УДК 342.384.9

Страницы в журнале: 16-20 

 

С.В. ПУШКАРЕВ,

аспирант кафедры теории и истории государства и права Чебоксарского кооперативного института (филиала) Российского университета кооперации e-mail: justboxxx@mail.ru

 

Рассматриваются такие актуальные для современной правовой науки категории, как суперпрезидентские республики, полупрезидентские и монархические республики, остающиеся до сих пор недостаточно исследованными. Формулируются авторские дефиниции этих категорий, анализируются обстоятельства их возникновения.

Ключевые слова: нетипичные формы государственного правления, президентская система правления, парламентская система правления, суперпрезидентская республика, монархическая республика, полупрезидентская республика.

 

Atypical forms of republics with a presidential system of government

 

Pushkarev S.

 

We consider these relevant to modern legal science category as super-presidential republic, and the semi-monarchical republic, remaining still not investigated. Author formulated a definition of these categories, analyzed the circumstances of their occurrence.

Keywords: untypical form of government, presidential system, parliamentary system, superpresidentialism, semi-presidentialism, monarchical republic.

 

Республиканская форма правления в современном мире является доминирующей: из примерно 200 независимых государств монархиями являются всего лишь около трех—четырех десятков, остальные — это республики. При этом государства с республиканской формой правления принято делить на республики с президентской и парламентской системами правления; особое, промежуточное положение занимает смешанная система правления. На наш взгляд, в этом ряду можно особо выделить другие, нетипичные системы республиканского правления. Рассмотрим особенные формы президентских систем правления.

Президентская система правления представляет собой разновидность республиканской формы правления. При этой форме правления президент — глава государства и исполнительной власти (США, Россия, Казахстан). Конечно, существуют государства, в которых напрямую избираемый президент является главой государства, но не обязательно возглавляет исполнительную власть в целом или правительство в частности (Австрия, Исландия, Ирландия).

Особенность президентской системы правления — избрание президента напрямую населением государства. В этом случае организационное оформление исполнительной власти не зависит от власти представительной. Пытаясь определить, какие виды конституционных структур являются наиболее подходящими для демократического управления, известные зарубежные исследователи А. Скэч и К. Штефан определяли президентский режим как «систему взаимной независимости» в качестве противоположности чисто парламентского режима, который они определяли как систему взаимной зависимости[1]. О взаимной независимости они говорят по той причине, что представительная власть в лице парламента также как и глава государства имеет мандат от избирателей, являющийся источником ее легитимности. Такое определение президентского режима очень близко к дефиниции А. Лейпхарта, который к положению о том, что президент — это единственный носитель исполнительной власти, — добавлял еще два характерных признака: президент избирается напрямую и имеет фиксированный мандат[2].

В этом случае важно подчеркнуть два момента. Во-первых, пока исследователи просто определяют президентскую систему правления, между ними существует принципиальное согласие о том, что последняя является достаточно гибкой системой правления. В очень небольшом количестве государств с президентской системой правления полномочия президентов строго обусловлены только конституцией. Другими словами, концепция президентской системы правления включает в себя немалое число практических вариантов. Во-вторых, большинство исследований форм правления в целом ориентировано на противопоставление президентской и парламентской систем правления. Это различие возникает из нормативной проблемы определения типа режима, который в наилучшей степени гарантирует соблюдение правопорядка и даже — в случае с президентской системой правления — который наиболее располагает к политической стабильности.

В республиках с президентской системой правления парламентские выборы не играют ключевой роли при формировании исполнительной власти. Другими словами, в классическом случае президентской системы правления исполнительная власть независима от законодательной. Ведь в парламентских системах правления именно легислатура — это единственный демократический народно избранный орган государственной власти. В президентской системе как законодатели, так и президент праве апеллировать для обеспечения своей легитимности к результатам всенародного избрания. Так или иначе президент может ссылаться на такое веское основание как всенародное изъявление его поддержки на выборах.

Серьезное внимание данной проблематике уделял Х. Линц. Согласно его определению недостаток «двойной демократической легитимности» состоит в действительности в том, что принято считать негативными моментами президентских режимов, и выражается в недостатке демократии, который может возникнуть из конституционной концепции президентской системы правления[3].

Президенты часто воспринимаются как политические акторы, стоящие над партиями и легислатурой как легитимным представительным органом, что воспринимается как недостаток президентской формы правления; и, конечно, персонализация политики, вызываемая этим фактом, рассматривается как настолько же нежелательная, как и ожидаемая учеными, потому что президент или кандидат на этот пост могут, полагаясь на плебисцитную форму своего избрания, добиваться своей легитимации не конституционным путем[4].

Х. Линц видит основное различие между президентской и парламентской системами правления в фундаментальной жесткости и негибкости президентских систем по сравнению с гибкостью парламентаризма[5].

Важной стороной президентских систем является то, что президенты избираются на определенный срок полномочий и данное положение, по мнению Х. Линца, оказывает серьезное воздействие на политический процесс в государстве: «политический процесс распадается на несколько неопределенных периодов... Продолжительность президентского срока становится важным политическим фактором, под который вынуждены подстраиваться все политические акторы»[6].

Там, где парламентская система может быть гибкой (т. е. в данном случае — способной к переговорному процессу и компромиссу), любые переговоры и согласование воли различных субъектов являются неотъемлемой частью политического процесса, президентская система правления не предоставляет акторам такой свободы действий. Существует вероятность того, что это может привести к поляризации и в определенных условиях (например, при неразвитости социально-политических институтов) поставит под угрозу эти процесс демократического становления. В частности, на наш взгляд, именно жесткость президентских систем стала одной из причин системных кризисов в Киргизии в 2006 и 2010 гг. в Египте и ряде других государств Северной Африки и Ближнего Востока в начале 2011 года.

Президентская система также крайне неохотно впускает в свою структуру новых людей. Говоря об этом, Х. Линц отмечает тот факт, что выражение недоверия правительству (или премьер-министру) — это гораздо более простая и быстрая процедура для обновления исполнительной власти, нежели импичмент, который требуется в конституционном праве большинства республиканских государств для отрешения президента от должности. И наконец жесткость президентской системы определяется принципом «победитель получает все», по которому избираются президенты[7].

Ряд ученых также указывают: чтобы получить контроль над всей исполнительной властью, президенту достаточно в большинстве случаев даже минимального преимущества над своими конкурентами в отличие от распределения полномочий в разделенном на фракции и группы парламенте. Известный польский исследователь А. Пжеворский отмечает: в президентских системах победитель получает все: он может формировать правительство без включения в него представителей проигравших на выборах политических сил и не советуясь с ними. Фактически у проигравшего кандидата нет никакого политического статута (в отличие от парламентских систем, где он становится лидером оппозиции, главой «теневого кабинета» как, например, в Великобритании). Значение победы важнее, а поражения меньше при президентской системе, чем при парламентской[8].

Но на выделении различий между парламентской и президентской системами правления не заканчивается вопрос о классификации форм и систем правления. Внутри самой президентской системы правления в зависимости от объема полномочий политических акторов и других оснований можно выявить несколько нетипичных форм или видов.

Анализируя особенности положений законодательства государств с президентской системой правления и их политическую практику, можно выделить следующие особые их формы: суперпрезидентские республики, полупрезидентские республики, монархические республики.

Монархическая республика — это форма правления, в которой выбранный в республиканском порядке глава государства фактически имеет статус монарха (обладает расширенными по сравнению с другими органами государственной власти правами и полномочиями, не несет ответственности за свои действия и может оказывать влияние на определение своего преемника).

Суперпрезидентская республика — это разновидность республиканской формы правления, в которой полномочия главы государства (президента) значительно расширяются по сравнению с классическими канонами разделения властей и реализации принципа сдержек и противовесов, а объем его ответственности и обязанностей незначителен.

Полупрезидентская республика — это форма правления, при которой полномочия, составляющие собой содержание исполнительной власти, реализуются совместно главой государства (президентом) и формируемым им вместе с парламентом правительством.

Путем обобщения значительного эмпирического материала, анализа текстов конституций государств, а также практики их реализации можно сделать предположение о том, что каждая из выявленных нами нетипичных форм президентских республик обладает одним или несколькими признаками, определяющими ее нетипичность.

Отличительными особенностями суперпрезидентской республики выступают:

— наличие у президента фактически бесконтрольных полномочий по формированию правительства, назначению и увольнению как отдельных министров, так и председателя правительства (если он есть, и президент сам не руководит деятельностью правительства); а также права руководить страной с помощью указного права и игнорировать парламент, который лишен реальной возможности осуществлять контроль за действиями главы государства; президент также вправе распустить его, парламент же как правило лишен возможности отправить президента в отставку в порядке импичмента. При этом у президента отсутствуют полномочия по оказанию влияния на выбор своего преемника. Это право становится квалифицирующим признаком монархической (наследственной) республики, для которой характерны также расширенные полномочия главы государства в государственном управлении и фактическая безответственность президента за свои действия;

— наличие у правительства только формальных, хозяйственных, административных полномочий (все ключевые вопросы решаются главой государства или с его ведома).

На основе практики существования суперпрезидентских и монархических республик интересно проследить, насколько вторые уязвимы перед кризисными явлениями в политической практике. Проблема монархических республик, по нашему мнению, состоит как раз в том, что ведущие политические акторы не в состоянии отказаться от государственной власти, они не могут и не хотят идти на компромиссы с другими социальными силами общества и оппозицией. Как верно подмечает Н. Злобин, ничто не спасет существующие режимы от краха, если «не идти на компромиссы, не слушать общественное мнение и оппозицию, не обращать внимание на протесты и недовольство»[9]. В тех же самых суперпрезидентских республиках сохраняется институт сменяемости высших должностных лиц государства, характеризующийся определенной политической конкуренцией, и обеспечивающий устойчивость власти и восстанавливающий баланс сил[10] В монархической республике обладатели государственной власти заняты в первую очередь воспроизводством своей власти и ее продлением.

Признаком суперпрезидентской республики, на наш взгляд, является невозможность для главы государства играть решающую роль в выборе и назначении своего преемника. Так, если глава государства формально или фактически в силу сложившихся обстоятельств может указать на своего наследника, то данная форма правления будет уже иметь больше схожего с монархией, чем с республикой («президентско-монократическая республика», «монархическая республика»). Если же мнение президента, имеющего уважение и политический вес в обществе, относительно кандидатуры его преемника не имеет обязательного или подавляющего значения для суфражистов, то это суперпрезидентская республика. В монархической республике президент фактически становится сам суфражистом, а в суперпрезидентской им остается народ (или легислатура).

В случае же, если глава государства вправе оставаться на своем посту длительное время (даже если такая возможность закреплена в конституции) и делает это, то такое государство имеет еще один признак суперпрезидентской республики.

На современном этапе возможность в течение длительного срока оставаться на своих постах, кроме уже упомянутого президента Египта, имеют некоторые главы государств бывшего СССР и ряда других стран. Так, бывший Президент Египта Хосни Мубарак занял этот пост в 1981 году; в 1987, 1993 и 1999 годах он переизбирался путем проведения народных референдумов. И только в 2005 году после внесения соответствующих изменений в Конституцию Египта 1923 года был избран на свой уже пятый по счету президентский срок на альтернативных президентских выборах. Тем не менее в январе 2011 года он был вынужден оставить свой пост досрочно, хотя имел право вновь выставить свою кандидатуру на президентских выборах в октябре 2011 года.

Президент Азербайджана Г. Алиев фактически перестал управлять государством еще весной 2003 года. В соответствии с действовавшей в тот момент редакцией ст. 101 Конституции Азербайджанской Республики 1995 года Г. Алиев не мог быть избран на третий срок. Выход из сложившейся ситуации был найден в передаче власти фактически по наследству.

4 августа 2003 г. сын Г. Алиева Ильхам был назначен премьер-министром республики, а уже 15 октября был избран Президентом Азербайджана. Безусловно, в данном случае он был избран президентом всенародным голосованием, однако не стоит забывать о значимости и влиянии Алиева-старшего. Ведь именно указание на своего преемника стало решающим фактором при голосовании: между представителями разношерстной оппозиции и кандидатом, которого поддержал действующий президент (а фактически даже на которого он прямо указал) электорат выбрал последнего. Определенные проблемы могли бы возникнуть у правящей партии в 2013 году, когда истекает второй президентский срок Алиева-младшего, но после принятия 18 марта 2009 г. на референдуме поправок к Конституции Азербайджанской Республики, отменявших количественные ограничения на переизбрание для президента, эта проблема отпала[11]. Таким образом, согласно поправке к ст. 101 Конституции Азербайджанской Республики один и тот же человек может избираться президентом страны более двух раз — за эту поправку проголосовали 92,17% избирателей.

Как отмечали классики политической мысли, революции происходят, когда низы не хотят, а верхи не могут жить по-старому. Как заметил В. Дымарский, «дальше вопрос состоит в том, кто кого опередит: то ли верхи, уловив момент, приступят к назревшим реформам, не позволив революционной ситуации перерасти в полноценную революцию, то ли низы, не дождавшись подвижек ни в одной из сфер жизни, возьмут инициативу в свои руки»[12].

В чрезвычайно гибкой и подвижной парламентской системе вопрос разрешается легче и быстрее: либо неугодное правительство будет отправлено в отставку через выражение вотума недоверия или новые выборы, либо получит новый заряд легитимности через вотум доверия (как было в конце 2010 года с правительством Сильвио Берлускони в Италии) или через те же самые внеочередные выборы.

В президентской системе все сложнее. И чем более эта система «зачерствела» и лишила себя возможности обновляться в результате выборов и иных контактов с оппозицией и обществом в целом — тем серьезнее будут для нее последствия, когда градус общественного недовольства достигнет предела.

И последний выделяемый нами нетипичный вид республики, где есть должность президента, — смешанная (полупрезидентская) республика — характеризуется тем, что глава государства (президент) вынужден разделять свои полномочия по формированию правительства с парламентом, а с самим правительством — полномочия в сфере исполнительной власти.

Думается, что из всех вышеперечисленных нетипичных видов республик с президентской системой правления именно полупрезидентская республика в наибольшей степени ушла от жесткости и неповоротливости классической президентской республики. Именно такое внутреннее устройство системы власти, которое, как отмечает Н. Злобин, не допускает монополии на принятие решений и постоянно требует поиска компромиссов, позволяет приходить к решениям, устраивающим большинство, но не ущемляющий меньшинство[13].

 

Библиография

1 См.: Stepan A., Skach C. Constitutional Frameworks and Democratic Consolidation // World Politics. 1993. № 46. Р. 4.

2 См.: Lijphart A. in Linz J. and Valenzuela A. eds., The Failure of Presidential Democracy. — London: The Johns Hopkins University Press. 1994. P. 93.

3 См.: Linz J. Presidential or Parliamentary Democracy: Does It Make a Difference? // Linz J. and Valenzuela A. eds., 1994. P. 8—16.

4 См.: Fieschi C. The French Firth Republic and Populism: a Neo-Institutional Analysis of the Front National: PhD thesis submitted to the Faculty of Graduate Studies and Research. McGill University. — Montreal. 2000. P. 81.

5 См.: Linz J. Op. cit. P. 8—16.

6 Op. cit. P. 8.

7 Op. cit. P. 14—16.

8 См.: Przeworski A. Democracy and the Market: Political and Economic Reforms in Eastern Europe and Latin America. — Cambridge: Cambridge University Press, 1991.

9 Злобин Н. Брокер или президент // Российская газета. 2011. 9 фев. № 26. С. 3.

10 Там же.

11 См.: Lenta.ru: б.СССР: Ильхам Алиев получил право избираться бесконечное количество раз // URL: http:// lenta.ru/news/2009/03/19/officially/

12 Дымарский В. Уроки арабского // Российская газета. 2011. 3 фев. № 21. С. 3.

 

13 См.: Злобин Н. Указ. ст. С. 3.