Б.Э. КЕНЗЕЕВ,
председатель Яшкульского районного суда Республики Калмыкии
 
Участие нескольких лиц на той или иной стороне в обязательстве достаточно сильно «осложняет» само обязательство, независимо от того, активной или пассивной, солидарной или долевой является множественность. Данный фактор имеет место не только вследствие использования дополнительной правовой конструкции к уже имеющейся конструкции обязательства. 
 
В практическом отношении исполнение данных видов обязательств имеет дополнительные сложности, так как лицам, выступающим на одной стороне обязательства, необходимо учитывать то, что и на другой стороне обязательства имеется множественность лиц. В силу того что перед другой стороной в обязательстве разные лица выступают в качестве одной стороны, они вынуждены согласовывать свои действия с действиями других лиц на той же стороне обязательства.
В особенности это положение актуально для солидарных обязательств, где каждое из лиц выступает перед другой стороной со всей совокупностью прав (обязанностей) стороны в обязательстве. Соответственно какое-либо неверное действие одного из лиц перед другой стороной в обязательстве в полном объеме негативно скажется на других лицах на данной стороне обязательства независимо от их желания.
Но и в долевых обязательствах, где каждое лицо исполняет обязательство лишь в своей доле, лицам на одной стороне трудно обойтись без согласования собственных действий, и чем сложнее предмет обязательства (действия, которые необходимо совершить лицам на одной стороне обязательства), тем больше необходимость такого согласования.
Например, при совершении сделки по приобретению жилого дома в долевую собственность для регистрации договора купли-продажи необходимо одновременное участие в регистрационном действии всех лиц на стороне покупателя. В связи с этим лицо на стороне покупателя будет согласовывать свои действия по регистрации договора не только с продавцом, но и с другим лицом на стороне покупателя, что, несомненно, усложнит процедуру заключения договора купли-продажи жилого дома. Точно так же в долевых обязанностях подрядчиков по строительству объекта, в которых каждый из долевых должников должен осуществлять строительство определенного этапа, действия каждого из последующих исполнителей подряда будут зависеть от сроков и качества выполнения работ предыдущим подрядчиком.
Исполнение обязательств с множественностью лиц имеет особенности, обусловленные и тем, что действия одного лица на стороне в обязательстве при определенных условиях могут быть признаны действиями всей стороны договора, а при других обстоятельствах вообще не быть признанными как действия стороны договора или признанными таковым лишь частично.
Так, в силу ст. 324 ГК РФ в случае солидарной обязанности должник не вправе подавать против требования кредитора возражения, основанные на таких отношениях других должников с кредитором, в которых данный должник не участвует. То есть один из должников не может ссылаться на какие-либо действия (договоренности) другого должника по отношению к данному кредитору, если в договоренностях он не участвовал, а следовательно, такие действия другого должника не признаются действием стороны обязательства.
Иными словами, признание действий одного из лиц на стороне обязательства действиями, имеющими юридические последствия, зависит не только от воли данного лица, но и от действий других лиц и особенностей правового регулирования именно такой множественности лиц, в которой участвует данное лицо.
На практике обязательства с множественностью лиц возникают либо в случаях прямого указания закона (например, при заключении договоров аренды земельных участков, на которых расположены здания с помещениями, находящимися в собственности у разных лиц), либо когда у сторон отсутствуют иные варианты участия в обязательстве (при необходимости объединения капитала для приобретения дорогостоящего имущества и т. д.).
Здесь надо отметить, что долевая, солидарная и субсидиарная ответственность в гражданском обороте встречается гораздо чаще, чем собственно долевые и солидарные обязательства. В ГК РФ предусмотрено множество случаев наступления подобной ответственности, тогда как примеры возникновения именно долевых и солидарных обязательств гражданским законодательством практически не рассматриваются.
В ГК РФ имеются прямые указания на возникновение обязательств с множественностью лиц:
1) появление долевых (солидарных) залогодателей при переходе прав на заложенное имущество в порядке правопреемства к нескольким лицам (ст. 353);
2) выделенное ст. 670 правило, согласно которому в отношениях с продавцом имущества, являющегося предметом договора финансовой аренды, арендатор и арендодатель выступают как солидарные кредиторы;
3) определенное ст. 707 ГК РФ положение о том, что если на стороне подрядчика выступают одновременно два лица или более, то при неделимости предмета обязательства они признаются по отношению к заказчику солидарными должниками и, соответственно, солидарными кредиторами;
4) возможность сострахования (страхование одного объекта по одному договору страхования совместно несколькими страховщиками), при котором по общему правилу страховщики солидарно отвечают перед страхователем (выгодоприобретателем) за выплату страхового возмещения (ст. 953).
Причем в последнем случае законодатель использует слово «отвечают», т. е. предусматривает, исходя из буквального толкования текста статьи, солидарную ответственность страховщиков за невыплату страхового возмещения. Но поскольку в указанной норме ГК РФ не устанавливается, кто обязан производить данную выплату, то представляется, что в этом случае речь все же идет и о солидарных обязательствах по договору сострахования по выплате возмещения, а не только о солидарной ответственности за невыплату страхового возмещения.
Этот пример в очередной раз иллюстрирует отсутствие внятного разграничения в законодательстве понятия обязательства с пассивной множественностью и понятия соответствующей (солидарной и субсидиарной) ответственности. Нет единого мнения по этому вопросу и среди специалистов. Одни исследователи не выделяют долевые, солидарные и субсидиарные обязательства и соответствующие виды ответственности. Так, Е.А. Суханов, называя конструкцию п. 1 ст. 399 ГК РФ субсидиарным обязательством и самостоятельной разновидностью обязательств с множественностью лиц, отмечает также, что «субсидиарное обязательство, подобно пассивному солидарному обязательству, также представляет собой разновидность (форму) гражданско-правовой ответственности»[1].
Другие ученые, например К. Нам, совершенно обоснованно, на наш взгляд, полагают, что недопустимо смешивать ответственность с исполнением договора, признают субсидиарную ответственность не ответственностью, а видом обязанности, так как «лицо, несущее субсидиарную ответственность, собственно говоря, никакой ответственности не несет. Оно лишь выполняет обязанность, возложенную на него законом или договором»[2].
По нашему мнению, необходимо последовательно разграничить понятия обязательства с пассивной множественностью и ответственности со множественностью лиц. Только разделив данные понятия, можно устранить имеющиеся в законодательстве противоречия и способствовать разработке эффективных средств правового регулирования обязательств с множественностью лиц.
Если юридическая ответственность устанавливает последствия ненадлежащего (неправомерного) поведения, то обязательство устанавливает само надлежащее поведение. Следовательно, обязательства с множественностью лиц должны предусматривать участие всех лиц на стороне в самом обязательстве, а не только в той его части, когда обязательство не исполнено надлежащим образом и кредитор начинает принимать меры по обеспечению соблюдения его интересов путем привлечения к ответственности.
Критерием отделения обязательств от ответственности в этом случае не может служить то, указаны ли в тексте самого договора одно или несколько лиц на той или иной стороне обязательства. Естественно, в большинстве случаев все солидарные и долевые должники (кредиторы) прямо указаны в договоре и участвуют в его заключении. Однако необходимо помнить, что это не обязательное условие возникновения обязательств с множественностью лиц. В тех случаях, когда обязательства с множественностью лиц возникают в силу прямого указания на это в законе, иные лица на той или иной стороне могут не участвовать при заключении договора, из которого возникнет обязательство.
Так, в договоре купли-продажи предмета лизинга на стороне покупателя может быть указано только одно лицо — арендодатель по договору лизинга, однако в силу прямого указания закона (ст. 670 ГК РФ) арендатор по такому договору является вместе с арендодателем солидарным кредитором продавца.
Основным критерием отделения солидарных и субсидиарных пассивных обязательств от соответствующих видов ответственности должно стать требование, с которым кредитор вправе обратиться к лицу—участнику обязательства или к субъекту ответственности.
При солидарной и субсидиарной ответственности кредитор вправе обратиться к лицу, отвечающему дополнительно с должником, только в том случае, если должник по обязательству не исполнил принятые на себя обязанности или исполнил их ненадлежащим образом. Само это лицо в обязательстве участия не принимает и должником не является, оно несет только ответственность за неисполнение обязательства, поэтому требование кредитора к такому лицу является требованием о привлечении к ответственности.
В солидарных и субсидиарных обязательствах[3], напротив, лицо принимает участие непосредственно в самом обязательстве и является должником, т. е. обязано либо совершить определенные действия (передать вещь, выполнить работу, оказать услугу), либо воздержаться от совершения определенных действий, и кредитор вправе обратиться к данному лицу с любым требованием, вытекающим из обязательства, а не только с требованием о привлечении к ответственности.
Как указано в п. 6 информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 № 104 «Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств», «при непредъявлении кредитором соответствующего требования к учреждению, находящемуся в процессе ликвидации, он лишается права на предъявление требования к субсидиарному должнику».
Представляется, что и при солидарной ответственности кредитор вправе обратиться к лицу, несущему такую ответственность, только в том случае, если должник не исполнил надлежащим образом свои обязанности. То есть субсидиарная и солидарная ответственность может быть реализована только после момента нарушения должником обязательства.
Здесь может возникнуть вопрос о разграничении субсидиарной и солидарной ответственности, поскольку в обоих случаях привлечение иного лица возможно только при неисполнении обязанности должником. По нашему мнению, такое разделение провести можно: при субсидиарной ответственности взыскание с иного лица возможно только в случае, если должник отказался удовлетворить требование кредитора о привлечении к ответственности, тогда как при солидарной ответственности кредитор не обязан получать от должника отказ от удовлетворения своих требований, вытекающих из ненадлежащего исполнения обязательства, — факта неисполнения им этих обязательств для наступления ответственности достаточно.
Именно этим отличием можно объяснить существование в постановлении Пленума ВАС РФ от 22.06.2006 № 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации» правила о том, что в силу п. 5 ст. 115 БК РФ, устанавливающего субсидиарный характер ответственности гаранта, условие государственной (муниципальной) гарантии о солидарной ответственности гаранта и должника является ничтожным. При этом из п. 1 ст. 115 БК РФ следует, что гарант не участвует в самом обязательстве, а лишь дает письменное обязательство отвечать за исполнение лицом, которому дается государственная или муниципальная гарантия, обязательства перед третьими лицами полностью или частично.
Для наглядности можно привести следующий пример: по договору подряда два юридических лица (общества с ограниченной ответственностью), действуя солидарно, обязались осуществить строительство моста. Заказчик, предъявляя требование о начале работ, может обратиться к любому из двух обществ. Допустим, у одного из обществ-подрядчиков не полностью оплачен участниками уставный капитал. В этом случае если обязательства подрядчиков не будут исполнены в установленный срок, то заказчик вправе, руководствуясь ст. 87 ГК РФ, привлечь к солидарной ответственности участников такого общества, хотя лично участники общества в строительстве участия не принимали.
Данный пример иллюстрирует, что условия исполнения обязательства с множественностью лиц зависят не только от того, какой это вид обязательства (долевой или солидарный), но и от того, является ли данное обязательство собственно обязательством с множественностью лиц или коллективной ответственностью. Однако такое разграничение, по нашему мнению, в настоящий момент в законодательстве не проведено.
Обязательства с множественностью лиц (не ответственность) в законодательстве представлены крайне незначительно, а общее регулирование исполнения обязательств с множественностью лиц ограничивается лишь шестью статьями ГК РФ.
Учитывая описанную выше практическую сложность исполнения обязательств с множественностью лиц, имеющееся правовое регулирование выглядит недостаточным.
 
Библиография
1  Гражданское право: В 2 т. Том II. Полутом 1: Учеб. / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. — М., 2003. С. 28—29.
2  Нам К. Ответственность за нарушение обязательств: теория и законодательство // Хозяйство и право. 1997. № 4. С. 48.
3  Хотя данное понятие в современном гражданском законодательстве и не встречается, но правовая конструкция субсидиарной обязанности в принципе может существовать и означает возможность привлечения собственно к исполнению обязанности (а не к ответственности за ее неисполнение) другого, альтернативного должника.