УДК 347.184 

Страницы в журнале: 90-95

 

О.Ю. ЮРЧЕНКО,

соискатель ученой степени кандидата юридических наук Белгородского государственного национального исследовательского университета, ассистент кафедры гражданского права и уголовного права юридического факультета Алексеевского филиала Белгородского государственного национального исследовательского университета kseniy.ku@mail.ru

 

Ключевые слова: установление отцовства, ГК РФ, СК РФ, дееспособность, эмансипация.

 

Some questions of paternity voluntarily

 

Yurchenko О.

 

In this article the author examines some aspects of voluntary affiliation. The study of the practice of the Russian courts and the study of the legislation of foreign countries allows the author to draw a conclusion that there is a need to make changes and additions to the regulatory and legal framework of the Russian Federation.

Keywords: affiliation, the Civil Code of the Russian Federation, the Family Code of the Russian Federation, legal capacity, emancipation.

 

В  Семейном кодексе РФ предусматривается обязательность установления как материнства, так и отцовства. Установление отцовства можно рассматривать как юридический факт, как институт семейного права и как способ защиты прав ребенка. В первом случае это подлежащий обязательной государственной регистрации факт, влияющий на гражданское состояние ребенка, в отношении которого устанавливается отцовство, и отца вследствие возникновения родительского правоотношения между ним и ребенком. Во втором — совокупность юридических норм, регулирующих отношения, возникающие в связи с установлением происхождения ребенка. В третьем — мера, направленная на восстановление (признание) нарушенных (оспоренных) прав ребенка[1].

Семейное законодательство Российской Федерации предусматривает установление отцовства в административном и судебном порядке. В административном порядке отцовство устанавливается на основании совместного заявления не состоящих между собой в браке отца и матери ребенка (п. 3 ст. 48 СК РФ). Можно сказать, что отцовство в этом случае устанавливается в добровольном порядке. В судебном (принудительном) порядке отцовство устанавливается при рождении ребенка у родителей, не состоящих в браке между собой, и при отсутствии совместного заявления родителей или заявления отца ребенка (ст. 49 СК РФ).

Государственная регистрация установления отцовства осуществляется не только на основании совместного заявления отца и матери ребенка, не состоящих между собой в браке на момент рождения ребенка, но и согласно решению суда об установлении отцовства или об установлении факта признания отцовства, вступившего в законную силу, а также согласно заявлению об установлении отцовства отца ребенка, не состоящего в браке с матерью ребенка на момент рождения ребенка, в случае смерти матери, признания ее недееспособной, отсутствия сведения о месте пребывания матери или лишения ее родительских прав, а также при наличии согласия на установление отцовства органа опеки и попечительства (статьи 48 и 51 Федерального закона от 15.11.1997 № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния»[2]; далее — Закон об актах гражданского состояния). Отцовство может быть установлено и на основании судебного решения об установлении факта отцовства. Подобное возможно в случае смерти предполагаемого отца. Однако из-за отсутствия в перечне оснований для регистрации установления отцовства, предусмотренных в ст. 48 Закона об актах гражданского состояния, такого основания некоторые отделы ЗАГС отказываются производить регистрацию данного факта, о чем свидетельствует судебная практика.

В частности, решением Азовского городского суда от 03.11.2010 по заявлению Логвиненко Елены Викторовны был установлен юридический факт отцовства умершего Е. Логвиненко указала, что предоставила в ЗАГС г. Азова копии судебных актов и заявление, в котором просила внести изменения в актовую запись о рождении ее ребенка Л. в части указания его отцом Е. Извещением руководителя отдела ЗАГС г. Азова от 14.01.2011 ей было отказано в удовлетворении данной просьбы. Логвиненко обратилась в суд с заявлением, в котором просила признать неправомерным отказ руководителя отдела ЗАГС в совершении регистрационных действий, вытекающих из судебного решения, и обязать ответственное лицо совершить необходимые регистрационные действия — указать в качестве отца ребенка Е. Руководитель отдела ЗАГС г. Азова К. полагала, что суды общей юрисдикции не вправе устанавливать юридический факт отцовства, свое мнение относительно невозможности осуществления регистрации рассматриваемого юридического факта она мотивировала положениями статей 49 и 50 СК РФ, ст. 48 Закона об актах гражданского состояния. Рассмотрев доводы сторон, суд пришел к выводу об удовлетворении требований заявительницы Логвиненко и обязал отдел ЗАГС г. Азова совершить запись об установлении отцовства, внести необходимые изменения в запись акта о рождении ребенка Л. Свои доводы суд объяснил тем, что в соответствии со ст. 264 ГПК РФ суд имеет право устанавливать не только факт признания отцовства, но и иные факты, имеющие юридическое значение. Факт признания отцовства может быть установлен судом только тогда, когда к моменту рождения ребенка его предполагаемый отец был жив. Признавать отцовство в отношении еще не родившегося ребенка его отец не может, поскольку не родившееся лицо не обладает правоспособностью. В случае смерти отца до рождения ребенка судом в порядке особого производства может быть установлен юридический факт отцовства. Названные выводы подтверждаются п. 5 постановления Пленума ВС РФ от 25.10.1996 № 9 «О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов»[3]. Статья 49 СК РФ и ст. 48 Закона об актах гражданского состояния не могут толковаться как не позволяющие суду на их основании устанавливать отцовство путем установления факта отцовства в порядке особого производства. Противное толкование фактически вводило бы полный запрет на обращение в суд за установлением отцовства при отсутствии спора о праве в том случае, если, к примеру, ребенок родился после смерти предполагаемого отца, которому вовсе не было известно о беременности матери ребенка, так как иск заявить невозможно (нет спора о праве) и нельзя подать заявление об установлении факта признания отцовства (отцу до его смерти некого было признавать своим ребенком)[4]. Выводы суда вполне логичны и обоснованны, но подобных случаев можно было бы избежать, если бы ст. 48 Закона об актах гражданского состояния более конкретно называла основания для государственной регистрации установления отцовства. Например, в Семейном кодексе Украины данному вопросу посвящена ст. 130 «Установление факта отцовства по решению суда»[5]. В связи с изложенным считаем целесообразным включить в перечень ст. 48 Закона об актах гражданского состояния такое основание, как решение суда об установлении факта отцовства, вступившее в законную силу.

Семейное законодательство Российской Федерации устанавливает презумпцию отцовства, согласной которой отцом ребенка, рожденного в браке, признается супруг матери, если не доказано иное (п. 2 ст. 48 СК РФ). В данной ситуации в регистрирующий орган достаточно предъявить свидетельство о браке, не предоставляя более никаких других доказательств отцовства, поэтому даже если мать ребенка настаивает, что отцом является другой человек (не муж), ее мнение при внесении сведений об отце учитываться не будет.

Л.Б. Максимович и Т.В. Шершень, полагая, что такое решение вопроса не отвечает интересам ребенка, его биологических родителей и даже государства и общества, предлагают конкуренцию норм (пункты 2 и 3 ст. 48 СК РФ), закрепляющих презумпцию отцовства и предоставляющих право лицу, не состоящему в браке с матерью ребенка, на установление отцовства, разрешать индивидуально с учетом конкретных жизненных реалий, посредством индивидуально-ситуационного регулирования, при этом, если мать ребенка состоит в браке, для установления отцовства необходимо получить письменное согласие супруга матери ребенка[6]. Оценивая подобное предложение, заметим, что не считаем его полностью отвечающим интересам ребенка. Оптимальным было бы воспитание малыша в полноценной семье в атмосфере любви и взаимного уважения, иначе получается, что он будет жить в семье чужого человека, а его биологический отец станет приходящим папой, что не может не отразиться на эмоциональном состоянии ребенка. Кроме того, если предположить, что женщина уже давно не живет со своим супругом, не поддерживает с ним никаких отношений и даже ничего не знает о его судьбе, то кто тогда должен давать согласие на установление отцовства.

Приведем пример из судебной практики: К. обратился в суд с иском к Л. об установлении отцовства, аннулировании записи об отце ребенка А. и внесении изменений в запись акта гражданского состояния о рождении ребенка А., указав К. отцом данного ребенка. Из материалов дела следовало, что К. с ответчицей Л. ведет семейную жизнь без заключения брака с 1999 года. Фактически с этого же времени ответчица прекратила брачные отношения со своим мужем Д., однако брак между ними был расторгнут только 17.12.2009. В июне 2009 года у истца и ответчицы родился совместный ребенок А., отцом которого был записан Д., поскольку на момент рождения ребенка Д. являлся супругом ответчицы Л. Кроме А. истец и ответчица воспитывают другого совместного ребенка — сына Ф., рожденного 24.12.2000, отцом которого официально признан истец.

В настоящее время дети проживают совместно с истцом и ответчицей, которые вместе занимаются воспитанием и содержанием детей, а также с 1999 года ведут совместное хозяйство. В мае 2000 года бывший супруг ответчицы уехал в Республику Казахстан, создал новую семью и с тех пор в N-ский район, где они проживают, ни разу не приезжал, связь с ответчицей не поддерживает. По итогам рассмотрения дела суд вынес решение об удовлетворении заявленных требований[7]. Нетрудно представить, в какой сложной ситуации могла оказаться ответчица, если бы на установление отцовства ей пришлось получать согласие фактически бывшего мужа, с которым они не поддерживают никаких отношений и о его судьбе ей ничего не известно, ведь, как следует из материалов дела, отцовство в отношении первого совместного с истцом ребенка было установлено в тот период, когда Л. еще находилась в браке с Д.В этой связи считаем вполне оправданным законодательный подход к установлению презумпции отцовства, закрепленный в п. 2 ст. 48 СК РФ.

Правда, из формулировки п. 2 ст. 48 СК РФ не совсем понятно, как поступать органам ЗАГС при регистрации рождения ребенка, если помимо заявления о рождении к ним поступит заявление об установлении отцовства от женщины, родившей ребенка в течение 300 дней с момента расторжения брака, признания его недействительным или с момента смерти супруга, и биологического отца малыша, не являющегося и не являвшегося ее супругом. Считать ли, что фраза «если не доказано иное» из п. 2 ст. 48 СК РФ означает именно подачу такого заявления? На практике так и происходит, хотя четких указаний законодателя по этому вопросу нет. Иной вариант решения предложен в украинском семейном законодательстве. В пункте 3 ст. 122 Семейного кодекса Украины прямо закреплено: «Супруги, а также жена и муж, брак между которыми прекращен, в случае рождения ребенка до истечения десяти месяцев после прекращения их брака имеют право подать в орган государственной регистрации актов гражданского состояния совместное заявление о непризнании мужа (бывшего мужа) отцом ребенка. Такое требование может быть удовлетворено лишь в случае подачи другим лицом и матерью ребенка заявления о признании отцовства. Если ребенок родился до истечения десяти месяцев со дня прекращения брака вследствие смерти мужа, происхождение ребенка от отца может быть определено по совместному заявлению матери и мужчины, считающего себя отцом»[8]. Законодательство Республики Казахстан также закрепляет возможность установить отцовство в административном порядке в случае, если ребенок родился у лиц, не состоящих между собой в браке, а после прекращения или признания недействительным предыдущего брака матери ребенка прошло менее 270 дней (ст. 46 Закона Республики Казахстан от 17.12.1998 № 321 «О браке и семье»[9]).

Полагаем, что в СК РФ тоже необходимо более конкретно определить возможности биологических родителей новорожденного, а именно предоставить право фактическому отцу требовать установления отцовства в подобной ситуации в общем порядке, минуя сложную процедуру судебного оспаривания отцовства, в том случае, если отцом органы ЗАГС запишут бывшего или умершего мужа матери ребенка. Вследствие чего предлагаем в п. 2 ст. 48 СК РФ внести изменения: заменить слова «не доказано иное (статья 52 настоящего Кодекса)» словами «от матери ребенка и мужчины, считающего себя отцом ребенка, не поступило заявления об установлении отцовства». Таким образом, п. 2 ст. 48 СК РФ может быть сформулирован так: «Если ребенок родился от лиц, состоящих в браке между собой, а также в течение трехсот дней с момента расторжения брака, признания его недействительным или с момента смерти супруга матери ребенка, отцом ребенка признается супруг (бывший супруг) матери, если от матери ребенка и мужчины, считающего себя отцом ребенка, не поступило заявления об установлении отцовства. Отцовство супруга матери ребенка удостоверяется записью об их браке».

Поскольку признание себя отцом — очень ответственный шаг, мужчина должен делать его осознанно, поэтому недееспособное лицо (равно как и его опекун) не вправе требовать признать его отцом подобным образом. И хотя в российском законодательстве напрямую об этом ничего не говорится, толкование норм части первой ГК РФ относительно гражданской дееспособности позволяет прийти к данному выводу. Признание же мужчины ограниченно дееспособным не лишает его права стать родителем посредством процедуры установления отцовства.

М.В. Антокольская, Л.М. Пчелинцева, соглашаясь с мнением законодателя, поясняют, что ограничение дееспособности не мешает признанию отцовства, поскольку данный акт не затрагивает имущественную сферу ограниченно дееспособного лица[10]. С такой позицией согласны далеко не все правоведы. Н.И. Альжева аргументирует вывод о невозможности ограниченно дееспособного требовать установления отцовства до восстановления судом полной дееспособности тем, что он не в состоянии выполнять свои родительские обязанности по воспитанию и содержанию ребенка, как имущественного, так и неимущественного характера, в полном объеме[11].

Напомним, что ограниченно дееспособный может самостоятельно совершать только мелкие бытовые сделки; совершать другие сделки, а также получать заработок, пенсию и иные доходы и распоряжаться ими, он вправе лишь с согласия попечителя (п. 1 ст. 30 ГК РФ). В этой связи полагаем, что если такой гражданин имеет стабильный заработок, например, в виде пенсии, то интересы ребенка вряд ли будут ущемлены, поскольку на период ограничения дееспособности он не сможет расходовать свои доходы без согласия попечителя. Если заработка нет и отсутствуют попытки его получить, гражданин характеризуется отрицательно, является обузой для своей семьи, то такой мужчина действительно не сможет быть полноценным отцом, как в юридическом понимании, так и в социальном. Например, законодательство Германии так решает данную проблему: чтобы мужчине, ограниченному в дееспособности, установить отцовство, необходимо получить согласие его законного представителя и разрешение опекунского суда (абзац второй § 1728 Гражданского уложения Германии[12]). Гражданский кодекс Литовской Республики[13] наделяет попечителей ограниченно дееспособного мужчины правом оспорить его решение о признании отцовства в судебном порядке (ч. 3 ст. 3.145).

Представляется, что вопрос об установлении отцовства в отношении ограниченно дееспособных должен решаться судом с учетом интересов ребенка, поскольку на кого-то отцовство повлияет положительно и приведет к отмене ограничения дееспособности, или, наоборот, отказ в удовлетворении требования об установлении отцовства в административном порядке вследствие ограничения дееспособности станет стимулом к отказу от алкоголя и наркотиков и возвращению к нормальной жизни.

Установление отцовства возможно в любое время после рождения ребенка и до наступления его совершеннолетия, поскольку установление отцовства в отношении лица, достигшего к дню подачи заявления 18 лет, допускается только с его согласия, а в случае признания его недееспособным необходимо согласие его опекуна или органа опеки и попечительства (п. 4 ст. 48 СК РФ). Закон не случайно предусмотрел обязательное получение согласия совершеннолетнего лица на установление в отношении него отцовства, поскольку данное действие может повлечь для совершеннолетнего лица нежелательные последствия, например, материального характера. Зачастую отцовские чувства просыпаются, когда мужчина знает, что у его ребенка все в жизни складывается благополучно, он уже добился каких-то положительных результатов в работе, финансово независим и не нуждается в чьей-либо помощи. Как правило, это происходит после достижения 18-летнего возраста. Но иногда и несовершеннолетний становится финансово независимым от своих родителей (например, он работает по трудовому договору или занимается предпринимательской деятельностью). В этом случае закон допускает объявление несовершеннолетнего, достигшего 16 лет, полностью дееспособным (ст. 27 ГК РФ). Или в случае, когда законом допускается вступление в брак до достижения 18 лет, гражданин, не достигший 18-летнего возраста, приобретает дееспособность в полном объеме со времени вступления в брак (п. 2 ст. 21 ГК РФ). Но пункт 4 ст. 48 СК РФ не распространяется на эмансипированных несовершеннолетних или вступивших в брак до достижения 18 лет; указанная норма касается лишь тех лиц, которые приобрели полную дееспособность, достигнув совершеннолетия, что, на наш взгляд, кажется не вполне справедливым по отношению к несовершеннолетним, ставшим полностью дееспособными до достижения 18 лет. Получается, что такие лица в гражданском праве обладают полной дееспособностью и несут ответственность по всем своим обязательствам самостоятельно, чего нельзя сказать о семейном праве. Например, ст. 362 Гражданского кодекса Бразилии хотя и не предусматривает получение согласия ребенка на установление отцовства в отношении него, но предоставляет возможность до достижения совершеннолетия оспорить отцовство в течение четырех лет в случае объявления несовершеннолетнего эмансипированным[14]. Таким образом, нам видится, что формулировка п. 4 ст. 48 СК РФ должна быть такой: «Установление отцовства в отношении лица, достигшего возраста восемнадцати лет (совершеннолетия) или приобретшего полную дееспособность до достижения восемнадцати лет (совершеннолетия), допускается только с его согласия, а если оно признано недееспособным, — с согласия его опекуна или органа опеки и попечительства».

Подводя итог всему сказанному относительно факта установления отцовства, приходим к следующим выводам.

Во-первых, для недопущения отказа органов ЗАГС в регистрации установления отцовства по мотиву отсутствия такого законодательно закрепленного основания, как решение суда об установлении факта отцовства, вступившее в законную силу, предлагаем включить его в перечень оснований, предусмотренных ст. 48 Закона об актах гражданского состояния.

Во-вторых, более конкретно определить в СК РФ возможности биологических родителей новорожденного, а именно предоставить право фактическому отцу требовать установления отцовства в общем порядке, в том случае, если отцом органы ЗАГС запишут бывшего или умершего мужа матери ребенка.

В-третьих, исходя из интересов ребенка, предусмотреть обязательный судебный порядок установления отцовства в отношении ограниченно дееспособных отцов.

В-четвертых, в целях предоставления эмансипированным несовершеннолетним или вступившим в брак до достижения 18 лет права устанавливать в отношении них отцовство только с их согласия, изменить формулировку п. 4 ст. 48 СК РФ, как это было предложено ранее.

 

Библиография

1 См.: Альжева Н.И. Установление происхождения детей // СПС «КонсультантПлюс».

2 СЗ РФ. 1997. № 47. Ст. 5340.

3 Российская газета. 1996. 5 нояб.

4 См.: Решение Азовского городского суда Ростовской области от 26.01.2011 № 2-433. URL: http://azovsky.ros.sudrf.ru/ modules.php?name=bsr&op=show_text&srv_num=1&id=61600091101261659137031000089266269841000029024 (дата обращения: 05.05.2012).

5 URL: http://meget.kiev.ua/kodeks/semeyniy-kodeks/ (дата обращения: 05.05.2012).

6 См.: Максимович Л.Б., Шершень Т.В. Презумпция отцовства: законодательство и практика применения. URL: http://www.juristlib.ru/book_4866.html (дата обращения: 05.05.2012).

7 См.: Решение N-ского районного суда Амурской области от 19.08.2010 по делу № 2-241. URL: http://www.gcourts.ru/ case/2241987 (дата обращения: 05.05.2012).

8 URL: http://meget.kiev.ua/kodeks/semeyniy-kodeks/ (дата обращения: 05.05.2012).

9 URL: http://www.minjust.kz/ru/node/984 (дата обращения: 05.05.2012).

10 См.: Антокольская М.В. Семейное право. — М., 2002. С. 174; Пчелинцева Л.М. Семейное право России. — М., 2003. С. 245.

11 См.: Альжева Н.И. Указ. раб.

12 См.: Германское право. Часть I: Гражданское уложение: пер. с нем. — М., 1996. С. 364.

13 URL: http://www.minjust.ru/common/img/uploaded/docs/Semeynoe_pravo_Litvy_1.doc (дата обращения: 05.05.2012).

 

14  URL: http://artlibrary2007.narod.ru/gukodeksi.html (дата обращения: 05.05.2012).