УДК 340.5:343.8 

СОВРЕМЕННОЕ ПРАВО №8 2011 Страницы в журнале: 39-42

 

П.В. ТЕПЛЯШИН,

кандидат юридических наук, доцент, докторант Сибирского юридического института МВД России (г. Красноярск)

 

Сделана попытка определить место метода сравнительного правоведения в науке уголовно-исполнительного права. Проанализированы направления применения данного метода в совершенствовании и гармонизации уголовно-исполнительного законодательства России. Рассмотрены нормативный и функциональный подходы в сравнительном пенитенциарном исследовании. Сделан вывод о том, что сравнительно-правовое исследование в уголовно-исполнительном праве России представляет собой самостоятельное научное направление, основывающееся на гуманитарных достижениях мировой пенитенциарной практики.

Ключевые слова: метод сравнительного правоведения, уголовно-исполнительное право, гармонизация, зарубежный пенитенциарный опыт, сравнительно-правовое исследование.

 

The method of the comparative jurisprudence as a instrument of modern Russian criminal-executive law harmonization

 

Teplyashin P.

 

In this article the place of comparative method in Penal Law science has been studied. The author analyses directions where this method can be used for development and harmonization Russian penal legislation. Normative and functional approaches in comparative penitentiary research are discussed. The author concludes that the comparative law research in Russian Penal Law is an independent scientific direction and is founded on human attainment of the world penitentiary practice.

Keywords: the method of the comparative jurisprudence, the criminal-executive law, harmonization, foreign penitentiary experience, the comparative law research.

 

Инструментарием гармонизации уголовно-исполнительного законодательства выступает метод сравнительного правоведения, популярность которого растет по многим причинам, одной из которых, по мнению А.В. Малько и А.Ю. Саломатина, выступает «сближение национальных правовых систем и правовых семей (по крайней мере в рамках отдельных отраслей права и правовых институтов)»[1].

На рубеже ХХ—ХХI вв. данный метод способствовал процессу взаимопроникновения и взаимообогащения законодательных моделей различных стран мира. При этом интенсивно происходящие в мире интеграционные процессы, рост научно-теоретического и прикладного интереса к зарубежному законодательству и правовым системам в целом привели к широкомасштабному внедрению в законотворческую деятельность компаративистских методов исследования правовой материи. Весьма точной представляется позиция А.Н. Тарбагаева, который считает, что, «анализируя иностранное уголовное право и сравнивая его с национальным законодательством, исследователь получает своеобразный стереоскопический эффект, позволяющий объективно оценить достоинства и недостатки как отраслей права в целом, так и их отдельных институтов»[2]. Ведь «компаративисты по-прежнему считают своей главной задачей поиски наилучших моделей, которые могут быть использованы в ходе разработки различного рода национального права»[3]. Таким образом, метод сравнительного правоведения позволяет определить направления эволюционирования уголовно-исполнительного законодательства и пенитенциарной системы России, понять его тенденции и перспективы развития. Обозначенные аспекты использования метода сравнительного правоведения позволяют говорить о его важной роли в выработке наиболее эффективной уголовно-исполнительной политики государства. Непосредственно метод сравнительного правоведения выступает методологическим инструментарием гармонизации уголовно-исполнительного права.

Метод сравнительного правоведения может быть инструментом не только освоения ценностей права европейской (западной) цивилизации, но и создания своеобразного зеркального эффекта, способного высветить направления поиска собственных, самобытных правовых начал. С помощью данного метода возможно приближение к искомой цели — совершенствованию права либо, как отмечает И. Сабо, к познанию права[4], а его свойство демонстрировать контрасты правовой материи способствует построению «методологического фарватера» в исследовании направлений и пределов гармонизации отечественного права. Как отмечают специалисты, «сравнительное правоведение играет весьма важную роль в процессе международной унификации и гармонизации права»[5]. Возможно, в отражении результатов использования метода сравнительного правоведения будут понятны самобытные пути развития отечественного пенитенциарного законодательства и уголовно-исполнительной системы в целом.

По мнению Н.А. Лопашенко, знание зарубежного права необходимо для достижения по меньшей мере двух целей: 1) осознания качества (в том числе достоинств и проблем) национального законодательства и, соответственно, выработки перспектив, приоритетов и тенденций его развития; 2) создания эффективных программ международного сотрудничества в деле борьбы с преступностью и консолидации сил правоохранительных органов различных государств[6]. Как отмечает В.А. Номоконов, «во многих современных государствах совершенствование внутреннего законодательства осуществляется “с оглядкой” на зарубежное право. Мудрый законодатель стремится учитывать положительный опыт других государств в своей деятельности по совершенствованию собственного законодательства»[7].

Следовательно, понять приоритеты, тенденции и перспективы развития национального правоприменительного опыта в области уголовно-исполнительного права можно только в соотношении с иными моделями правового регулирования конкретных общественных отношений. В этом смысле сравнительное право представляет собой важнейший инструмент такого изучения[8] и является, по справедливому замечанию М. Анселя, «одновременно местом исследования, опытным полем и неисчерпаемым источником, из которого можно извлечь материалы, могущие послужить основой для создания права завтрашнего дня»[9].

В настоящее время сравнительное правоведение обладает впечатляющими научными достижениями, которые могут быть положены в основу сравнительно-правового исследования в рамках конкретной отрасли права. Важность такого исследования объясняется в основном ценностью юридического опыта зарубежных стран для законотворческой и правоприменительной деятельности в сфере национального права, переосмыслением образовательного концепта, постепенно отторгающего так называемый провинциализм юридического образования, нарастанием глобального правового измерения, согласно которому право, не абсорбирующее базовые и прогрессивные общеправовые достижения, будет оставаться фрагментарным и изолированным инструментом локального действия.

Теоретические основы использования метода сравнительного правоведения в процессе гармонизации уголовно-исполнительного законодательства демонстрируют важность данного метода в науке уголовно-исполнительного права. Однако комплексный характер самого сравнительного правоведения как самостоятельной научной дисциплины указывает на то обстоятельство, что использование метода сравнительного правоведения в уголовно-исполнительном праве не сводится лишь к сопоставлению правовых норм, отраслей и отдельных институтов, принадлежащих к различным правовым либо национальным системам, а предполагает сравнительное исследование правовых идеалов, правосознания, социально-исторической и культурной среды отдельных стран и правовых систем в целом.

Можно резюмировать, что сравнительно-правовое исследование в науке уголовно-исполнительного права представляет собой самостоятельное научное направление, основывающееся на цивилизационных достижениях пенитенциарной практики и выходящее за рамки позитивно-правового содержания самой отрасли права. Поэтому подобный вид исследования способен обогатить науку уголовно-исполнительного права интеллектуальным содержанием, придать ей методологически завершенный вид и цивилизационную ценность.

Содержание метода сравнительного правоведения применительно к уголовно-исполнительному праву позволяет говорить о формировании междисциплинарной системы знаний, охватывающей область иностранного пенитенциарного права и направления интерпретации зарубежного опыта исполнения уголовных наказаний отечественными правоведами. Более того, известный французский пенолог Ж. Прадель относит пенитенциарное право к новой ветви уголовного права, а сравнительное уголовное (следовательно, и уголовно-исполнительное) право — к относительно новому направлению в науке уголовного права[10]. Вместе с тем анализ зарубежного опыта обращения с осужденными носит в большей степени описательный, нежели сопоставительно-сравнительный, характер и поэтому снижает конструктивную пользу проведения таких исследований.

Предметом сравнительно-правового исследования в уголовно-исполнительном праве выступает правовая действительность России и зарубежных стран в сфере исполнения уголовных наказаний. Совпадающая в общих чертах история развития пенитенциарной науки в различных странах, наличие типичных концептуальных подходов и теоретических направлений, использование схожих методов исследования, процесс заимствования наиболее эффективных средств и методов исправления преступников, усиление международных контактов и взаимовлияний в этой сфере указывают на существование знаний, имеющих универсальное международное значение для всех стран в области исполнения наказаний, что позволяет облегчить решение множества проблем в науке уголовно-исполнительного права. Необходимо, на наш взгляд, согласиться с мнением Ж. Сталева о том, что именно в этом «состоит исключительная важность проблемного сравнения: оно заменяет дорогостоящее национальное правовое экспериментирование»[11]. Следовательно, метод сравнительного правоведения выступает наиболее подходящим научным средством для обнаружения определенной типичности и целесообразности заимствования иностранных моделей обращения с осужденными. Содержание предмета исследования

может корректироваться, поскольку реалии развития общественных отношений меняют конфигурацию вопросов, входящих в область изучения. Наличие данного концепта исследования показывает научную зрелость и относительную самостоятельность уголовно-исполнительной компаративистики.

Известны два подхода к сравнительно-правовому исследованию: нормативный и функциональный. Первый опирается на сопоставление юридических текстов, сходных юридических понятий и категорий, второй — на изучение способа решения в зарубежном праве соответствующей проблемы, имеющей значение для национального права. Следовательно, первый подход отражает описательное сравнение, выявляющее сходство и различие между правовыми институтами, относящимися к различным правовым либо национальным системам, тогда как второй — теоретическое, направленное на научное познание потребностей национального права в соответствующем зарубежном образце. При этом, по мнению А.Х. Саидова, компаративистика не приемлет так называемого юридического позитивизма, т. е. сугубо формального сопоставления отраслевых норм различных стран. Сравнению должны подлежать не только законы, но и подзаконные правовые акты, судебная практика, договоры, обычаи и практика применения законодательства[12]. Формируя обобщенное представление о практике применения соответствующих норм (в нашем случае — уголовно-исполнительных) и об отношении к соответствующей социальной проблеме и правовой доктрине, функциональный подход в большей степени, нежели нормативный, отвечает запросам совершенствования национального права и поэтому видится наиболее приемлемым для решения задачи гармонизации уголовно-исполнительного права.

Как представляется, сравнительно-правовое исследование в сфере исполнения уголовных наказаний должно проводиться в двух культурно-правовых континуумах: историческом и современном. При этом «обращение к историческому юридическому опыту, умение черпать из него все необходимое для современных потребностей тем плодотворнее, чем выше общий уровень правовой культуры общества»[13]. Более того, своеобразие англосаксонского права, оппозиционирующее континентальной системе права, практически не позволяет проводить различие между его правовой теорией и правовой историей.

Таким образом, построение искомой модели отечественного уголовно-исполнительного права должно не только отражать унифицированные международные стандарты и правила в области обращения с осужденными, но и посредством правовой интеграции использовать достижения пенитенциарной сферы отдельных стран, а также высвечивать недостатки и показывать преимущества национальной системы исполнения уголовных наказаний. При этом достижения отечественного уголовно-исполнительного права в основном отражают ценность закона, опираются на его непреложное верховенство в регулировании общественных отношений, но имеют значительное расхождение с широкими возможностями судебного порядка регулирования процесса исполнения наказания и исправительного воздействия на осужденных. Данная ситуация не позволяет сублимировать юридические конструкции на качественно иной уровень и обогатить интеллектуальное содержание права. Ведь, аккумулируя формально-нормативный характер преобразований правовой материи, сфера исполнения уголовных наказаний не наполняется эталонным содержанием, отражающим универсальное значение и общепризнанный уровень права и базирующимся как раз на гуманитарных ценностях и правовых началах. Такое обогащение отражает сближение романо-германской и англосаксонской правовых систем, поскольку первая из них как раз символизирует закон, а вторая — прецедент.

 

Библиография

1 Малько А.В., Саломатин А.Ю. О роли сравнительного правоведения в современной правовой жизни // Правоведение. 2009. № 2. С. 128.

2 Тарбагаев А.Н. Введение в уголовное право Нидерландов: основные институты Общей части: Учеб. пособие. — Красноярск, 2000. С. 47.

3 Карбонье Ж. Юридическая социология / Пер. с фр. и вступ. ст. В.А. Туманова. — М., 1986. С. 41.

4 См.: Сабо И. Теоретические проблемы сравнительного правоведения // Сравнительное правоведение: Сб. ст. / Сост., ред. и вступ. ст. В.А. Туманова. — М., 1978. С. 62.

5 См., например: Быкова Е.В. Проблемы взаимодействия правовых систем на современном этапе // Международное публичное и частное право. 2008. № 3(42). С. 31.

6 См.: Лопашенко Н.А. Сообщение о защите диссертации «Уголовное право Италии: основные институты», представленной М.А. Игнатовой на соиск. уч. степ. канд. юрид. наук // Уголовное право. 2003. № 2. С. 138.

7 Уголовное законодательство России и стран АТР: компаративное исследование: Моногр. / Отв. ред. А.И. Коробеев. — Владивосток, 2008. С. 8.

8 См.: Иванов Н.Г. Сравнительный метод в советском уголовном праве // Правоведение. 1988. № 2. С. 33—39.

9 Ансель М. Новая социальная защита (гуманистическое движение в уголовной политике) / Пер. с фр. Н.С. Лапшиной; под ред. А.А. Пионтковского. — М., 1970. С. 123.

10 См.: Уголовное законодательство России и стран АТР: компаративное исследование. С. 10.

11 Сталев Ж. Сравнительный метод в социалистической правовой науке // Сравнительное правоведение: Сб. ст. С. 43.

12 См.: Саидов А.Х. Сравнительное гражданское право как наука и учебная дисциплина // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2007. № 1. С. 56.

13 Он же. Сравнительное правоведение и законотворчество // Там же. 2006. № 1. С. 19.