УДК 342.342.951:347.963 

Страницы в журнале: 45-48

 

О.Б. ГРЕБЕНЮК,

прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессах прокуратуры Краснодарского края, аспирант Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации Olga_2368@mail.ru

 

Рассматриваются вопросы защиты жилищных прав обманутых дольщиков в свете постановления Европейского суда по правам человека, совершенствования института обеспечения жилищных прав обманутых дольщиков как приоритетного направления прокурорской деятельности, а также предложения по оптимизации российского законодательства в этой сфере.

Ключевые слова: Европейский суд по правам человека, прокурорская деятельность, право на жилище, обманутые дольщики, защита жилищных прав.

 

Measures of public prosecutor’s activity for strengthening protection of the rights of the deceived shareholders in a resolution context the European court on human rights

 

Grebenyuk O.

 

In article are considered questions of protection of the housing rights defrauded дольщиков in light of the resolution of the European court on human rights; the improvement of the institute of the ensuring the defrauded sharers’ housing rights as priority direction public prosecutor’s to activity, as well as offers on optimization Russian legislation in this sphere.

Keywords: European сourt on human rights, public prosecutor’s activity, housing right, defrauded sharers, protection of the housing rights.

 

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин определил источники общеевропейского права как приоритетные для российских правоохранителей, отметив еще в выступлении на церемонии открытия нового судебного года в Европейском суде по правам человека (далее — Европейский суд, ЕСПЧ) в Страсбурге 21 января 2005 г.: «За последние девять лет Конституционный Суд России более чем в 90 своих решениях сослался на Конвенцию и решения Европейского суда, которые оцениваются им фактически как источник права»[1]. Этот тезис следует считать отправным в сфере совершенствования института защиты жилищных прав обманутых дольщиков, поскольку приоритетной для прокуратуры в настоящее время является защита не просто гражданских прав, а в первую очередь прав человека. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) заложила основу европейской системы защиты прав человека, которая включает в себя не просто определенный набор гарантированных прав, но и конкретный механизм их надлежащей реализации и защиты. Поскольку на национальном уровне данный механизм не выработан, пораженные в правах люди обращаются в Европейский суд.

Представитель в ЕСПЧ от России А.И. Ковлер обращал внимание на факт, что «большинство российских жалоб — так называемые клоновые (повторяющиеся), отражающие серьезные “структурные” проблемы — неисполнение судебных решений, злоупотребление надзором в гражданском производстве»[2]. Больше половины жалоб, поступающих в Страсбург из 47 стран, касаются различных аспектов права на справедливое судебное разбирательство. Жалобы российских граждан также вызваны нарушениями государством Конвенции, среди которых чаще всего имеет место нарушение права на справедливое судебное разбирательство (ст. 6 Конвенции), что выражается в длительности судебной процедуры либо неисполнении судебных решений[3]. ЕСПЧ впервые констатировал нарушение ст. 13 Конвенции — отсутствие эффективных средств правовой защиты при нарушении законодательства об исполнительном производстве — в 2008 году[4]. «Такая констатация, — считает А.И. Ковлер, — уже сигнал для государства, свидетельствующий о том, что его нарушения Конвенции носят систематический характер»[5].

Следует заметить, что систематическое нарушение права на справедливое судебное разбирательство целенаправленно осуществляется недобросовестными правоохранителями в отношении тех групп истцов, которые уязвимы в юридическом и не защищены государством в социальном отношении. Например, долевое строительство остается одной из самых криминализированных сфер экономической деятельности в Российской Федерации. Организованная преступность может получать огромные прибыли за счет многочисленной группы российского населения — обманутых дольщиков, нарушая их жилищные и имущественные права посредством создания им препятствий при исполнении правосудия. Дела, которые прошли через Европейский суд, говорят об имеющихся проблемах с формами и средствами защиты прав и свобод человека и гражданина.

После вступления в силу в Российской Федерации Конвенции и протоколов к ней граждане Российской Федерации используют право обращения в Европейский суд в Страсбурге крайне активно, но среди обманутых дольщиков этой инстанции достигли лишь немногие, поскольку прохождение всех инстанций в национальных судах занимает годы, а на рассмотрение жалобы в Европейском суде также уходят годы.

Так, обращение от первой российской обманутой дольщицы О. Вотинцевой поступило в ЕСПЧ в 2006 году[6]. До того как истек двухгодичный срок с момента подачи жалобы, истцы получили уведомление о том, что жалоба будет рассмотрена. И лишь в феврале 2010 года было получено решение Европейского суда, единогласно вынесенное его Малой палатой в составе семи судей, в том числе российского судьи А. Ковлера. Трехмесячный срок обжалования решения ЕСПЧ в Большой палате, данный Российской Федерации, истек, и после этого решение суда вступило в законную силу. Таким образом, общий срок разбирательства по иску в Европейском суде составил 5 лет и 5 месяцев.

Поскольку европейское право является прецедентным, то вступившее в силу решение Европейского суда становится источником права для следующих исков и в дальнейшем может применяться по аналогии ко всем подобным правоотношениям в России. Вероятнее всего, это приведет к ускорению процесса не только в самом ЕСПЧ, но и на российском уровне. Так, по случаю мошеннических действий коммерческой организации ООО «Мы строим дом» обманутые дольщики, встретив противодействие российских правоохранительных органов, обратились в ЕСПЧ[7]. Только после того как Европейский суд принял дело к рассмотрению и уведомил об этом заявителей, органы государственной власти Российской Федерации взяли дело на рассмотрение и перестали переадресовывать разбирательство не принимавшим меры властям Калининградской области.

«Каждое решение Европейского суда по правам человека в целях выяснения причин и условий допущенных нарушений, принятых мер по недопущению подобного рода фактов в будущем должно стать предметом обсуждения в прокуратурах субъектов Российской Федерации, прежде всего тех, где были допущены нарушения прав и свобод человека и гражданина, а исполнение решений Суда должно быть взято прокурорами субъектов Российской Федерации на контроль», — пишет А.С. Жмакин[8]. Вряд ли встретят возражения предложения о расширении предмета прокурорского надзора за исполнением законов судебными приставами надзором за исполнением решений Европейского суда судебными приставами-исполнителями, а также о создании в структуре Федеральной службы судебных приставов специального подразделения, осуществляющего исполнение решений ЕСЧП. Так, Ю.Н. Гринько предлагает дополнить п. 2 ст. 1 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» следующим положением: «В целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства прокуратура Российской Федерации осуществляет надзор за исполнением судебными приставами-исполнителями решений Европейского суда по правам человека, по которым Российская Федерация выступает в качестве государства-ответчика», а ст. 5 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах» — следующим положением: «Исполнение решений Европейского суда по правам человека, по которым Российская Федерация выступает в качестве государства-ответчика, осуществляется специальным подразделением службы судебных приставов»[9].

Что же касается утверждения А.С. Жмакина о том, что и в прокуратурах субъектов Российской Федерации необходимо обсуждение «каждого решения Европейского суда по правам человека в целях выяснения причин и условий допущенных нарушений, принятых мер по недопущению подобного рода фактов в будущем»[10], считаем нужным отметить, что превентивное пресечение прокуратурой фактов обмана дольщиков даже после появления прецедента «Вотинцева против России» проблематично, поскольку участие прокурора в процессе ограничено рамками ст. 45 ГПК РФ. Дискуссии по вопросу об участии прокурора в гражданских делах идут в разных странах, в том числе странах—членах Совета Европы[11]. Перечень оснований для участия прокурора неоднократно, в том числе и нами[12], предлагалось расширить[13], поскольку «гипертрофированная самостоятельность и независимость любой ветви власти, включая судебную, чреваты бесконтрольностью и произволом»[14].

Три тысячи евро компенсации, присужденные Европейским судом к выплате О. Вотинцевой, Российская Федерация будет выплачивать из кармана налогоплательщиков, а не из кармана недобросовестных правоохранителей. Когда множество дольщиков обратится в ЕСПЧ, размер компенсационных выплат значительно возрастет и бремя может оказаться непосильным для государства. Чтобы избежать этого, необходимы следующие меры:

— расширение в ст. 45 ГПК РФ перечня оснований для участия прокурора;

— законодательное восстановление полномочия прокурора истребовать по жалобам граждан из судов гражданские дела любой категории для проверки законности вынесенных по ним судебных постановлений, что «существенно повысило бы уровень защиты нарушенных прав граждан и качество правосудия, что, несомненно, привело бы к сокращению количества жалоб российских граждан в Европейский суд по правам человека»[15];

— внесение изменений в ряд законодательных актов, в том числе в Федеральный закон от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации». Изменения могут касаться механизма осуществления прокурорского надзора за обязанностью исполнения решений ЕСПЧ, касающихся Российской Федерации;

— принятие федерального закона о защите прав обманутых дольщиков, поскольку чем эффективнее правовые средства защиты на национальном уровне, тем меньше будет у граждан оснований для обращения в межгосударственные органы (в частности, в ЕСПЧ) за защитой своих прав.

 

Библиография

1 Зорькин В.Д. Конституционный Суд России в европейском правовом поле// Журнал российского права. 2005. № 3. С. 8.

2 «Верь, не бойся и проси»: интервью с судьей ЕСПЧ А.И. Ковлером // ЭЖ-Юрист. 2010. № 1—2.

3 См.: Шиняева Н., Арутюнян А. Наш человек в Европе: интервью с судьей ЕСПЧ А.И. Ковлером// Там же. 2009. № 3.

4 См.: Постановление ЕСПЧ от 04.12.2008 № 1111/02 по делу «Сиверин против России» по неисполнению судебных решений 1999 года о перерасчете чернобыльских пособий.

5 «Верь, не бойся и проси»: интервью с судьей ЕСПЧ А.И. Ковлером.

6 См.: Завойкина Н., Каширин А. Обманутые дольщики дошли до Страсбурга// ЭЖ-Юрист. 2006. № 39; Волкова М. Дело о доле: жалоба обманутого инвестора дошла до Страсбурга // Российская газета — Приволжье (Н. Новгород). 2006. № 4187. URL: http://www.rg.ru/gazeta/rg-privolzhe/2006/10/04.html

7 URL: http://urist39.com/№ ews.php?p=281&c=1

8 Жмакин А.С. Место и роль прокуратуры в конституционной системе государственных органов Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2011. С. 23.

9 Гринько Ю.Н. Деятельность органов прокуратуры Российской Федерации по защите прав человека и гражданина при осуществлении надзора за исполнением законов судебными приставами-исполнителями: автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2004. С. 26.

10 Жмакин А.С. Указ. раб.

11 Решение ЕСПЧ от 20.02.1996 по делу «Вермюлен против Бельгии»// Европейский суд по правам человека: избранные решения. — М., 2000. Т. 2. С. 174—181.

12 См.: Гребенюк О.Б. Нереализованная возможность защиты прокурором жилищных прав обманутых дольщиков как результат эволюции правозащитной доктрины и процессуального законодательства // Актуальные вопросы российского права. — М., 2010. Вып. 19. С. 73—77.

13 См.: Алиева И.Д. Защита гражданских прав прокурором и иными уполномоченными органами. — М., 2006. С. 56.

14 См.: Буянский С.Г. Прокуратура и судебная власть: статус и соотношение компетенции // Российский судья. 2005. № 5.

 

15 Бессарабов В.Г., Кашаев К.А. Защита российской прокуратурой прав и свобод человека и гражданина. — М., 2007. С. 377.