УДК 340.115.6

Страницы в журнале: 154-157 

 

М.Г. ПОТАПОВ,

кандидат юридических наук, доцент, зав. кафедрой государственно-правовых дисциплин юридического факультета Новосибирского государственного технического университета

 

Обозначены научные подходы к исследованию регионального права, которое возникает как явление в государственно-правовой практике и только затем формируется как научно-теоретическая абстракция в форме определений.

Ключевые слова: региональное, федеративное, федеральное право; федерация и ее субъекты; институционный и историко-семантический научные подходы.

 

Scientific approaches to the study of the history of regional law

 

Potapov M.

 

In article are scientific approaches to the study of regional law, which initially manifests itself as a phenomenon in the public-legal practice and only then formed as scientific-theoretical abstraction form definitions.

Keywords: regional, federal, federal law; the Federation and its actors; institutional and historical and systematic scientific approaches.

 

Для научного исследования истории регионального права важно понимать, что термины и категории создаются и формируются людьми в своем сознании не сами по себе. В большей степени они представляют собой результат практической деятельности общества и в отношениях между людьми возникают как явления, а затем при определенных условиях обретают форму неких научно-теоретических абстракций и постулатов в виде тех или иных терминов, категорий, определений и формулировок.

Анализ литературных источников показывает: термин «региональное право» введен в  оборот современной истории правовой науки относительно недавно. Можно предположить, что его автором является французский ученый Рене Давид, в начале 1960-х годов опубликовавший работу «Основные правовые системы современности»[1]. В этой работе, говоря о возможности преподавания позитивного права в Средние века в университетах стран Европы (Италии, Франции, Испании, Португалии, Англии), автор отмечал: «...в большинстве стран оно (позитивное право. — М.П.) находилось в хаотическом, неопределенном состоянии, было чрезвычайно раздробленным, иногда варварским»[2]. Резюмируя, Р. Давид предположил: «Ни один европейский университет не мог, таким образом, взять в качестве основы преподавания позитивное (местное или региональное) право, так как в глазах университета оно не выражало справедливости и, следовательно, не было правом»[3].

Рассуждая об «оригинальности некоторых понятий», Р. Давид полагал, что «в правовой системе одной страны могут существовать категории или понятия, неизвестные другой, о чем свидетельствуют многочисленные примеры»[4]. Так, ученый приводит нормы Гражданского кодекса Испании 1889 года. На взгляд автора, «если считать, что они образуют какое-то общее право (derecho comun), допускают наличие в различных районах Испании регионального права (derecho foral). Эти два понятия неясны юристам других стран, где такого деления не существует»[5]. Также ученым отмечалось: «В ФРГ, Мексике или Швейцарии федеральному праву противостоит право земель, штатов или кантональное право»[6].

В отечественной правовой науке одними из первых работ, посвященных региональному праву, можно назвать публикации В.В. Толстошеева[7] и М.Ф. Маликова[8]. Так, исследователь В.В. Толстошеев обозначил термином «региональное право» «крупный массив юридических норм, закрепляющих разнообразные общественные связи в рамках конкретных территорий»[9]. Этот массив, по мнению автора, все более отчетливо формируется в правовой системе Российской Федерации и обусловлен необходимостью «дифференциации регулирования многих общественных отношений в масштабе регионов»[10].

Между тем практика формирования регионального права как явления имеет давнюю историю, когда создавались первые в мире федеративные государства. Генезис регионального права обусловлен существованием, функционированием и развитием федераций и их субъектов. При этом следует учитывать, что в прошлом человечество еще не могло с научной точки зрения адекватно и точно объяснить эти явления, которые возникали в общественных отношениях в силу разных причин и условий. Да и сами реалии государственного и правового устройства формировались с течением времени и потому подвержены постоянной трансформации[11]. Однако последнее не меняет «существа этих явлений, и, следовательно, они могут быть объектом изучения с помощью универсальных категорий правовой науки»[12].

Именно поэтому в данном случае мы исходим из выработанных современной наукой знаний, касающихся, к примеру, федеративного устройства, федерации и ее субъектов, федерализма, федеративного, федерального и регионального права. В этой связи полагаем, что речь может идти о нормах и источниках права, а также о правовых институтах, которые субъекты федерации устанавливали, закрепляли и реализовывали.

Но когда и где в истории человечества были образованы первые в мире федерации и их субъекты? Думается, что ответы на эти вопросы не могут не учитывать подходы, которые условно обозначены в литературе как «институционный» и «историко-семантический»[13].

В одном из них (институционном) временем появления федеративных государств является возникновение «Швейцарии как договорной федерации (конфедерации) (1291)»[14] либо «США (1787) как первой конституционной федерации»[15]. В качестве аргументов такого подхода называются юридические критерии, которые определяются рамками «принятой у/ф/к-типологии (т. е. современной классификации унитарной, федеративной и конфедеративной форм государственного устройства)»[16]. При таком принципе «возникновение “классических”, “традиционных” или “старых” федераций соотносится со временем образования институционных федеративных систем», являющихся сложными, но вместе с тем едиными и целостными государствами, «с выраженной двухуровневой организацией государственной власти, получающей правовое оформление посредством конституций или договоров об объединении»[17].

При историко-семантическом подходе «на всем протяжении эволюции государств фиксируются многочисленные факты образования межгосударственных союзов на основе договоров об объединении»[18]. В этой связи «закономерным оказывается предположение, что федерирующие связи являются имманентным фактором, сопровождающим генезис и развитие государств»[19]. При таком принципе «не проводятся строгие институциональные границы» между конфедерацией и федерацией. В качестве аргументов такого подхода называется то, что «развернутая у/ф/к-типология сформировалась значительно позднее (XIX—XX вв.), тогда как феномен федеративного договора наблюдался уже в V в. до н. э. Традиция именовать межгосударственные (межплеменные, межполисные) объединения федерациями, семантически связанная с институтом foedus, имеет очень давние корни»[20]. В результате авторами был сделан вывод, что «возникновение сложноструктурированных форм государственного устройства, имеющих документальную фиксацию, связывается с античным периодом»[21]. По их мнению, именно античные государства впервые в мировой истории выработали «административные и правовые формы взаимоотношения метрополии и колоний, принципы управления территориями в масштабе континентов. В эту эпоху, в условиях постоянного военного соперничества между крупнейшими средиземноморскими полисами и протогосударствами, обозначилось стремление к федеративным и полуфедеративным союзам»[22].

Для нашего научного исследования названные подходы образуют две дилеммы.

Во-первых, если изучение истории регионального права проводить на основе институционного подхода, тогда мы должны начать исследование со времени создания Швейцарской федерации (конфедерации) и США, т. е. с момента образования институционных федеративных систем. В этом случае исключается древний, античный и отчасти средневековой периоды существования и функционирования так называемых сложноструктурированных форм государственного устройства. Будет ли это с научно-исторической точки зрения оправданно?

Во-вторых, если исследование обозначенной проблемы основывать на историко-семантическом подходе,  тогда следует в определенной степени не учитывать различий между конфедерацией и федерацией, а также определять межгосударственные объединения древнего, античного и средневекового периодов в качестве специфических форм федеративных государственных образований, что с научной точки зрения может быть также вряд ли обоснованно.

Ответы на вопросы о том, были ли в древний, античный или средневековой периоды истории государственные союзы и объединения федерациями или они имели иные (протофедеративную, полуфедеративную, конфедеративную) формы, соответственно государственно-территориального и межгосударственного устройства, нуждаются в уточнении. Вместе с тем думается, что такие ответы должны предусматривать выработанные современной наукой сведения о федерации и конфедерации, а также научный анализ различий между ними, что, собственно, в известной мере выходит за рамки нашего исследования. Здесь же только заметим, что многие проблемы федерализма к настоящему времени остаются неразрешенными. До сих пор вопросы о причинах образования и эволюционных закономерностях федеративных государств не имеют четких ответов, «нет единства в ответе на вопрос о природе федерализма, отсутствуют четкие критерии отграничения федеративного государства от унитарного. Среди множества дефиниций федерализма и федерации нет таких, которые в полной мере описывали бы данные феномены»[23]. По мнению Т.П. Евсеенко, «исследуя античную государственность, ученые не могут обойтись без сравнительного анализа, а он, в свою очередь, невозможен без создания понятийно-категориального аппарата, одинаково применимого к различным государствам и эпохам. Создание такого аппарата, как и проведение самих сравнительно-исторических исследований, наталкивается на значительные трудности. Изучать античный мир следует при помощи категорий и терминов, выработанных современной юридической наукой. Однако содержание этих терминов, категорий и понятий необходимо уточнить в максимально возможной степени и отказаться от использования внешне сходных терминов, скрывающих различный смысл»[24].

Да и вопросы происхождения самого государства как такового независимо от форм его режима правления и территориального устройства к настоящему времени также не имеют однозначных ответов[25].

Поэтому, если проводить научный анализ истории регионального права с древних, античных и средневековых времен, то следует учесть некую условность применяемых современных терминов и категорий (федерация; федеративное устройство; субъекты федерации; федеративное, федеральное, региональное право).

Подобного рода условность относительна и объясняется тем, что, во-первых, древние, античные, средневековые государственные объединения были организованными конфедерациями, «отличавшимися высоким уровнем сплоченности и наличием характерных признаков союзного государства (союзная власть, непосред-ственно распространявшаяся на граждан союза; союзная территория; союзное гражданство, запрет сецессии и др.)»[26]. Во-вторых, формирование «элементов федеративной государственности связывается с моментом появления “организованных” конфедераций»[27]. В-третьих, «элементы федеративных отношений наблюдаются практически на всем протяжении эволюции государств. “Классической” (“первородной”) федерацией является конфедерация, т. е. международно-правовое соединение государств»[28]. В-четвертых, в древний период и в настоящее время человечеством не выработано системных научно-теоретических знаний о федеративном, федеральном и региональном праве. Однако это отнюдь не означает, что этих категорий как явления не было в прошлом и тем более не существует сейчас. В научной литературе отчасти приведены сведения по этому вопросу[29].

Таким образом, есть все основания полагать, что научное исследование истории регионального права можно проводить с древних времен возникновения и существования федераций.

 

Библиография

1 Давид Р. Основные правовые системы современности / Пер. с фр. проф. В.А. Туманова. — М., 1988 // http://www.lib.ru/PRAWO/rene.txt; Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности / Пер. с фр. В.А. Туманова. — М., 1999. С. 48 // http://www.lib.ua-ru.net/content/5808.html

2 Давид Р., Жоффре-Спинози К. Указ. соч. С. 48.

3 Там же.

4 Там же.

5 Там же.

6 Там же.

7 См.: Толстошеев В.В. Региональное право России: проблемы становления и развития // Государство и право. 1998. № 11. С. 8—14.

8 См.: Маликов М.Ф. Региональное право: Учеб. пособие: В 5 т. — Уфа, 2002.

9 Толстошеев В.В. Указ. соч. С. 8.

10 Там же.

11 Так, говоря о сложности теоретического осмысления государственного федерализма, исследователь А.Б. Родионов обозначил три этапа его эволюции. Первый этап, включающий, по мнению автора, федерализм античности и Средневековья,  был временем стихийного оформления государственных федеративных структур. На втором этапе (первоначального осмысления федерализма), в период  Возрождения и Реформации, сформировался новый взгляд на государственные федеративные отношения. Он отражался в так называемой концепции народного суверенитета Йоханнеса Альтузиуса, который издал в 1603 году свой труд «Политика», послуживший основой современной теории федерализма. На третьем этапе, в конце XVIII века, произошло образование США, положившее начало идеологическому этапу эволюции федерализма, поскольку, по мнению А.Б. Родионова, в структуре идеологической системы этого государства образ федерализма занял прочное место (Родионов А.Б. Элементы теории федерализма: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Тамбов, 2006. С. 4).

12 Евсеенко Т.П. Эволюция формы государственного устройства в античном мире: Дис. .. д-ра юрид. наук. — Екатеринбург, 2005 // http://www.lib.ua-ru.net/diss/cont/198686.html

13 См.: Ким Ю.В. Что такое «классическая» федерация? С. 2 // http://www.kirsute.ru/kaf_teorgosprava/4.pdf

14 Цит. по: Ким Ю.В. Указ. соч. С. 2; Конституционное право России: Учеб. для студентов вузов / Под ред. А.С. Прудникова, В.И. Авсеенко. — М., 2006. С. 312.

15 Цит. по: Ким Ю.В. Указ. соч. С. 2; Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации: Учеб. для вузов. — М., 2004. С. 320—321; Остром В. Смысл американского федерализма. Что такое самоуправляющееся общество: Пер. с англ. / Предисл. А. Оболонского. — М., 1993. С. 21.

16 Ким Ю.В. Указ. соч.

17 Цит. по: Ким Ю.В. Указ. соч. С. 2. При этом отмечается, что в науке появление учения о федерации связывается с именем Й. Альтузиуса (1561—1638); Федерализм: Энциклопедический словарь. — М., 1997. С. 244—254.

18 Ким Ю.В. Указ. соч. С. 2.

19 Там же.

20 Ким Ю.В. Указ. соч. С. 2—3.

21 Там же. С. 4.

22 Цит. по: Ким Ю.В. Указ. соч. С. 4; Омельченко О.А. Всеобщая история государства и права: Учеб.: В 2 т. Т. 1. — М., 1999. С. 87—88.

23 Глигич-Золотарева М.В. Конституционно-правовые проблемы основы российского федерализма: проблемы теории, методологии и практики: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. — Тюмень, 2009. С. 8.

24 Евсеенко Т.П. О терминологических проблемах в исследовании античной государственности // Правоведение. 2003. № 5. С. 205—213 // http://www.law.edu.ru/article/article.asp?articleID=1179249

25 См., например: Омельченко О.А. Указ. соч. С. 16—17.

26 Ким Ю.В. Федеративная государственность: сущность, генезис, проблемы развития (теоретико-методологические основы): Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. — Тюмень, 2009. С. 20.

27 Там же.

28 Там же. С. 21.

29 См., например: Абдулатипов Р.Г., Болтенкова Л.Ф., Яров Ю.Ф. Федерализм в истории России: В 3 кн. Кн. 1. — М., 1992; Заикин В.В. Особенности возникновения и развития государственного устройства Индии: Историко-теоретический аспект: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Ставрополь, 2001; Ким Ю.В. Федеративная государственность: сущность, генезис, проблемы развития (теоретико-методологические основы): Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. — Тюмень, 2009. С. 9, 19; Конституция США: История и современность / Под ред. А.А. Мишина, Е.Ф. Язькова. — М., 1998; Пахомов В.В. Идеи федерализма в истории политико-правовой мысли России (конец XVIII — XX вв.): Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. — М., 2003; Правовые системы стран мира: Энциклопедический справочник // http://www.kommentarii.org/strani_mira_eciklopediy/ index.html; Чертков А.Н. Древнерусская Федерация // Журнал российского права. 2000. № 2. С. 163—173; № 3. С. 152—159.