УДК 347.962.6

СОВРЕМЕННОЕ ПРАВО №8 2011 Страницы в журнале: 153-156 

 

Ю.Г. СТЕПАНОВ,

студент юридического факультета Кубанского государственного университета

 

Раскрываются проблемы, связанные с привлечением судей к дисциплинарной ответственности в России. Анализируются мнения ученых по данному вопросу и опыт зарубежных стран. Предлагаются изменения в законодательство для решения указанных проблем.

Ключевые слова: дисциплинарная ответственность судей, основания привлечения к ответственности, дисциплинарные взыскания, этика судей.

 

Some Aspects of Calling Judges to Disciplinary Account in Russia Federation

 

Stepanov Y.

 

The problem of calling judges to disciplinary account in Russia is a subject of this article. We also consider different opinions of scholars and analyze experience of foreign countries; propose legislative changes to solve these problems.

Keywords: disciplinary responsibility of judges, grounds of calling to account, disciplinary penalties, ethics of judges.

 

Необходимо поставить судей в такие условия деятельности, чтобы они не утрачивали, а, наоборот, свободно проявляли и дальше развивали те качества, которые необходимы для правильного отправления правосудия.

Е.В. Васьковский[1]

 

В   современном российском обществе проблема обеспечения независимости судей достаточно актуальна, несет в себе много нерешенных вопросов и является предметом острых дискуссий как теоретиков, так и практикующих судей. Это именно проблема всего общества, а не публичной власти, государства как аппарата принуждения. От реализации данного принципа в первую очередь зависит осуществление гражданами своего конституционного и даже конвенционного права на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ; ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года (далее — Конвенция)).

Во многих вопросах, связанных со статусом судьи, нет определенности. «Рассматривая представления и обращения о привлечении судей к дисциплинарной ответственности, квалификационные коллегии судей субъектов Российской Федерации за четыре года (с 2004 по 2008) досрочно прекратили полномочия 279 судей и руководителей судов, наложили дисциплинарное взыскание в виде предупреждения в отношении 1219 судей. Высшей квалификационной коллегией судей принято таких решений соответственно 7 и 9. Одно представление оставлено без удовлетворения в связи с недоказанностью совершения судьей дисциплинарного проступка», — сообщил председатель Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации В.В. Кузнецов в ходе своего отчетного доклада на VII Всероссийском съезде судей[2]. Наверняка решения, принимаемые во всех этих случаях Высшей квалификационной коллегией судей РФ, были взвешенными и справедливыми, в рамках возможностей, обусловленных действующим законодательством. Но были ли наложенные ею дисциплинарные взыскания адекватны дисциплинарным проступкам?

Пункт 1 ст. 12.1 Закона РФ от 26.06.1992 № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» (далее — Закон) под дисциплинарным проступком судьи понимает «нарушение норм настоящего Закона, а также положений кодекса судейской этики...». Закрепленная в п. 2 ст. 3 Закона формулировка: «Судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях должен избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности» —  вполне обоснованно, на наш взгляд, названа в литературе расплывчатой и подлежащей субъективному толкованию[3]. Кроме того, Закон не содержит критерии, по которым определяется, что именно влечет предупреждение, а что — прекращение полномочий судьи, оставляя такое разграничение на откуп правоприменителей — квалификационных коллегий судей.

Что касается Кодекса судейской этики, как отметил Совет судей РФ, годы его действия, изучение практики его применения показали, что «рамочный характер норм Кодекса, множество оценочных категорий, допускающих большое усмотрение правоприменителя, вызывают необходимость четких и взвешенных рекомендаций в их толковании»[4]. Значит, фактически до сих пор не установлены конкретные основания привлечения судей к дисциплинарной ответственности, а если судьи будут привлекаться к ответственности необоснованно и им будут назначаться несоразмерные проступкам наказания, то о независимости судебных органов в государстве не может быть и речи.

Это значит, что за разные по степени тяжести и вины проступки, различные их отрицательные последствия и ряд иных параметров налагаются, по сути, одинаковые наказания, причем если учесть, что прекращение полномочий судьи — крайняя мера воздействия, то независимо от того, какой именно проступок совершен, судьи получают предупреждение.

С указанной проблемой пришлось столкнуться и Европейскому суду по правам человека (далее — ЕСПЧ) при рассмотрении дела по жалобе судьи Мосгорсуда Ольги Кудешкиной, лишенной полномочий[5]. О. Кудешкина в 2004 году была лишена судейского статуса после заявления в СМИ относительно деятельности судебной системы в России. Заявительница дала интервью двум газетам и радиостанции, резко критикуя отечественную судебную систему. В частности, она выразила сомнение в независимости российских судов и опасения по поводу судебного беззакония в стране[6]. Обратившись в ЕСПЧ, она ссылалась на то, что Россией были нарушены нормы ст. 10 Конвенции.

Российская сторона в своем возражении указывала на то, что вмешательство в свободу мнения О. Кудешкиной не вышло за рамки п. 2 ст. 10 Конвенции, так как в результате ее сообщения в СМИ в гражданском обществе была подорвана уверенность в том, что судебная власть в России является независимой и беспристрастной[7]. ЕСПЧ принял решение в пользу заявительницы, присудив ей компенсацию в размере 10 тыс. евро. В постановлении суд, в частности, указал, что «наказание — прекращение статуса судьи — являлось несоразмерно суровым и могло рассматриваться как имеющее устрашающий эффект для судей, желающих принять участие в публичной дискуссии по вопросу об эффективности судебных учреждений»[8].

Мы разделяем точку зрения советника Конституционного суда РФ Т. Морщаковой, которая пояснила, что действия судей, умаляющие авторитет судебной власти, «должны быть более определенно сформулированы в законе, но наши законодатели не спешат усовершенствовать посвященные им нормы»[9]. На наш взгляд, такого нежелательного для российской стороны решения ЕСПЧ можно было бы избежать, если бы к О. Кудешкиной было применено менее строгое, чем прекращение полномочий, дисциплинарное взыскание, которое оказалось бы вместе с тем строже, чем предупреждение, чтобы соответствовать принципу справедливости. Однако такой меры воздействия российское законодательство не предусматривает.

Из вышесказанного следует, что проблемными остаются два аспекта дисциплинарной ответственности судей: основания привлечения их к дисциплинарной ответственности и узость диапазона выбора мер дисциплинарного наказания. Кроме того, нормы об ответственности судей рассредоточены по нескольким актам различного уровня, включая даже некоторые постановления пленума Верховного суда РФ, что создает определенные трудности для правоприменителя7. Основания и порядок привлечения судей к дисциплинарной ответственности, а также меры дисциплинарного взыскания должны быть детально урегулированы в специальном законе об ответственности судей[10]. На наш взгляд, таковым может стать Закон при внесении в него соответствующих дополнений.

Уместно обратиться к зарубежному опыту. Так, в США к судьям применяются различные меры дисциплинарной ответственности: импичмент; меры, предусмотренные Актом о судебном поведении и нетрудоспособности, одобренным Конгрессом в 1986 году; внутрисистемные меры, применяемые органами судейского сообщества, и т. д.[11]

В Азербайджане основаниями привлечения судьи к дисциплинарной ответственности являются: грубое нарушение требований законодательства при рассмотрении дел; нарушение судейской этики; грубое нарушение судебной трудовой дисциплины; поступок, запятнавший достоинство судьи.

В Армении прекращение полномочий судьи формально не является дисциплинарным взысканием и возможно только по основаниям, исчерпывающе перечисленным в законе: если судья более 10 дней подряд без уважительной причины не являлся на работу; если он при осуществлении правосудия допустил грубое нарушение закона; если он нарушил требования об обязательности аполитичности судьи и т. д. Полномочия прекращаются президентом республики на основании предложения Совета правосудия, а с ходатайством о прекращении полномочий судьи в Совет правосудия обращается министр юстиции.

В Казахстане установлены следующие виды дисциплинарных взысканий для судей: замечание; выговор; понижение в квалификационном классе; освобождение от должности председателя суда или председателя коллегии за ненадлежащее исполнение служебных обязанностей; освобождение от должности[13].

В Германии Закон о судьях определяет: «Судья подчиняется служебному надзору, поскольку это не ограничивает его независимости». Закон предписывает учреждение особых судов по дисциплинарным делам судей. К числу дисциплинарных мер, применяемых в ФРГ к судьям, относятся объявление выговора, сокращение оклада или даже увольнение со службы в дисциплинарном порядке. Строгие дисциплинарные взыскания могут налагаться только дисциплинарным судом, который рассматривает также вопросы ограничения независимости судей в результате осуществления определенных мер служебного надзора[14].

Даже неполный обзор зарубежного законодательного регулирования отношений в сфере дисциплинарной ответственности судей свидетельствует о том, что:

1) основания привлечения судей к дисциплинарной ответственности не ограничиваются сугубо дисциплинарными — с формальной точки зрения — проступками судей, они шире и подчас выходят за сферу осуществления правосудия;

2) выбор мер дисциплинарного воздействия и видов дисциплинарных взысканий, налагаемых на судью, намного шире, чем в России, что позволяет применять наказание, более адекватное проступку[15].

Дисциплинарная ответственность должна стать полноценной компенсацией серьезных исключений из общего конституционного принципа равенства всех перед законом, связанных с предоставлением судьям гарантий независимости и неприкосновенности, наиболее жесткой из всех существующих видов ответственности, эффективно обеспечивающей моральное право судьи судить и воспитывать других. Ведь факты прекращения полномочий судей и привлечения их к дисциплинарной ответственности нагляднее всего негативно характеризуют судейский корпус[16].

Указанная проблема была тщательно изучена в диссертационном исследовании И.С. Кузнецовой. В частности, автор констатирует отсутствие четкого законодательного закрепления: а) понятия дисциплинарного проступка судьи, б) оснований дисциплинарной ответственности, в) формулировок составов дисциплинарного деяния — и делает вывод о том, что тем самым законодатель не исключает произвольное наложение дисциплинарных взысканий, включая лишение судейских полномочий[17]. Кроме того, И.С. Кузнецова делает вывод о том, что в законодательстве не сформулированы какие бы то ни было критерии для выбора квалификационной коллегией судей определенной меры дисциплинарного взыскания в отношении судьи, что позволяет произвольно применять такую меру ответственности, как досрочное прекращение полномочий судьи, и считает, что к видам дисциплинарного взыскания следует добавить такие, как выговор и строгий выговор[18]. С данными положениями, на наш взгляд, следует согласиться.

Таким образом, по верному замечанию М.И. Клеандрова, следует развивать институт дисциплинарной ответственности российских судей (что отнюдь не означает ее усиление), углублять ее дифференциацию и уточнять основания ее применения[19].

Если говорить конкретнее, то необходимо принять следующие меры:

— в Законе, а также в Кодексе судейской этики указать конкретные проступки (действия или бездействие), за которые судьи подлежат привлечению к дисциплинарной ответственности;

— законодательно (возможно, в Законе) закрепить расширенный (по сравнению с существующим), исчерпывающий перечень дисциплинарных взысканий, учитывая зарубежный опыт и специфику российской судебной системы. Такой подход, в частности, поможет избежать назначения несоразмерно сурового (как, кстати, и несоразмерно мягкого) наказания, а также найти тот баланс между необходимостью защиты авторитета судебной власти, с одной стороны, и необходимостью защитить право судьи на свободу выражения мнения, с другой, о котором говорится в постановлении ЕСПЧ по делу О. Кудешкиной;

— установить строгое соответствие между проступками и дисциплинарными взысканиями по степени тяжести, а также исходя из формы вины судьи, совершившего проступок (чтобы минимизировать усмотрение правоприменителя при назначении взыскания);

— законодательно закрепить строгий перечень оснований досрочного прекращения полномочий судьи как исключительной меры дисциплинарного взыскания.

 

Библиография

1 Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. — Краснодар, 2003. С. 38.

2 http://www.ssrf.ru/ss_detale.php?id=819

3 См.: Адушкин Ю., Жидков В. Дисциплинарная и административная ответственность судей: за и против // Российская юстиция. 2001. № 11.

4 Постановление Совета судей РФ от 30.11.2006 № 172 «О практике применения Кодекса судейской этики» // КонсультантПлюс.

5 См. постановление ЕСПЧ от 26.02.2009 по делу «Кудешкина против России» // Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2009. № 6. С. 42—44.

6 См.: Информация о постановлении ЕСПЧ от 26.02.2009 по делу «Кудешкина против России» (жалоба № 29492/05) / Неофиц. пер. с англ. Г. Николаева // КонсультантПлюс.

7 См. постановление ЕСПЧ от 26.02.2009 по делу «Кудешкина против России». С. 43.

8 Информация о постановлении ЕСПЧ от 26.02.2009 по делу «Кудешкина против России» (жалоба № 29492/05).

9 Кудешкина хочет судить // http://www.gazeta.ru/social/2009/02/26/2949412.shtml

10 См.: Адушкин Ю., Жидков В. Указ. раб.

11 См.: Люкина О.В. Дисциплинарная ответственность судей в Российской Федерации // Российский судья. 2009. № 5.

12 См.: Ведерникова О. Предупреждение коррупционного и иного противоправного поведения: Опыт судей России и США // Бизнес, менеджмент и право. 2003. № 4. С. 54—55.

13 См.: Клеандров М.И. Экономическое правосудие в России: прошлое, настоящее и будущее. — М., 2006. С. 507—511.

14 Там же. С. 510—511.

15 Там же. С. 512.

16 См.: Старилов Ю.Н. Судебная власть как «ум, честь и совесть» государственной власти: О некоторых достижениях, проблемах и неудачах современного этапа реформы судебной власти // Юридические записки. 2004. Вып. 17. С. 206—247.

17 См.: Кузнецова И.С. Иммунитеты и ответственность как элементы конституционно-правового статуса судьи: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2010. С. 25.

18 Там же. С. 26.

19 См.: Клеандров М.И. Указ. раб. С. 512.