УДК 34.03

М.А. ГРИГОРЬЕВА,
кандидат юридических наук,  судья Арбитражного суда Красноярского края

Сложность исследования гражданского правопорядка обусловлена тем, что в современной цивилистике отсутствует научно обоснованное и должным образом оформленное представление о том, какие элементы включает в себя данный объект, каковы связи между его элементами и т. д. Разрозненные высказывания о правопорядке, которые можно встретить в цивилистической литературе, основаны скорее на интуитивных представлениях, чем на теоретических разработках.
 
 Однако отечественным правоведением, в том числе и цивилистикой, накоплен достаточно обширный массив знаний о различных явлениях правовой реальности, выработано множество понятий, категорий, правовых конструкций. Весь этот материал не может не иметь отношения к понятию гражданского правового порядка, которое представляется всеобъемлющей правовой категорией. В такой ситуации наиболее плодотворно, на наш взгляд, использование системного подхода.
В.Н. Протасов, исследовавший категорию правоотношений, указывает, что применение системного подхода как объяснительного принципа обосновано в том случае, «когда по цели как основному системообразующему фактору через функцию необходимо прийти к знанию структуры и состава системы»[1], и поясняет: «Если… у субъекта возникают трудности с “наведением порядка” в имеющемся у него объеме знаний об объекте, если ему не до конца известны пути получения новой информации об этом объекте… то системный подход может оказать исследователю существенную помощь»[2]. 
В.Н. Сагатовский также обращает внимание на данное обстоятельство: «…Если специалист хорошо знает свою систему, то указание на то, что ее свойства определяются ее структурой, для него действительно будет тривиальностью. Если же ему неизвестно, каким образом осуществить целостное описание сложного объекта, то же самое указание послужит ему верным стратегическим ориентиром»[3]. 
Следует особо отметить, на наш взгляд, мнение, что «в современной науке системный подход чаще всего выступает именно как системная ориентация, т. е. совокупность принципов, задающих общую стратегию исследования»[4]. 
Обращение к системному методу исследования, как правило, обусловлено характеристиками исследуемого объекта. Простой объект, возможно, и не нуждается в таком исследовании, так как удовлетворительный результат с таким же, если не большим эффектом может быть достигнут иными познавательными средствами. Сложный же по своему составу объект целесообразно исследовать при помощи системного метода. 
Правовой порядок — это объект сложный. Такой вывод можно сделать уже на основе определения родового понятия — понятия порядка. В соответствии с толкованием данного слова в русском языке, «порядок» — это состояние благоустройства и налаженности, систематичность, правильность в расположении чего-нибудь[5]. Вот это самое «чего-нибудь» указывает, что порядок — это совокупность неких элементов, составных частей, между которыми и устанавливается «налаженность». 
Вывод о сложности правового порядка как объекта исследования обусловливается также и доктринальными представлениями о нем. «Наша научная концепция, — пишет Н.А. Духно, исследовавший экологический правопорядок, — опирается на понимание правопорядка как сложного правового явления, включающего (охватывающего) ряд составляющих элементов, о которых мы доказываем в своем диссертационном исследовании»[6]. «Составляющие элементы», существование которых в экологическом правопорядке доказывает автор, — это:  
— правовые предписания; 
— субъекты правопорядка (участники правоотношений); 
— институт экологических прав и обязанностей;
— компоненты окружающей человека среды;
— экологическое правосознание;
— институт управления охраной окружающей среды[7]. 
Необходимо подчеркнуть, что наличие различных элементов, представляемых в той или иной вариации, признается всеми без исключения авторами, затрагивавшими проблему правового порядка. Те авторы, которые уравнивают правопорядок с объективным правом[8], исходят из того, что последнее суть «совокупность норм». Другие же либо называют различные субстанции элементами правопорядка: правовую структуру общества, правовые отношения и связи и атрибутивные элементы (В.В. Борисов[9]), отношения и нормы (О.Э. Лейст[10]), «нормы права в их осуществлении вместе с конкретными правами, обязанностями, сетью правоотношений, соответствующих нормам права» (С.Ф. Кечекьян[11]), отношения людей в сфере гражданского общества и базирующуюся на нормах права организацию политической власти, т. е. государство (А.С. Шабуров[12]), совокупность правоотношений (В.М. Сырых[13]); либо прямо указывают на то, что правовой порядок есть система: общественных отношений (В.Я. Любашиц, А.Ю. Мордовцев[14]), правоотношений (Л.И. Спиридонов[15]), правовых коммуникаций (А.В. Поляков[16]), правовых связей (Ю.И. Гревцов, Е.Б. Хохлов[17]).
О сложности такого объекта, как правовой порядок, можно также говорить, исходя из его принадлежности к классу социальных систем. Как признается в философии, любая социальная система является сложной, так как, во-первых, обладает двойственным характером (наличием материального и идеального факторов), а во-вторых, сложной структурой, «которая включает в себя различные уровни, компоненты, элементы и связи между этими структурными составляющими, т. е. целостностью»[18]. 
Таким образом, мы установили, что правовой порядок есть сложный объект — социальная система. Сложность объекта исследования требует соответствующей по сложности методологии, а системный подход как раз и является «одной из фундаментальных стратегий научного исследования, исторически вызванной необходимостью изучения сложноорганизованных систем адекватными познавательными средствами»[19]. 
Можно также привести мнение Ц.А. Ямпольской, еще в 1965 году указывавшей на большое методологическое значение системного подхода в исследовании проблем государственного управления, которое заключается в том, что «использование выводов общей теории систем с учетом особенностей предмета, т. е. данной конкретной системы, и есть ключ к познанию многих еще неизвестных сторон изучаемых явлений и процессов»[20]. Некоторые современные авторы высказываются об эффективности системного подхода весьма категорично: «Только системный анализ в соответствии с правовой аргументацией и категориальным аппаратом логики обеспечит наиболее полное исследование правовых понятий, их дальнейшую типологизацию и классификацию»[21].
Как признается в философии, исследование социальной системы целесообразно проводить при помощи системного метода. Методологический принцип системности (всеобщей связи) обусловливает необходимость вести исследование таким образом, чтобы понять объект познания как структурированную целостность, рассмотреть его с точки зрения взаимодействия целого и частей, элементов и подсистем. По мнению В.П. Кузьмина, «принцип системности означает, что явление объективной действительности, рассмотренное с позиции закономерностей системного целого и взаимодействия составляющих его частей, образует особую гносеологическую призму или особое “измерение” реальности»[22]. С таким подходом вполне согласуется и бытующее в цивилистике мнение о том, что не следует абсолютизировать и объективизировать понятие «система», поскольку «система — не феномен, а ноумен, ибо она существует лишь постольку, поскольку мыслится. Категория “система” имеет исключительно познавательный смысл и является следствием применения к изучению предмета или явления системного подхода»[23].
Основное значение системного подхода состоит в том, что данный метод не только позволяет упорядочить и обобщить научное знание, но и дает возможность прогнозировать дальнейшее развитие теоретических представлений по исследуемому вопросу. Применительно же к правоведению следует, на наш взгляд, говорить о возможности посредством системного подхода синтезировать накопленные знания, объединить в стройную систему представления по тем или иным вопросам юриспруденции, например, о правовом порядке в целом и о гражданском правопорядке в частности.
Поскольку на сегодняшний день нет более эффективного метода изучения  сложных социальных объектов, полагаем, что при исследовании гражданского правопорядка необходимо применить системный подход и использовать все его возможности.

Библиография
1 Протасов В.Н. Правоотношение как система. — М., 1991. С. 23.
2 Там же. С. 32. 
3 Сагатовский В.Н. Системная деятельность и ее философское осмысление // Системные исследования. Методологические проблемы: Ежегодник. 1980. — М., 1981. С. 63.
4 Блауберг И.В. Философско-методологические проблемы системного исследования: Дис. … д-ра филос. наук. — М., 1983. С. 86—87. 
5 См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. — М., 1992. С. 583.
6 Духно Н.А. Теоретические проблемы обеспечения экологического правопорядка: Дис. … д-ра юрид. наук. — М., 2000. 
С. 23.
7 См. там же. С. 24—28.
8 См.: Кельзен Г. Чистое учение о праве: Сб. Вып. 1. — М., 1987. С. 47.
9 См.: Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. — М., 2001. С. 567—570.
10 См.: Лейст О.Э. Сущность права. Проблемы теории и философии права. — М., 2002. С. 39.
11 Кечекьян С.Ф. Правоотношения в социалистическом обществе. — М., 1958. С. 30.
12 См.: Теория государства и права: Учеб. / Под ред. В.М. Корельского и В.Д. Перевалова. — М., 1997. С. 458—459.
13 См.: Сырых В.М. Теория государства и права: Учеб. — М., 2005. С. 367.
14 См.: Любашиц В.Я., Мордовцев А.Ю. Теория государства и права. — М.—Ростов н/Д, 2003. С. 617.
15 См.: Спиридонов Л.И. Теория государства и права: Учеб. — М., 2000. С. 257.
16 См.: Поляков А.В. Общая теория права: Проблемы интерпретации в контексте коммуникативного подхода: Курс лек-
ций. — СПб., 2004. С. 853—854.
17 См.: Гревцов Ю.И., Хохлов Е.Б. О юридико-догматических химерах в современном российском правоведении // Правоведение. 2006. № 5. С. 16.
18 Тузов В.В. Самоорганизация социальной системы (социально-философский анализ): Дис. … д-ра филос. наук. — СПб., 2004. С. 15.
19 Маркарян Э.С. Системное исследование человеческой деятельности // Вопросы философии. 1972. № 10. С. 77. 
20 Ямпольская Ц.А. К методологии науки управления // Советское государство и право. 1965. № 8. С. 21.
21Маркова-Мурашова С.А. Значение категорий и классификаций в праве // Традиции, реформы и революции в развитии государства и права (К 100-летию революции 1905 года): Материалы Всерос. заочн. науч.-практ. конф. / Отв. ред. Ю.Ю. Ветютнев. — Волгоград, 2005. С. 12.
22 Кузьмин В.П. Принцип системности в теории и методологии К. Маркса. — М., 1980. С. 11.
23 Белов В.А. Наука гражданского права как система // Гражданское право: актуальные проблемы теории и практики / Под общ. ред. В.А. Белова. — М., 2007. С. 166.