УДК 343.5/6 

Страницы в журнале: 107-110

 

А.В. КОЗУН,

кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права Омской академии МВД России  ABKozun@yandex.ru

 

Рассматриваются некоторые аспекты совершенствования признаков состава преступления, предусмотренного ст. 268 Уголовного кодекса РФ. По результатам исследования автор предлагает свое видение конструкции данной уголовно-правовой нормы.

Ключевые слова: нарушение правил, обеспечивающих безопасную работу транспорта; пассажир, пешеход, иные участники движения; аварийная ситуация; состояние опьянения; отягчающие обстоятельства.

 

On improving the features of crime under Аrt. 268 of the Criminal Code of the Russian Federation

 

Kozun A.

 

This paper consider some aspects of improving the characteristics of an offense under Art. 268 of the Criminal Code of the Russian Federation. The study author offers his vision of the design of the criminal law.

Keywords: violation of the rules to ensure safe work transport; passengers, pedestrians, other participants in the movement; emergency; state of intoxication; aggravating circumstances.

 

Признаки состава преступления должны адекватно отражать в законе сущность преступного деяния. Адекватность обусловливается наличием общественной опасности преступного поведения, использованием правильных приемов юридической техники построения уголовного закона, соответствием признаков общественно вредного деяния его правовой природе.

В этой связи очевидна необходимость изменения базовых признаков объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 268 Уголовного кодекса РФ, так как, по нашему мнению, законодатель не совсем корректно сформулировал ее диспозицию. Более логичной в системе посягательств на безопасность движения или эксплуатации транспорта выглядела ст. 213 УК РСФСР. Однако и она содержала не все признаки объективной стороны состава нарушения правил, обеспечивающих безопасную работу транспорта.

Считаем необходимым включить в число признаков объективной стороны «аварийную ситуацию» или «аварийную обстановку». Определение данных признаков выходит за рамки нашего исследования, поскольку требует более глубоких изысканий. Вместе с тем именно через создание помех безопасному движению или эксплуатации транспорта причиняется вред безопасности функционирования транспорта при его движении и (или) эксплуатации.

Объективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 268 УК РФ, представлена двумя альтернативными действиями: движением и эксплуатацией. Законодатель поставил между данными признаками разделительный союз «или». Теория и практика показывают, что такое конструирование нелогично, поскольку вред может быть причинен как в процессе движения, так и в процессе эксплуатации. Считаем закономерным изменить сущность признаков объективной стороны данного состава преступления путем указания в диспозиции как на разделительный, так и на соединительный союзы одновременно «и (или)». Подобные подходы законодателю известны, в частности, при определении понятия налоговых преступлений, где законодатель говорит об уклонении от уплаты налогов и (или) сборов с физического и юридического лица. Видимо, в перспективе развития уголовного законодательства будет целесообразно изменить признаки иных составов транспортных преступлений, если правоприменительная и судебная практика покажет эффективность данного подхода.

Учитывая сказанное, диспозицию ч. 1 ст. 268 УК РФ предлагаем изложить в следующей редакции:

«1. Нарушение пассажиром, пешеходом или другим участником движения (кроме лиц, указанных в статьях 263 и 264 настоящего Кодекса) правил безопасности движения и (или) эксплуатации транспортных средств, создавшее аварийную ситуацию, препятствующую безопасному функционированию транспорта, если это деяние повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека».

На наш взгляд, включение такого признака состава преступления, как состояние опьянения, в число отягчающих обстоятельств нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств (ст. 264 УК РФ) является недостаточным: необходимо включение этого признака и в другие нормы преступлений на транспорте. Известно, что состояние опьянения, как правило, ухудшает сенсорно-моторные функции организма, нарушает реакции торможения и возбуждения психики человека[1]. Особенно заметно эти нарушения проявляются в процессе управления и эксплуатации транспортного средства.

Вместе с тем пьяный опасен не только при управлении транспортным средством, но и тогда, когда он выступает иным участником движения. Пешеход, другие участники движения, указанные в ст. 268 УК РФ, в меньшей степени пассажир в состоянии опьянения могут причинить вред безопасности движения и эксплуатации транспорта, соизмеримый с тем, который причиняется лицами, эксплуатирующими транспортные средства.

В этой связи мы поддерживаем позицию Н.В. Иванцовой и А.Л. Сосновского в том, что нужно «поставить перед законодателем вопрос о том, почему наряду с изменениями, внесенными в ст. 264 УК РФ, осталась неизменной ст. 268 УК РФ о нарушении правил, обеспечивающих безопасную работу транспорта. Вполне возможно, что такие правила могут быть нарушены лицами, находящимися в состоянии опьянения. Например, пьяный водитель, управляющий мокиком, может совершить наезд на пешехода с причинением тяжкого вреда или смерти последнему. Может нарушить такие правила и пешеход, который находится в состоянии опьянения. Представляется, что подобные деяния представляют серьезную опасность для лиц, задействованных в сфере дорожного движения, а потому и они должны быть наказаны не менее строго, чем деяния, предусмотренные ст. 264 УК РФ»[2]. Исходя из изложенного, авторы предлагают изменить редакцию нормы, предусмотренной ст. 268 УК РФ, путем включения состояния опьянения в качестве отягчающего обстоятельства в квалифицирующие признаки данного состава преступления.

Положения ст. 264 УК РФ дифференцируют уголовную ответственность за нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств в зависимости от того, совершено деяние в состоянии опьянения или нет. Этот признак характеризует субъекта преступления. Объективные данные, свидетельствующие о состоянии опьянения, могут быть различными (запах изо рта, несвязная речь, неадекватные нормальному состоянию телодвижения, результаты анализа крови и т. д.). Но если в прежнем законодательстве (ст. 39 УК РСФСР) состояние опьянения в момент совершения преступления признавалось обстоятельством, отягчающим ответственность, то в действующем оно приобрело значение квалифицирующего признака.

Таким образом, мы поддерживаем точку зрения Н.В. Иванцовой и А.Л. Сосновского, считающих, что законодатель в очередной раз продемонстрировал бессистемный подход к формулированию уголовно-правовых норм. Общие принципы дифференциации уголовной ответственности сформулированы в Общей части УК РФ, а потому было бы логично там же подчеркнуть конституциональное значение признака опьянения для некоторых норм Особенной части. В частности, Н.В. Иванцова и А.Л. Сосновский считают, что в этих целях необходимо было бы внести изменения в ст. 23 УК РФ, указав, что состояние опьянения усиливает уголовную ответственность, если это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК, а также включить состояние опьянения в перечень обстоятельств, отягчающих наказание[3]. Последнее предложение поддерживаем только в части отношения законодателя к состоянию опьянения.

Интересна по этому поводу и позиция М.В. Бавсуна, который пишет: «Еще одной иллюстрацией такой непоследовательности могут послужить изменения редакции ст. 264 УК РФ, которая уже в 2009 г. была дополнена таким квалифицирующим признаком, как состояние алкогольного опьянения. Безусловно, само по себе отнесение состояния алкогольного опьянения к числу отягчающих обстоятельств следует расценивать как положительный момент, по крайней мере криминологически это вполне обоснованно. В то же время криминологически обосновано усиление ответственности и за насильственные преступления против личности, которые также в абсолютном своем большинстве совершаются в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. И не только они. Специальной по отношению к ст. 264 УК РФ является норма, в которой устанавливается ответственность за нарушение правил вождения или эксплуатации машин (ст. 350 УК РФ). Однако вновь принятые изменения не коснулись данного положения уголовного закона, несмотря на всю очевидность необходимости внесения дополнений в данную норму по аналогии со ст. 264 УК РФ. Как, впрочем, актуальной данная проблема является и для случаев управления воздушным транспортом в состоянии алкогольного опьянения. В последнем случае количество погибших несоизмеримо больше, нежели в обычном дорожно-транспортном происшествии. Почему тогда изменения касаются лишь отдельно взятого состава, а в остальных случаях указанное состояние лица продолжает оставаться без учета?»[4] Далее М.В. Бавсун продолжает свою мысль: «В чем привилегированность ст. 264 УК России? Это всего лишь отдельно взятое преступление, которое действительно часто совершается в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. В то же время говорить о его исключительности было бы явным преувеличением. Ущерб от других посягательств, в том числе и перечисленных выше, ничуть не меньший, а зачастую и многократно превышающий последствия, указанные в ст. 264 УК России. По крайней мере, можно с уверенностью утверждать, что принятые изменения в данном конкретном случае не носят системного характера»[5].

На наш взгляд, следует исключить распространение отягчающего обстоятельства в виде состояния алкогольного опьянения лишь на пассажира, поскольку норма закона, предусмотренная ст. 268 УК РФ, направлена на сохранность безопасности движения и эксплуатации транспорта, а влияние алкогольного опьянения пассажира транспортного средства на ее сохранность весьма сомнительно. Практика привлечения к ответственности пассажиров по ст. 268 УК РФ отсутствует.

Резюмируя изложенное, предлагаем для обсуждения разработанный нами следующий вариант конструкции уголовно-правовой нормы, предусмотренной ст. 268 УК РФ:

«Статья 268. Нарушение правил, обеспечивающих безопасную работу транспорта.

1. Нарушение пассажиром, пешеходом или другим участником движения (кроме лиц, указанных в статьях 263 и 264 настоящего Кодекса) правил безопасности движения и (или) эксплуатации транспортных средств, создавшее аварийную ситуацию, препятствующую безопасному функционированию транспорта, если это деяние повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, — наказывается...

2. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, —наказывается...

3. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, повлекшее по неосторожности смерть человека, —наказывается...

4. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности смерть человека, —наказывается...

5. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц, —наказывается...

6. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц, —наказывается...».

 

Библиография

1 См.: Менлякаев М.Т. Состояние опьянения в уголовном праве: понятие и виды // Проблемы предупреждения и борьбы с преступлениями и иными правонарушениями: материалы Всерос. науч.-практ. конф. / под ред. Н.Ю. Лебедева. — Новосибирск, 2012. С. 370—373.

2 Иванцова Н.В., Сосновский А.Л. Уголовно-правовые меры охраны жизни в сфере безопасности дорожного движения // СПС «КонсультантПлюс».

3 См.: Они же. Безопасность движения: уголовно-правовой аспект // Там же.

4 Бавсун М.В. Изменения и дополнения уголовного законодательства как необходимые средства оптимизации уголовно-правового воздействия на преступность // СПС «КонсультантПлюс».

 

5  Там же.