Страницы в журнале: 22-24

 

А.Т. АМИНЕВ,

старший помощник прокурора Октябрьского района г. Уфы

 

Статья посвящена анализу понятия и основных направлений механизма воздействия права на личность. Выделяются информационное и ценностное направления влияния, анализируются признаки механизма воздействия права на личность и на их основе предлагается собственное определение.

Ключевые слова: юридическая норма, механизм воздействия права, информационное направление, ценностное направление, сознание, правовое поведение.

 

The article is devoted to the analysis of conception and basic directions of mechanism of law's influence on a personality. The author describes informational and valuable directions of the influence, analyses the character features of mechanism of law's influence on a personality and suggests his own definition on this basis. 

Keywords: legal rule, mechanism of law's influence, informational direction, valuable direction, consciousness, legal behavior.

 

В  настоящее время положение о том, что право оказывает воздействие на личность, прочно закрепилось в ранге аксиомы. Очевидно также, что происходит это посредством некоего механизма, элементы которого (цели, средства, результаты и т. п.) активно изучаются наукой. Однако такие основополагающие, первичные методологические аспекты, как понятие «механизм воздействия права на личность» и его основные стороны, на наш взгляд, исследованы явно недостаточно.

Прежде всего попробуем определиться с базисными направлениями влияния юридических предписаний на индивида. Так, О.Г. Дробницкий выделяет три стороны регулятивного воздействия юридических норм:

— нормативное сознание, выраженное в виде представлений о должном (предписаний, запретов, принципов и т. д.), официально закрепленное в соответствующих формах;

— способы побуждения индивидов к исполнению нормы;

— объект регуляции — индивидуально-массовое поведение, а также социальные отношения людей[1].

Не отрицая возможности перспективного развития данной позиции, позволим тем не менее высказать некоторые критические замечания. Первая сторона у О.Г. Дробницкого фактически отвечает за средства воздействия, вторая — за способы, третья — за объект. Прослеживается некоторая аналогия с классической структурой: «объект—объективная сторона—субъект—субъективная сторона». Однако где в таком случае указание на субъект воздействия? Обоснованно ли ограничивать объективную сторону лишь средствами воздействия? И главное: раскрыта ли в таком подходе сущность направлений воздействия правовых норм на сознание и, как следствие, поведение личности?

Гораздо ближе к ответу на озвученный нами вопрос подошел Ю.И. Новик. В механизме регулятивного влияния права на личность ученый выделяет ряд функциональных подсистем: юридическую, социальную, информационную, психологическую[2]. Представляется, такая условная классификация содержит в себе некоторое смешение оснований. Разве социальная и юридическая стороны воздействия права не осуществляются посредством информационной? Думается, из приведенной выше классификации вполне оправданно убрать лишнее (т. е. включаемое в другой элемент в качестве составной части), оставив две основные функциональные подсистемы: информационную и психологическую.

Психологические факторы в механизме воздействия нормы права на сознание и, как следствие, на поведение личности выступают либо как факторы-регуляторы, назначение которых состоит в переводе заложенного в правовых средствах потенциала регулятивного воздействия в деятельность субъектов, либо как факторы-условия, которые способствуют или препятствуют регулятивному воздействию правовых средств на эту деятельность.

К факторам-регуляторам относятся психические процессы и акты сознательно-волевой психической деятельности, необходимые для восприятия правовых предписаний, уяснения их содержания, включения в процессы саморегуляции правового поведения. Факторы-условия формируют отношение к праву в целом, к юридическим нормам, воплощают оценочную сторону психической деятельности, отвечающую за включение правосознания в правовое регулирование[3].

Проводя исследования в той же плоскости, В.Н. Кудрявцев указывает на три направления воздействия нормы права на субъекта, вызывающие заложенное в норме желательное для ее создателей поведение. Во-первых, модель поведения, содержащаяся в норме права (группе норм), имеет информационное значение. Эта модель доводит до сведения индивида позицию государства по тому или иному вопросу, информирует о средствах достижения целей, одобряемых государством, сообщает о последствиях поведения. Предполагается, что субъект будет руководствоваться данной информацией в числе прочих факторов при принятии решения. Во-вторых, правовая норма несет определенный ценностный «заряд», формирует представление о принципах поведения, одобряемого правом. В-третьих, существует принудительный аспект воздействия нормы права на личность. Норма, разумеется, не обладает свойствами физического принуждения, но психологическое воздействие она оказать способна[4]  (на этом основано превентивное значение норм уголовного права, устанавливающих наступление неблагоприятных последствий в случае совершения преступления). 

Не совсем понятны критерии данной градации. Если мы говорим о том, что норма права несет в себе информацию, то она не может ограничиваться только одной ее частью — «позитивной», по трактовке В.Н. Кудрявцева (какое поведение, какие цели и средства достижения этих целей государство одобряет), и обходить вопрос о том, что государство не одобряет. Получается, что принудительный аспект воздействия нормы права на поведение личности, как его понимает ученый, так или иначе включен в более широкий по объему информационный аспект.

Критический анализ и сопоставление различных подходов к исследуемому аспекту проблемы позволил нам предложить собственный вариант. Итак, нормы права оказывают на личность:

1) непосредственное, ближайшее воздействие — информационно-конкретное;

2) более отдаленное по времени воздействие — ценностно-установочное.

Оказание воздействия первого рода характерно, как правило, для единичной юридической нормы или ограниченной совокупности норм. Индивид осмысливает норму права с точки зрения ее содержания, результативности, принимает решение о путях ее реализации, намечает оптимальные способы защиты своих прав. Началом этого правового потока являются индивидуальные потребности, которые, определенным образом воздействуя на человека, предопределяют основные компоненты социально-психологической регуляции его поведения: интересы, цели, мотивы, волю, эмоции, социально-правовые установки. Все названные компоненты выступают как единая система. Порок, «дефектность» какого-либо одного из них (будь то неправильно понятый интерес, неверно поставленная цель, недобросовестная мотивация) могут повлечь искажения в реализации нормы, ее неэффективность, злоупотребление правом и т. д.[5]

Воздействие второго рода оказывает весь массив правовых норм, т. е. право в целом. При этом его нельзя сводить к механическому суммарному влиянию отдельных юридических норм. Право включено в систему объективных связей и выполняет специфическую роль в регулировании поведения человека. Осознание этой роли в общей системе объективных связей дает возможность человеку совершать поступки в соответствии с требованиями юридических норм. Чем глубже личность понимает эту общественную роль, тем более сознательно и добровольно соблюдаются ею требования правовых норм. Уяснение связей между явлениями внешнего мира и требованиями, предъявляемыми к человеку, дает ему возможность избирать наиболее субъективно (и объективно) правильный вариант поведения[6].

Ценностно-установочный аспект права тесно связан с информационным аспектом и в некоторой мере зависим от него, потому что идеи, составляющие сущность юридических ценностей, передаются через правовую информацию (главным образом через нормы права). Однако необходимо отметить, что существует и обратная взаимосвязь: информационно-конкретный аспект без ценностно-установочного подхода обедняет представление о праве и значительно снижает его воспитательное воздействие. Можно выразиться и более резко: отдельное информационно-конкретное направление воздействия невозможно без сопутствующего ему ценностно-установочного, поскольку, знакомясь с той или иной правовой нормой, мы неизбежно впитываем и те общие принципы, на базе которых она построена, а следовательно, в определенной степени усваиваем и социальные ценности, отраженные в этих принципах.

Информационно-конкретный аспект воздействия права на поведение людей имеет связь с познавательной стороной человеческой деятельности, с приобретением новых знаний, с интеллектуальными процессами психики[7]. Уровень и качество правовой информированности — важные условия правового поведения, поскольку юридическая информация, содержащаяся в норме права, оказывает влияние на выбор варианта поведения людей не только в случаях признания ее справедливости, но и при противоположной его оценке. Здесь опять мы неизбежно возвращаемся к взаимосвязи информационного и ценностного аспектов, поскольку помимо чисто механического действия нормы права четко просматривается ценностное отношение между личностью и правом, в процессе формирования и развертывания которого складывается личностная оценка правовых предписаний, прежде всего принципов права.

Правовая информированность выступает достаточно устойчивой предпосылкой направленности правового поведения личности. Естественно, что знание правовых норм не является гарантией правомерного поведения, точно так же как незнание требований права далеко не всегда влечет правонарушение[8]. Однако процент соблюдения норм при соответствующем уровне их осознания значительно повышается. Таким образом, четкая организация передачи правовой информации оказывается необходимым элементом в механизме осуществления правового восприятия.

Ценностно-установочный аспект права влияет на более глубокие элементы генезиса поведения, чем простая информация о желаемом или запрещенном. Правовые ценности способны воздействовать на все, в том числе и на самые отдаленные звенья причинно-следственной цепочки, из которых складывается формула поступка: на потребности, интересы, цели, выбор средств и совершение непосредственного поведенческого акта. Ценностный аспект играет самую существенную роль в стадии принятия решения, поскольку наряду с другими факторами обусловливает то, какой вариант может быть избран (и в конечном счете будет избран) субъектом. Другими словами, ценностное воздействие юридических норм формирует правовую установку субъекта[9].

Если брать социальную установку как родовое понятие по отношению к правовой установке, то под ней понимается «выражение ценностной ориентации в форме социально детерминированной предрасположенности личности (группы) к заранее определенному отношению  позиции к данной вещи (человеку, явлению, событию)»[10]. Обладая такими характеристиками, установка во многих случаях определяет мотивацию поступка, выбор цели и средств его совершения.

Таким образом, следует различать характер воздействия на личность единичной юридической нормы и права в целом. Когда мы говорим о регулятивных возможностях конкретной юридической нормы, то мы имеем в виду прежде всего моделирование — создание обобщенных программ или конкретных алгоритмов  отдельных поступков. Если же речь заходит о регулятивном потенциале всей системы правовых норм, то он реализуется уже на другом уровне, включающем формирование общих ориентаций, целей, оценочных критериев, которые не в меньшей степени влияют на поведение людей.

Суммируя вышеизложенное, можно выделить следующие признаки механизма воздействия права на личность, а именно то, что он:

— представляет собой некую внутренне непротиворечивую совокупность факторов, которые по характеру действия подразделяются на непосредственно регулирующие поведение и создающие для этого определенные условия;

— является отправной точкой и одновременно мерилом и основным средством имеет правовые нормы;

— действует как в информационно-конкретном (т. е. здесь и сейчас), так и в ценностно-установочном (более отдаленном) направлении;

— опосредуется сознанием индивида, задействует его психологическую организацию;

— в качестве конечного результата предполагает правовое (юридически значимое), а по оценочному критерию — именно правомерное поведение.

Вышеперечисленные признаки позволяют логически завершить исследование вынесенной в заглавие статьи категории формулированием соответствующей дефиниции: механизм воздействия права на личность — это комплексная, согласованная система факторов-регуляторов и факторов-условий, действующая в информационно-конкретном и ценностно-установочном направлениях, обеспечивающая перевод правовых предписаний, закрепленных в юридических нормах, посредством прохождения через сознание индивида в правовое (юридически значимое) поведение.

 

Библиография

1  См.: Дробницкий О.Г. Понятие морали: Историко-критический очерк. — М., 1974. С. 242—245.

2  См.: Новик Ю.И. Психологические аспекты правового регулирования (теоретическое исследование): Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — Минск, 1990. С. 19.

3  См.: Новик Ю.И. Указ. раб. С. 19—20.

4 См.: Кудрявцев В.Н. Право и поведение. — М., 1978. С. 71—72.

5  См.: Комаров С.А., Ростовщиков И.В. Личность. Права и свободы. Политическая система. — СПб., 2002. С. 107.

6  См.: Лукашева Е.А. Право. Мораль. Личность. — М., 1986. С. 98.

7  См.: Кудрявцев В.Н. Указ. соч. С. 97.

8  См.: Социалистическое право и личность / Рук. автор. коллектива Д. Анталффи (ВНР), М. Орзих (СССР). — Киев—Одесса, 1984. С. 47.

9  См.: Кудрявцев В.Н. Указ. соч. С. 71—72.

10  Социальная психология. Краткий очерк / Под ред. Г.П. Предвечного и Ю.А. Шерковина. — М., 1975. С. 98.