УДК 347.634/.637
 
И.И. ОРДИНАРЦЕВ,
студент 5-го курса Первого Московского юридического института
 
В статье обсуждается проблема правильного понимания сущности ограничения родительских прав как семейно-правового института. Предлагается и обосновывается классификация оснований ограничения родительских прав.
Ключевые слова: правоотношения между родителями и детьми; осуществление родительских прав; основания, порядок и правовые последствия ограничения родительских прав.
 
Тhe problem of correct understanding of essence of restriction of the parental rights as family-legal institute is discussed in the article. Classification of the bases of restriction of the parental rights is offered and is proved.
Keywords: legal relationship between parents and children; realization of the parental rights; grounds, procedure and legal impacts of restriction of the parental rights.
 
Семейный кодекс РФ содержит исчерпывающий перечень оснований, при наличии которых родители (один из них) могут быть ограничены в родительских правах. Так, в соответствии со ст. 73 СК РФ ограничение родительских прав возможно:
— если оставление ребенка с родителями (одним из них) опасно для ребенка по обстоятельствам, от родителей (одного из них) не зависящим (психическое расстройство или иное хроническое заболевание, стечение тяжелых обстоятельств и др.);
— если оставление ребенка с родителями (одним из них) вследствие их поведения является опасным для ребенка, но не установлены достаточные основания для лишения родителей (одного из них) родительских прав. При этом если родители (один из них) не изменят своего поведения, орган опеки и попечительства по истечении 6 месяцев после вынесения судом решения об ограничении родительских прав обязан предъявить иск о лишении родительских прав. В интересах ребенка орган опеки и попечительства вправе предъявить иск о лишении родителей (одного из них) родительских прав до истечения этого срока.
Традиционно ограничение родительских прав рассматривается представителями науки семейного права как одна из мер ответственности, применяемых к родителям при ненадлежащем осуществлении ими своих обязанностей по воспитанию ребенка. Аналогичную позицию занимает и правоприменитель. В частности, соответствующие разъяснения на этот счет содержатся в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 27.05.1998 № 10 «О применении судами законодательства при  разрешении споров, связанных с воспитанием детей» (далее — Постановление № 10).
Согласимся, предпосылкой такой категоричной позиции являются нормы семейного законодательства, предусматривающие особые основания, порядок и правовые последствия ограничения родительских прав.
 
В то же время, по нашему мнению, в СК РФ есть ряд норм, применение которых порождает правовые последствия, тождественные по своей сути последствиям ограничения родительских прав. Однако при этом речь не идет о привлечении родителей ребенка (одного из них) к семейно-правовой ответственности.
Прежде всего, обратимся к содержанию ст. 68 «Защита родительских прав» СК РФ. Родители вправе требовать возврата ребенка от любого лица, удерживающего его у себя не на основании закона или не на основании судебного решения. В случае возникновения спора родители вправе обратиться в суд за защитой своих прав.
В указанной статье законодатель предусматривает три варианта разрешения спорной ситуации. Первый, ради которого и был предъявлен иск, предполагает передачу ребенка родителям.
Применение второго варианта влечет  оставление ребенка у третьих лиц. «При рассмотрении этих требований суд вправе с учетом мнения ребенка отказать в удовлетворении иска родителей, если придет к выводу, что передача ребенка родителям не отвечает интересам ребенка» (абзац второй п. 1 ст. 68 СК РФ). На наш взгляд, складывается парадоксальная ситуация: третьи лица не имели законных прав удерживать ребенка, но на основании решения суда ребенок будет оставлен у них. В связи с чем возникает вопрос о наделении указанных лиц полномочиями на воспитание ребенка и приобретении ими соответствующего статуса.
Значит ли это, что ребенок признается оставшимся без попечения родителей и может быть передан в семью на воспитание? Что является правовым основанием принятия ребенка на воспитание в семью третьих лиц? Эти и ряд других вопросов имеют практическое значение, поскольку даже в период временного пребывания ребенка в семье третьих лиц должны быть  обеспечены его законные интересы.
Третий вариант предусмотрен в п. 2 ст. 68 СК РФ: «Если судом установлено, что ни родители, ни лицо, у которого находится ребенок, не в состоянии обеспечить его надлежащее воспитание и развитие, суд передает ребенка на попечение органа опеки и попечительства». Как разъяснил Пленум Верховного суда в п. 6 Постановления № 10, отказывая в удовлетворении иска, суд подтверждает факт отсутствия родительского попечения и заботы и передает ребенка на попечение органа опеки и попечительства «с тем, чтобы были приняты меры для защиты прав и интересов ребенка и был выбран наиболее приемлемый способ устройства дальнейшей его судьбы».
Отказ суда в удовлетворении иска родителей о возврате ребенка порождает неопределенные правовые последствия в отношениях между родителями и детьми.
С одной стороны, родители не лишаются родительских прав и не ограничиваются в них, с другой стороны, на наш взгляд, происходит именно ограничение в родительских правах. К сожалению, отсутствие судебной практики по делам такой категории не позволяет проанализировать конкретные судебные решения, а именно их резолютивную часть. Можно лишь предположить, что там отсутствует фраза «ограничить в родительских правах», поскольку изначально такое требование предъявлено не было. Соответственно нельзя говорить об ограничении родительских прав в том смысле, который определен законодателем в ст. 73 СК РФ.
В данной ситуации также возникает парадокс: родители обратились в суд с иском о возврате им ребенка от третьих лиц, удерживающих его незаконно, а в результате их (родителей) ограничили в родительских правах.
Не менее интересным представляется исследование содержания преимущественного права родителей на воспитание своих детей перед всеми другими лицами и порядка его осуществления (ст. 63 СК РФ). Предполагается, что родители самостоятельно и под свою ответственность решают все вопросы, связанные с воспитанием детей, что также исключает какое-либо воздействие третьих лиц на процесс принятия соответствующего решения.
В том случае, если ребенок остался без попечения родителей, он может быть передан на воспитание усыновителям, опекунам или попечителям, приемным родителям. В то же время, как уже отмечалось выше, совершенно не обязательно, чтобы родители ребенка были лишены родительских прав или ограничены в них.
Предположим, если ребенок подлежит усыновлению, то согласие его родителей является одним из условий принятия судом решения. Соответственно, дав согласие, родители утрачивают свои права и обязанности в отношении ребенка, и какие-либо споры между усыновителями и кровными родителями ребенка, как правило, впоследствии отсутствуют.
В контексте данных рассуждений особый интерес представляет вопрос о соотношении права родителей на воспитание ребенка и полномочий, которыми наделяются опекуны (попечители) ребенка. С принятием Федерального закона от 24.04.2008 № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» произошли серьезные изменения в регулировании отношений по воспитанию ребенка, переданного под опеку (попечительство).
В соответствии с п. 2 ст. 148.1 СК РФ, если иное не установлено федеральным законом, родители ребенка или лица, их заменяющие, утрачивают свои права и обязанности по представительству и защите прав и законных интересов ребенка с момента возникновения прав и обязанностей опекуна или попечителя. На наш взгляд, это означает не что иное, как ограничение родительских прав. Акт органа опеки и попечительства об установлении опеки (попечительства) над ребенком является формальным основанием для такого ограничения.
Проблема обеспечения представительства прав и интересов несовершеннолетних может возникнуть и в обычной семье, где ребенок воспитывается кровными родителями. Согласно п. 2 ст. 64 СК РФ родители не вправе представлять интересы своих детей, если органом опеки и попечительства установлено, что между интересами родителей и детей имеются противоречия. В случае разногласий между родителями и детьми орган опеки и попечительства обязан назначить представителя для защиты прав и интересов детей. При этом законодатель не предусматривает, кто может быть назначен представителем ребенка, на какой срок, какими конкретно полномочиями может быть наделен такой представитель и т. п.
Несмотря на отсутствие нормативной регламентации таких ситуаций, можно утверждать, что в результате принятия органом опеки и попечительства решения о назначении ребенку такого представителя родительские права будут ограничены.
Представляется, что фактическое ограничение родительских прав одного из родителей имеет место при раздельном его проживании с ребенком. Это обусловлено объективными обстоятельствами, в силу которых один из родителей лишен возможности постоянного общения с ребенком, заботы о нем. СК РФ допускает возможность определения порядка осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, либо в судебном решении, либо в соглашении родителей. Однако, согласимся, любой, даже самый оптимальный «регламент» общения будет ограничивать как права родителя, проживающего отдельно, так и права ребенка.
Весьма интересные разъяснения по поводу определения порядка осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, дает Пленум Верховного суда РФ в п. 8 Постановления № 10: «В исключительных случаях, когда общение ребенка с отдельно проживающим родителем может нанести вред ребенку, суд, исходя из п. 1 ст. 65 СК РФ, не допускающего осуществление родительских прав в ущерб физическому и психическому здоровью детей и их нравственному развитию, вправе отказать этому родителю в удовлетворении иска об определении порядка его участия в воспитании ребенка, изложив мотивы принятого решения».
Таким образом, отказом в удовлетворении иска суд фактически ограничивает отдельно проживающего родителя в родительских правах.
Заметим, что в качестве санкции, применяемой к родителю, с которым проживает ребенок, закон предусматривает принятие судом решения о передаче ребенка родителю, ранее проживавшему отдельно от ребенка (п. 3 ст. 66 СК РФ). Это означает, что если родитель, с которым проживает ребенок, препятствует другому родителю в осуществлении своих родительских прав, суд может ограничить его права, передав ребенка другому родителю.
Формальное ограничение родительских прав на основании акта органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации имеет место в случае отобрания ребенка при непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью (ст. 77 СК РФ). Дальнейшее изменение правоотношения между ребенком и родителями произойдет только после предъявления органом опеки и попечительства иска и принятия судом решения о лишении  родителей родительских прав либо об ограничении их в родительских правах.
Таким образом, СК РФ содержит достаточно много норм, правовые последствия применения которых будут состоять в ограничении родительских прав обоих родителей или одного из них. При этом следует учитывать, что лишь некоторые основания ограничения родительских прав названы законом в качестве таковых. Различается и процедура ограничения родительских прав: иногда решение об этом принимает орган опеки и попечительства, иногда суд. Соответственно и правовые последствия ограничения родительских прав не отличаются однозначностью.
Заметим, что в юридической литературе была предпринята попытка классификации оснований ограничения родительских прав[1]. Так, С.И. Смирновская полагает, что ограничение родительских прав можно классифицировать на прямое и косвенное; оправданное и неоправданное; обоснованное и необоснованное.
К прямым ограничениям С.И. Смирновская относит ограничение родительских прав, предусмотренное ст. 73 СК РФ, где установлены соответствующие основания. Примерами косвенного ограничения могут быть положения п. 2 ст. 62 СК РФ, где говорится о назначении опекуна ребенку несовершеннолетних родителей, не достигших возраста шестнадцати лет. В подобных случаях, считает С.И. Смирновская, назначенный опекун ограничивает родительские права несовершеннолетнего родителя[2].
Интересные аргументы выдвигает С.И. Смирновская, характеризуя оправданное и неоправданное ограничение родительских прав: «…следует иметь в виду, что защита интересов ребенка может состояться благодаря оправданному со всех точек зрения ограничению родительских прав»[3]. В качестве примера она приводит п. 2 ст. 68 СК РФ. Неоправданные же ограничения родительских прав С.И. Смирновская относит к исключениям из общего правила: «Типичный их пример — п. 2 ст. 24 СК РФ, предусматривающий обязанность суда при отсутствии соглашения родителей определять, с кем из них после расторжения брака будут проживать несовершеннолетние дети, что означает неоправданное вмешательство в личную сферу матери и отца ребенка, которые вправе сами решать, как им быть дальше»[4].
Представляется, что с таким подходом к определению сути ограничения родительских прав согласиться нельзя. Во-первых, если говорить об ограничении родительских прав как институте семейного законодательства, то применение такой меры ответственности возможно только в судебном порядке. Это, в свою очередь, предполагает установление судом всех фактических обстоятельств дела и вынесение обоснованного, т. е. оправданного, решения. Во-вторых, семейное законодательство исходит из принципа приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних, и в ряде норм СК РФ данный принцип находит реальное воплощение. На наш взгляд, в п. 2 ст. 24 СК РФ предполагается обеспечение именно интересов ребенка. Безусловно, папа и мама ребенка «вправе сами решать, как им быть дальше», но им, а не ребенку. Вмешательство суда в частную сферу родительско-супружеских отношений имеет своей целью обеспечение интересов ребенка, но не ограничение родительских прав супругов, расторгающих свой брак.
Дополнительно С.И. Смирновская предлагает различать обоснованное и необоснованное ограничение родительских прав, что, по нашему мнению, дублирует вышеназванное деление ограничений родителей в родительских правах на оправданное и неоправданное. «Под обоснованными ограничениями родительских прав подразумеваются логически выверенные с
правовой точки зрения положения, соответствующие ст. 73 СК РФ, предусматривающей ограничение родительских прав. А к числу необоснованных относится п. 2 ст. 64 СК РФ, где сказано: “Родители не вправе представлять интересы своих детей, если органом опеки и попечительства установлено, что между интересами родителей и детей имеются противоречия. В случае разногласий между родителями и детьми  орган опеки и попечительства обязан назначить представителя для защиты прав и интересов детей”. Нет ясности, о каких разногласиях идет речь, каков семейно-правовой статус такого представителя и т. п.»[5].
Очевидно, С.И. Смирновская имела в виду наличие двух видов оснований для ограничения родительских прав: прямо предусмотренных законом и косвенно предусмотренных
законом. Таким образом, предложенная классификация, предполагающая наличие нескольких видов ограничений родительских прав, как таковая отсутствует. Называя их тем или иным образом, на самом деле С.И. Смирновская ведет речь лишь о двух видах ограничений. Выделение оправданного и неоправданного, обоснованного и необоснованного ограничений родительских прав по своей сути есть одно и то же, но вряд ли такая классификация имеет значение для науки семейного права, законотворчества и правоприменительной практики.
Проведенный анализ семейно-правовых норм, регулирующих отношения между родителями и детьми, свидетельствует о наличии в семейном законодательстве иных оснований ограничения родительских прав, кроме предусмотренных непосредственно в ст. 73 СК РФ.
Содержание и форма нормативного выражения соответствующих норм позволяют утверждать о наличии  двух видов оснований ограничения родительских прав: формальных  и  фактических.
В свою очередь, формальные основания делятся на две группы:
— предусмотренные ст. 73 СК РФ и подлежащие применению в судебном порядке;
— предусмотренные иными статьями СК РФ и подлежащие применению органами опеки и попечительства.
Исследование оснований ограничения родительских прав, исходя из названной классификации, имеет теоретический и практический интерес. В рамках данной статьи не предполагается  проведение анализа правоотношений между родителями и детьми; между родителями ребенка и иными лицами, претендующими на воспитание или уже осуществляющими воспитание ребенка; между родителями ребенка и органом опеки и попечительства, а также  других правоотношений, связанных с осуществлением полномочий по воспитанию ребенка. Заметим, что соответствующие вопросы обсуждаются в науке семейного права, но совершенно в другом контексте.
Теоретическая значимость исследования рассматриваемой проблематики состоит в разработке доктрины ограничения родительских прав и формировании правильного понимания сущности этого правового института. По нашему мнению, его содержание не может определяться нормами только ст. 73 СК РФ. Речь должна идти о любой форме ограничения прав и обязанностей родителей по воспитанию, образованию и содержанию ребенка, предусмотренных законом.
Представляется, что с целью единообразного понимания сути ограничения родительских прав необходимо дополнить п. 1 ст. 65 «Осуществление родительских прав» СК РФ  абзацем четвертым следующего содержания: «Ограничение и лишение родительских прав допускается по решению органа опеки и попечительства и (или) суда  в случаях и порядке, предусмотренных настоящим Кодексом».
Практическое значение предложенной классификации состоит в правильном применении норм, устанавливающих основания, порядок и правовые последствия ограничения родительских прав. Наши рассуждения являются лишь попыткой осмысления и разрешения одной из проблем теории семейного права и потому не презентуются как единственно верный вариант.
 
Библиография
1 См.: Смирновская С.И. Ограничение родительских прав по семейному законодательству Российской Федерации: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2007. С. 14—17.
2 Там же. С. 15.
3 Там же. С. 16.
4 Там же.
5 Смирновская С.И. Указ. раб. С. 16—17.