[26].

Систему функций права нельзя рассматривать как законченное, закостенелое образование. Новые исследования и условия жизни постоянно вызывают выделение новых функций, находящихся на различных уровнях системы. Очевидно и их более мелкое дробление. В целом же существует несомненная тенденция увеличения численности правовых функций, усложнения их внутренней структуры за счет образования как новых функций, так и подфункций.

Сама по себе медиативная юридическая практика — система многофункциональная, требующая разграничения отдельных направлений ее влияния на реальную действительность. Распределение функций на группы и виды должно, с одной стороны, наглядно продемонстрировать функциональное назначение медиативной юридической практики в целом, с другой стороны, выявить особенности, специфические признаки отдельных видов функций, каждая из которых, будучи относительно самостоятельным направлением воздействия, призвана отражать определенный аспект влияния медиативной юридической практики на объективную и субъективную реальность.

 

Библиография

1 Философский словарь. — М., 1975. С. 177.

2 Чуманов Е.В. Классификация в российском законодательстве: автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Н. Новгород, 2005. С. 11.

3 Там же.

4 См.: Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. — СПб., 2000. С. 177—209.

5 См.: Фаткуллин Ф.Н. Проблемы теории государства и права. — Казань, 1987.   С. 204—210.

6 См.: Горшенев В.М. Способы и организационные формы правового регулирования в социалистическом обществе. — М., 1972. С. 36.

7 См.: Радько Т.Н. Основные функции социалистического права. — Волгоград, 1970. С. 102; Его же. Социальные функции советского права. — Волгоград, 1971. С. 68; Его же. Методологические вопросы познания функций права. — Волгоград, 1974. С. 86.

8 См.: Радько Т.Н., Толстик В.А. Функции права: учеб. пособие. — Н. Новгород, 1995. С. 46.

9 См.: Теория государства и права: учеб. / под ред. В.К. Бабаева. — Н. Новгород, 1999. С. 253—254.

10 См.: Фарбер И.Е. О воспитательной функции общенародного права // Советское государство и право. 1963. № 7. С. 39.

11 См.: Алексеев С.С. Проблемы теории права: курс лекций: в 2  т. — Свердловск, 1973. Т. 1. С. 94—98.

12 См., например: Кролев Д.С. Система функций права  // Проблемы теории современного российского права: сб. науч. тр. РАЕН. Сер.: Право. Вып. 2  / под ред. акад. РАЕН  проф. Н.В. Щербаковой. — М.; Ярославль, 2005. С. 266—271.

13 См.: Рыженков А.Я. Компенсационная функция советского гражданского права. — Саратов, 1983. С. 29—30.

14 См.: Радько Т.Н. Методологические вопросы познания функций права. С. 259—296.

15 Там же. С. 34.

16 См.: Алексеев С.С. Общая теория права: курс лекций: в 2 т. Т. 2. — М., 1982. С. 195.

17 См.: Казьмин И.Ф. Общие проблемы права в условиях научно-технического прогресса. — М., 1986. С. 63.

18 См.: Алексеев С.С. Общая теория социалистического права. — Свердловск, 1963. Вып. 1. С. 64—67.

19 См.: Он же. Общая теория права: курс лекций: в 2 т. Т. 1. — М., 1981. С. 192.

20 См.: Он же.  Проблемы теории права: курс лекций: в 2 т. Т. 1. — Свердловск,  1972. С. 95.

21 См., например: Баумова М.Г. Классификация функций правовой культуры // Проблемы теории современного российского права. С. 198—202.

22 Цит. по: Кульчар К. Основы социологии права / под общ. ред. В.П. Казимирчука. — М., 1981. С. 157.

23 См.: Посконин В.В. Правопонимание Толкотта Парсонса. — Ижевск, 1995. С. 111—134.

24 Карбонье Ж. Юридическая социология / пер. и вступ. ст. В.А. Туманова. — М., 1986. С. 124.

25 См.: Карташов В.Н. Введение в общую теорию правовой системы общества. Текст лекций. Ч. 1. — Ярославль, 1995.С. 95.

 

26 См.: Казьмин И.Ф. Указ. соч. С. 69.