Д.В. КОРЧИН,

старший преподаватель кафедры международного и конституционного права юридического факультета Петрозаводского государственного университета

 

К  числу основополагающих международных актов в области борьбы с наркотиками относятся Единая конвенция о наркотических средствах 1961 года[1] (далее — Единая конвенция; Конвенция 1961 года), Конвенция о психотропных веществах 1971 года[2] (далее — Конвенция 1971 года) и Конвенция о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 года[3] (далее — Конвенция 1988 года). Они предлагают для государств-участников систему обязательных или рекомендательных правил контроля законного оборота наркотических средств и противодействия их нелегальному обороту.

В Единой конвенции были определены понятия «незаконный оборот», «наркотическое средство», «ввоз», «вывоз», «изготовление», «производство». Были установлены общие правила о преступности деяний, связанных с наркотиками, и определено, что конкретные составы преступлений и меры ответственности устанавливаются в соответствии с внутренним правом каждой стороны Конвенции (п. 4 ст. 36). Было также установлено, что для соблюдения Конвенции необходимо создание условий, при которых наркотические препараты применялись бы исключительно для научных и медицинских целей и не могли бы незаконно использоваться внутри страны или за ее пределами. Если для стороны наркомания представляет серьезную проблему, желательно, чтобы эта сторона обеспечила надлежащие условия для лечения, реабилитации и восстановления трудоспособности наркоманов. Вопрос о противоправности употребления наркотиков без медицинского предписания передается на разрешение сторон Единой конвенции.

Положения Конвенции 1961 года стали отправной точкой в систематизации международно-правовых актов о наркотических средствах, позволившей развивать систему контроля оборота наркотиков и усиливать международное сотрудничество в этой области. С целью единообразного понимания на международном уровне вопроса об отнесении веществ к числу наркотических были сформированы четыре списка веществ, являющихся приложением к Конвенции. Вещества, включенные в списки, были сгруппированы в зависимости от степени их воздействия на организм человека: наиболее опасные для здоровья человека вещества включены в Список I, а менее опасные — в Списки II, III и IV.

Конвенция 1971 года определила понятие «психотропные вещества» и установила международную систему контроля за такими веществами, как галлюциногены, вещества амфетаминового ряда, барбитураты и другие средства, ранее не включенные в списки веществ, находящихся под контролем, установленным Конвенцией 1961 года, но злоупотребление которыми приводит к заболеванию наркоманией. Приложением к Конвенции 1971 года являются четыре списка веществ, отнесенных к числу психотропных. Списки построены по критериям, использованным при построении списков Конвенции 1961 года, т. е. наиболее опасные для здоровья человека вещества внесены в Список I, менее опасные — в Списки II, III и IV.

Российская Федерация использовала возможности, закрепленные нормами Конвенции 1988 года, для установления внутригосударственных законодательных мер, применение которых в работе правоохранительных органов государства позволяет сдерживать наркоэкспансию, исходящую с территории сопредельных государств. Так, ст. 11 Конвенции 1988 года предусматривает возможность проведения контролируемых поставок, представляющих собой метод работы правоохранительных органов, направленный на борьбу с транснациональной контрабандой наркотиков[4]. При осуществлении таких поставок допускается ввоз (вывоз, провоз) на территорию одной или нескольких стран незаконных или вызывающих подозрение партий наркотических средств или психотропных веществ или заменяющих их веществ с ведома и под надзором компетентных служб с целью выявления лиц, участвующих в совершении наркопреступлений. Статья 6 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»[5] устанавливает, что к числу оперативно-розыскных мероприятий, используемых при осуществлении оперативно-розыскной деятельности, относится и контролируемая поставка. Восприятие российским правом института контролируемых поставок позволяет более эффективно бороться с контрабандой наркотиков.

В специальной литературе отмечено, что цель законодательства о наркотиках — ограничение их оборота определенными рамками, т. е. создание правового режима, полностью выводящего их из гражданского оборота (за исключением ограниченных законом случаев медицинского применения таких веществ)[6]. При этом Российская Федерация, как и любое другое государство — участник указанных конвенций, обязана иметь законодательство и систему контроля, соответствующие предусмотренным на международном уровне[7]. Подтверждая участие Российской Федерации в решении проблемы борьбы с наркотиками на межгосударственном уровне, Правительство РФ подписывает с правительствами иностранных государств соглашения о сотрудничестве в области противодействия незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ, а также принимает иные меры, направленные на установление государственной системы противодействия злоупотреблению наркотиками и их незаконному обороту.

Выполняя принятые на себя обязательства, Российская Федерация создала национальную законодательную базу для юридического обеспечения решения проблемы злоупотребления наркотиками и их незаконного оборота. Прежде всего сюда относится Федеральный закон от 08.01.1998 № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах»[8] (далее — Закон о наркотических средствах; Закон), который устанавливает правовые основы государственной политики в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и в области противодействия их незаконному обороту в целях охраны здоровья граждан, государственной и общественной безопасности. Статья 1 Закона содержит ключевые понятия, закрепляющие правовой статус контролируемых веществ:

· наркотические средства — вещества синтетического или естественного происхождения, препараты, растения, включенные в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации (далее — Перечень) в соответствии с законодательством Российской Федерации, международными договорами Российской Федерации, в том числе Конвенцией 1961 года;

· психотропные вещества — вещества синтетического или естественного происхождения, препараты, природные материалы, включенные в Перечень в соответствии с законодательством Российской Федерации, международными договорами Российской Федерации, в том числе Конвенцией 1971 года;

· оборот наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров — культивирование растений; разработка, производство, изготовление, переработка, хранение, перевозка, пересылка, отпуск, реализация, распределение, приобретение, использование, ввоз на таможенную территорию Российской Федерации, вывоз с таможенной территории Российской Федерации, уничтожение наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, разрешенные и контролируемые в соответствии с законодательством Российской Федерации;

· незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров — оборот наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, осуществляемый в нарушение законодательства Российской Федерации.

В Законе о наркотических средствах определены также такие понятия, как: «аналоги наркотических средств или психотропных веществ», «прекурсоры наркотических средств или психотропных веществ», «незаконное потребление наркотических средств или психотропных веществ», «производство, изготовление, переработка, распределение, ввоз (вывоз) наркотических средств и психотропных веществ», «государственные квоты на наркотические средства и психотропные вещества».

В соответствии со ст. 2 Закона наркотические средства, психотропные вещества и их прекурсоры, подлежащие контролю в Российской Федерации, включаются в Перечень и в зависимости от применяемых государством мер контроля вносятся в следующие списки:

· список наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (далее — Список I);

· список наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых устанавливаются меры контроля в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (далее — Список II);

· список психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых допускается исключение некоторых мер контроля в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (далее — Список III);

· список прекурсоров, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых устанавливаются меры контроля в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (далее — Список IV).

Указанный Перечень с содержащимися в нем списками утвержден Постановлением Правительства РФ от 30.06.1998 № 681 «Об утверждении Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации»[9]. Порядок лицензирования деятельности, осуществляемой с веществами, внесенными в Список II и Список III, определяется соответствующими положениями, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 21.06.2002 № 454 «О лицензировании деятельности, связанной с оборотом наркотических средств и психотропных веществ»[10].

По мнению большинства специалистов, занимающихся изучением вопросов, связанных с наркотиками, Закон о наркотических средствах является базовым правовым актом российского законодательства о наркотических средствах и психотропных веществах и противодействии их незаконному обороту[11]. Несомненно, такая позиция является объективной и основана на анализе всей совокупности норм о наркотиках. Нельзя согласиться с точкой зрения, высказанной В.Н. Курченко, согласно которой «основу антинаркотического права составляет уголовное законодательство»[12]. Ведь именно Закон о наркотических средствах является основой всего национального законодательства, регулирующего общественные отношения в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ и в области их противодействия незаконному обороту, о чем прямо говорится в преамбуле к Закону. Он устанавливает границу легального оборота наркотиков и определяет, какие действия с ними относятся к числу нелегальных.

С учетом того обстоятельства, что понятия «наркотические средства» и «психотропные вещества» являются ключевыми в законодательстве об обороте наркотиков и противодействии их незаконному обороту, в том числе при определении границ уголовной ответственности, следует добиваться их корректного отображения в правовых терминах, а также соответствия терминологии, используемой в российском законодательстве, международному праву.

До недавнего времени у нас в стране употреблялся термин «наркотическое вещество», что не соответствовало ни общепринятой международно-правовой терминологии, ни фактическому состоянию вещей. Только Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22.06.1987 «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР» был введен термин «наркотическое средство». Это позволило привести внутригосударственную терминологию в соответствие с международной и более объективно отразить существующую действительность, так как, по мнению ученых, понятие «средство» шире понятия «вещество» и включает в себя, помимо него, и жидкости, и части растений[13], или же вещество — это субстанция, а препараты из него уже относятся к средствам[14].

Проводя сравнительный анализ понятия «наркотические средства», закрепленного в ст. 1 Закона о наркотических средствах, с понятием «наркотическое средство», данным в конвенциях 1961 и 1988 годов, следует отметить, что терминологии прямо не совпадают:  определение «наркотические средства», данное Законом, более развернутое, чем в указанных конвенциях.

Так, подпункт «k» ст. 1 Конвенции 1961 года устанавливает, что «наркотическое средство» означает любое из веществ, включенных в Списки I и II, — естественных или синтетических. Пункт «n» ст. 1 Конвенции 1988 года определяет, что «наркотическое средство» означает любое из веществ, природных или синтетических, включенных в Списки I и II Конвенции 1961 года и данной Конвенции (1988 года) с поправками.

В отличие от этого в понятие «наркотическое средство», данное Законом о наркотических средствах, в дополнение к естественным (природным) и синтетическим веществам включено значение «препараты», т. е. смесь веществ в любом физическом состоянии, содержащая одно или несколько наркотических средств или психотропных веществ, включенных в Перечень. Наряду с этим в понятие «наркотические средства» законом включено также понятие «растения». Однако, исходя из определения понятий «наркотические средства» и «психотропные вещества», к наркотическим средствам и психотропным веществам будут относиться только те фармацевтические препараты, которые включены в Перечень[15]. При этом в Список II Перечня включено лишь несколько препаратов, и, следовательно, любые другие препараты, содержащие только наркотические средства или психотропные вещества Списка II, в соответствии с Перечнем можно отнести к наркотическим средствам или психотропным веществам.

С учетом того, что понятие «вещество» определяется как субстанция, следует признать, что производные от этой субстанции препараты, а также растения уже не относятся к веществам и являются средствами. Но следует отметить, что в Списке III Конвенции 1961 года называются не только сами вещества, но и препараты с указанием  дозировки и входящих в них компонентов. При этом в списках Конвенции 1971 года перечисляются только сами вещества, а препараты из этих веществ в соответствующие списки не внесены.

Дополнительно необходимо отметить, что в конвенционных определениях понятия «наркотическое средство» говорится о веществах  природных или синтетических, а в Законе о наркотических средствах — о веществах синтетического или естественного происхождения и растениях. То есть в российском законодательстве разграничиваются понятия «вещества естественного происхождения» и «растения». В определенной мере понятие «растение» поглощается понятием «вещество естественного происхождения» и является лишь конкретизацией части этого определения. Однако не всякое вещество естественного происхождения является растением. Например, плодовые тела грибов не являются растением, но являются веществом растительного происхождения. Поэтому следует согласиться с терминологией, установленной законодателем с целью разграничения указанных понятий, и подчеркнуть, что понятие «природное вещество» включает в себя и понятие «растение», и понятие «вещество естественного происхождения».

Таким образом, понятия «препарат» и «растение», используемые в российском законодательстве и выделяемые отдельно при определении понятия «наркотические средства», включены в понятие «наркотическое средство», закрепленное в конвенциях 1961 и 1988 годов и используемое в международном праве, вследствие чего разночтения в национальном и международно-правовом определениях понятия «наркотическое средство» отсутствуют.

Согласно положениям конвенций 1961, 1971 и 1988 годов их участники вправе устанавливать в национальном законодательстве более жесткие меры контроля оборота наркотических средств и психотропных веществ, а также запрещать либо ограничивать оборот таких веществ. На основе предоставленной нормами международного права возможности дополнительного контроля за психоактивными веществами[16] Российская Федерация установила ограничения и контроль за некоторыми веществами, не отнесенными международно-правовыми актами к числу ограниченных в обороте. К таким веществам относятся масло каннабиса (гашишное), плодовое тело грибов, содержащих псилоцибин или псилоцин, кетамин и некоторые другие. Национальные списки могут иметь свои различия, вытекающие из соответствующих статей действующих конвенций, которые дают право правительству страны учитывать национальные особенности.

Кроме того, в определении понятия «наркотическое средство», данном конвенциями, говорится о веществах природных или синтетических, включенных в Списки I и II Конвенции 1961 года. А в Законе о наркотических средствах говорится о веществах, подлежащих контролю, в том числе в соответствии с Единой конвенцией, без указания на Списки I и II. Таким образом, существует возможность отнесения национальным законодательством России к наркотическим средствам веществ, включенных Конвенцией 1961 года в Список III[17].

Аналогично рассматривается вопрос и об определении «психотропное вещество». Конвенция 1971 года определила его как любое вещество, природное или синтетическое, или любой природный материал, включенный в Списки I, II, III или IV, а Закон о наркотических средствах добавил к этому определению понятия «препарат» и «природные материалы».

Необходимо также обратить внимание на то обстоятельство, что в определениях понятий «наркотическое средство» и «психотропное вещество», данных в конвенциях и в Законе о наркотических средствах, отсутствуют такие критерии отнесения веществ к группе наркотических либо психотропных, как медицинский и социальный. Говоря о медицинском критерии, можно заметить, что эти вещества оказывают воздействие на физическое или психическое состояние человека и в результате злоупотребления ими возможно возникновение психической или физической зависимости. Исходя из указанных признаков, к наркотикам можно отнести алкоголь и табак, а также различные смолы, использующиеся при производстве табачных изделий. Социальный критерий предполагает определенную распространенность таких веществ. С учетом расплывчатости границ медицинского и социального критериев, Закон ограничивается простым отнесением названных веществ к группе наркотических либо психотропных, указанных в Перечне, что является устойчивой юридической конструкцией, позволяющей эффективно реагировать на нелегальный оборот новых веществ, обладающих психоактивным воздействием на организм человека.

В литературе высказывались различные точки зрения на целесообразность отображения в законодательстве всех необходимых критериев таких веществ, как наркотические средства и психотропные вещества. Например, по мнению М.Л. Прохоровой, «предложенные в Законе определения не отражают в полной мере все необходимые свойства анализируемого предмета преступных посягательств в сфере незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ. Они включают в себя указание на его формальное свойство и лишь слегка затрагивают содержательный аспект, не раскрывая, впрочем, его сути»[18]. М.Л. Прохорова предлагает следующие определения понятий «наркотические средства» и «психотропные вещества», но только лишь для использования их в определении предмета преступных посягательств, связанных с наркотиками. Наркотические средства — вещества естественного или синтетического происхождения, обладающие одурманивающим свойством, негативно воздействующие на центральную нервную систему, злоупотребление которыми в конечном счете приводит к заболеванию наркоманией. Под психотропными веществами М.Л. Прохорова понимает вещества естественного или синтетического происхождения, способные вызвать при злоупотреблении ими состояние физической или психической зависимости, оказывающие стимулирующее или депрессивное воздействие на центральную нервную систему человека, вызывая галлюцинации или нарушения моторной функции либо восприятия, либо настроения, включенные в Перечень, в результате нелегального оборота которых причиняется значительный ущерб общественным отношениям.

На наш взгляд, подход, предлагаемый М.Л. Прохоровой, является неудовлетворительным, так как использование в законодательстве, регулирующем правоотношения в области оборота наркотиков, различных толкований основных категорий «наркотические средства» и «психотропные вещества» для целей уголовного и иного законодательства не приведет к какому-либо позитивному результату. Единообразие в толковании понятий, определенных законом, — одна из проблем российского законодательства, и отсутствие такого единообразия может привести к расхождениям в практике применения законодательства, что является нежелательным. Порядок утверждения Перечня Правительством РФ является, безусловно, более совершенным. Следует согласиться с суждением В.Г. Баяхчева, согласно которому «наличие только медицинского признака еще не может служить основанием для признания средства наркотическим. Примером тому служит перечень веществ, обладающих такими свойствами, но не признанных наркотическими (например, сильнодействующие вещества)»[19].

Таким образом, можно констатировать, что российские законы об обороте наркотических средств и психотропных веществ соответствуют нормам, закрепленным международными правовыми актами, но все же в них остаются еще некоторые моменты, требующие корректировки. Внесение таких корректировок в большей степени позволило бы укрепить взаимопонимание и сотрудничество России с иностранными государствами и международным сообществом в деле противодействия незаконному обороту наркотиков и распространению наркомании.

 

Библиография

1 Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XXIII. — М., 1970. С. 105—136.

2 Там же. Вып. XXXV. — М., 1981. С. 416—434.

3 Сборник международных договоров СССР и Российской Федерации. Вып. XLVII. — М., 1994. С. 133—157.

4 Слово «наркотик» используется как обобщающий термин для психотропных веществ и наркотических средств (см.: Драган Г.Н. Наркомания и наркобизнес. — М., 1996. С. 6).

5 СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3349.

6 См.: Скворцов С.М., Якимов А.Ю. Административно-правовые средства борьбы с пьянством, наркоманией и токсикоманией. — М., 1993. С. 7.

7 Противодействие незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ: Учеб. пособие. Ч. 1. Под. ред. А.Н. Сергеева. — М., 2001. С. 89.

8 СЗ РФ. 1998. № 2. Ст. 219.

9 СЗ РФ. 1998. № 27. Ст. 3198.

10 Там же. 2002. № 26. Ст. 2597; № 41. Ст. 3983.

11 См., например: Противодействие незаконному обороту... Ч. 1. С. 92.

12 Курченко В.Н. Противодействие незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ: уголовно-правовой и уголовно-процессуальный аспекты. — СПб., 2003. С. 137.

13 См.: Баяхчев В.Г., Курылев И.И., Калинин А.П. Расследование преступлений, связанных с изготовлением и распространением синтетических наркотических средств организованными группами. — М., 1995. С. 6.

14 См.: Курченко В.Н. Указ. соч. С. 16.

15 См.: Разъяснения Постоянного комитета по контролю наркотиков по запросам аптек, судебно-следственных органов, экспертов // Новые лекарственные препараты. 1994. Вып. 5. С. 54.

16 «Психоактивные вещества» — собирательное понятие, включающее большую группу специфически действующих на центральную нервную систему средств. Эту группу можно разделить на психоактивные вещества, находящиеся и не находящиеся под международным и национальным контролем (см.: Противодействие незаконному обороту... Ч. 1. С. 196).

17 В соответствии с п. 5 ст. 2 Единой конвенции 1961 года наркотические средства, включенные в Список IV, включаются также в Список I.

18 Прохорова М.Л. Наркотизм: уголовно-правовое и криминологическое исследование. — СПб., 2002. С. 155.

19 Противодействие незаконному обороту... Ч. 2. С. 218—219.