УДК 347.9 

Страницы в журнале: 79-81

 

И.В. ВОРОНЦОВА,

кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского процесса Саратовской государственной академии права

 

Рассмотрены способы, которыми Россия выражала обязательность для нее международного договора по вопросам гражданского процесса.

Ключевые слова: источник гражданского процессуального права, международный договор, ратификация, присоединение.

About the Obligation of International Treaties Concerning Civil Procedure

 

Vorontsova I.

 

In this article the author examines different means which Russia used to express the obligation of international treaties concerning civil procedure.

Keywords: the source of civil procedure, international treaty, ratification, accession.

 

В  ГПК РФ предусмотрено понятие международных норм. Так, в ч. 2 ст. 1 «Законодательство о гражданском судопроизводстве» закреплено: если международным договором Российской Федерации установлены иные правила гражданского судопроизводства, чем те, которые предусмотрены законом, применяются правила международного договора.

Часть 4 ст. 11 «Нормативные правовые акты, применяемые судом при разрешении гражданских дел» ГПК РФ повторяет по смыслу норму, закрепленную в ч. 2 ст. 1: «Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены законом, суд при разрешении гражданского дела применяет правила международного договора». Кроме того, в ч. 5 ст. 11 еще раз упоминаются международные договоры и закрепляется правило, согласно которому суд в соответствии с федеральным законом или международным договором Российской Федерации при разрешении дел применяет нормы иностранного права.

По мнению В.В. Молчанова, из содержания представленных норм следует, что международные договоры наряду с законами должны рассматриваться в качестве источников гражданского процессуального права России[1]. С данным мнением согласно большинство процессуалистов[2].

Однако это не единственная позиция относительно норм международного права как источника гражданского процессуального права. Существует иное мнение: исходя из посылки о том, что источники международного права в процессе их действия не становятся внутригосударственными нормативными актами, вытекает важный с позиции права и практики вывод: в правовой системе России источники международного права не стоят в одном ряду с источниками внутреннего права с точки зрения их иерархии, соотношения их юридической силы; их отношения строятся на межсистемном принципе приоритета международного права[3].

По мнению Я.Ф. Фархтдинова, нормы внутригосударственного гражданского процессуального права как общеобязательные правила поведения участников гражданского дела устанавливаются государством, выражают волю государства и являются частью (элементом) внутригосударственной системы права. Внешней формой их выражения является закон. Нормы же международного гражданского процесса являются элементом системы международного права и устанавливаются совместной волей нескольких государств. Это обстоятельство уже не позволяет признать международный договор источником внутригосударственного права[4].

Мы не можем согласиться с высказанной точкой зрения по ряду причин. Часть 4 ст. 15 Конституции РФ признает общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры частью ее правовой системы. Исследуя категории «правовая система» и «система права», Я.Ф. Фархтдинов приходит к выводу о том, что речь идет о различных юридических категориях. В такой трактовке, по его мнению, понятие правовой системы, включение в ее состав международных договоров не означает их включение в систему национального права[5].

Правовая система действительно широкая категория, включающая в себя целый ряд структурных элементов. Ее можно определить как совокупность внутренне согласованных и взаимосвязанных юридических средств, с помощью которых государство оказывает нормативное воздействие на общественные отношения[6].

И.Н. Сенякин, признавая под системой права обусловленную экономическим и социальным строем структуру права, выражающую внутреннюю согласованность и единство юридических норм и одновременно их разделение на соответствующие отрасли и институты, указывает, что правовая система и система права представляют собой сложные многоплановые, разноуровневые социальные явления. Эти категории самостоятельны и не совпадают одна с другой. Они могут и должны дополнять друг друга, но ни в коем случае не подменять одна другую. Они соотносятся как часть и целое[7].

Таким образом, с учетом ч. 4 ст. 15 Конституции, основных положений общей теории государства и права, а также ст. 1 ГПК РФ следует сделать вывод о том, что международные договоры являются источником гражданского процессуального права.

Недоумение вызывает мнение А.С. Фединой, которая указывает, что из смысла ч. 4 ст. 15 Конституции РФ следует, что «общепризнанные принципы и нормы международного права» не обладают приоритетом по отношению к противоречащим им внутренним правовым актам. По ее мнению, такое решение проблемы представляется вполне обоснованным, в частности потому, что общепризнанные принципы и нормы носят, как правило, весьма абстрактный характер. Более того, отмечает А.С. Федина, проблема судебного правоприменения осложняется отсутствием единого перечня общепризнанных принципов и норм международного права[8].

Часть 4 ст. 15 Конституции РФ закрепляет приоритет правил международного договора над нормами федеральных законов, а ч. 2 ст. 1 ГПК РФ устанавливает приоритет норм международного договора Российской Федерации над правилами российского гражданского судопроизводства. Таким образом, в ГПК РФ были предусмотрены основы взаимодействия международного и российского гражданского процессуального права, закреплены правила применения норм иностранного права и производства по делам с участием иностранных лиц.

Однако в науке встречаются различные мнения о том, какие международные договоры являются источником гражданского процессуального права. Так, Г.Л. Осокина указывает, что к источникам гражданского процессуального права относятся международные соглашения и договоры с участием Российской Федерации, определяющие порядок оказания взаимной правовой помощи по юридическим делам[9]. В одной коллективной работе указано, что международный договор должен быть ратифицирован Федеральным Собранием РФ[10]. В.В. Молчанов отмечает, что правила внутреннего договора Российской Федерации, а не нормы внутреннего законодательства, регулирующие аналогичные правоотношения иначе, чем в договоре, применяются, если решение о согласии на обязательность данного договора для России было принято в форме федерального закона[11].

Авторы некоторых работ вообще не включают также сведения, ограничиваясь лишь перечислением примеров конкретных договоров[12].

В учебном пособии под редакцией Л.В. Тумановой содержатся ошибочные сведения: указывается, что согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного договора и ратифицированные Российской Федерацией международные договоры являются составной частью ее правовой системы. Однако в ч. 4 ст. 15 Конституции РФ о ратификации ничего не говорится[13].

Представляется, что в этом вопросе разногласий быть не должно и в учебной литературе необходим единый подход, который содержит достоверные сведения.

В соответствии с подп. «а» ст. 2 Федерального закона от 15.07.1995 № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» международный договор Российской Федерации означает международное соглашение, заключенное Российской Федерацией с иностранным государством (или государствами), с международной организацией либо с иным образованием, обладающим правом заключать международные договоры, в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится такое соглашение в одном документе или в нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования.

В соответствии со ст. 11 Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года (далее — Конвенция) согласие государства на обязательность для него договора может быть выражено подписанием договора, обменом документами, образующими договор, ратификацией договора, его принятием, утверждением, присоединением к нему или любым другим способом, о котором условились. Статья 14 Конвенции устанавливает, что согласие государства на обязательность для него договора выражается ратификацией, если договор предусматривает, что такое согласие выражается ратификацией. В статье 15 Конвенции перечислены случаи обязательной ратификации договоров. В соответствии с ней ратификации подлежат международные договоры Российской Федерации:

а) исполнение которых требует изменения действующих или принятия новых федеральных законов, а также устанавливающие иные правила, чем предусмотренные законом;

б) предметом которых являются основные права и свободы человека и гражданина;

в) о территориальном разграничении Российской Федерации с другими государствами, включая договоры о прохождении государственной границы РФ, а также о разграничении исключительной экономической зоны и континентального шельфа Российской Федерации;

г) об основах межгосударственных отношений, по вопросам, затрагивающим обороноспособность Российской Федерации, по вопросам разоружения или международного контроля над вооружениями, по вопросам обеспечения международного мира и безопасности, а также мирные договоры и договоры о коллективной безопасности;

д) об участии Российской Федерации в межгосударственных союзах, международных организациях и иных межгосударственных объединениях, если такие договоры предусматривают передачу им осуществления части полномочий Российской Федерации или устанавливают юридическую обязательность решений их органов для Российской Федерации.

Равным образом подлежат ратификации международные договоры Российской Федерации, при заключении которых стороны условились о последующей ратификации.

Особую важность для российского гражданского процесса представляют следующие международные договоры: Гаагская конвенция по вопросам гражданского процесса 1954 года;

Гаагская конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам 1965 года; Гаагская конвенция о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам 1970 года; Гаагская конвенция, отменяющая требования легализации иностранных официальных документов 1961 года; Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 года. Кроме того, Россия является участницей двусторонних международных договоров с Латвийской Республикой, Республикой Болгария, Республикой Йемен, Республикой Куба, Федеративной Республикой Германия, Республикой Индия, Монголией, Польской Республикой, Исламской Республикой Иран, Республикой Молдова, Эстонской Республикой, Азербайджанской Республикой, Киргизской Республикой, Литовской Республикой, Китайской Народной Республикой, Королевством Испания, Тунисской Республикой, Республикой Кипр, Чешской Республикой, Социалистической Республикой Вьетнам, Греческой Республикой, Союзной Республикой Югославия, Республикой Албания, Корейской Народно-Демократической Республикой, Аргентинской Республикой, Арабской Республикой Египет, Финляндской Республикой, Венгерской Республикой, Республикой Румыния, Иракской Республикой и др.

Россия выражала свое согласие на обязательность для нее указанных договоров различными способами. Так, Гаагская конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам 1965 года вступила в силу для России 10.02.1969, Гаагская конвенция о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам 1970 года — 30.06.2001  (после принятия соответствующих федеральных законов о присоединении). Присоединение означает согласие на обязательность договора субъекта, который его не подписал и, как правило, не принимал участия в его подготовке[14].

Таким образом, нельзя согласиться с мнением о том, что договоры должны быть именно ратифицированы. Для гражданского процессуального права в качестве источников характерны и такие международные договоры, согласие на обязательность которых выражено государством и иным способом (например, присоединением).

 

Библиография

1 См.: Источники российского права: вопросы теории и истории: Учеб. пособие / Отв. ред. М.Н. Марченко. — М., 2005. С. 245—246 (автор главы — В.В. Молчанов).

2 См., например: Гражданский процесс / Под ред. А.Г. Коваленко, А.А. Мохова, П.М. Филиппова. — М., 2008. С. 19; Гражданский процесс / Отв. ред. В.В. Ярков. — М., 2009. С. 21; Осокина Г.Л. Гражданский процесс. Общая часть. — М., 2008. С. 36; Исаенкова О.В., Демичев А.А. Гражданский процесс. — Саратов, 2009. С. 24—25; Гражданское процессуальное право / Под ред. М.С. Шакарян. — М., 2004. С. 18; Лебедев М.Ю. Гражданский процесс. — М., 2008. С. 14; Коршунов Н.М., Мареев Ю.Л. Гражданский процесс. — М., 2004. С. 33—34.

3 См.: Гражданское процессуальное право / Под общ. ред. Л.В. Тумановой. — М., 2008. С. 74.

4 См.: Фархтдинов Я.Ф. Источники гражданского процессуального права Российской Федерации. — Казань, 2001. С. 214.

5 Фархтдинов Я.Ф. Указ. раб. С. 214—215.

6 См.: Общая теория государства и права: Акад. курс в 3 т. / Под ред. М.Н. Марченко. — М., 2004. Т. 2. С. 573.

7 См.: Общая теория государства и права: Акад. курс в 3 т. Т. 2. С. 574.

8 См.: Гражданское процессуальное право / Под общ. ред. Л.В. Тумановой. С. 76 (автор главы — А.С. Федина).

9 См.: Осокина Г.Л. Указ. раб. С. 36.

10 См.: Гражданское процессуальное право России / Под ред. П.В. Алексия, Н.Д. Амаглобели. — М., 2005. С. 11.

11 См.: Гражданский процесс / Под ред. М.К. Трушникова. — М., 2010. С. 40.

12 См.: Гражданский процесс / Под ред. А.Г. Коваленко, А.А. Мохова, П.М. Филиппова. — М., 2010. С. 20; Афанасьев С.Ф., Зайцев А.И. Гражданский процесс. — М., 2004. С. 91; Коршунов Н.М., Мареев Ю.Л. Указ. раб. С. 37; Лебедев М.Ю. Указ. раб. С. 14.

13 См.: Гражданское процессуальное право / Под ред. Л.В. Тумановой. — М., 2006. С. 7.

14 См.: Лукашук И.И. Современное право международных договоров. — М., 2004. С. 429.