Д.А. БЕЗБОРОДОВ,
кандидат юридических наук, доцент, докторант Санкт-Петербургского университета МВД России
 
Совместность как основополагающее качество деяния, совершаемого объединенными усилиями нескольких лиц, предполагает необходимую определенную структуру и требует своего выражения в конкретной форме. Такая необходимость обосновывается тем, что в содержание совместного деяния входят не только составляющие это уголовно-правовое явление свойства, но и определенный способ их связей, который проявляется в формах этого явления.
 
Анализ совместного деяния невозможен без философской категории «форма» — способа организации, определенной упорядоченности объективных и субъективных свойств. Изучение форм совместного деяния имеет большое теоретическое и практическое значение потому, что, во-первых, они структурно организуют и выражают общую сущность совместности и, во-вторых, от их проявления зависят многие факторы уголовно-правовой действительности, прежде всего методы и способы правового регулирования общественных отношений.
Совместное деяние имеет двоякую природу, которая предопределяется, с одной стороны, уголовным законом, а с другой — существованием уголовно-правового явления в объективной действительности. Существует две формы совместности — фактическая и юридическая.
Фактическая совместность имеет место в том случае, когда умышленное общественно опасное деяние совершается объединенными усилиями нескольких лиц, но при этом только одно из них является годным субъектом, т. е. лицом, способным нести уголовную ответственность за совершенное преступление, или когда совершается неосторожное деяние усилиями нескольких субъектов уголовной ответственности. Такая совместность влечет за собой наступление каких-либо уголовно-правовых последствий исключительно для годного субъекта в первом случае и каждого из неосторожных преступников — во втором.
Такую форму совместности можно назвать фактической потому, что объединение усилий нескольких лиц не влечет за собой никаких юридических последствий в виде оценки общественно опасного деяния как совершенного сообща. Казалось бы, уголовно-правовое значение таких фактов очевидно: их установление должно определять квалификацию совершенного деяния, границы дифференциации ответственности и индивидуализацию наказания. Однако это пробел в уголовном законе. В отличие от совместных умышленных посягательств, такая распространенная форма совершения преступлений, как неосторожное сопричинение, вообще не регламентирована.
Юридическая совместность характерна для всех случаев совершения преступления усилиями нескольких лиц — субъектов уголовной ответственности. Действия каждого из участников посягательства имеют уголовно-правовое значение, и это находит отражение при определении оснований и пределов их ответственности и назначения наказания. Юридическая форма совместности характерна прежде всего для соучастия в преступлении.
Анализ совместного деяния с учетом достижений философии, обогатившей все области знаний системным подходом, позволил выделить формы проявления совместности деяния по двум направлениям: 1) внутреннему — по степени сорганизованности совместного поведения; 2) внешнему — по функциональным особенностям поведения участников посягательства. Так, внутренней формой совместного деяния являются система строения, способ связи его объективных и субъективных свойств, структура, определенным образом организующая содержание этого уголовно-правового явления.
Внешняя форма проявления совместности преступного деяния — это выражение вовне внутренне организованного ее содержания. Внешние особенности выражают внутренние свойства уголовно-правового явления: если внутренняя форма характеризует его с точки зрения системного образования, то внешняя определяет специфику причинения вреда общественным отношениям. Суть этого основания заключается в особенностях взаимодействия участников посягательства, когда действия каждого из них являются необходимым условием наступления преступного результата. Внешняя форма совместности деяния показывает специфику проявления вовне способа взаимодействия участников в процессе подготовки или совершения преступления, т. е. характер участия в совместной деятельности каждого из них.
Внешняя форма совместности предполагает определенные особенности взаимосвязи и взаимозависимости деяний участников, которые могут проявляться в следующих альтернативных моментах. Во-первых, в конечном результате деяния, и взаимообусловленные индивидуальные действия (бездействие) каждого из участников осуществляются параллельно и не зависят от последовательности деяний других виновных, однако приводят к единому преступному результату. Во-вторых, в самом процессе совершения деяния[1], и индивидуальные действия (бездействие) каждого из участников взаимообусловлены (специализированы и находятся в иерархии), поскольку должны выполняться одновременно как функционально различные компоненты единого общего деяния или в строгой последовательности, когда последствие одного деяния служит условием начала реализации другого, приводящего в итоге к наступлению преступного результата. При однородных объединенных действиях (бездействии) компенсируются недостатки и увеличиваются преимущества отдельных участников посягательства, что приводит к более мощной общей силе деяния.
Во внешней форме совместного совершения преступления определяющим моментом является поведение каждого из его участников в совместной деятельности, т. е. объективный вклад каждого из них в общую деятельность.
Выделение внешней формы совместного преступного деяния заслуживает специального внимания, потому что в конечном счете мы исходим из совместного совершения преступления как объединенной группы людей, которая зависит в том числе от функциональных особенностей поведения участников деяния. Рассматривая внешнюю организацию группы, многие исследователи используют термин «характер участия», под которым понимается роль каждого участника группы в осуществлении совместной деятельности. Однако анализ ролей участников чаще осуществляется через выполнение ими функций.
Под внутренней формой обычно понимают внутреннюю упорядоченность явления, систему взаимосвязей составляющих его элементов. Качество системы обнаруживается в совокупности ее структурно упорядоченных свойств, а также в ее функциональной направленности. Эта форма проявления совместности деяния определяется характером и глубиной связи основных свойств совместности, т. е. структурой, которая и придает относительную устойчивость и качественную определенность данному уголовно-правовому явлению. Форма зависит от социально-правовой природы и материального содержания уголовно-правового явления, отражает особенности материального свойства — характер общественной опасности того или иного типа совместного участия в преступлении нескольких лиц, а при их сопоставлении показывает различия в общественной опасности одних форм по сравнению с другими.
Внутренняя форма совместности определяется характером и степенью взаимообусловленности деяний, входящих в систему совместного поведения при совершении общественно опасного деяния. Такое понимание внутренней формы позволяет выделить два основных типа совместности — неорганизованную (суммарную) и организованную. Совместность деяния должна рассматриваться с позиции целостности деяния, определяемой качественным показателем — организованностью, т. е. внутренней упорядоченностью уголовно-правового явления, системностью общественно опасного поведения, выраженной в особенностях взаимосвязанности его объективных и субъективных свойств, образующих в совокупности ее содержание.
Под неорганизованной (суммарной) совместностью понимается простое функциональное соединение усилий нескольких лиц в процессе совершения общественно опасного деяния. Неорганизованная совместность деяния в плане структуры составляющих ее элементов обладает некоторыми особенностями. Они связаны либо со спецификой объективных свойств, что характерно для совершения годным субъектом преступления общественно опасного деяния с уголовно неответственными лицами (количественный состав и особенности взаимодействия не позволяют утверждать о совместности в полном смысле этого слова), либо с особенностями субъективных свойств, что характерно для неосторожного сопричинения (об этом свидетельствует социальная ориентированность деяния: нет цели, к которой виновные стремились бы при совершении преступления).
Неорганизованная совместность деяния носит, как правило, разовый и случайный характер. Это обусловлено тем, что она либо направлена на достижение иного, чем наступивший, результата (что характерно для неосторожного сопричинения преступного результата), либо обусловлена спецификой качественного состава участников посягательства (возрастными или психическими особенностями участников деяния), что предопределяет ее краткосрочное существование. Минимальный уровень совместности всегда ограничен во времени. В теории и на практике группы с минимальным уровнем совместности не относят к действующим группам, поскольку они недолговечны (от нескольких минут до нескольких часов)[2] и быстро распадаются.
Совместность возникает и реализуется на функциональном уровне. Этот признак представляет интерес не только как технический прием совершения преступления, но и как важный показатель возможности совместности в плане долговременности ее существования. Взаимодействие носит, как правило, исключительно технический характер (например, выполнение производственных функций).
Характеристика субъективной стороны участников неорганизованной совместности деяния не претерпевает каких-либо серьезных качественных изменений. Эта совместность свойственна прежде всего неосторожному сопричинению преступного результата, а также совершению преступления несколькими лицами при отсутствии у некоторых из них признаков субъекта преступления.
Организованная совместность деяния в отличие от неорганизованной обладает различными уровнями упорядоченности, которая зависит от специфических особенностей составляющих ее частей и характера связи между ними. Организованной совместности деяния присущи строение и способ связей элементов совместности, максимально соответствующие ее сути (два или более субъекта преступления объединены единой целью — достичь общего результата путем совершения преступления), что проявляется в соучастии в преступлении, независимо от его форм.
Наиболее значимые признаки организованной совместности:
· пространственное и временное соприсутствие участников посягательства, которое создает возможность непосредственного личного контакта между ними в процессе подготовки или совершения преступления — обмена действиями, информацией, а также взаимовосприятия;
· наличие единой преступной цели — предполагаемого мысленного результата совместного совершения преступления, отвечающего общим интересам и способствующего реализации потребностей каждого из участников совместного деяния именно путем совершения преступления;
· возможность существования органов организации и руководства либо воплощенных в лице одного из участников, наделенного особыми полномочиями, либо распределенных между несколькими участниками посягательства (характерно для более высоких по уровню организации объединений, представляющих собой соучастие в преступлении, — организованной группы и преступного сообщества);
· разделение процесса подготовки и совершения деяния между участниками, которое обусловлено характером поставленной цели, средствами и условиями ее достижения, составом и уровнем квалификации исполнителей;
· возникновение в процессе подготовки или совершения преступления особых межличностных отношений, возникших на основе предметно заданного функционально-ролевого взаимодействия и приобретающих со временем относительно самостоятельный характер. Обусловленные изначально содержанием цели совершения преступного деяния, они сами воздействуют на процесс его совершения и наступивший преступный результат.
В организованной совместности деяния объединяются не только механические действия (бездействие) участников посягательства, но и их качественные особенности. В этой совместности составляющие ее виды поведения как элементы находятся в относительно устойчивой и закономерной взаимосвязи, взаимозависимости и упорядоченности. Свойства организованной совместности как целого в отличие от неорганизованной уже нельзя свести к простой механической сумме ее частей (общественно опасным деяниям каждого из участников посягательства). Этот тип совместности имеет специфическое субъективное содержание — умышленный характер участия в совершении преступления и общность умысла участников посягательства.
Организованная совместность деяния как высший тип обладает и такими характерными особенностями, как саморазвитие и самовоспроизведение частей, что проявляется в таких организационно-правовых формах соучастия, как организованная группа и преступное сообщество. Части органического целого вне целого не только теряют ряд своих юридически значимых свойств, но и не могут существовать в этой качественной определенности самостоятельно. Организованная совместность образуется не просто путем объединения уже имеющихся деяний нескольких лиц; она возникает вместе с другими составными частями, обладающими индивидуальностью, но изъятие некоторых из них из целостности нарушает или даже разрушает ее.
Таким образом, у частей совместности преступного деяния различная степень относительной самостоятельности. Она зависит от характера взаимодействия ее составляющих, что, в свою очередь, предопределяет формы проявления совместности деяния как сущностного свойства совместного совершения преступления.
 
Библиография
1 Это характерно и для неосторожного сопричинения как одной из форм совместного деяния. В уголовном законе содержатся составы преступлений, допускающие неосторожное совершение деяния совместными действиями нескольких лиц при отсутствии преступных последствий. Так, нарушение правил международных полетов (ст. 271 УК РФ) может быть допущено экипажем воздушного судна и по неосторожности.
2 См.: Майерс Д. Социальная психология. —СПб., 1997. С. 290—297.