О.Ю. ИЛЬИНА,

доктор юридических наук, профессор, завкафедрой гражданского права ТвГУ 

Согласно ст. 19 Конституции Российской Федерации мужчины и женщины имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации. При этом предполагается, что данный конституционный принцип равноправия должен применяться во всех отраслевых правоотношениях.

Содержание принципа равноправия мужчины и женщины в семейных правоотношениях нельзя признать однозначным. В зависимости от того, о каких семейных правоотношениях идет речь, СК РФ по-разному определяет как перечень прав и свобод, которыми обладают в семье мужчина и женщина, так и правовые возможности для их реализации.

Сложность правовой регламентации отношений между членами семьи наряду с иными обстоятельствами обусловлена еще и тем, что отдельные семейные права и обязанности граждан, механизм их реализации определяются нормами иного отраслевого законодательства (гражданского, трудового, налогового и др.).

Вопросы гендерного равенства уже давно являются предметом обсуждения в науке семейного, трудового права, права социального обеспечения[1].

Наиболее распространенными разновидностями семейных правоотношений являются супружеские и родительские. Рассмотрим, каково содержание и условия реализации принципа равноправия мужчины и женщины именно в названных правоотношениях.

Анализируя супружеские правоотношения, прежде всего следует отметить ч. 3 ст. 1 СК РФ, в которой среди иных основных начал семейного законодательства указывается следующее правило: «Регулирование семейных отношений осуществляется в соответствии с принципами… равенства прав супругов в семье…» Таким образом, законодатель особо подчеркивает равенство семейных прав мужчины и женщины, которые являются супругами.

Обратимся непосредственно к нормам СК РФ, регулирующим личные неимущественные и имущественные отношения между супругами. Правила, определяющие условия и порядок заключения брака, основания и порядок его расторжения либо признания недействительным, исходят из принципа добровольности брачного союза, предполагающего равенство прав мужчины и женщины, свободу формирования их воли и непосредственно волеизъявления.

В частности, брак может быть прекращен путем его расторжения по заявлению одного или обоих супругов. В то же время в ст. 17 СК РФ предусматривается запрет следующего содержания: «Муж не имеет права без согласия жены возбуждать дело о расторжении брака во время беременности жены и в течение года после рождения ребенка». Это правило действует и в том случае, если ребенок родился мертвым или не дожил до возраста одного года.

Конечно, в данном случае законодатель руководствовался прежде всего интересами ребенка (даже еще и неродившегося) и его матери, однако вряд ли это обоснованно с точки зрения равенства прав мужчины и женщины.

Личные правоотношения между супругами не могут быть в полном объеме регламентированы нормами права, поскольку перечень супружеских прав и обязанностей личного содержания не может быть исчерпывающе определен. Это нашло свое отражение непосредственно в названии ст. 31 СК РФ — «Равенство супругов в семье». Ошибка ли это законодателя либо, наоборот, отражение его позиции — можно только предполагать. В ч. 2 данной статьи опять-таки акцент делается именно на равенстве супругов, а не на равенстве прав супругов, указывается, что вопросы материнства, отцовства, воспитания, образования детей и другие вопросы жизни семьи решаются супругами совместно, исходя из принципа равенства супругов.

Отдельные личные права супругов являются элементом их конституционно-правового статуса. В частности, каждый из супругов свободен в выборе рода занятий, профессии, мест пребывания и жительства. При этом реализация названных прав одним из супругов, в принципе, не оказывает существенного воздействия на процесс реализации личных прав другим супругом.

Более пристального внимания, на наш взгляд, заслуживают части 1 и 3 ст. 32 СК РФ, согласно которым супруги по своему желанию выбирают при заключении брака фамилию одного из них в качестве общей фамилии либо каждый из супругов сохраняет свою добрачную фамилию или, если иное не предусмотрено законами субъектов Российской Федерации, присоединяет к своей фамилии фамилию другого супруга. В случае расторжения брака супруги вправе сохранить общую фамилию или восстановить свои добрачные фамилии.

Рассмотрим данные варианты сквозь призму принципа равноправия мужчины и женщины, вступающих в брак или же расторгающих его.

Согласно ст. 19 ГК РФ гражданин приобретает и осуществляет права и обязанности под своим именем, включающим фамилию, собственно имя и отчество, если иное не вытекает из закона или национального обычая. Следовательно, при присвоении фамилии супруга другой супруг тем самым использует его имя.

Как быть в том случае, если при заключении брака один из будущих супругов возражает против того, чтобы его фамилия была обозначена в качестве общей фамилии супругов; либо после расторжения брака один из бывших супругов не желает, чтобы другой супруг продолжал носить его фамилию, избранную в качестве общей при заключении брака?

На наш взгляд, обеспечение принципа равенства прав мужчины и женщины в данных правоотношениях возможно путем внесения соответствующих изменений в содержание ст. 32 СК РФ и ст. 28 Федерального закона от 15.11.1997 № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» (в ред. от 18.07.2006; далее — Закон об актах гражданского состояния).

Речь идет об установлении правила обязательного получения согласия соответствующего супруга на использование его фамилии вторым супругом (бывшим супругом).

Закон об актах гражданского состояния является специальным по отношению к СК РФ, поскольку его нормы определяют порядок применения отдельных положений семейного

законодательства. В частности, каждый из супругов при заключении брака может присоединить к своей фамилии фамилию другого супруга (ч. 1 ст. 32 СК РФ). Буквальное толкование данного правила позволяет предположить следующий вариант двойной фамилии супругов: фамилия мужа — Иванов-Петров, фамилия жены — Петрова-Иванова. Таким образом, они имеют разные фамилии, несмотря на то, что каждый выполнил предписание закона и присоединил к своей фамилии фамилию другого супруга. В данном случае надлежит руководствоваться ч. 2 ст. 28 Закона об актах гражданского состояния, согласно которой в качестве общей фамилии супругов может быть записана фамилия, образованная посредством присоединения фамилии жены к фамилии мужа.

Данное правило не следует воспринимать как нарушение принципа равноправия, его установление направлено лишь на упорядочение соответствующих отношений.

К личным правам супругов следует отнести и их репродуктивные права, проблемы реализации которых приобрели в последнее время особую актуальность. Как установлено в ч. 2 ст. 31 СК РФ, «вопросы материнства, отцовства… решаются супругами совместно, исходя из принципа равенства супругов». Перечень данных вопросов включает в себя и вопрос о рождении ребенка.

Действующее законодательство оставляет данную сферу семейных отношений без должной правовой регламентации и содержит несколько норм, противоречащих принципу равенства прав мужчины и женщины.

В ст. 36 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22.07.1993 № 5487-1 (в ред. от 29.12.2006) содержится следующее правило: «Каждая женщина имеет право самостоятельно решать вопрос о материнстве». В Инструкции о порядке проведения операции искусственного прерывания беременности, утвержденной приказом Минздрава России от 14.10.2003 № 484, указывается, что эта операция проводится по желанию женщины. Конечно, право на уважение частной жизни и личную неприкосновенность, личную и семейную тайну признается за каждым гражданином Российской Федерации. Но если женщина состоит в браке, этот вопрос уже является семейным, общим для обоих супругов. В свете реализации мероприятий по повышению рождаемости предложение о получении согласия супруга на аборт, наверное, заслуживает внимания и поддержки. По мнению мужчин, решая вопрос о возможном материнстве, женщина решает и судьбу мужчины: станет он отцом или нет. Представители партии ЛДПР выступили с инициативой внести дополнения в СК РФ, согласно которым женщина, не состоящая в браке, должна будет получить письменное разрешение отца ребенка на сохранение беременности. Возможно, на первый взгляд это абсурдное предложение. Однако с точки зрения защиты прав отцов вполне обоснованное. Так уж устроено в природе, что ребенка вынашивает женщина, очевидно, на ней в большей степени лежит ответственность в применении мер предупреждения беременности. Почему мужчина, который не желал рождения ребенка и, что главное, не скрывал этого намерения, должен впоследствии как минимум предоставлять алименты на содержание ребенка?

На принципе равенства прав мужчины и женщины основан механизм правового регулирования и имущественных отношений между супругами (статьи 33—45, 89—92 СК РФ). В частности, при разделе общего имущества доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. В то же время суд вправе отступить от начала равенства долей супругов в их общем имуществе, исходя из интересов несовершеннолетних детей и (или) из заслуживающего внимания интереса одного из супругов, в частности, если другой супруг не получал доходов по неуважительным причинам или расходовал общее имущество супругов в ущерб интересам семьи.

Таким образом, интересы одного из супругов могут послужить критерием, руководствуясь которым суд вправе произвести раздел общего имущества супругов, признав неравенство имущественных прав супругов.

Достаточно интересны с точки зрения равенства прав мужчины и женщины положения главы 14 СК РФ, посвященной алиментным обязательствам супругов и бывших супругов. По общему правилу супруги обязаны материально поддерживать друг друга. В случае отказа от такой поддержки и отсутствия между супругами соглашения об уплате алиментов право требовать предоставления алиментов в судебном порядке имеют не все супруги, а лишь три их категории:

· нетрудоспособный нуждающийся супруг (это может быть как муж, так и жена);

· жена в период беременности и в течение трех лет со дня рождения общего ребенка;

· нуждающийся супруг, осуществляющий уход за общим ребенком-инвалидом (это также может быть и муж, и жена).

Эти же категории супругов, приобретя статус бывших, при соблюдении отдельных дополнительных условий сохраняют право требовать выплаты алиментов на свое содержание от бывшего супруга.

Итак, законодатель особо выделяет право жены (бывшей жены) на получение алиментов от мужа (бывшего мужа). При этом учитывается, во-первых, ее особое состояние в период беременности и, во-вторых, факт воспитания малолетнего ребенка до достижения им возраста трех лет. Первое обстоятельство вполне понятно и соответствующее право беременной жены сомнений не вызывает. Но ведь ребенок может воспитываться только отцом, если мать лишена родительских прав или ограничена в указанных правах либо в силу других причин не проживает совместно с ребенком и не участвует в его воспитании. В такой ситуации отец ребенка ограничен в возможности зарабатывать деньги, обеспечивать себя и ребенка. Конечно же, трудно предположить, что мужчина обратится к женщине с требованием выплаты алиментов на свое содержание. Но с точки зрения принципа равноправия в семье представляется оправданным внесение соответствующих изменений в действующее законодательство.

В частности, сохранив право беременной жены (бывшей жены) требовать выплаты алиментов на свое содержание, необходимо предоставить соответствующее право и мужу (бывшему мужу), если с ним проживает ребенок, не достигший возраста трех лет.

Заметим, что законодатель не предусматривает для данной категории алиментополучателей дополнительных признаков в виде нетрудоспособности и нуждаемости. Представляется целесообразным установить такие критерии для родителей, с которыми проживает ребенок, не достигший возраста трех лет.

Проведенный анализ отдельных семейно-правовых норм позволяет утверждать, что СК РФ исходит из принципа равенства прав мужчины и женщины, которые являются супругами. Однако если у супругов есть общий несовершеннолетний ребенок, в ряде случаев действуют специальные правила, применение которых ставит мужчину и женщину в неравное положение с точки зрения правовых возможностей для реализации соответствующих прав. Именно интересами общих несовершеннолетних детей обусловлены запрет для мужа на возбуждение дела о разводе, право жены на получение алиментов на свое содержание, возможность раздела общего имущества супругов в неравных долях.

Родительские правоотношения, в которых мужчина и женщина выполняют роли отца и матери, могут быть классифицированы в зависимости от наличия брака между данными лицами. В свою очередь, это определяет особенности реализации принципа равноправия родителей (ст. 61 СК РФ).

Итак, родители ребенка могут: а) состоять в браке между собой; б) не состоять в браке между собой, но при этом отцовство установлено. Согласно ст. 53 СК РФ при установлении отцовства в порядке, предусмотренном статьями 48—50 данного Кодекса, дети имеют такие же права и обязанности по отношению к родителям и их родственникам, какие имеют дети, родившиеся от лиц, состоящих в браке между собой.

Таким образом, если происхождение ребенка удостоверено в установленном законом порядке, то его родители в соответствии с ч. 1 ст. 61 СК РФ имеют равные права и несут равную ответственность в отношении своих детей (родительские права).

Особо подчеркнем, что семейно-правовые нормы не устанавливают приоритета прав отца или матери при осуществлении ими своих родительских прав. Однако обращение к нормам иного отраслевого законодательства позволяет привести примеры подобного содержания.

В ныне действующем ТК РФ имеется специальная глава 41 «Особенности регулирования труда женщин, лиц с семейными обязанностями». При этом в некоторых статьях ТК РФ отдельно называются специальные гарантии трудовых прав для работающих отцов (статьи 256, 257, 263 и др.). В то же время только для женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет, действует правило о получении их письменного согласия при направлении в служебные командировки, привлечении к сверхурочной работе, работе в ночное время, в выходные и праздничные дни (ч. 1 ст. 259 ТК РФ). В ч. 3 данной статьи указывается на возможность предоставления названных гарантий и отцам, воспитывающим без супруги детей в возрасте до пяти лет. Совершенно необоснованно законодатель смешивает понятия «супруги» и «родители». Кроме того, исходя из принципа равенства родительских прав, соответствующие гарантии должны быть предоставлены и отцу, и матери ребенка, не достигшего возраста трех лет. Не выдерживает критики и ст. 264 ТК РФ, согласно которой гарантии и льготы, предоставляемые женщинам в связи с материнством, распространяются только на тех отцов, которые воспитывают детей без матери. На наш взгляд, обеспечение интересов ребенка в семье возможно лишь при равноценном участии в его воспитании и отца, и матери. Если же в силу своей трудовой занятости отец будет выезжать в служебные командировки, работать в выходные и праздничные дни, он не сможет в полной мере осуществлять свои родительские права. В связи с этим соответствующие статьи ТК РФ должны быть дополнены указанием на предоставление гарантий и льгот отцу ребенка.

Весьма оригинальны нормы НК РФ, предусматривающие льготы для одиноких родителей. При исчислении налога на доходы физических лиц каждому из родителей, на обеспечении которого находится ребенок, предоставляется налоговый вычет. Его ежемесячный размер — 600 руб. на каждого ребенка (п. 1 ст. 218 НК РФ). Если ребенка воспитывает один родитель, размер вычета составляет 1200 руб.

При этом для подтверждения права на вычет в двойном размере от одиноких отцов требуют предоставления дополнительных документов.

Согласно все той же ст. 218 НК РФ одиноким признается родитель, не состоящий в зарегистрированном браке. В судебной практике, в практике деятельности органов социальной защиты при решении вопроса о назначении пособия на ребенка одинокой матерью признается та женщина, в отношении ребенка которой отцовство не установлено.

Таким образом, любой отец, не имеющий в своем паспорте штампа о браке, подпадает под определение одинокого. Но если он состоял в браке, а теперь разведен, то должен доказать, что выплачивает алименты на содержание ребенка. Факт предоставления содержания, по мнению налоговиков, может доказать исполнительный лист об уплате алиментов либо нотариально удостоверенное соглашение между родителями о выплате алиментов на содержание ребенка. Заявление мужчины об удержании части его заработной платы и перечислении этой суммы матери ребенка также подтвердит то, что он обеспечивает своего ребенка.

Представители налоговой службы полагают, что если родители ребенка в браке не состояли, то нормы СК РФ на них не распространяются и предоставление соответствующих документов (исполнительного листа или соглашения) для получения вычета в двойном размере не обязательно.

Если же родители ребенка состояли в браке и расторгли его, отцу необходимо предъявить документы, подтверждающие, что он выплачивает алименты на содержание ребенка. Иначе ему будут предоставлять налоговый вычет в обычном размере.

Действующее законодательство предусматривает разные условия осуществления родительских прав приговоренными к лишению свободы женщинами и мужчинами.

В соответствии со ст. 97 УИК РФ осужденным женщинам, имеющим детей в домах ребенка исправительных колоний, может быть разрешен краткосрочный (до 15 суток, не считая времени, необходимого для проезда туда и обратно) выезд за пределы исправительных учреждений для устройства детей у родственников либо в детском доме, а осужденным женщинам, имеющим несовершеннолетних детей-инвалидов вне исправительной колонии, — один краткосрочный выезд в год для свидания с ними на тот же срок.

Вполне понятно, что ребенок осужденного отца не может находиться в доме ребенка исправительной колонии, поэтому первую часть рассматриваемой статьи не принимаем во внимание.

Что же касается второй части данной нормы, то налицо нарушение прав осужденных отцов. Если ребенок — инвалид, отец лишен возможности выехать к нему на свидание за пределы исправительной колонии.

Много вопросов на практике вызывает нововведение: так называемый материнский капитал. Данное понятие появилось в российском законодательстве после принятия Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» (далее — Закон о поддержке семей).

Заметим, что в Законе о поддержке семей речь идет о материнском (семейном) капитале, право на дополнительные меры государственной поддержки возникает при рождении (усыновлении) ребенка (детей) не только у женщин, но и у мужчин. В частности, такое право имеют мужчины, являющиеся единственными усыновителями второго, третьего и последующих детей, если решение суда об усыновлении вступило в законную силу начиная с 01.01.2007 (ч. 1 ст. 3 Закона о поддержке семей).

В случае смерти матери, объявления ее умершей, лишения родительских прав, а также в случае отмены усыновления соответствующее право на получение дополнительных мер государственной поддержки возникает у отца (усыновителя) ребенка. Таким образом, и мужчина, и женщина, в принципе, обладают равными правами в данной сфере.

Однако в ч. 3 ст. 7 Закона о поддержке семей появляется весьма интересная норма: лица, получившие сертификат, могут расходовать средства материнского (семейного) капитала в полном объеме либо по частям на улучшение жилищных условий; получение образования ребенком (детьми); формирование накопительной части трудовой пенсии для женщин, перечисленных в пунктах 1 и 2 ч. 1 ст. 3 данного закона. Получается, что мужчина, являющийся единственным усыновителем второго и последующих детей, в отличие от женщин не может распорядиться соответствующими средствами с целью формирования накопительной части трудовой пенсии.

Федеральным законом от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (в ред. от 03.06.2006) предоставлено право на досрочную пенсию по старости по достижении возраста 50 лет при наличии 15 лет страхового стажа матерям инвалидов с детства, воспитавшим их до восьмилетнего возраста. Соответственно отец, воспитавший ребенка-инвалида, не имел такого права. Определением Конституционного суда РФ от 27.06.2005 № 231-О было признано возможным применять условия назначения подобной пенсии и для мужчин.

Это далеко не все источники отраслевого законодательства, регулирующие отношения, связанные с реализацией мужчиной и женщиной своих прав в супружеских и родительских правоотношениях. Как видим, конституционный принцип равенства прав мужчины и женщины находит особое преломление в семейных отношениях, что во многом обусловлено спецификой их содержания. Однако установление ряда правовых льгот и гарантий для женщин, имеющих детей, легальное закрепление фактической презумпции преимущества прав матери следует признать необоснованным и противоречащим равенству прав супругов и родителей.

 

Библиография

1 См., например: Гендерная экспертиза российского законодательства / Под ред. Л.Н. Завадской. — М., 2001; Лушников А.М., Лушникова М.В., Тарусина Н.Н. Гендерное равенство в семье и труде: заметки юристов. — М., 2006.